Глава 12

Краткое содержание главы Люцифер вернулся к своей обычному облику, наслаждаясь всеми вещами, которыми он наслаждался до инцидента… но его нормальность не приносила ему такого удовлетворения, как раньше, и мужчина скучал по Хлое… больше, чем думал. В течение двух недель он утопал в тех грехах, что и всегда, пытаясь не обращать внимания на то, как одиноко он чувствовал себя без неё. Дополнительная тяжесть от сделки с Отцом по розыску и возвращению сбежавшей души в Ад делу тоже не помогала. А потом Детектив появилась в Люксе… и они поговорили.

***

Первые две недели после своего возвращения в человеческую форму Люцифер был сосредоточен на том, чтобы выпить свой бар досуха, вступая в связь со всеми людьми без исключения, ищущих его общества. Он перебрал список партнеров по постели из всего алфавита: парочка Аронов, несколько Эллисон, Алисия, несколько Бобы, Брэндоны и Брайаны всех мыслимых орфографических правил, большинство, если не все Бриттани, ассортимент Кэнди, множество Томов, Диксов и Гарри… и так далее. Люцифер оставил их всех удовлетворёнными, и сам получил удовольствие от того, что удовлетворил их, но после того, как они ушли… он подумал о ней. Морнингстар больше никогда не спал со своими любовницами и любовниками, вместо этого полностью удовлетворил их и отправил восвояси. И теперь он лежал один в своей постели, гадая, почему чувствует себя таким опустошенным и почему единственным человеком, рядом с которым он хотел бы проснуться, была Детектив. Его тоска по ней сопровождалась болью, которую мужчина никогда раньше не испытывал, и ему не хватало слов, чтобы дать этому чувству название. Но она ему так и не позвонила. Хлоя так и ни разу не появилась в Люксе. Возможно, это было к лучшему. Она была слишком хорошим человеком, чтобы иметь дело с таким, как он. Возможно, ей удалось убедить себя, что у неё был кратковременный приступ бреда из-за стресса, вызванного похищением её дочери и угрозами. Конечно же, объяснение исчезновения напарника К-9 Люцифера было задачей посложнее. Вместо того, чтобы заставлять её всё объяснить и подвергать сомнению её вменяемость в глазах коллег, Люцифер взял на себя смелость позвонить лейтенанту на следующее утро после инцидента с Малькольмом. Он объяснил ей, что К-9 Люцифер был серьезно ранен, но выздоравливал и из-за своего возраста был отправлен в отставку. Как его «заводчик», он вернул собаку себе и намеревался позволить ей дожить свои дни на Ферме. Лейтенант конечно, расстроилась, что потеряла столь замечательного пса и тут же спросила о возможности заполучить потенциальных щенков этого зверя, которые могли бы появиться во время отставки. Люцифер дал очень уклончивый ответ, но эта идея засела в глубине его сознания. Не то чтобы он мог зачать каких-либо щенков, конечно. Кроме того, у мужчины были проблемы поважнее. На повестке дня была сбежавшая душа, которую нужно было найти и каким-то образом вернуть в Ад, и, к сожалению, из-за того, что он сжег свои крылья, ему понадобится помощь на этапе доставления души в Ад. Люцифер предложил Аменадиилу поселиться в Люксе этажом ниже — и брат так и поступил. Брюнет сказал себе, что это нужно лишь для того, чтобы он знал, где находится его брат, хотя признавался самому себе, что дело было не только в этом. В ту ночь, когда керамбит Мейз нанёс увечья Аменадиилу, а Детектив убила Малькольма Грэхэма, Люцифер вернулся в свой пентхаус, опасаясь худшего. Вместо этого он приехал и обнаружил, что всё оказалось ещё хуже: приехав домой, он увидел своего брата живым, но без сознания лежащим на итальянском кожаном диване Люцифера. Мейз каким-то образом исцелила Ангела, но не раньше, чем полностью испортила проклятый диван кровью. Не будучи в настроении что-либо обсуждать в данный момент, Люцифер без промедления выпер Аменадиила из пентхауса и поселил его в квартире этажом ниже. Следующие две недели состояли из сплошного разврата. Как только Люцифер выбросил это из головы, образ сломанной двери и пустой камеры снова стал преследовать его. Он не был до конца уверен, почему Отец решил показать ему ту пустую камеру, но Люцифер знал, кому она раньше принадлежала, и думал, что у него есть хорошее представление о том, чего хотел его Отец. Мужчина был уверен, что он должен поймать беглеца и вернуть его обратно в камеру. К сожалению, учитывая личность души и нынешнее бескрылое состояние Люцифера, ему требовалась некоторая помощь. Лифт звякнул, и всего на короткую секунду сердце Люцифера забилось с надеждой, пока двери не открылись, и не явили Аменадиила. Мужчина молча корил себя за эту ложную надежду. Он никогда больше не увидит её, он был уверен в этом. — Хорошо, я здесь, Люци. О чем ты хотел поговорить? — спросил Аменадиил. Разлив скотч по двум бокалам, Люцифер протянул один Аменадиилу и направился в гостинную, жестом пригласив брата следовать за ним. Усевшись в кресло, мужчина поставил свой бокал на кофейный столик. Аменадиил некоторое время изучал диван, прежде чем сесть самому. — Диван выглядит неплохо, — неловко начал он. — Ты его смог очистить? Люцифер фыркнул: — Я заменил подушки. Сделав глоток своего напитка, Аменадиил спросил: — Ты наконец решил рассказать мне, что произошло с Малькольмом? Люцифер