Часть 11: Пролог для утопленников

Утопление. Кейл Хенитьюз тонет. В море воспоминаний Кейл медленно погружается все глубже и глубже, не в силах выплыть обратно. Это больно. Он не может дышать. Кейл мечется, пытаясь ухватиться за что-нибудь, хоть за что-нибудь, чтобы заземлиться и не утонуть. Но в этом море нет ничего, кроме воспоминаний, воспоминаний, воспоминаний, и его самого, и утопления, и боли, и… Холодно. Холодно. Холод — это самое худшее. Он не может дышать. Ему нужно… ему нужно выплыть обратно на поверхность. Он не может утонуть здесь. Не когда так холодно. Не когда нет ничего, кроме него и воспоминаний. Здесь так, так холодно. Ему нужно выбраться. Ему нужно дышать. Кейл мечется. Он протягивает руки, пытаясь схватиться за что-нибудь, хоть за что-нибудь, чтобы не утонуть. Но здесь ничего нет. Здесь нет ничего, кроме Кейла, воспоминаний и холода. Холодно. Это больно. Воспоминания захлестывают его. Холодно. Воспоминания… воспоминания холодны. Ага. Это верно. Воспоминания холодные, потому что он всегда был холодным. Разве он к этому не привык? Кейл останавливается и позволяет себе утонуть. Тут все равно не за что ухватиться. Здесь ничего нет. Никого нет. Только он и его воспоминания. Вот почему холодно. Вниз, вниз, вниз, Кейл тонет. Он погружается на дно моря воспоминаний. Кейл закрывает глаза и позволяет себе утонуть. Холодно. Так холодно… . . . . . . . . . . «КЕЙЛ!» Кейла хватают, он открывает глаза и видит другого себя. Другой он, который вовсе не он. Ким Роксу. «КЕЙЛ!» — кричит ему Роксу. Кейл не может понять, почему Роксу делает такое лицо, но он зовет его по имени и… и… прошло так много времени с тех пор, как кто-то звал его по имени. «Ты не…!» Роксу пытается что-то ему сказать. Хватка на его запястье усиливается. Когда его схватили? Как Роксу его нашел? «Я здесь!» — говорит Роксу. Кейл узнает выражение лица Роксу. Кейл видел это лицо в море воспоминаний, видел это лицо на себе. «Я тоже здесь!» Это страх. «Ты не одинок!» Роксу боится оставаться один. Кейл хватает Роксу и плачет. «Мне страшно», — признается Кейл. «Я был так напуган!» Кейл мертв, и он умер в одиночестве, и его сопровождал только незнакомец. «Пожалуйста, не покидай меня!» — умоляет Кейл и цепляется за Роксу так же, как Роксу цепляется за него. Цепляется за единственного человека, который понимает. «Я не буду» — обещает Роксу, и Кейл отдыхает спокойно, зная, что Роксу всегда выполняет свои обещания. Он снова может дышать. Он так устал тонуть. «Спи», — говорит ему Роксу. «Все в порядке. Я буду здесь, когда ты проснешься». Кейл закрывает глаза, и его слезы прекращаются. Море утихает. В руке Роксу держит душу Кейла Хенитьюза — стеклянный шар, покрытый трещинами, но все еще целый и невредимый. Он держит его бережно, так нежно, как только может, и видит, что трещины склеены его душой. Стеклянная душа пульсирует. Она живая. Она теплая. Последняя запись заканчивается. Ким Роксу больше не тонет.