Глава 4. Истина во тьме. Часть 4: Ученики солнца

      Настал новый день. Твайлайт, как обычно, проснулась во второй половине дня, в то время как её сверстники уже давно возвращались домой с учёбы. Юная кобылка потянулась, зевая, затем встала со своей кровати. Как и обещала Луна, сон Твайлайт был спокойным, не было кошмаров, не было тревог. Едва проснувшись, она уже забыла, что именно ей снилось, но ещё никогда прежде она не чувствовала такого удовлетворения от простого сна.       «Надо же, я ещё никогда не ощущала себя настолько бодрой за свои десять часов сна».       Твайлайт подошла к окну, чтобы раздвинуть плотные тёмно-синие шторы со звёздами, дабы впустить немного света в своё царство тьмы.       «Интересно, что такого Луна сделала с моими снами? Я точно помню, что она не навещала их».       Отодвинув правую шторку, свет резко ударил по лицу Твайлайт, отчего та, прищурившись, прикрыла копытом глаза от солнечных лучей, привыкая к свету. Случайно бросив взгляд в окно, её глаза зацепились за силуэт Принцессы Ночи, идущей в сторону её дома.       «Луна? Но что она здесь делает? Неужели она пришла ко мне? Но зачем? Ведь я сама собиралась идти к ней».       Не став открывать вторую шторку, юный аликорн побежала в ванную. Смотря в зеркало, Твайлайт подметила, что грива в этот раз выглядит не так плохо, как обычно после сна. Волосы были лишь слегка растрёпанные, местами спутанные, но в них всё ещё узнавались те строгие очертания её причёски. Твайлайт принялась расчёсываться, чтобы хорошо выглядеть перед своей учительницей. Посреди этого процесса послышался стук в дверь.       «Уже?»       Твайлайт ускорилась, ей не хотелось заставлять Луну ждать. Окончив, она положила расчёску, и резко сорвавшись с места, кинулась вниз по ступенькам. В спешке спускаясь по лестнице, кобылка запуталась в своих ногах, и на последней ступеньке она, не удержавшись, пролетела немного вперёд и ударилась носом о стену. Ей удалось сдержать крик, но не слёзы, которые выступили скорее рефлекторно, нежели от самой боли. Потрогав копытом свой нос, который нещадно болел после столкновения с бетонной стеной, Твайлайт поднялась с пола и уже спокойной походкой, продолжая держаться за нос, дошла до двери. Маленькому аликорну пришлось убрать копыто со своего лица, чтобы открыть им дверь. — Привет, Твайлайт. Я слышала грохот за дверью, будто ты упала. Всё в порядке? — Привет, Луна. Да, всё нормально. Я просто так хотела побыстрее открыть тебе дверь, что слишком поспешила и упала.       Луна подняла правую бровь, видя, как капля крови с носа Твайлайт падает на пол, придавая моменту трагичности. Почувствовав, как теплая жидкость стекает вниз по ноздрям, Твайлайт посмотрела на порог, заляпанный небольшим алым пятном. — Нормально? Ты так думаешь? — Ой! А я думала, что всё обошлось. Эх... Хорошо, что на ковёр не попало. Пришлось бы долго отмывать. — Лучше бы ты о себе подумала.       Луна сделала шаг вперёд и приподняла копытом голову Твайлайт, придерживая её за подбородок. — Ладно, постой так, а я схожу за ватой. Где она у тебя лежит? — Вата на кухне, в верхней тумбочке слева от плиты, там металлическая банка из-под чайной заварки с наклейкой «перец чёрный». — Дай угадаю. А чай у вас находится в ванной, в аптечке? — улыбаясь, ответила Луна, идя на кухню. — Нет, как таковой аптечки у нас нет. Но чай находится в ящике под той самой тумбочкой с ватой. — Ну, хоть тут попроще. Но вам следовало бы хранить такие вещи в надлежащем месте. — Это ближайшая вата, а так, все медицинские принадлежности наверху. Ты там скоро? — Уже иду.       Луна оторвала два куска ваты с пачки и вытерла ноздри Твайлайт изнутри, затем оторвала ещё два и оставила внутри. Ещё одним кусочком она вытерла кровь под порогом. Не очень рационально было использовать для этого вату, но Луну не волновали такие мелочи. — Посиди так десять минут. Потом пойдём. — Куда? Я только проснулась и даже не успела поесть.       Принцесса улыбнулась. — В ресторан. — Ты шутишь? Разве ты за этим сюда ко мне пришла? Просто, чтобы сводить в ресторан?       