кивнул. — Он мёртв и, несомненно, вернулся в Ад. Аменадиил нахмурился, услышав это, затем бросил на Люцифера полный ужаса взгляд: — Его ведь убил не ты? — Нет. Это сделала Детектив, — ответил Люцифер. Аменадиил сделал еще глоток скотча и прищурился, рассматривая брата. — Это ещё не всё, не так ли? Люцифер покачал головой и сделал большой глоток своего напитка. — Прежде чем Детектив отправила Малькольма в мои владения, он застрелил меня. И я истёк кровью и умер. — Ты ум-… но ты до сих пор тут! — воскликнул Аменадиил. — Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что умер? — Я имею в виду, что в меня стреляли, и так метко, что я скончался от кровопотери, — уточнил Люцифер с забавным выражением на лице. Аменадиил закатил глаза на это и спросил: — И ты вернулся сюда, живой, потому что…? Люцифер нахмурился, глядя на свой почти пустой бокал, нервно постукивая по нему пальцами, затем, наконец, ответил: — Я разговаривал с Отцом. Предложил ему сделку, и он согласился. Аменадиил нахмурился. — Ты… Ты поговорил с Отцом? Какую сделку ты ему предложил? И он ответил? — Не словами, нет. Но пока я был в Аду, он показал мне сломанную дверь и пустую камеру. Сбежала душа, и Отец, очевидно, хочет, чтобы я её вернул, — ответил Люцифер. — Чья душа сбежала? — спросил Аменадиил, затем его глаза сузились, когда он заметил мелкую дрожь в пальцах своего брата, когда тот беспокойно теребил свой бокал. — Ты в ужасе. Люци, ты ничего не боишься. — Чёрт возьми, да, я в ужасе, — подтвердил Люцифер, делая очередной большой глоток и хмуро глядя в свой пустой бокал. — Кто эта душа, Люци? Кто сбежал? Люцифер посмотрел на него широко раскрытыми темными глазами, затем, глубоко вздохнув, ответил: — Мама. Беспокойно поднявшись, он вернулся к бару и снова наполнил свой стакан. — Мама? Мама сбежала? — воскликнул Аменадиил, вставая, чтобы последовать за ним. — Угу, — подтвердил Люцифер, опрокидывая половину скотча в свой только что наполненный бокал. — И что же за сделку ты предложил Отцу? — Аменадиил спросил: — И почему? — Я… предложил себя… в обмен на… — Люцифер неловко пожал плечами. — Это не имеет значения. Он согласился, и теперь я должен выполнить свою часть сделки. — Выследить Маму, — решительно сказал Аменадиил. — И каким-то образом вернуть её в Ад. А крыльев у тебя нет. Люцифер пораженно уставился на него. — Откуда ты знаешь? — Я почувствовал их разрушение, — сказал Аменадиил, затем нахмурился и спросил: — Ты уничтожил их, потому что я мог чувствовать их и использовать это, чтобы выследить тебя? Люцифер не ответил, и Аменадиил нахмурился ещё сильнее, и он придвинулся ближе к Люциферу, спрашивая: — Ты правда считал, что единственный способ избавиться от нашего внимания — навредить себе? Люцифер одарил его мрачным и твёрдым, как осколки обсидиана, взглядом. — Ты помнишь условия нашей сделки, брат? Когда Аменадиил не ответил, Люцифер усмехнулся: — Ну, а вот я помню. Я помогаю тебе найти твой кулон и негодяя, который его украл, а ты просто… Оставляешь меня в покое. Оставь меня здесь жить так, как я считаю нужным. Очень просто, не так ли? — Люци… — Аменадиил сглотнул. — Не так ли? — рявкнул Люцифер. Аменадиил кивнул, чувствуя себя отвратительно. — Я отрезал себе чертовы крылья, брат, чтобы быть уверенным, что я больше не под контролем Отца. Уверенным, что ты больше не сможешь выследить меня и побеспокоить. Я отрезал их, чтобы наконец-то прожить свою жизнь там, где и как я захочу, без этих чёртовых марионеточных веревочек за спиной, — Люцифер сплюнул, делая ещё один глоток своего напитка. Со стуком поставив бокал на стойку, мужчина со вздохом добавил: — К сожалению, это подводит меня к моей текущей дилемме. Найти Маму и вернуть её в Ад. Я не могу пересекать пространства без своих крыльев. Понимание озарило лицо Аменадиила. — Видимо, тут в дело вступаю я? Люцифер кивнул. — Сначала нам нужно найти её. Ей придется найти тело недавно умершего, привязанного к Аду человека, чтобы разгуливать здесь. В противном случае, она просто бестелесная душа и может буквально находиться где угодно. Как только мы найдем её, ты отправишь её обратно в Ад и запихнешь обратно в её клетку. Аменадиил нахмурился: — Но ты сказал, что её дверь была разрушена, цепи разорваны. Я не могу это исправить, Люци. Только ты можешь. Люцифер свирепо посмотрел на него. — И ты считаешь меня настолько глупым, что я попрошу тебя перенести меня туда, чтобы все исправить, не так ли? И поверю, что ты вернешь меня обратно, когда я закончу? Аменадиил поморщился. Люцифер молчал, продолжая свирепо глядеть на брата. Прочистив горло, Ангел наконец сказал: — С чего ты хочешь начать её поиски? Люцифер пожал плечами: — Если ты всё ещё в хороших отношениях с Азраэль, ты мог бы попросить её позволить нам взглянуть на её список. — Я? — спросил Аменадиил. — Да. Ты. Я бы спросил её сам, но сомневаюсь, что она хотя бы выслушает, не то что ответит. Ты единственный из наших братьев и сестер, кто вообще удосуживается поговорить со мной, и обычно это для того, чтобы отправить меня обратно в Ад. Так что, прости меня, если у меня мало надежды, что я получу ответ от кого-нибудь еще, — с горечью сказал Люцифер. Аменадиил мгновение изучал его, затем сказал: — Хорошо. Я спрошу её.

