Проростание 2.3

— Следующий вариант, — сказала я, прежде чем услышать его усталый вздох. Воздух в дешевом магазине был спертым, пропитанным запахом синтетики и пыли. — Да нормально же выглядит, — Марк оттянул полы мешковатой красной куртки, которая висела на нем как мешок. Перешивать это в костюм было бы кощунством. На нем были обычные джинсы, застегнутая доверху черная кофта и поношенные ботинки. Мы уже выбрали основу для его образа «Талисмана»: свободные черные брюки с глубокими карманами, простую черную рубашку, белую жилетку и крепкие армейские берцы. Оставалось найти верхний слой, который не кричал бы «бандит» или «клоун». — Во-первых, — я окинула взглядом пустой угол магазина и опустилась на колченогий пуфик, — красный — цвет злодеев. Во-вторых, даже если бы я была портнихой-волшебницей, времени на переделку нет. Костюм тебе понадобится вчера. Марк вздохнул глубже, но попытался парировать: — Красный есть и у героев. Вектор... — У Вектора — тонкие акценты-стрелки! У Ромашки — весь спектр радуги! — перебила я, махнув рукой. — А Багряный... — Не упоминай Бойню Номер Девять, ради всего святого! — взмолилась я, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. — Но раньше он был в Стражах, — парировал Марк с упрямством бульдога. — И именно после него в Стражах красное стало табу, — я закатила глаза. — Штурм. — Кто? — Из Бронктон Бей. — Сказал Марк, пожав плечами. — Узнал смотря вики Оружейника. "Штурм и Батарея" довольно известны там. — О боже. — Закатила я глаза от такого юмора. — Оттуда же я искал наших собратьев, — он небрежно повесил красное уродство обратно на вешалку. — Каких собратьев? — Моя бровь поползла вверх, пока Марк отворачивался к стойке с куртками. — По нашему кластеру. Или мульти-триггеру, как тебе угодно, — он облокотился на шаткую стойку, его единственный глаз прицелился в меня. — Ты же задавалась вопросом, почему у тебя семь способностей вместо одной. Я наклонила голову, стараясь сохранить маску безразличия. Вопрос висел в воздухе, но... — У меня их шесть. — А твои... сложные творения из растений? Разве они не часть твоей силы? Просто очень продвинутое применение контроля над растениями? — Его взгляд был невинным, как у кота перед прыжком. Я тяжело посмотрела на него. Его лицо было чистым листом. В конце концов я отвернулась, а он удовлетворенно кивнул, словно получил подтверждение, и вернулся к поискам. — Как насчет этой? — Он натянул темно-синюю куртку, которая сидела чуть лучше, но все равно была бесформенной. — Выглядишь как новобранец Воронов, — я скривилась. — Тебе туда? Марк моментально скинул куртку, будто она загорелась. — Я провел ревизию и выявил пару возможных кандидатов, — пробормотал он, копаясь в груде ткани. Я встала и подошла ближе. Магазин был царством дешевизны и плохого вкуса – именно поэтому мы здесь, уроки родителей о ценности денег не прошли даром. Сотни безликих курток и джемперов висели, как тени. Я наблюдала, как Марк бесцельно перебирает вешалки, его взгляд рассеян. Его пальцы, обманчиво тонкие, замерли на одном из джемперов. Он повернулся? Его зрачок уперся в меня с такой интенсивностью, что я почувствовала, как жар растекается по щекам. — Ч-что? — выдавила я. Он вздохнул, словно сбросив какую-то мысль, и вытащил болотного цвета джемпер. Бровь его вопросительно поползла вверх. Я махнула рукой. — Марк, я могу вырастить тебе что угодно. Сложное, прочное, стильное. Зачем этот цирк? Он замер. Видимо, мысль пробилась сквозь его аналитический барьер. Он молча повесил джемпер обратно и резко развернулся к выходу. Я поспешила за ним, сумки скрипели в моих руках. — Так что за «собратья»? — спросила я, нагоняя его у эскалатора. — Ах, да. — Он щелкнул пальцами, остановившись. — Двое: независимая по имени Венера и бродяга Горе. — И почему ты решил, что они наши? — Я скрестила руки. — Горе умеет рассыпаться на... что-то. Похоже на моих роботов, но иначе. А у Венеры есть аура влияния... похожая на мою ауру страха, — ответил он, глядя поверх голов толпы. Похоже на одну из моих сил, но... Погоди-ка. — Так твои роботы — это не технология?! — я резко схватила его за предплечье. — Как я, по-твоему, сделал бы такое? — он ответил спокойнее, чем я могла ожидать, но его рука напряглась под моей