После этих слов, улыбка на мордочке Луны померкла, а её взгляд стал более серьёзным. — Я думала, ты обрадуешься такому заявлению. Если не хочешь, можем сразу пойти туда, куда я изначально планировала, но спешить некуда, так что, почему бы и нет? — Ох... Прости.       В глазах Твайлайт читалось сожаление. — Я не хотела показаться неблагодарной. Я... Я просто подумала, это что-то срочное, раз ты пришла ко мне домой. — Я пришла лишь затем, чтобы тебе потом не пришлось идти обратно. В Кантерлоте много заведений общественного питания. Какое-нибудь мы точно встретим по дороге. — А зачем тебе вообще ходить, если ты знаешь весь город и можешь телепортироваться в любое место? Почему ты шла ко мне пешком? — Просто настроение такое. Сегодня было желание походить. Обычно я не люблю разгуливать посреди дня по городу. Отчасти погода повлияла на меня. Облачно и нежарко. Почти идеальный день. — Пожалуй...       На несколько минут в доме нависла тишина. Твайлайт обдумывала, смотря в потолок, реальную причину, по которой к ней наведалась Луна. Она могла в любой момент спросить, но ей очень хотелось найти ответ в своей голове и только после этого задать вопрос, чтобы узнать, смогла ли она угадать. — Луна? — робко произнесла юная кобылка. — Да, дитя? — ответила принцесса, глядя в душу своей ученице сквозь её глаза. — Ты пришла сюда из-за моей одежды?       «Я не верю. Этого не может быть. Она об этом только вчера заговорила... Но всё указывает на это».       Сердце Твайлайт билось всё быстрее в предвкушении ответа, а глаза бегали из стороны в сторону. — Да. За этим я сюда и пришла. Сегодня мы сходим в мастерскую артефактов. Мастера займутся переделкой твоей шляпы с накидкой в артефакт. Но это после того, как позавтракаем.       Услышав эти слова, сердце Твайлайт ещё долго колотилось. Твайлайт знала, что когда-нибудь это случится, но не так быстро. С трудом сдерживая слёзы счастья, юный аликорн опускает голову и обнимает Луну, прижимаясь грудью к её ноге. Луна чувствовала, как сильно билось сердце её ученицы. Твайлайт хотела сказать слова благодарности, но боялась, что наставница услышит плач в её голосе.       «Эх, ты как обычно, Твайлайт. Малейший повод и ты уже лезешь обниматься. Пройдёт ещё много лет, прежде чем ты дорастёшь до моих размеров и сможешь обнимать меня нормально».       Принцесса Ночи нежно поглаживала копытом юную кобылку, что вцепилась в её ногу. Луна заметила, как Твайлайт утирает глаза. — Не нужно слёз. В этом нет ничего такого. — Ты даже представить не можешь, как много это для меня значит... — выдавила из себя младшая, пытаясь подавить всхлипы, но голос её предательски дрожал. — Может быть... — ответила Луна.       Ей не нужны были объяснения от Твайлайт, она и так всё понимала. Луна лишь хотела, чтобы её ученица высказала то, что вырывается чувствами изнутри. — Для меня это больше, чем просто вещи. Пусть они у меня и относительно недавно, они от этого не менее ценны... — Да... Конечно. Я понимаю, — произнесла Луна с теплотой.       Твайлайт отпустила ногу Луны и посмотрела на неё мокрыми от слёз глазами. Луна прижалась копытами к щекам юного аликорна. — Ну, чего ты, Твайлайт. Улыбнись и радуйся, как в тот день, когда я подарила тебе шляпу. Я же делаю тебе ещё один подарок. — Я рада... Я честно искренне рада. Но у меня ощущение, что я не оправдываю твоих ожиданий... Я не чувствую, что заслужила это. Ученики Селестии изучают сложные для обычных жеребят заклинания, а у меня даже магии нет. Зачем мне рог, что не может колдовать...       