***

Остаток тех выходных Хлоя провела в постели. Она была морально, физически и эмоционально истощена и хотела только спать и играть с Трикси. И ещё ей нужно было обдумать… Люцифера. Всю полноту того, кем и чем он был, и всё что следовало из этого факта. У неё было мало причин не верить его заявлению о том, что он Дьявол. В конце концов, он сменил форму из собачьей в человеческую прямо у неё на глазах. Она не могла списать всё на то, что это было последствие сочетания усталости и слишком большого количества вина. Она была трезва как стеклышко и выпила всего два бокала из бутылки… Дьявол… раскрыл перед ней свою сущность. Но как справиться с этим откровением? Вот какой вопрос мучил её всё это время. Её больше всего беспокоило, как объяснить внезапное исчезновение её напарника Люцифера. Вряд ли она могла попросить его вернуться и каким-то образом снова принять облик собаки; судя по его реакции на свое превращение, у него, похоже, возникли с этим превращением некоторые проблемы. Трикси, конечно, сразу заметила отсутствие Люцифера. Хлоя подумала о том, чтобы дать ей довольно туманное объяснение, что он был ранен серьезнее, чем она думала, но это не объясняло, почему его не было там утром, когда он пришел с ними домой накануне вечером. Она выбрала правду, какой бы безумной она ни была. — Значит, Люцифер действительно был прекрасным принцем, которого превратили в собачку? — спросила Трикси, широко распахнул глаза. — Ну… нет. Не совсем принцем… — сказала Хлоя. Скорее Королём. Королём Ада, если быть точным. Потому что он ЧЕРТОВ ДЬЯВОЛ. — Но он был красивым, верно? — спросила Трикси. — Ну…да. Да, был. — ответила Хлоя. — Жаль, что я не смогла его увидеть, — надулась Трикси. — Вы влюбились друг в друга? Так вот почему он снова превратился в мужчину? Хлоя сглотнула: — Я… не знаю, детка. Он… он вернулся к себе домой… К своей жизни. — Ты не можешь позвонить ему? Держу пари, он скучает по тебе, — сказала Трикси, затем вздохнула. — Я скучаю по нему. — Ты не знаешь, какой из него… человек. Я тоже, — сказала Хлоя. Трикси пожала плечами: — Он был очень милым песиком. Возможно, и человек он милый. Хлоя кивнула: — Может быть. — Ты сфотографировала его перед тем, как он ушел? Я хочу посмотреть, как он выглядит. — спросила Трикси. Хлоя вздохнула: — Я не сфотографировала, но… У Люцифера было много людей, которые его фотографировали. Вот… — она достала свой планшет и выполнила поиск по изображению имени Люцифера… и ей пришлось обратить пристальное внимание на фильтры поиска, потому что некоторые из появившихся изображений были явно не подходящими для детей. Действительно ли он снимался в порно? Почему-то её не удивило бы, если бы она нашла его на Pornhub. Не то чтобы она пошла бы искать… По крайней мере, пока Трикси бодрствует. Затем она нашла снимок, от которого у неё сжалось сердце. Перспективная фотограф, которая постепенно приобрела известность благодаря своим фотографиям знаменитостей, сделала его совсем недавно. По её словам, именно этот портрет привлек к ней внимание в индустрии. Следующий её фотопроект был для обложки журнала Rolling Stone. Люцифер, высокий и элегантный, на чёрно-красном фоне, в черном дизайнерском костюме, красной шёлковой рубашке и с красным квадратным платочком в нагрудном кармане, держал в руках наполовину полный бокал скотча. Выражение его лица было греховно соблазнительным, а тёмные глаза, казалось, заглядывали прямо ей в душу. У Хлои пересохло во рту, и она подавила дрожь. Обманчивая простота композиции портрета подчеркивала объект съёмки и необузданную чувственность, которую он излучал. Что бы она чувствовала, посмотри он на неё так, не с фотографии, а вживую? Хлоя безжалостно пресекла этот ход мыслей. Дьявол тусовался с супермоделями и занимался сексом буквально со всеми, кто его интересовал. Он ни за что не посчитал бы привлекательной мать-одиночку, которой было уже под сорок. — Оооо… Он очень красивый! — воскликнула Трикси, восхищенно глядя на фотографию. Хлоя вздохнула, внутренне соглашаясь. Однако Трикси, принявшая объяснение Хлои об исчезновении Люцифера, была лишь частью большой проблемы. Придумать правдоподобную историю, которую можно было бы рассказать лейтенанту Монро, было совершенно другим делом. Это вызывало беспокойство, по крайней мере, до тех пор, пока Хлоя не пришла на работу в этот понедельник. Оказалось, что Люцифер сам позвонил Оливии, предоставив объяснение, о котором Хлоя даже не подумала: он, владелец Morningstar Farms, потребовал, чтобы офицер K-9 Люцифер был отправлен в отставку и возвращен ему из-за травмы, полученной собакой во время перестрелки Хлои с Малькольмом Грэхэмом. В конце концов, это было самое правдоподобное объяснение, наиболее близкое к истине. Люцифер на самом деле был ранен, хотя каким-то образом пережил травму без каких-либо побочных эффектов. Как, был одним из многих вопросов, которые возникали у Хлои. Вопросов, которые множились с каждым днем. Люцифер Морнингстар фактически был предполагаемым «заводчиком» её напарника, поэтому также было правдоподобно, что «заводчик» хотел бы сохранить собаку в рамках своей «программы разведения», как только пёс уйдет с действительной службы в полиции Лос-Анджелеса, поскольку он не был кастрирован. Оглядываясь назад, Хлоя вдруг вспомнила, как хорошо вел себя Люцифер после того, как она пригрозила его кастрировать. После звонка всё вернулось на круги своя. Во всяком случае, более или менее. Хлоя ответила на множество вопросов своих коллег о возможности того, что K-9 Люцифер сможет зачать выводок щенков, и будут ли они выставлены на продажу. Она попросила направлять все запросы самому Люциферу Морнингстару. Было крайне маловероятно, что Люцифер действительно вернулся бы в собачью форму просто для того, чтобы произвести на свет щенков, если бы он вообще мог такое сделать. Пусть сам отвечает на такого рода вопросы. Конечно, судьба её напарника K-9 была не единственным вопросом, на который Хлое пришлось ответить по возвращении на работу в тот понедельник. Управление по внутренним делам, ФБР и Оливия — все набросились на нее в связи событий в ангаре, и Оливия сделала ей официальный выговор за «неправильное обращение с доказательствами», в то же время в частном порядке сказав ей, что сама поступила бы точно так же, окажись на месте самой Хлои. А потом были цветы. Огромный букет, стоявший на её столе, две дюжины идеальных, бархатисто-красных роз и белых гипсофил, было трудно не заметить, и он породил множество слухов среди коллег. Сердце Хлои сжалось, она медленно подошла к своему столу, разглядывая его в поисках открытки. — Похоже, у кого-то появился поклонник, — прокомментировала Какузза. — Да-а, — протянула Хлоя. — Ты знаешь, кто их отправил? — спросила она. — У меня есть подозрения, — сказала Хлоя, наконец найдя открытку. Она мягко улыбнулась, прочитав ее. Спасибо вам за вашу доброту и заботу о вашем напарнике, Детектив. Это было оценено гораздо выше, чем вы думаете. Если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться. — Л.М. — Кто такой «Л.М.»? — спросила Какузза. — Люцифер Морнингстар, — ответила Хлоя. Брови Какуззы удивленно приподнялись. — Владелец Люкса? Как вы с ним познакомились? — Он также владелец Фермы, на которой вывели моего напарника K-9. — уклончиво ответила Хлоя. — Да? А ты когда-нибудь была в Люксе? Я слышала, это отличный клуб с крутой атмосферой, — бросив на неё оценивающий взгляд, Какузза предположила: — Поскольку ты знаешь владельца, держу пари, ты — и любой, кто будет с тобой — может пропустить очередь и войти в любое время, когда пожелает. Наклонив голову с полуулыбкой, Хлоя спросила: — Ты хотела бы пойти, не так ли? — Да? Не знаю, как ты, но я бы не отказалась от ночной тусовки. Уверена, ты бы тоже не отказалась, — сказала Какузза. — Особенно, если хотя бы половина из того, что я слышала о том, что произошло в прошлые выходные, было правдой. Если так, то тебе определенно нужно выпить. Хлоя кивнула, затем ответила с кривой улыбкой: — Так, и я правда хочу выпить. — Отлично! — воскликнула Какузза с широкой улыбкой. — Когда ты хочешь пойти? — Давай я попробую найти няню для Трикси и тогда решим, ладно? — спросила Хлоя. Это оказалось далеко не так просто, как Хлоя надеялась. Дэн всё ещё находился в тюрьме, хотя и сообщил ей, что предварительное слушание назначено и он уже проконсультировался с адвокатом профсоюза. Невозможно было предсказать, сможет ли он внести залог или нет. Мама и папа Эспинозы гостили у родственников в Энсенаде, поэтому будут недоступны в течение нескольких недель. Пенелопа должна была вернуться в Лос-Анджелес только через две недели. И, по-видимому, у всех обычных нянь Хлои были другие планы на выходные. Независимо от взгляда на эту ситуацию, выход в свет в ближайшие выходные был невозможен. Но в следующие выходные она, по крайней мере, могла рассчитывать на то, что Пенелопа захочет провести время с Трикси. Итак, Хлоя и Какузза окончательно определились с планами пойти в Люкс в грядущие выходные, через две недели после стрельбы Малькольма Грэхэма в пивоварне на Третьей улице. Хлоя не могла избавиться от чувства одновременно возбуждения и опасения по этому поводу. Люцифер был верен своему слову и не связывался с ней, за исключением отправки цветов, которые технически не считались за взаимодействие. Хлоя не просила мужчину напрямую оставить её в покое, но он очень серьёзно относился к её личному пространству. У нее было ощущение, что это было нормой для него, как и его удивительная честность. Почему Дьявола назвали «Отцом лжи», если он принципиально отказывается врать? Ещё один вопрос, который следует добавить в её список. Хлоя всё задавалась вопросом, встретятся ли они снова, думала, сможет ли справиться с ситуацией или вновь впадёт в экзистенциальный кризис. То, что конец света не наступил, стены её дома не стали источать кровь, а единственный Демон, которого она видела, исчезла вместе со своим Хозяином и не вернулась, заставили Хлою поверить, что всё будет хорошо. Итак, через две недели после того, как всё пошло по одному месту и Хлоя потеряла своего напарника K-9 и лучшего друга, блондинка взяла Какуззу с собой в Люкс. Ей давно пора было поговорить с Дьяволом.

