Глава 10

      Кантерлот встретил Уголька отсутствием суеты. Проснувшись от того, что паровоз начал тормозить пепельногривый не успел даже особо полюбоваться видами столицы, как оказался у вокзала. Выйдя вместе с остальными пони он удивился тому, что перрон оказался полупустым. После Филидельфии аликорн ожидал настоящего столпотворения пони, но нет. Редкие пассажиры спешили по своим делам, железнодорожные служащие о чем-то беседовали с вышедшем на перрон машинистом, а пара единорогов-стражников в золотистых доспехах провожали прохожих усталыми взглядами. Вокзал же пах… да как собственно и должен пахнуть вокзал. Пыль, смазка, паровозный дым, легкий запах пота смешивался с таким же легким запахом чего-то жаренного, не позволяя вороному понять, аппетитным был тот запах или нет. Под равнодушными взглядами стражников Уголек покинул вокзал.       Вечерело. Хоть принцессы еще не начали смену дня на ночь из-за множества довольно высоких домов казалось, что на улицы Кантерлота легла легчайшая пелена сумрака. Как и вокзал, улицы Кантерлота не были забиты народом. Наоборот, редкие прохожие степенно шествовали по своим делам, сидели в вечерних кафешках, беседовали о чем-то встретившись со знакомыми. Да что там! Даже пегасы известные своей любовью к быстроте и те в столице казали куда более степенными. Зато мода в Кантерлоте не то, что не отставала от филидельфийской, наоборот, именно столица задавала ее всей остальной Эквестрии. Наряды идущих пони выглядели дороже, сложнее, шились явно из куда более качественных материалов. Даже таксисты-земные пони, что стояли у вокзала в ожидании клиентов, и те выглядели в какой-то мере щеголевато в своих тщательно отутюженных рабочих костюмах. Дома тоже отличались от привычных аликорну. Если в Филидельфии ценились практичность и удобство, то в Кантерлоте… В Кантерлоте царили величественность, красота и гармоничность. Здания всех форм и размеров прекрасно сочетались, как друг с другом, так и с общим ансамблем города, дополняя его главную достопримечательность. Дворец правителя. Со стороны вообще казалось, что весь Кантерлот — это просто разросшаяся часть дворца. Гармония и продуманность архитектурного ансамбля ощущались буквально в каждом доме.       Вдалеке послышалось чье-то веселое пение. В этом плане Кантерелот ничуть не отличался от Филидельфии. Там тоже порою, когда пони не были в состоянии справится с яркими чувствами и эмоциями, начинали петь. И порою перепончатокрылому хотелось самому спеть, хоть он этого ужасно стеснялся.       Налюбовавшись видами столицы, черный пони вернулся к своим делам. Следовало найти гостиницу или еще что-то такое, где можно было бы переночевать. Ночью законопослушные пони спят и лишь бэтпони начинают сновать над городом по своим делам. В том числе довольно многочисленная возрожденная ночная стража. И аликорну совсем не хотелось объяснять всем встречным, что он никакой не перевертыш. А с учетом того, что вороной уже успел подраться с принцессой Луной в мире снов, то и вовсе, лишний раз мелькать перед сестрами-аликорнами не стоит. Уголек даже примерно не представлял, что случится если про него узнают принцессы. Особенно с учетом кучи кошмаров в его тени, что по прежнему пытались уговорить принять их силу. Арестуют? Превратят в статую? Заставят учиться на принца? Вариантов еще было множество, но в чем перепончатокрылый был абсолютно уверен, так в том, после такого на задание Дискорда у него не останется времени.       Недолго поболтав с таксистами пепельногривый узнал несколько адресов мест где можно было остановиться на ночь. Земные пони с некоторой подозрительностью посматривали на крайне высокого черного «единорога» (воспоминания о нашествие чейнджлингов все еще были довольно свежи), но на вопросы Уголька ответили. Следуя указанному маршруту он уже спустя каких-то полчаса оказался на пороге недорогой гостиницы. Ну… По столичным меркам не дорогой. В очередной раз мысленно поблагодарив старого бэтпони, что настоял на том, что вороной принял от него деньги, Уголек снял номер на ночь. Перекусив самую чуточку зачерствевшей сдобой в уже почти закрывшейся пекарне, что примыкала к гостинице, пепельногривый вернулся в номер и уснул стоило только его голове коснуться подушки. И ни утреннее солнце, лучи которого пробивались сквозь тонкие шторы, ни кошмары, ни воинственные ночные принцессы не могли побеспокоить этот сон, настолько вымотался за прошедшие сутки аликорн.       