Твайлайт расправила одно крыло. — И эти крылья, с которыми я не могу летать. — Не забивай голову ерундой, дитя. У тебя отличная успеваемость по всем предметам. Уверена, когда твоя магия вернётся, ты сможешь превзойти учеников Селестии. Все они хороши, но всем им далеко до тебя... Кроме одной. — Кроме одной? Кто она? — Сансет Шиммер. Лучшая ученица Селестии за всё время. Она поступила в школу на восемь лет раньше тебя. — Сансет Шиммер? Первый раз слышу. Если она такая крутая, как ты говоришь, то почему я о ней ничего не слышала? — Это произошло за несколько месяцев до твоего поступления. Из-за неудачного стечения обстоятельств она упала в портал, ведущий в другой мир. Этот портал был нестабильным, из-за чего мог открыться всего на трое суток лишь раз в несколько лет, и звёзды сошлись так, что в ту секунду, когда она вошла в портал, он сразу же закрылся. Никаких попыток стабилизировать или открыть портал после не проводилось, так как есть риск уничтожить зеркало, которое является порталом. Шанс на это — ничтожная доля процента, но Селестия решила не рисковать, восстановить такой артефакт невозможно, а если сделать новый... Кто знает, куда он приведёт. — Если зеркало разобьётся, то Сансет Шиммер навсегда останется там? — Да, но этого не случится. Зеркало сейчас в запретной секции Кантерлотского замка. Более надёжного места для него нет. — Запретная секция?! Что это?       Лёгкая улыбка на секунду скрасила лик Принцессы Ночи, когда её ученица перестала выглядеть грустной. — Вот так-то лучше, Твайлайт. Собирайся. По дороге всё расскажу. — Угу, — кивнула Твайлайт, следуя за своей наставницей.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ───

      Идя по кантерлотским улицам, Луна привлекала к себе довольно много внимания прохожих. Взгляды пони были не теми же, что и в день, когда Твайлайт покинула стены больницы. Взгляды пони не задерживались столь долго на Принцессе Ночи и были не столь пристальными. — Луна, тебя не смущает, что пони на тебя так смотрят? — Пусть любуются. Меня нечасто можно увидеть, разгуливающую по городу посреди дня.       Твайлайт присмотрелась получше ко взглядам пони. — Их взгляды... Они смотрят на тебя не так, как смотрели на меня. Если бы на меня смотрели также, я бы и сама не смущалась. — Пони со временем привыкнут ко мне, если я буду часто показываться им на глаза. К тебе тоже. Даже появление Селестии не вызывает такой реакции, как моё, так как она участвует во многих встречах и общественных мероприятиях.       «Что уж говорить о Кейденс». — Луна. А что за запретная секция? — Пока не скажу, но настанет время, и ты сама всё увидишь.       «Не хочется мне подогревать интерес к этой теме. Она с ума сойдёт, если будет ждать столь долго». — Хм... Л-а-адно-о. Тогда что насчёт Сансет Шиммер? Что она из себя представляет? — Много чего. Если говорить о её достижениях в учёбе, то она преуспевала во всём, чему её учила Селестия. Остальные ученики меркнут на фоне её интеллекта, количества накопленных знаний и магических способностей. В своё время она была номером один в школе. Но глядя на тебя... В будущем ты сможешь её превзойти, но придётся сильно постараться. — Ты так думаешь? Что во мне есть такого, чего нет у неё? — Ты более организованная и более упорная. Сансет Шиммер впадала в отчаянье от малейших неудач. К своим ошибкам она относилась слишком категорично. Если у неё что-то не получалось с первого раза, она начинала считать себя бездарностью... Как глупо... — А я ещё думала, что я много требую от себя. — Так и есть, но в отличие от Сансет, ты умеешь признавать свои ошибки и идти дальше, преодолевая трудности. Сансет талантлива с рождения, но слишком полагается на свой талант. Но что есть талант? Талант значит лишь то, что некоторые вещи будут даваться тебе немного легче, остальное результат твоего труда. Но ты не подумай, Сансет ни в коем случае не ленивая, ей просто сложнее переступить через себя, но в конце концов, у неё всегда находились силы встать и идти дальше. — Интересно, что ещё есть у меня, чего нет у неё. — Ну-у-у... Благодаря мне ты стала физически выносливее, чем она. Но это не совсем то, что ты хотела бы услышать. На самом деле, между вами отличий не так много. Самое главное я сказала.       