***

Был субботний вечер, и Люцифер сидел внизу, в баре, потягивая свой скотч и наблюдая за посетителями, танцующими, пьющими и интимно прикасающимися друг к другу в затенённых уголках, задаваясь вопросом, покинул ли кто-нибудь из этих посетителей недавно свои тела, и поселилась ли его Мама в одном из них. Аменадиил, сидевший рядом с ним, думал о том же. До сих пор никто из собравшихся там людей не казался ничем иным, кроме того, кем они были: обычными людьми, пришедшими хорошо провести время. По крайней мере, сначала они с Аменадиилом решили просто подождать и понаблюдать, придет ли Мама искать Люцифера, прежде чем они отправятся на её поиски сами. Люцифер был убежден, что Мама жаждет мести просто потому, что он был главным в Аду, когда её отправили туда, и никак ей не помог. Мужчина даже не навестил её. Взгляд Аменадиила на происходящее был немного более обнадеживающим. Люцифер в глубине души думал, что его брат выдает желаемое за действительное. Однако единственный способ убедиться в мотивах Мамы — спросить её лично и надеяться, что она скажет правду. Люцифер вновь оглядел клуб и приходящих и уходящих представителей человечества, глубоко в его сердце затаилась тайная надежда, что, возможно, в эти выходные сюда придёт Хлоя. В тот момент, когда он вернулся в Люкс — к его большому удивлению, его радостно встретили Патрик и остальные его сотрудники, — он внёс имя Детектива в свой личный список гостей, чтобы гарантировать, что ей будет разрешен вход в любое время, в какое она только пожелает. Мужчина не сказал ей об этом; вместо этого он хотел, чтобы Хлоя пришла по собственной воле, а не потому, что чувствовала себя обязанной. Даже если она придет с кавалером, он все равно хотел увидеть её снова. Только это. Он не смел надеяться ни на что большее. Но вдруг, уловив знакомый запах, Люцифер почувствовал тёплый прилив удивления и удовольствия, и немедленно поднял глаза на лестницу, ведущую вниз, в сам клуб. Там было много приходивших и уходивших людей, ведь субботние вечера в Люксе обычно были очень оживленными, и поначалу Люцифер её не заметил. Он даже был готов счесть это случайностью. Совпадение или, возможно, более обманчивая надежда с его стороны… Пока мужчина не увидел ее. Детектив была в компании одной из знакомых ему офицеров, Какуззы. Обе женщины выглядели прелестно, Какузза была одета в стильный чёрный брючный костюм, на лице не оказалось практически никакого макияжа, а волосы — оставлены распущенными, в то время как Детектив была одета в короткое красное платье, расклешенное на рукавах и к низу, и замшевые сапоги до колен. Её золотистые волосы волнами спадали на плечи, прекрасные глаза цвета морской волны сверкали, а губы были алыми и их хотелось поцеловать. Люцифер пересёк уже половину клуба, прежде чем осознал, что делает. Он ненадолго остановился, затем продолжил своё движение. Он поприветствует её и окажет радушный прием, а затем оставит развлекаться, если это будет её желание. — Детектив! — радостно поприветствовал её мужчина. — И Какузза! Как приятно видеть вас обеих! Хлоя одарила его легкой розовощёкой улыбкой, которая… запустила у него определённую реакцию… и брюнет сделал большой глоток скотча из своего бокала, чтобы унять внезапное трепыхание в животе. Какузза бросила на Хлою испуганный взгляд, затем нерешительно улыбнулась Люциферу. — А… Откуда вы знаете моё имя? — озадаченно поинтересовалась Какузза. — Я… провел много времени с Детективом, — с готовностью ответил Люцифер, не сводя глаз с Хлои. — И многому у неё научился. Настолько хорошо, что казалось, будто я был там, рядом с ней. Какузза улыбнулась, изучив его лицо, а затем посмотрела на Хлою и её улыбка стала только шире. — Ну, это потрясающее место! — восхитилась она, затем, повернувшись к Хлое, сказала: — Я собираюсь пойти потанцевать! Повеселись, Хлоя! — женщина улыбнулась через плечо и заговорщически подмигнула Люциферу, прежде чем нырнуть в толпу. Он улыбнулся ей вслед, затем вернул своё внимание к Хлое. — Добро пожаловать в Люкс, дорогая. Пожалуйста, — мужчина отступил назад, указывая на сам клуб. — Заказывай в баре всё, что пожелаешь. Бесплатно. Блондинка взглянула на него, затем кивнула и прошла вглубь клуба. Мужчина пристроился рядом с ней и проводил до бара. Оказавшись там, Люцифер позвал бармена. — Патрик, запиши все заказы Детектива и её спутницы на мой счёт, ладно? — Конечно, босс, — бармен улыбнулся и быстро принял заказ Детектива на напитки. Люцифер снова улыбнулся ей сверху вниз и сказал: — Приятного вечера, Детектив. Он повернулся, чтобы уйти, но Хлоя протянула руку и положила ее ему на предплечье, останавливая мужчину. — Подожди, — сказала она. — Мы можем… поговорить? — Конечно, детектив… — начал Люцифер. — Хлоя. — поправила Деккер. Он наклонил голову и слегка улыбнулся ей. — Хлоя. Конечно, мы можем поговорить. У меня здесь есть отдельная кабинка, если хочешь… Патрик поставил перед Хлоей бокал, она взяла его, сделала глоток и выдохнула от удовольствия. Звук ударил ему прямо в пах, и Люцифер сглотнул, слепо подтолкнув свой пустой бокал к Патрику, который немедленно наполнил его с понимающей ухмылкой, прежде чем перейти к другому посетителю. Покачав головой, Хлоя спросила: — У тебя есть какое-нибудь более уединенное место? У меня к тебе несколько… довольно личных вопросов. — Мы могли бы подняться в мой пентхаус, если хочешь. Хотя я не против того, что нас кто-то подслушает. Я никогда не скрывал, кем являюсь на самом деле. — Сказал Люцифер. Хлоя с любопытством посмотрела на него, затем кивнула. — Хорошо. Звучит заманчиво, — сказала она. — Тогда прошу за мной, — сказал мужчина, провожая ее к лестнице и лифту на лестничной площадке. Люцифер приблизился рукой к её пояснице, но не решился прикоснуться, не зная, как Хлоя на это отреагирует. Он набрал код безопасности лифта и, когда тот открылся, жестом пригласил Хлою следовать за ним. Он установил кодовый замок после того, как вернулся в свою человеческую форму. А ещё потому, что понял: его не интересуют люди, бродящие туда-сюда и постоянно заявляющие о своих требованиях. Конечно, ему по-прежнему нравилось исполнять желания, но всё чаще и чаще мужчина ловил себя на том, что хочет, чтобы его просто оставили в покое. Всё чаще и чаще Люцифер также ловил себя на том, что думает о ней. Люцифер прислонился спиной к дальней стене лифта, спрашивая: — О чем ты хотела поговорить, детек… Хлоя? — У меня… очень много вопросов. Я даже не совсем уверена, с чего начать, — сказала женщина, фыркнув. Люцифер поднял брови, подсказывая: — Может быть, с начала? Точно не прогадаешь. В ответ Хлоя фыркнула: — С твоего начала или с моего? Люцифер усмехнулся: — Это очень хороший вопрос, — лифт со звоном прибыл, и дверь открылась прямо в саму квартиру. — Только после тебя, моя дорогая. Хлоя медленно вошла в квартиру, зачарованно оглядываясь по сторонам. Спустившись в углублённую гостиную, она подошла к дивану, погладив маслянистую мягкую кожу, прежде чем сесть и поставить свой бокал на стеклянный кофейный столик. Люцифер последовал за ней, сел в кресло напротив неё и также поставил свой бокал. — Спасибо тебе за цветы, — поблагодарила Хлоя, опустив голову, чтобы скрыть свои румяные щеки. — Это была тема номер один, которую все обсуждали в течение нескольких дней, помимо дела Малькольма Грэхэма. У Хлои Деккер есть тайный поклонник! Люцифер нахмурился. — В