Проснулся Уголек лишь ближе к обеду, как раз к тому времени, что нужно было покидать оплаченную лишь на ночь комнатку. Потянувшись и сладко зевнув пару раз (как же хороши мои клыки!), он закончил с утренней гигиеной и, попрощавшись с довольно приветливой пегасочкой, что выдавала ключи от номеров, покинул гостиницу. Ноги и нос аликорна тут же привели его к той же пекарне, что он посещал прошлым вечером. В этот раз булочки были прекрасны. Еще теплые, мягкие внутри, с хрусткой корочкой, они пахли свежим хлебом и корицей. От всего сердца поблагодарив пекаря и прикупив еще парочку в дорогу, черный пони отправился по своим делам.       Итак, как найти учителя магии, что не задавал бы неудобных вопросов, не взял бы слишком много битсов за трехмесячное обучение и не кричал бы «чейнджлинг», «принц», «чудовище» или еще, что-то такое? С учетом немногочисленного жизненного опыта Уголька, ответ на сей вопрос у него был ровно один. Нужно пойти в библиотеку. Куда вороной и направился. К счастью прохожие, хоть и с некоторой подозрительностью посматривавшие на странного незнакомца, но все-таки помогли сориентироваться в столице и вскоре Уголек добрался до общественной библиотеки. Для того, что бы упереться в непреодолимое препятствие.       — Никаких насекомых в моей библиотеке! Ходют тут всякие, а потом любовь пропадает! — на защиту библиотеки встала крепкого вида седая старушка-земная пони кирпично-красной масти. Библиотеку она защищала стоя в дверях боком, перекрыв своим довольно мощным телом проход. На носу этой пони расположились непропорционально огромные круглые очки. — Кыш пошел! Мне и стража не нужна, сама тебе накостыляю, хитинистожопый!       — Эй! Я вообщето-то обычный пони! — возмутился Уголек. Правда возмущался он так… Не особо активно. Все-таки он немного необычный пони. Но все равно пони! А не чейнджлинг!       — Ага, ага, как же! В прошлый раз, пока Хранительницы Гармонии гоняли вас, гадов, по всему замку, кто вынес почти всю секцию любовных романов?! А?! Ворюги! Я каждого запомнила!       — Да не перевертыш я! Не пе-ре-вер-тыш! Пони! Я просто черный! Масть такая у меня! Шерсть! Не хитин! — начал закипать аликорн. Чтобы посмотреть на его перепалку с библиотечной консьержкой уже начало подтягиваться несколько пони. Так ведь и стражников можно дождаться, что наверняка заинтересуются шумом. — Не нужны мне ваши любовные романы! Я за газетными подшивками пришел! Учителя себе ищу!       — Так, что же ты сразу не сказал?! Чего старушке голову морочишь? — тут же возмутилась земная пони. Громко фыркнув, ворча себе что-то на тему невоспитанной молодежи, она вернулась на свое место за библиотечной стойкой, открыв ранее загороженный проход внутрь, куда вороной пони тут же и шмыгнул, оставив зрителей без продолжения представления, а стражей подходящих к собравшейся небольшой толпе, без дополнительной работы.       Внутри перепончатокрылый сориентировался довольно быстро. Кантерлотская общественная библиотека была устроена почти точно так же, как и филидельфийская. Те же каталоги, тот же принцип расположения отделов. Только полки располагались иначе, все-таки здания были разных архитектурных стилей. Ну и никакого зловещего присутствия внутри. Что, впрочем, было неудивительно. С принцессами под боком, для того чтобы в Кантерлоте появилось что-то недоброе, это самое недоброе должно быть крайне скрытным. Черный пони скривился… Например быть чейнджлингом.       