Пройдя несколько шагов, пара аликорнов приблизились к ресторану. Вдоволь наевшись и оплатив счёт, Твайлайт и Луна, уже сытые и довольные, продолжили идти в мастерскую артефактов. — Ну как, Твайлайт? Тебе понравился обед? — Обед? Ха-ха-ха! Скорее завтрак. Но да, было очень вкусно! Но, как по мне, дороговато. — Да нет. Двести битс. Да и для себя я заказала довольно много, я еле смогла уместить еду в своём желудке. — Двести?! Мне казалось, что ты заплатила куда больше. — Я просто оставила пятьсот битс на чай официанту. — Теперь понятно, почему его глаза так сияли, а улыбка тянулась до ушей. Но не многовато ли? — За мои деньги не переживай, не разорюсь.       Спустя несколько минут ходьбы и обсуждений ученицы Селестии, которые можно было ещё долго продолжать, аликорны наконец-то прибыли к месту назначения. Мастерская «Ремагика» была выбрана Луной неспроста. Именно здесь делают простые артефакты для использования в быту, а также занимаются ремонтом артефактов местного производства. Снаружи и внутри здание ничем не выделялось. Твайлайт ожидала увидеть здесь образцы товаров, но в здании не было никаких витрин. — О-о-о-о! Кого я вижу?! Сама принцесса Луна собственной персоной.       Сотрудница мастерской дружески помахала копытом своим посетителям. — Рада приветствовать вас в нашей мастерской. Вы пришли сделать заказ или по какому-то другому поводу? — Здравствуй, Глейсблум. Вижу, что ты устроилась работать туда, куда планировала, обучаясь в школе для одарённых единорогов, — ответила Луна молодой синей единорожке с гривой цвета аквамарина и лаванды. — Вы меня помните? Как приятно.       Щёки единорожки налились румянцем от смущения. — Я помню имя каждого из вас. Хоть и не занималась вашим обучением, но я всегда была рядом. Я видела все ваши успехи и достижения, как и ваши провалы и неудачи. Но хватит об этом. Я бы хотела сделать заказ для своей ученицы.       Луна слегка повернула голову, направив взгляд в сторону Твайлайт.       Глейсблум телепортировалась из-за своего столика поближе к юной кобылке, говоря с вытянутой вниз шеей и добродушно улыбаясь. — Да ладно! Это действительно случилось?! Эта прелестная кобылка ваша ученица?! Как тебя зовут, малышка? — Т-Твайлайт Спаркл... — Моё имя ты уже слышала, но это неважно, повторю снова. Я Глейсблум. Приятно познакомиться. Какой заказ ты бы хотела сделать? — Не так быстро, — перебила Луна, когда Твайлайт едва успела открыть рот. — Где магистр Сириус?!       Из-за стены послышался голос жеребца: — Кто-то назвал моё имя?!       Через секунду в комнату для заказов телепортировался пожилой белый единорог. Его шерсть отличалась от шерсти обычных пони: она была гладкой и блестящей настолько, что если присмотреться, то можно было увидеть своё отражение. — Приветствую, принцесса Луна. Чем могу быть полезен? — Мы можем поговорить лично, где-то, где нас никто не увидит и не услышит? — Мой кабинет подойдёт для этого. Пройдёмте. — Твайлайт, следуй за нами.       Кабинет магистра Сириуса напоминал самый обычный кабинет какого-нибудь директора. Из необычного, разве что, пол из цельной кристальной плиты синего цвета, и такие же кристальные стены, но уже белого цвета. Как и в любом подобном кабинете, в этом стояло кресло с рабочим столом, на котором лежали письменные принадлежности и несколько листов документов. Слева от стола стоял тяжёлый сейф, а в противоположном от него углу книжная полка, забитая папками. На стенах в рамочке висели грамоты и диплом, а рядом фотография с группой единорогов, среди которых молодой Сириус вместе с принцессой Селестией стояли на фоне школы для одарённых единорогов. Жеребец сел в своё кресло, после чего его рог окутала голубая аура, и стены в кабинете на секунду засияли. Луна жестом предложила Твайлайт сесть в кресло напротив Сириуса, а сама осталась стоять. Магистр сложил копыта перед носом. — Итак. Что вы хотели обсудить? — Я могу надеяться на конфиденциальность от тебя? — А я, по вашему, зря наложил заклинание звуконепроницаемости? — проворчал Сириус. — Хорошо. Но пообещай, что будешь держать всё, что ты увидишь и услышишь, в секрете. — Да, да. Конечно, Конечно. — Для начала мне нужен артефакт, измеряющий магию.       