мои намерения не входило ставить тебя в неловкое положение. Я прошу прощения, если этот жест был нежелательным. — Нет, — Хлоя покачала головой. — Нет, не извиняйся. Это было мило. И розы были прекрасны. И нет. Это не было нежелательно. Люцифер расслабился, и улыбка его вернулась. — Это было самое меньшее, что я мог сделать. Ты заслуживала гораздо большего, чем просто букет, но я не знал, каковы твои желания. Хлоя бросила на него озадаченный взгляд, но оставила его реплику без внимания, вместо этого спросив: — Ты теперь можешь перевоплощаться как обычно? Например, ты мог бы сейчас снова превратиться в собаку, если бы захотел? Люцифер кивнул: — Я мог бы, да. Хотя я склонен придерживаться человеческого облика. Быть человеком немного проще и намного веселее. Требуется немало усилий, чтобы перевоплотиться. — В какие ещё формы ты перевоплащался? — спросила Хлоя. — Лошадь, кошка, дракон, змея, пантера… это те формы, которые я использовал больше всего, по крайней мере, на Уровне Смертных, наряду с собаками и волками, — он ответил. — Пока ты жил со мной в качестве моего напарника-пса…ты мог бы тогда поменять облик? — спросила Хлоя. — Нет. И причина, по которой я не мог, была связана с проклятием, которое наложила на меня ведьма, — ответил он. Хлоя моргнула. — Ведьмы существуют? Люцифер кивнул. — И эта была особенно могущественной. Не то что бы любой практикующий магию может изменить форму самому Дьяволу. Несмотря на неудобства, связанные с тем, что последние несколько месяцев я был привязан к форме собаки, я крайне впечатлен её мастерством. — И ты действительно Дьявол, — сказала Хлоя, сглотнув. — Действительно, — подтвердил мужчина, серьезно кивнув. Она посидела с этой мыслью некоторое время, размышляя. Женщина подняла бокал, чтобы сделать ещё глоток, и только тогда обнаружила, что уже допила его. — Повторить, дорогая? — спросил Люцифер. Она кивнула, и он унёс её стакан к бару. Он налил одну порцию скотча себе и повторил напиток, который Патрик смешал для Детектива, вернув оба бокала к кофейному столику. — Вот, держи, — сказал он, пододвигая ей бокал. — Я не против провести остаток вечера вместе с тобой, милая, но разве ты не хотела бы спуститься вниз, выпить, потанцевать, повеселиться? — спросил Люцифер. Хлоя покачала головой. — Нет, мне и здесь хорошо. Точнее, у меня есть огромный список вопросов, которые я хочу тебе задать. — Тогда задавай, — сказал Люцифер, затем добавил: — На самом деле я немного удивлен, что ты так… спокойно относишься к этому. Хлоя фыркнула: — Я провалялась в прошедшие выходные в кровати, так что вся часть «экзистенциального кризиса» уже произошла, и я пережила его, — затем она продолжила: — Итак, я прошерстила всю информацию о Дьяволе, которую мне выдал гугл. И почти везде сказано, что ты — воплощение всего зла. Но ты прожил со мной несколько месяцев и… Да, ты совершил несколько странных и не укладывающихся в голове поступков, но ты никогда не заставлял меня чувствовать себя в опасности и никоим образом не угрожал. Я думаю, что ты просто жертва очень, очень плохой пиар-кампании, — она вздохнула, сделала еще глоток и добавила: — Вообще-то, я…вроде… Скучаю по тебе. В смысле, я скучаю по тому, как мы спали вместе. Люцифер шаловливо ухмыльнулся ей и сказал: — Как и я, хотя могу заверить тебя, дорогая, что я гораздо более удовлетворительный сосед по кровати, когда я в своём человеческом обличии. Хлоя фыркнула, и её щеки порозовели, пока она потягивала свой напиток. — Ты бессмертный? — Да. — Правда? Но… Дэн ранил тебя. Малькольм застрелил тебя в ангаре. Ты умер? — спросила она. Люцифер сглотнул и тихо ответил: — Да. — Но… как? Если ты бессмертен, ты не должен был умирать. И если ты действительно умер, как получилось, что ты вернулся обратно к жизни? — спросила Деккер в замешательстве. — Это очень хорошие вопросы, Детектив. К сожалению, у меня нет ответов на все, — сказал Люцифер. — Я не знаю, почему я могу внезапно получить травму и даже умереть. Раньше со мной ничего подобного не случалось. Что касается того, почему я жив и здесь, на Земле, а не вернулся в Ад, ну, очевидно, мой Отец… хотел моего присутствия на Земле. — Твой… Отец, — повторила Хлоя, затем уточнила: — Бог? Люцифер кивнул. — Итак, Рай, Ад, Ангелы, Демоны, и ведьмы… они все на самом деле существуют. — Да. — И ты здесь, на Земле… потому что? — Потому-что я вроде как в отставке. По крайней мере, изначальная идея заключалась именно в этом, — ответил Люцифер. Затем он добавил сухим, бесстрастным голосом: — Поскольку ты неверующая, тебя, должно быть, не учили «официальной истории» о том, как я стал Дьяволом. Итак, вот краткий пересказ: я восстал против своего Отца в пользу свободы воли. Я хотел для себя и своих братьев и сестер того же дара свободы воли, который Папа дал вам, людям. Вместо того чтобы прислушаться, он и его защитники предпочли начать войну против меня и тех, кто последовал за мной. Я потерпел поражение, и, так как я был зачинщиком этого восстания, то оказался изгнан с Небес и сослан в Ад. И я стал Великим Злом, чтобы представить моего Отца в более позитивном свете по отношению к моему изгнанию, — губы Люцифера скривились в циничной ухмылке, и брюнет добавил: — Историю пишут победители, поэтому они могут рассказывать любую историю, какую захотят, чтобы выставить себя в выгодном свете. Истории пишут не для правды. Хлоя молча смотрела на него, слегка нахмурившись, капелька влаги из бокала осела на её нижней губе. В этот момент Люцифер ничего не хотел так сильно, как испить эти капли прямо с её губ. — Но ты не такой, — сказала она. Застигнутый врасплох, Люцифер спросил: — Не какой? — Ты не Зло. Люцифер озадаченно уставился на неё. Затем вернулась та… мягкость… в его сердце, которую он чувствовал всякий раз, когда был рядом… с ней. Ощущение вернулось. Увидев это, Хлоя тихо сказала: — Люцифер, я видела так много порочных вещей. Так много по-настоящему злых и подлых поступков, совершенных по-настоящему злыми и презренными людьми. Мне хотелось бы думать, что я умею распознавать истинное Зло, когда вижу его перед глазами. — Что ж, и ты была бы права, детектив. Я не злой. Я наказываю Зло. Так уж получилось, что до выхода в отставку я занимался этим в Аду, — сказал Люцифер. — И ты также была бы права в своей оценке человеческой природы. Я видел, как человечество развивалось от первобытного к современному… И единственными существами, с которыми я когда-либо сталкивался, которые были более дикими по своей сути, были Демоны. — И все же… кажется, тебе, нравится человечество, — сказала Хлоя. — Я нахожу людей… занимательными. И это правда, я заключаю с ними сделки. «Заключить сделку с Дьяволом» — это реальная концепция с реальными последствиями, — он сделал глоток своего напитка, добавив: — Но нет, я не заключаю сделки на души. У меня также нет власти обречь душу на Ад. Есть только два явления, которые могут это сделать. Люди обычно отправляют туда себя под тяжестью своих грехов и вины. Оказавшись в Аду, они истязают себя в своих собственных, персонализированных адских петлях. Это происходит автоматически, и я имею к этому очень мало непосредственного отношения. — Но ты пытаешь души? — спросила Хлоя. Люцифер нахмурился: — Я пытал. Когда я был в Аду. Всегда есть несколько душ, которые требуют моего личного внимания. Но я устал от этого. И поэтому я, собственно, ушёл в отставку.

