Интерлюдия "Ангел"

Табурет скрипел подо мной. За сценой царила напряженная тишина, нарушаемая лишь шепотом и лязгом оружия. Тысячи людей – нет, не миллионы, даже не сотни тысяч, но несколько тысяч преданных бойцов и сторонников – заполнили импровизированный плац перед сценой, Я сидел на табурете за кулисами нашей импровизированной "сцены" – крыши полуразрушенного склада. Внизу, заполняя улицы, площади, даже крыши соседних зданий – толпа. Десятки тысяч. Может, сотни. Все в темно-синем и голубом, или с повязками этих цветов. Последователи. Солдаты. Жертвы. Все глаза были устремлены сюда. На меня. На него. Я поправил маску – гладкую, безликую, темно-синюю с голубым инженерным шевроном на лбу. Ричард "Рик" Санчез. Узнают меня по острым, будто сталь, черным волосам с едва уловимым синим отливом – причуда генетики, намекающая, что мой покойный батя, идиот, красил волосы в молодости. Цоканье каблуков. Я повернул голову. Ворон. Его знаменитую маску в виде стилизованной птичьей головы он нес в руке. На нем был не форменный костюм СКП, а его темно-синяя версия, подчеркнутая ярко-голубой рубашкой. Элегантно и угрожающе. — Санчез, — его баритон, низкий и изрезанный шрамами времени и не только, был тише грохота толпы, но слышен четко. Ему было далеко за семьдесят. Не лысый – лет сорок назад он рискнул на пересадку волос, когда это было чистой авантюрой. На старых фото в архивах отца его щеки были пухлыми. После того дня тридцать лет назад... они стали впалыми, стянутыми ужасающей паутиной шрамов. Будто их изнутри вырвало осколками и пламенем. Я шутливо ткнул пальцами к виску в подобии чести. Он, как всегда, лишь вздохнул и водрузил свою маску на лицо. — Ты готов? — спросил он, глядя на меня сквозь щели птичьего клюва. Я перебрал в уме статус. "Двигатель Земли" – готов. Последняя проверка систем – чисто. Осталось только пристыковать главный ствол, но эти идиоты в цеху номер четыре уронили кран и повредили крепления. Пришлось слать гонца к Ящику Игрушек – тем психам с сверх силами, бррр, – с пачкой денег из общего фонда. Предупредил Ворона. Он посмотрел на меня так, будто я предложил продать его бабушку, но кивнул. В следующий раз виновным сломаю руки. — Да, я готов. А вы, Капитан? — ответил и спросил я. — Я готов. А теперь иди. Их ждут твои слова. Я вышел на край крыши. Миллионы глаз? Нет. Но десятки тысяч – точно. Море темно-синего и голубого. Волна ропота прокатилась по толпе. — Приветствую вас, братья и сестры! — мой голос, искаженный маскировщиком в маске, звучал чужим – более грубым, старческим. Пусть думают, Ангелу под шестьдесят. — Скажите мне, что вы поняли, прожив жизнь в этом мире? В мире, где они правят бал? Гул. Проклятия. Крики боли. Имена погибших. Все дороги вели к ним. К паразитам с силами. — Верно! Кейпы! — я вложил в слово всю свою ненависть. — Братья! Сестры! Слушайте! Наш час пробил! Сегодня... — я сделал паузу, давая тишине сгуститься. — ...мы предъявим счет этим ублюдкам! Сорок с лишним лет они топтали нас, убивали наших близких! Но сегодня... мы сломаем им хребет! Вспомните ваши семьи! Пока мы здесь, они стареют в страхе... — По толпе прокатился гул – горечь, согласие. — ...слушайте план и увидите ублюдков падение! Сейчас они совещаются – эти жалкие "герои" и бандиты! – пытаясь выработать стратегию против нас! И мы дадим им эту иллюзию! Но она им не поможет! Все, что от вас требуется – продержаться! Держать линию! А дальше... — Я резко шагнул в сторону. Позади меня с грохотом развернулось огромное полотнище – проект "Двигатель Земли" во всей его циклопической мощи. Толпа взревела. Ликующий, яростный рев, предвещающий не просто победу, а возмездие. На мое плечо легла рука Ворона. Его появление взорвало новые волны восторженных криков. Где-то в глубине толпы, под тенью низко надвинутой федоры, глаза девушки встретились с глазами Ворона. И в этих глазах, привыкших к ярости и боли, вспыхнуло нечто давно забытое. Бессилие.

***

Я смотрел на экран планшета. Камера слежения в цеху показывала шестерку кейпов. Флора с ее растениями, Ромашка с ее дурацкими цветными вспышками... Остальные – мелкая сошка. Они спрыгнули с мостков. Амур создал свое розовое деревце-бомбу, ослепившее патруль наверху. Флора сгруппировала их под своим куполом. Наивные. Мой танк разнесет их укрытие как карточный домик. Я убрал планшет. Финал предрешен. — Все системы управления "Двигателя" в норме, сэр. Запуск через двадцать минут, — доложил техник с пульта. — Хорошо, — я прошел на капитанский мостик командного центра, расположенного глубоко под землей, и сел в центральное кресло. Вид на главные экраны, показывающие статус "Двигателя" и хаос на улицах. — Начнем, ублюдки. Начнем.