Семя 1.2

Глухой чмок удара кулаком в челюсть прозвучал как пробка от шампанского. Парень в сине-голубых цветах Воронов качнулся и рухнул на линолеум, будто подкошенный. Его приятель, в таких же цветах, не заставил себя ждать: с рычанием он ринулся вперед и всадил кулак в солнечное сплетение чернокожего нападавшего из СЧН. Тот сложился пополам, захлебываясь воздухом. Я наблюдала за этим привычным спектаклем из глубины школьной столовой, откусывая от действительно офигенного сэндвича и потягивая обжигающе горячий кофе из соседней забегаловки. Старшая школа «Райен» была не просто учебным заведением; это был миниатюрный полигон, где сталкивались интересы трех главных банд Колумбуса: Воронов, СЧН и АЗЛ. Вороны… Честно, я не понимала, зачем им тут «воронята», их младшее поколение. Взрослые Вороны и так доминировали в городе, их бойцы были эффективны и беспощадны. СЧН, «Союз Черных Негров» – некогда движение за права, скатившееся в ультранационалистический культ исключительно для черных. Вербовать школьников для них было в порядке вещей – пушечное мясо всегда нужно. И АЗЛ… — Крутяк, — усмехнулся Джейкоб, сидевший рядом. Он выдохнул струйку едкого дыма прямо мне через стол. Его мешковатая одежда кричала черно-зелеными цветами Азиатского Зеленого Лотоса. И его зубы… Они были не просто желтыми от никотина, а почти черными, как и его кожа, покрытая странной, маслянистой сажей. Да, вы не ослышались. Я отодвинулась, стараясь не вдохнуть этот сладковато-горький смрад. Запах «кумара» витал вокруг каждого члена Лотоса, как их амулет. Прямо на столе перед Джейкобом, нацарапанная острым концом ножа, красовалась грубая эмблема Воронов перечеркнутая чёрным маркером Джейкоба. Вызов или просто вандализм? В столовую ворвался охранник – огромный, с лицом, изборожденным шрамами, и странным, режущим слух акцентом. Его одного голоса хватало, чтобы даже самые отмороженные бандиты мгновенно прекратили драку и расходились по углам. Он был легендой и страшилкой одновременно. Прозвенел спасительный звонок. Я вышла из душной столовой в чуть менее душный коридор. Обычно ученики жались здесь или во дворе, опасаясь летящих в пылу бандитских разборок стульев и столов от СЧН. Но сегодня столовая была забита под завязку. Такое случалось лишь после «чуда» – так здесь называли рейды Дробителя. Этот Кейп-мститель патрулировал улицы, и вчера он в одиночку разнес одну из баз СЧН. Потери у банды были серьезные, поэтому и в школе их активность упала. А Вороны, почувствовав слабину, видимо, решили провести «учебку» для своих младших – «воронят», как их дразнили в сети. Я как-то разговаривала с одним; он жаловался, как их подняли ни свет ни заря и гоняли по всему городу – «изучать улицы», как он буркнул с отвращением. Подойдя к своему шкафчику, я убрала недоеденный обед и открыла верхнюю полку, где стоял мой жалкий горшок с цветком. Вернее, стоял раньше. Растение, некогда требовавшее солнечного света, окончательно зачахло. Теперь его место занимал хаотичный букет из дюжины разных, диковинных цветов, выросших сами по себе. Моя визитная карточка. Я вздохнула и плеснула воды на этот спонтанный сад. Раз уж я его посадила… в каком-то смысле. Взяла нужные учебники, захлопнула металлическую дверцу. Следующий урок – обществознание у мистера Байена. В классе было пустынно. Многие отсутствовали – те, кто был в «Амуре» 14 февраля. Всего сидело шестеро: один из СЧН (выглядел потрепанным), двое Воронят (еще зеленые, но уже с каменными лицами) и один из АЗЛ (сонно клевал носом). И еще трое «нейтралов». Одна из них – девушка с огненно-рыжими волосами, на пару тонов ярче моих, – оживленно махала мне. Я махнула в ответ и села за свою парту. Место рядом пустовало. Раньше там сидел Патрик. Он тоже был в том кафе. В отличие от других, он не вернулся. Его так и не нашли. Учитывая, что правую часть его лица… разворотило, возможно, это было к лучшему. — Йо, — раздалось спереди. Обернулся парень с длинными каштановыми волосами – Марк. И да, он тоже был там: белая повязка скрывала правый глаз под прядями. Его единственный видимый глаз – необычного, глубокого зеленого цвета – пристально изучал меня. Не по-хамски, а скорее с любопытством ученого, рассматривающего редкий экземпляр. Это было… странно, но не неприятно. — Йо, — ответила я. — Хмурая сегодня, — констатировал он монотонно. Не дав мне вставить слово, он сунул руку в карман и протянул что-то. — Держи. Дед на кузнице колдует, велел раздать. — На ладони лежало кольцо в форме стилизованного золотого цветка. Прежде чем я успела что-то сказать или рассмотреть, он уже повернулся к доске. Марк был местной достопримечательностью. Человек-загадка, который мог в один день раздать всем девочкам младших классов бумажные цветы со словами «С Днем Благодарения», а в другой – притащить колонку и оглушать музыкой весь урок. Его выходы были непредсказуемы и часто лишены видимой логики. Кольцо было тяжелым, явно железным, лишь покрытым золотистой краской. Слишком увесистое для украшения. Я сунула его в карман джинсов, чувствуя странное беспокойство. В класс вошел мистер Байен. Он выглядел раздраженным – не в духе. Видимо, из-за того, что обед закончился раньше на двадцать минут. — Сегодня работаем быстро. Без проволочек, — отрезал он, швырнув портфель на стол. Его пальцы громко щелкнули при разминке. Мистер Байен был харизматичен: молодой, с зачесанными назад волосами, в безупречном костюме, который делал его похожим на киллера из нуара. Серьезный, но с острым, как бритва, чувством юмора. — Начинаем. Он запустил лекцию о ключевых событиях пятилетней давности и их влиянии на мир. Потом соберет домашку и задаст новую. К счастью, я уже сделала и то, и другое. Пока он говорил о геополитических сдвигах, мое внимание привлекло что-то этажом ниже. Через «Импульс» я почувствовала сгусток напряжения. Найдя крошечный росток в щели подоконника, я вырастила рядом с ним еще один – глаз, покрытый тонкой пленкой, как у насекомого. Звука не было, только картинка. Группа девчонок, одна – явно заводила, окружили хрупкую, запуганную на вид девочку. К ним подошла еще одна – высокая, с длинными темными волосами и татуировкой в виде черной слезы под левым глазом. Защитница? Они что-то кричали друг на друга, жестикулировали. Заводила явно сказала что-то особенно гадкое – и девушка со слезой отвесила ей такую пощечину, что та шлепнулась на пол. Я увяла глаз, оставив лишь сухой стебелек. Знакомый сценарий. Эту затравленную девчонку я видела не раз. Учителя будто не замечали. А я? Я – чертов кейп! Почему я просто сидела и смотрела? Почему не помогла этому несчастному ростку? Хватит. Горечь и стыд подступили к горлу. В следующий раз я вмешаюсь. Помогу. Неважно кому. Ждать больше нельзя – пора стать героем. Я вытащила блокнот и с новым чувством решимости начала набрасывать эскиз маски. Пришло время выйти из тени.