хваткой. — Как любой технарь! — выпалила я громче, чем планировала. — Потише, — он кивнул в сторону любопытных взглядов. Я, все еще держа его за руку, потащила его через торговый зал к выходу, чувствуя, как на меня смотрят. Мы миновали витрины, кассы... — Может, отпустишь? — его голос прозвучал прямо у уха. Я обернулась. Его правая рука была вытянута в мою сторону, поддерживаемая... моей же хваткой. Я отдернула руку, будто коснулась раскаленного металла. По его едва заметной усмешке я поняла, что покраснела до корней волос. — Иди ты! Я домой! — бросила я ему через плечо и почти побежала к автобусной остановке, оставив его стоять с нашими покупками. В автобусе я глухо застонала, уткнувшись лбом в прохладное стекло. Боже, я только что протащила его через весь центр, как ревнивая девчонка из аниме. А потом послала. Кто я? Он, конечно, заслужил многое, но сегодня... сегодня он просто был странным парнем, с которым я выбирала одежду. Я проехала свою остановку. Крики "Откройте дверь!" возымели действие, и я побрела по знакомым улицам. Прошла мимо переулка Дробителя. Район напоминал поле боя: здание схрона СЧН было снесено до основания, рабочие копались в руинах. Как бы я ни относилась к его методам, Дробитель действительно очищал город от скверны. Дом встретил меня тишиной и запахом одиночества. Два замка на двери – мама уехала. Я сбросила туфли и куртку, поднялась в комнату, сменила платье на старую зеленую футболку и мягкие шорты – мою тайную домашнюю униформу. На кухне я выбросила вчерашний фантик. Записка мамы лежала на столе, как обвинение. "Позвони дяде Рику. Срочно. Ты знаешь почему. Поезжай к нему в Бостон. Люблю." Я вздохнула, взяла трубку. Ровно два гудка. — Алло? — голос Рика был таким же хриплым, как всегда. — Привет, дядь, — сказала я, стараясь звучать непринужденно. — О, племяшка! Редкий гость. Чего случилось? Мама заставила звонить? — Ни тени беспокойства. Ему было все равно. — Да, она просила, чтобы ты меня забр... — Забрал в Бостон. Знаю, знаю. Паника каждые три месяца, — он фыркнул. — Ну что, встречать где? Аэропорт? Вокзал? — Слушай, я... не поеду, — выпалила я, сжимая трубку. На той стороне воцарилась тишина, прерванная резким лязгом и матом Рика. — Твою ж... Так почему передумала? — его голос стал резче. — Я... эээ... у друга! Уехала к другу! Он живет далеко от Колумбуса, там безопасно! — Я чувствовала, как горит лицо. Ложь давалась тяжело. — Агаааа, — Он протянул слово. — Главное, используй защиту. — Рик! — Пискнула я. — Ладно, ладно, сиди у своего «друга». Маме не проболтаюсь, — Буркнул он. — Сам занят тут. — Что случилось? Тот шум? — спросила я, надеясь отвлечь. — Э-э, с мужиками в гараже... машину пилим. Один дебил аккумулятор в подвал уронил, где я щас сижу. Бабахнуло, — Объяснил он. Это хоть что-то объясняло. Внезапный гудок на линии – второй вызов. — Ой, дядь, у меня звонок, важный! Пока! Все ОК! — я почти выкрикнула и бросила трубку, не дав ему ответить. На экране горело имя: Марк. Чего ему сейчас? — Чего тебе? — я приняла вызов, сердце колотилось. — И тебе привет, — его голос звучал необычно напряженно. На фоне – возбужденный, почти истеричный голос. — Слушай, твой дом же с этими... белыми мраморными вкраплениями на стенах? Я про... ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ НА СЕКУНДУ! — он рявкнул в сторону. — Да, а ты решил с экскурсией? — спросила я с фальшивой легкостью. — По делу. Срочно. Я почти у твоей двери. — Что? Уже?! В дверь постучали. Я метнулась к глазку. Марк, с нашими сумками в руках. А за его спиной – нервно переминающийся с ноги на ногу рыжий парень. Прежде чем я успела отойти, щелкнул замок – моя дурацкая привычка открывать дверь автоматически! Я пискнула от неожиданности. — Ого, — прошамкал рыжий, протискиваясь за Марком, его глаза бегали по роскошному холлу. — Я думал, тебя горничные встречают. Как в кино. — Горничные – это слишком дорого для здравого смысла, — огрызнулась я, запирая дверь. Сердце бешено колотилось. — Я думал, она вся твоя, — рыжий кивнул на Марка, явно намекая на что-то. — Ты о чем? — Марк нахмурился. — Ну, в новостях же ты полшколы под себя подмял... Одну квартиру уж точно мог бы, — он самодовольно ухмыльнулся. — Во-первых, какого черта вы врываетесь без