***

Хлоя Простушка Джейн Деккер, детектив полиции Лос-Анджелеса и разведенная мать тридцати с чем-то лет, в настоящее время брала поистине захватывающее интервью у самого Дьявола. И этот Дьявол будучи тем, кем и являлся с головы до пят, должен был напугать Хлою до смерти только от того, что находился с ней в одной комнате. Каким бы привлекательным он ни был, он всё ещё излучал потустороннюю ауру, которая, по крайней мере, должна была выбить её из колеи. Но это было не так. Как она ему объяснила, экзистенциальный кризис уже прошёл. Пройдя через это и смирившись с идеей, что Рай и Ад реальны, как и Бог, Дьявол и всё, что с ними связано, Хлою разбирало любопытство. — На что похож Ад? — спросила она. Услышав вопрос, мужчина вскинул брови: — Представь худшее место, в котором ты когда-либо была, вспомни свой худший кошмар, повторяющийся снова и снова, без надежды на прекращение, и добавь невообразимый ужас и отчаяние, и ты, возможно, приблизишься к малой части того, на что это похоже. Ад Данте был лихорадочным сном. Единственное, что этот чёртов ублюдок передал правильно — Огненное озеро. Хлоя моргнула при этих словах и спросила: — Значит, Огненное озеро действительно существует? Люцифер кивнул: — Оно действительно существует. Наряду с проклятыми душами в отведенных им адских петлях, Ад населен несколькими различными классами Демонов и множеством других адских созданий, включая Адских Гончих. Хлоя подняла брови при этих словах. — Адские Гончие? Они хоть немного похожи на то, каким был ты? Люцифер фыркнул: — Нет, дорогая. Боюсь, я был единственным в своем роде. Адские Гончие немного похожи на диревольфа. К тому же по размеру они примерно одинаковы. — Что ж, это очень плохо, — сказала Хлоя, сдерживая улыбку. — Половина участка спрашивает о первом выводке щенков К-9 Люцифера. — Я получил такой же запрос от вашего лейтенанта, — тихо фыркнул Люцифер. — Возможно, мне придется поговорить с Цербером и узнать, когда выбранная сука этого сезона родит щенков. — Цербер тоже существует? — спросила Хлоя, широко раскрыв глаза. — У него действительно три головы? — Да, и он действительно охраняет врата Ада, — ответил Люцифер. — Он также Альфа моих Адских Гончих. Раз в сезон он выбирает суку, с которой еще не спаривался, и производит от нее выводок щенков. Адские Гончие в основном бессмертны, так что мне не нужно много таких, но иногда они становятся добычей низших Демонов или других инфернальных созданий. Хлоя допивала уже третий бокал и определенно чувствовала это. Ей также нужно было в туалет. Когда она спросила у Люцифера дорогу в ванную комнату, и он направил её к той, что, казалось, была в его… гардеробной? Гардеробная, которая была размером почти с пляжный коттедж её матери. В конце концов она нашла дорогу в его ванную, которая оказалась такой же роскошной и большой, как и остальная квартира. Очевидно, Дьяволу нравились его земные удобства. Изучая упорядоченные по цвету ряды костюмов и рубашек, она пришла к выводу, что он также ценил качество и определенно отдавал предпочтение модельерам высшего класса. Любопытство заставило её проверить этикетку на одном из его пиджаков, и она фыркнула. Прада. Ну разумеется. Когда Деккер вернулась в гостиную, мужчина уже вышел на балкон и курил. Люцифер оставил для неё на столе нераспечатанную бутылку воды, и Хлоя взяла её, присоединяясь к нему. Он слегка улыбнулся ей и спросил: — Как поживает твоя малявка? Хлоя тепло улыбнулась ему, тронутая его заботой, и ответила: — С ней всё в порядке. Я договорилась с психологом, который поможет ей… ну, со случившимся. Начиная от развода и заканчивая Малькольмом… В последнее время у нее были трудные времена. Она скучает по тебе, — слегка рассмеявшись, Хлоя отпила воды и добавила: — Когда я сказала ей, что ты снова превратился в мужчину, она сразу подумала, что ты принц, как в «Красавице и Чудовище». Люцифер тихо рассмеялся и посмотрел на Деккер с дерзкой ухмылкой. — Ну, это было немного чересчур, не так ли? Скажи ей, что я был Королём, но отрекся от престола и переехал в Лос-Анджелес. — Чтобы делать… что? Просто всё время веселиться? — спросила Хлоя. Люцифер пожал плечами: — Почему бы и нет? После вечности, проведенной в Аду, лишенной всего, что мне нравилось — музыки, еды, питья, секса, — почему бы мне не побаловать себя сейчас, когда у меня есть для этого возможность? Хлоя обдумала сказанное. — Ты говоришь совсем как человек, которого недавно выпустили из тюрьмы. — Так и есть. Для меня Ад был не меньшей тюрьмой, чем для душ, обитающих там. Время от времени мне удавалось сбежать оттуда, но Большой Брат Аменадиил — парень, который появился в участке, — взял на себя смелость вернуть меня туда, где, по его мнению, моё место. И миллионы лет я позволял ему это. Шесть лет назад, когда я был здесь в отпуске, он был вынужден попросить меня об одолжении, и мои условия заключались в том, чтобы он оставил меня в покое, — Люцифер в последний раз затянулся сигаретой и затушил её. — Той ночью я попросил Мейз отрезать мне крылья, и затем я сжёг их. У меня не было намерений возвращаться в Ад, и без своих крыльев я не смогу вернуться, если только другой Ангел физически не перенесёт меня туда. На глаза Хлои навернулись слёзы, когда она услышала это. Выпивка всегда делала ее более эмоциональной, впрочем, даже не будь она слегка подшофе, чувствовала бы то же самое, ведь Люциферу пришлось нанести себе такие серьёзные увечья, чтобы обрести свободу, которой так сильно желал. Её сердце разрывалось из-за него. — Было больно? — спросила она тихим голосом. — Да, конечно, было больно. На заживление ушло