Обложившись газетными подшивками пепельногривый приступил к поиску. Он не разыскивал кого-то конкретно, просто просматривал объявления, заметки или статьи в которых фигурировали талантливые в магии единороги. Долгая, муторная работа. К сожалению Уголька обучением единорогов в основном занималось само государство благодаря организациям навроде «Школы для одаренных единорогов». Определенно, это было не то, что ему нужно. Даже если не учитывать крайне подозрительную личность черного лже-единорога, образование в этих учебных заведениях давалось комплексно и никто не станет посреди учебного года обучать новичка боевой, целительной или защитной магии. А ведь именно чему-нибудь такому вороной и хотел обучиться. В скором времени ему предстояло защищать пони по заказу Дискорда. Или остановить ту, если пегасочка действительно будет устраивать революцию и свергать власть. Еще оставался вариант с индивидуальным обучением. Отдельные, в основном дворянские, рода практиковали такое, но вороной даже боялся представить во сколько битсов обойдется ему такой учитель. Но именно этот вариант был самым перспективным. Просто нужно было найти учителя, который был бы заинтересован в том, чтобы у него появился столько необычный ученик, как Уголек. Ну и в самом крайнем случае можно было просто почитать те немногочисленные книги по магии, что были в общественной библиотеке. Но это уже на самый крайний вариант, аликорн уже убедился в том, что без учителя он за три месяца вряд ли сможет освоить что-то новое касательно волшебства. Слишком уж сложным, изобилующим непонятными ему терминами, были тексты книг о магии.       Три дня. Три дня пришлось потратить на то, чтобы найти всего один подходящий вариант. Три дня — звучит так-то не особо и длинно? Только вот все эти три дня был потрачены на сотни и сотни газет. Под конец они даже сниться стали, а на на языке появился постоянный привкус бумажной пыли. Аликорн перебирал все более или менее подходящие по тематике издания за прошедшие десять лет. И подходящий вариант оказался вскользь упомянут в довольно скучной светской хронике, где упоминалось, что и без того скандально известный единорог-волшебник Сильверинг Навьери публично разругался со своим учеником, заявив, что он лучше будет учить магии земного пони, чем такого бездаря, как его уже бывший ученик. Ухватившись за ниточку в виде имени Уголек потратив еще день на поиски в библиотеке смог узнать, что этот единорог довольно часто берет учеников. Причем бесплатно, от тех требовалось только ассистировать магу в его исследованиях и делах. Обучал он только жеребцов, сделав исключение лишь для своей племянницы, и учил, судя по отзывам, довольно хорошо. Правда Сильверинг обладал настолько тяжелым характером, что не многие единороги выдерживали давления наставника. Нет, были и те, кто заканчивал у него обучение, но даже они предпочитали не вспоминать о тех временах лишний раз. Все это было вытащено из разнообразных интервью, заметок любящих скандалы газет и светской хроники.       Спустя пять дней по приезду в Кантерлот черный пони наконец нашел себе подходящего учителя. Осталось только убедить самого Сильверинга в том, что тому нужен ученик который получится у него всего три месяца.       Найти адрес проживания скандально известного единорога не составило никакого труда и вот уже аликорн стоит на пороге довольно крупного трехэтажного не то дома, не то дворца расположенного в предместьях Кантерлота. Окруженный металлической оградой, с довольно крупным внутренним парком, это место утопало в аккуратно стриженой зелени. Одного взгляда на все это хватило для того, чтобы понять — здесь живут богатые пони.       Постучав специальным металлическим молоточком по двери, Уголек сделал несколько шагов назад и стал ждать. Довольно быстро, спустя какую-то минуту, двери отворились и перед аликорном предстал светло-зеленый, а голубой гривой, земной пони в одежде дворецкого.       — Чем я могу вам помочь, сэр? — слегка растягивая последнее слово спросил земной пони.       — Я бы хотел попросить Сильверинга Навьери взять меня в ученики.       — Вам повезло. Мастер Сильверниг сейчас как раз на месте. Идете за мной, сэр.       Посмотрев на полированные каменные полы вороной сперва тщательно вытер копыта о придверный коврик и лишь после проследовал за дворецким. Пройдя несколько богато украшенных комнат (прихожая, зал, бальный зал… гостиная? еще одна гостиная? куда столько?!) и поднявшись по широкой лестнице, пони оказались на втором этаже. Указав на ближайшую дверь, светло зеленый пони остался стоять на месте, всем своим видом показывая, что дальше Уголек должен идти один.       Подойдя к двери черный пони постучал.       — Входи. — раздался довольно молодой голос.       Зайдя внутрь аликорн увидел единорога в самом расцвете сил. Почему-то пепельногривому казалось, что Сильверинг обязательно будет пожилым единорогом, ворчливым и бородатым. Вместо этого перед Угольком предстал средних лет единорог, серебристо-белой масти, с фиолетовыми глазами, ярко алой гривой которую ассиметрично разделяла фиолетовая, в цвет глаз, прядь и кьютимаркой в виде четырехлучевой звезды того же цвета, что и грива. Сильверинг сидел в массивном кожаном кресле в еще одной (третья!) гостинной и читал какую-то книгу. Рядом стояла миска с парой только-только очищенных от кожуры яблок.       — Добрый день. Меня зовут Уголек и я бы хотел стать вашим учеником. — не стал тянуть минотавра за рога аликорн.       — Пошел прочь. Чейджлингов не обучаю. — не отрываясь от чтения презрительно бросил серебристый пони.       — Рррррр! — аж зарычал Уголек. Как же его это достало. — Да сколько ж можно! Я просто черный пони! Представляете, такие иногда появляются!       — Да? — в этот раз единорог проявил побольше интереса. До этого ему хватило всего лишь черного силуэта гостя для того, чтобы сделать выводы о том, кто к нему пришел. Возможно он поторопился и эти выводы были неверны. А может и нет. Отметив страницы на которых он остановился вложенной закладкой Сильверинг убрал книгу в сторону и внимательно посмотрел на пепельногривого. И то, что он видел перед собой не очень то и походило на простого пони. А видел Сильверинг высокого, очень высокого, худого, голубоглазого, черного, единорога с гривой и хвостом похожими на те, которыми обладали аликорны. Спину и бока вороного укрывал алый плащ, а справа и слева свисали походные сумки.       — Интересно. — протянул единорог, решив что перед ним стоит очередная неудачная попытка стать аликорном. Или просто тупое насекомое в своем скудоумии не способное понять, что таким обликом лишь привлекает к себе внимание. А затем, подхватив телекинезом нож для чистки яблок, протянул его вороному. — Докажи. Посмотрим какого цвета твоя кровь.       А аликорн даже сомневаться не стал. Перехватив телекинезом нож, тут же чиркнул себя по голени. Резкая вспышка боли и вот черную шерсть запятнали несколько крупных капель крови. Красной крови.       — Довольны? — Уголек с огромным трудом сдержал раздражение, стараясь держать тон голоса ровным.       — Более чем. — кивнул Сильверинг поднимаясь с кресла. Встав напротив черного пони и, широко расставив ноги, он продолжил. Будучи довольно высоким по меркам обычных пони, Сильверинг с некоторым недовольством отметил, что смотреть на собеседника снизу вверх довольно неприятно. — Предупрежу тебя сразу, у меня тяжелый характер. Я расист и сексист. И все это тебе придется терпеть. Также я не буду тянуть тебя за шкирку к знаниям великого искусства. Будешь лениться — можешь больше не приходить. Так, что если ты комнатный цветочек, не способный на что-то большее, нежели прятаться под хвостом кобыл, то тебе стоит уйти прямо сейчас. Если же не сбежишь, то получишь образование не хуже того, что дают в этой «Школе для одаренных единорогов».       — У меня тоже есть несколько встречных условий. — ничуть не напуганный речью серебристого единорога, спокойно произнес Уголек.       — Ты мне еще и условия собираешься ставить? — удивленно протянул Сильверинг. — Я итак занимаюсь считай, что благотворительностью, обучая бесплатно.       — Уверен, у вас есть для этого какие-то причины и выгоды помимо благотворительности. — все так же спокойно ответил аликорн смотря глаза в глаза единорогу. Без вызова, но и не собираясь прогибаться перед чужой волей. — Условия у меня всего три. Первое — вы не задаете вопросов обо мне, не интересуетесь мной. Ни в какой форме. Сами видите, я выгляжу немного необычно и я не желаю рассказывать о причинах того, почему я такой. Второе — через три месяца я вас покину, чтобы поработать телохранителем у одной пони в довольно опасной экспедиции. Третье условие происходит из второго — меня не интересует сейчас теория магии. Некогда. Обойдусь. Лишь самое необходимое из теории и все, что я смогу изучить из того, что вы посчитаете полезным для защиты пони.       — Насколько хорошо ты разбираешься в магии?       — Почти не разбираюсь. — со вздохом ответил вороной, понимая, что таким ответом уменьшит свои шансы на ученичество. Но не врать же! Обман раскроется очень быстро. — Пытался прочесть пару книг в общественной библиотеке, но ничего не понял. Ну и телекинезом неплохо владею.       Хозяин поместья нахмурившись рассматривал наглого юнца. Только сейчас он заметил, что у его гостя не было кьютимарки. А ведь на это стоило обратить внимание раньше. Чейнджилинги по мнению алогривого единорога, хоть и были невероятно глупы, но не настолько чтобы изобразить взрослого пони без кьютимарки. Справедливости ради стоит отметить, что по мнению Сильверинга все кроме единорогов были глупы, просто кто-то сильнее, кто-то слабее.       — Хорошо. Я дам тебе шанс. — после минутного размышления наконец согласился хозяин поместья. Аликорн и не заметил, как нож обагренный его кровью был аккуратно и незаметно убран за кресло. — Но! Приготовься пахать так, как и земному пони не снилось! Если ты собираешься хоть чему-то научиться за каких-то три месяца, можешь забыть о развлечениях. Никаких кобыл, посиделок с друзьями, танцулек и прочего такого. Только учеба. Ты меня понял, ученик?       — Да, учитель.              ***              — Я рада видеть тебя дочь. Спасибо, что прибыла так быстро. — когда чуть запыхавшаяся бэтпони вихрем влетела в окно кабинета своей матери, сидящая за столом светло-персиковая единорожка даже бровью не повела.       — Мама! Я тоже рада тебя видеть, у тебя все в порядке, ты так срочно вызвала меня к себе, что я едва-едва успела отпроситься в библиотеке, зачем ты меня вызывала?       — Все в порядке, Кири. — успокоила скороговоркой тарахтящую дочь ее мать. — Я слышала, что ты рассталась с тем земным пони. Как там его? Рок? Бил? Я всегда говорила, что этот плебей тебе не пара.       — Борк. Его зовут Борк Рок. И да, твои сплетники все тебе правильно рассказали.       — А еще они мне рассказали, что ты начала встречаться с незнакомым единорогом. Черным! Ты хоть его проверила? Он не чейнджлинг?       — Мааааам!       — Не мамакай мне тут. Если он дворянин, то я должна знать из какой он семьи!       — Ты обещала не лезть в мою личную жизнь!       — Кириэдаль Белот! - гневно воскликнула единорожка, но тут же успокоилась, сменив тон голоса более мягким. - Дочь… Я обещала не лезть в нее, при условии что в твоей личной жизни не будет пони из знатных родов! Так, что, из какого он рода? Может и вовсе арабианец с фальшивым рогом?       — Тпру! Какой еще к Дискорду арабианец? И рог у него настоящий…       — Тогда я слушаю.       — Ладно! Ладно. Я не могу тебе всего рассказать, есть секреты, что я пообещала хранить.       — И это достойно фамилии Белот, дочь.       — Если же ты решишь использовать то, что я могу тебе рассказать против моего друга, имей ввиду, я на тебя обижусь. ОЧЕНЬ обижусь.       — Я услышала тебя, дочь. И обещаю.       — В таком случае… Все началось с того, что дедушка Флир «подарил» мне аликорна.              -        Сенсей (Коrsика) Он был старше тебя на вечность, Он в тебе открывал секреты, На воде зажигая свечи, Ты — алтарь, говорил тебе он. Его шепот жег твое имя, Не жалея и не скрывая, На границе ночной пустыни Он тебе выдал эту тайну. Твой последний урок — Что победа на вкус, Будто кровь из разбитой губы. Твой последний урок — Если нужен твой ход, То слова — уже вряд ли нужны. Небо плакало и смеялось, Облака и песок мешая, Ты не видела, как ушел он — Но уже почему-то знала… Не сгибаемый, не прощенный, Не разбитый о камни солнца, Оставляя тебе то небо, Куда он уже не вернется… Твой последний урок — Что победа на вкус, Будто кровь из разбитой губы. Твой последний урок — Если нужен твой ход, То слова — уже вряд ли нужны. Твой последний урок — Небо любит прощать, А земля — любит крылья скрутить. Твой последний урок — Мир — сплетенье дорог, Ты сама выбираешь, как жить! Твой последний урок — Что победа на вкус, Будто кровь из разбитой губы. Твой последний урок — Если нужен твой ход, То слова — уже вряд ли нужны. Твой последний урок — Небо любит прощать, А земля — любит крылья скрутить. Твой последний урок — Мир — сплетенье дорог, Ты сама выбираешь, как жить!