спроса?! — зашипела я, теряя терпение. — Во-вторых, кто ты, черт возьми, такой?! Марк встал между нами, словно разделяя враждебные фракции. — Алеся, Грег. Грег, Алеся. Знакомьтесь, — он коротко кивнул. Потом зашел за спину Грега и решительно толкнул его в сторону гостиной. — А теперь проваливайте на кухню. Болтать будем там. И быстро. За кухонным столом царило неловкое молчание. Я сидела напротив Марка. Справа от меня елозил Грег. Фоново играло радио – джаз, неуместно спокойный. — Объясняю ситуацию, — начал Марк, отодвигая чашку, которую я ему не предлагала. — После твоего... грациозного ухода, я решил пройтись. К этому... экземпляру, — он кивнул на Грега, — подошел сам. Узнал меня. Без костюма. И вот мы здесь. — Он развел руками, как будто говорил о найденной бездомной кошке. Боже, этот идиот... Я зажмурилась. — Я думал, смогу внедриться, собрать инфу! — Грег оживился, его глаза блестели. — Я же не знал, что вы... типа... вместе! И что это не постановка! — Он хотел «втереться в доверие» к злодею и поэтому не вызвал копов? — уточнила я, глядя на Марка. Тот просто кивнул, его лицо было каменным. — Слушайте, я не совсем въезжаю, — Грег заерзал. — После того как Стриж не спас Девушку-Флору... что-то произошло между вами, и теперь вы... — Во-первых, Стриж меня вырубил, тем самым отдал меня этому мистеру «Эксперименты над школьницами», — я резко указала на Марка, поймав его едва заметное закатывание глаз. — Во-вторых, я просто Флора. Без «девушки». Грег замер, его рот открылся в немом «О». Он посмотрел на меня с новым, смешанным страхом и интересом. — И что нам с ним делать? — спросил Марк, словно речь шла о неудобной посылке. Внезапно Грег вскинул руку. В его ладони материализовался старомодный, но грозного вида ковбойский револьвер! Я вскрикнула, инстинктивно отпрянув. Марк среагировал быстрее – синий луч энергии выстрелил из его ладони прямо в Грега! Тот вскрикнул, и вокруг него на долю секунды вспыхнуло белесое, мерцающее силовое поле. Луч Марка срикошетил в потолок, оставив дымящуюся точку. — Спокойно! — взвизгнул Грег, пряча револьвер как бы на в кобуру, оружие исчезло в клубе белого света. — Я просто хотел показать, что у меня тоже есть силы! Я не злодей! — Ты мог бы просто сказать! — закричала я, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу. Адреналин горел во рту. — Да! Просто... да! — Грег тяжело дышал, щит явно отнял силы. — У меня... две силы. Одна – призвать этот ствол. Другая... ну, щит. На секунду. Сильно долгая перезарядка. Я кивнула, запоминая. Ограниченный щит и пистолет. Не ахти, но может пригодиться. — Может... — Грег посмотрел на нас по очереди, в его глазах горел смешанный страх и надежда. — Могу я... быть с вами? Стать частью команды? Я полезен! — Я за, — тут же сказал Марк. — Ты даже не подумаешь?! — я уставилась на него в изумлении. — Так у тебя будет меньше причин не доверять мне, — он парировал спокойно, но его взгляд был острым. — Баланс сил. Третий голос. — Но... — я начала. — «Внимание! Говорит Вашингтон!» — внезапно перебил красивый, но леденящий душу голос из радио. Весь мир замер. — «Сегодня, двадцатого февраля, в четыре часа пополудни, без объявления войны Губитель Симург атаковал Канберру! Повторяю: Убийца надежды атаковала Австралию!» Музыка умолкла. В кухне повисла гробовая тишина. Глобальный кошмар начался. — И... вы поедете? — прошептал Грег, его лицо побелело. Он смотрел на нас как на последнюю надежду. — Мы нужны здесь, — твердо сказала я. Марк молча кивнул, его взгляд уже анализировал невидимые карты и угрозы. — Здесь? Но... Губитель? — Грег не понимал. — Вороны, — пояснил Марк ледяным тоном. — Они поднимут мятеж. Используют панику. Как всегда, когда Губитель бьет. Раз в три месяца. Как часы. — Они снова решат, что город – их территория, — добавила я, вставая. За окном, над крышами Колумбуса, уже сгущались сумерки, окрашенные тревогой. И словно в ответ на наши слова, мир взорвался. Оглушительный БА-БАХ! где-то совсем близко сотряс здание до основания. Стекла на кухне вылетели с жутким звоном, осыпая нас осколками. С улицы донесся нарастающий рев сирен, треск автоматных очередей, дикие крики. Хаос ворвался в квартиру через разбитые окна, неся с собой запах дыма и пороха. Битва за Колумбус началась.