несколько дней. Мейз пришлось использовать Демонический Клинок, чтобы сделать это, а это…отвратительные ощущения, — ответил Люцифер, глядя на городской пейзаж. Хлоя шмыгнула носом, и он повернулся к ней лицом и нахмурился. — Всё хорошо, дорогая? Хлоя покачала головой, её губы дрожали. — Я… Я… просто пытаюсь принять, что тебе пришлось изувечить себя… Люцифер удивленно уставился на нее, затем медленно протянул руку и погладил её щёку, аккуратно проведя большим пальцем под глазом, где собралась влага. — Ты оплакиваешь меня? Дорогая, Дьявол не стоит твоих слез… — Я бы оплакивала любого, кто чувствовал бы, что должен сделать то, что сделал с собой ты, Люцифер, — сказала Хлоя. Люцифер сглотнул, не отрывая от неё взгляда. Хлоя прислонилась к его руке, ощущавшейся приятно теплой на ее щеке, и в свою очередь тоже рассматривала его. Тёмные глаза были такими же бездонными, как усыпанный звездами небосвод над ними, и чем дольше она смотрела, тем больше видела. В его глазах она видела создание жившее с незапамятных времен, которое пострадало от вопиющей несправедливости, из-за, казалось бы, разумной просьбы. Его глаза показали женщине несчётный возраст, глубокие раны и замешательство от того, что кто-то вроде неё может испытывать сострадание и сопереживание его боли. — Ты бы оплакивала, не так ли? — пробормотал Люцифер, по-прежнему не сводя с неё глаз. — На каждом месте преступления, над которым мы работали вместе, было очевидно, насколько непоколебимо ты была сосредоточена на восстановлении справедливости для жертв. Я видел, как твоё сердце разрывалось из-за них и их близких… а иногда даже из-за преступников. Сострадание и сопереживание — две вещи, которых катастрофически не хватает в этом мире. Найти это в ком-то с такой работой, как твоя… это… Чудо, — мужчина наклонился ближе, не отрывая взгляда от её губ, и снова прошептал: — Чудо. Люцифер выглядел так, словно собирался поцеловать её. Хотела ли она этого? Хлоя не была уверена. Она была не настолько пьяна, чтобы не осознавать свои действия, и не настолько трезва, чтобы полностью противостоять искушению, которое он представлял. Мужчина был великолепен, сексуален и, если она не совсем неправильно поняла его, заинтересован. А ещё он был Дьяволом. Очень далёкая от всякой религиозности, Хлоя не была уверена, что этот факт для неё значит, но её казалось ужасно несправедливым, что кто-то должен быть приговорен к Аду только за то, что связался с Люцифером. — Скажи мне, чего ты желаешь больше всего, Хлоя? — спросил Люцифер, легко проводя большим пальцем по ее щеке и нижней губе. — Назови это, и оно твое. Она почувствовала… как что-то… проскользнуло в её разум, словно рука, проводящая по волосам… а затем ощущение растаяло. Мужчина пристально наблюдал за ней, его глаза были глубокими и темными, как безлунная ночь. Он слегка нахмурился, когда тишина затянулась, на его лице появилось замешательство. — Какой странный вопрос, — сказала Хлоя, подавляя вдруг вспорхнувших в животе бабочек. «Тебя» — говорил её разум. — «Я хочу ТЕБЯ». С другой стороны, может быть, это кричал не её разум, а кое-что находящееся ниже. Может быть, ей стоит притормозить? Или как? Как минимум само количество людей, с которыми он, вероятно, занимался сексом на протяжении веков, должно заставить её задуматься — достаточно, чтобы оценить, стоило ли рисковать, и убедиться, что у неё есть адекватные меры защиты. Внезапно занервничав, Хлоя отстранилась и вернулась в гостиную к бутылке воды, сделав большой глоток в попытке смочить внезапно пересохший рот. Люцифер молча последовал за ней, и выглядел он сбитым с толку. Когда она снова села на диван, мужчина продолжил путь к бару, наливая еще порцию скотча в свой бокал. — Можно и мне тоже? — спросила Хлоя. Он на мгновение замолчал, подняв брови, затем кивнул. — Конечно, дорогая, — сказал брюнет, беря другой бокал и наливая в него янтарную жидкость. Она взяла бокал, протянутый ей мужчиной, и подняла его, вдыхая аромат. Напиток пах дымом и торфом с легким привкусом рассола, и эти ароматы среди прочих заиграли на её языке, как только Хлоя сделала глоток. На самом деле она не была любительницей скотчей, но это… Это было очень даже ничего. Она одобрительно промычала, и Люцифер улыбнулся. — «Далмор». Личный запас лорда Маккензи. Настаивался пятьдесят лет, — резюмировал Морнингстар, делая ещё глоток. Хлоя уставилась на него. — Стоит ли мне вообще знать, сколько это стоило? Люцифер тихо рассмеялся. — Наверное, нет. Женщина сделала ещё глоток и вздохнула, чувствуя, что начинает переходить из мягкого состояния в совершенно бескостное. Откинувшись на спинку дивана, Хлоя перевела взгляд на рояль, который занимал чуть ли не всё пространство в комнате. — Не мог бы ты сыграть что-нибудь для меня? — спросила женщина. — Конечно, дорогая. Всё, что пожелаешь, — мужчина ответил без всяких сомнений и встал, с барного стула, на котором сидел, и подходя к роялю. Поставив скотч на глянцевую черную крышку, Люцифер сел. — Что бы ты хотела, чтобы я сыграл? — То, что тебе нравится больше всего играть, — предложила Хлоя. Люцифер бросил на неё очередной озадаченный взгляд, который сменился изумлением, и улыбнулся. Сладость этого выражения внезапно заставила её осознать, что все истории, рассказанные о Дьяволе, совпадали в одном: он был Падшим Ангелом. Женщина задумалась, что это может значить на самом деле, затем решила, что на сегодня мозговой деятельности достаточно. Она лишь улыбнулась в ответ и смотрела, как мужчина легонько пробежал пальцами по клавишам. Зазвучала трель. Затем он глубоко вздохнул, закрыл глаза и заиграл.

***

Музыка была близка Люциферу с незапамятных времён. Именно ради неё он чаще всего сбегал из Ада на Уровень Смертных. И она же стала решающим фактором в принятии мужчиной самого важного решения в жизни — пойти в отставку. Музыка здесь на Земле была живой, она буквально дышала. Каждый исполнитель, который играл на инструменте, писал тексты или пел, добавлял к музыке что-то своё, расширял её, изменял. Музыка никогда не была одинаковой, всегда видоизменялась от столетия к столетию. Маэстры, конечно, навсегда окажутся в памяти потомков, но даже посредственные композиторы вносили свою лепту. Любая энергия, независимо от уровня мастерства или преданности делу, и вложенная в формирование этого искусства, не была потрачено зря. Люцифер жил ради этой энергии. Она поддерживала его так, как не поддерживало никакое выступление в Серебряном Граде, когда он был ещё юным Ангелом. Это была одна из немногих вещей, которые Аду не удалось вытянуть из него. Музыка была ядром его личности, самой сердцевиной его души. Каким бы испорченным, ущербным и проклятым он ни был как Дьявол, это крошечное светлое пятнышко внутри него было всем, что осталось от Ангела, которым он когда-то был, и мужчина защищал и лелеял его всем оставшимся в нём светом. Люцифер был не настолько глуп, чтобы полагать, что у него есть шанс на искупление, но эта крошечная искра… она утешала его, доказав, что он до сих пор способен создавать красоту. Что каким бы темным ни был его мир, внутри него оставался свет. И разделить это свет с кем-то, кто за те месяцы, что Люцифер был её напарником, стал для него драгоценным, было радостью, которую мужчина никогда раньше не испытывал. Возможность поделиться своими талантами и умениями с благодарной, но незнакомой аудиторией незнакомцев, которых можно было бы пустить к себе в постель для знакомства поближе, вовсе не походила на возможность делиться этими же талантами с кем-то, кто… был для него важен. Тем не менее, Люциферу потребовалось немного поразмыслить, прежде чем, наконец, определиться с произведением. Он остановился на чём-то ярком и прекрасном из репертуара Моцарта, который всегда был его любимым композитором. Мужские пальцы танцевали по клавишам, пока мелодия набирала обороты, и Люцифер видел, как Хлоя наблюдает за ним с улыбкой на лице. — Ты знал его? — спросила Деккер. — Кого, Моцарта? — уточнил Люцифер, продолжая играть. Она кивнула. — Да, я действительно его знал. Мелкий грубиян, но с ним было очень весело пьянствовать. Блестяще талантлив, конечно, но даже мне пришлось попотеть, чтобы не дать принцу уволить его. — Я всегда думала, что у него дьявольская удача, раз он так долго умудрялся сохранить своё покровительство, несмотря на те истории, которые о нем рассказывали, — сказала Хлоя. — Он и правда был чертовски удачлив. И поверь мне, эти истории не составляют и десятой доли того, чем мы с ним занимались, пока я был в Вене, — Люцифер ухмыльнулся. Мужчина сменил мелодию на одно из произведений композитора, которое, к сожалению, так и не увидело свет. Рукописи были уничтожены после его смерти его убитой горем вдовой. Но Люцифер запомнил это произведение. — Он …? — Да. Хлоя печально вздохнула при этих словах и спросила: — Почему? Он не казался таким уж плохим человеком… — Он и не был. Скорее он был груб и неотесан, пил до изнеможения и сильно любил женщин, по крайней мере, до тех пор, пока не женился на своей жене Констанции. Тогда он был всецело предан ей, — Люцифер сделал паузу и глотнул скотч, смягчая ноты, которые он играл, а когда продолжил, добавил: — Моцарт был католиком. А лучше всего католическая церковь умеет внушать людям вину. По иронии судьбы, именно чувство вины тяготит душу и тащит её в Ад. Грех, конечно, играет роль, но в основном это чувство вины из-за Греха, а не сам Грех. — Хм, — Хлоя слегка нахмурилась. Люцифер снисходительно улыбнулся ей, распознав её «задумчивый взгляд». Он был уверен, что вскоре услышит ещё пару-тройку вопросов. Если она не заснёт раньше. То, как она неторопливо моргала, вполне ясно намекало на такую возможность. — Ты знаешь что-нибудь ещё… Я не знаю, посовременнее? — наконец спросила женщина. Люцифер усмехнулся: — Да. Даже твои ужасные джемы девяностых. — Сноб. — Я просто ценю настоящий талант. И ненавижу автотюн. Хлоя фыркнула. Люцифер ухмыльнулся, затем сменил мелодию на «Drops of Jupiter» by Train. Мужчина сыграл вступление на рояле, затем решил и спеть:

Now that she's back in the atmosphere

With drops of Jupiter in her hair

She acts like summer and walks like rain

Reminds me there's a time to change hey,

Since her return from her stay on the moon

She listens like Spring and talks like June, hey.

Она молча смотрела, сияющая и прекрасная, моргала, совсем как сова, и мягко улыбалась. Люцифер улыбнулся, и его голос взлетел к небесам, пока он продолжал петь только для неё. Закончив песню, он перевёл взгляд на Хлою только для того, чтобы увидеть, что она уснула. Это мягкое чувство, которое он испытывал рядом с ней, нахлынуло на него настолько сильно, что почти ошеломило его. Оно шло из глубины его души, это было что-то нежное, ласковое и сладостное, но также острое и болезненное от тоски. Мужчина скучал по ней. Люцифер сделал всё, что мог, чтобы отвлечься от мыслей о её отсутствии и возможных причинах, по которым Хлоя не звонила и не приходила, но теперь, когда она была здесь, Люцифер мог признаться себе, что боялся узнать эти причины. Он до сих пор страшился. Хлоя знала, что он Дьявол, но Люцифер не был до конца уверен, что она полностью осознает, что это может для неё значить. И… Она не видела его… другое лицо. Его Дьявольское лицо. Этот факт привел его к ужасному внутреннему конфликту. Мужчина был честен и откровенен с ней при ответе на каждый из вопросов, которые она ему задавала. Но, говоря о различных формах, в которые он перевоплощался, Люцифер подчеркивал формы, которые принимал на Смертном Уровне. Он намеренно не упомянул Адский или Божественный Уровни. В какой-то момент ей придется увидеть и эти его лица, подумал мужчина, хотя бы для того, чтобы она уяснила о его сущности всё. Но он очень боялся, что потеряет её навсегда, если покажет ей. Разумеется, Хлоя сбежит от него. Большинство людей так и делали. Один только вид его более инфернального облика был серьезно разрушителен для большинства людей. Будь то Чудо или нет — а Люциферу нужно было точно знать, какого рода Чудо Хлоя была на самом деле, — мужчина считал, что на неё это подействовало бы точно так же. Он задавался вопросом, как её устойчивость к его силе вписывается во всю эту ситуацию. Когда Люцифер спросил её о желании, он почувствовал, как его сила обтекает её, как будто у Хлои был ментальный щит. Как он ни старался, он не мог добиться ответа о её скрытых желаниях. Хлоя была невосприимчива к нему. Это одновременно пугало и сбивало его с толку. Более того, даже без того, что его сила притягивала её к нему, ей, казалось, было… Комфортно… Рядом с ним. Мужчина знал, учитывая, кем и чем он был, что у неё возникнет много-много вопросов. И он был не против ответить на них. Но впервые за все эпохи своего существования у него тоже возникли вопросы… Вопросы, которые Люцифер понятия не имел, кому задать. Он не был уверен, что Хлоя была бы тем человеком, которого он мог бы спросить о тех вещах, которые сбивали его с толку, поскольку она была источником очень многих из этих чувств. Мужчина не мог спросить своего Отца — он не получил бы ответа. В откровенности Аменадиила тоже были большие сомнения, поскольку он всё ещё более или менее играл роль — или пытался это сделать — «верного солдата Папочки». Беря во внимание, что Хлоя задремала, сидя на его диване в не слишком удобном положении, Люцифер поднялся из-за рояля и подошел к ней, протянув руку, чтобы слегка погладить ее по волосам, прежде чем наклонился и поднял её на руки. — Давай, милая, — нежно прошептал мужчина. — Давай-ка уложим тебя в нормальную постель. Он не позволял себе вольностей, хоть и снял с неё туфли. Вид длинных стройных ног, которые были видны, когда он это сделал, переместил боль в его сердце в несколько более низкое место. Он безжалостно отбросил это чувство в сторону и отказался зацикливаться на нём, вместо этого укрыл женщину своим одеялом и оставил наедине с её снами. Люцифер провел остаток ночи, выпивая и наблюдая за тем, как она спит, её звучный храп забавлял его, даже когда мужчина думал о её весе в его руках и о том, как пахнут её волосы, и о том, как сильно он хотел не только заняться с ней сексом, но и просто обнимать её и слушать биение её сердца… как она обнимала его, когда он был в собачьем обличии.