Сириус бросил взгляд на свой сейф, после чего прокрутил комбинацию, открывающую замок, настолько быстро, что глаза пони физически не могли за этим уследить. Единорог достал хрустальный шар на подставке и положил на стол. — Было бы намного проще, если бы ты запустил его в массовое производство. Ты же запатентовал своё изобретение, так почему спустя столько лет есть лишь один экземпляр на всю Эквестрию? — Всё просто. Я не хочу выпускать в массовое производство недоделанный прототип.       Сириус указал копытом в левитирующий шар. — Я годами пытался сделать его точнее и проще в использовании, чтобы им можно было воспользоваться, не активируя магию.       Хрустальный шар вновь оказывается на столе. Магистр Сириус погасил свой рог и приложил копыта к шару, отчего тот засветился и выдал число «5252». Затем он на несколько секунд убрал копыта и приложил их обратно. На этот раз шар выдал «5291». — Солидно, — произнесла Луна, кивая головой. — Когда ты впервые публично продемонстрировал сей артефакт, я лучше поняла, что из себя представляет магия простых единорогов. — Я сейчас продемонстрировал его не для того, чтобы похвастаться своей магией. Я показал, с какой погрешностью он работает. — Тридцать девять единиц. Это же так незначительно. Раньше погрешность была в районе четырёхсот. — Не в одной погрешности дело. Пока что он измеряет только количество магии в теле пони... Хотелось бы узнать качество этой магии, но я только начал над этим работать. — В прошлый раз этот шар не мог адекватно оценить мою силу, всегда показывал четыре нуля. — Я попытался исправить это. Не знаю, что вышло, но если хотите, можете попробовать.       Луна коснулась копытами хрустального шара, тот ярко засиял и выдал число «52799».       Магистр Сириус протёр глаза и присмотрелся к числу, почти упираясь носом в изделие, затем поднял голову, смотря на принцессу. — Я хоть и стар, но проблем со зрением у меня не было. Скажите, что показывает шар? — Пятьдесят две тысячи семьсот девяносто девять. — Честно говоря, я в шоке... — произнёс Сириус после небольшой паузы, переварив услышанное. — Я знал, что аликорны сильны, но я ожидал результата максимум в пять раз больше моего... Такой колоссальный магический запас... У меня даже слов нет... — Ха, я меньшего от тебя и не ждала, — произнесла Твайлайт, радуясь за свою наставницу. — Твайлайт, теперь ты попробуй.       Когда Твайлайт коснулась шара, тот не засветился. Показал ноль, и ещё пять нулей после запятой, а затем появились числа. Юная кобылка обернулась, с разочарованием смотря в глаза Луне. — Ноль целых, семьдесят четыре стомиллионных... — пробормотал Сириус, глядя на результат оценки. — Неужели артефакт неисправен? Быть такого не может! Я проверял на множестве единорогов, которые истратили свою магию полностью. Результат был от нуля целых, восьмидесяти двух сотых, до трёх целых, одной десятой, причём погрешность при таком измерении составляла не более одной сотой процента. Что-то тут не так... — Боюсь, показатели верны. — Но как? В её то возрасте количество магии должно быть в пятьсот единиц на максимуме, а такой минимум не каждый взрослый единорог сможет из себя выжать.       Внезапно на хрустальном шаре число начало постепенно увеличиваться. На несколько секунд Сириус и Луна замолчали, наблюдая, как показатель магической энергии в теле Твайлайт рос каждые несколько секунд. Луна нежно прижала к себе кобылку, обнимая одной ногой. — Твоя магия понемногу возвращается. Скоро ты снова сможешь воспользоваться ею.       Твайлайт обняла шею Луны. — Поскорее бы, — безэмоционально ответила Твайлайт, пустые глаза которой глядели на колеблющиеся цифры.       Сириус сидел, обдумывая увиденное. Он думал, что за свою жизнь успел повидать всё, но перед ним было не то, что можно объяснить нехваткой опыта или знаний, сама Эквестрия сталкивается с таким явлением впервые. — Позвольте поинтересоваться, что случилось с её магией? — Ты когда-нибудь сталкивался с магическими выбросами у единорогов? — Нет, но я знаю, что в этот момент сила выходит из-под контроля и какое-то время после выброса теряется способность использовать магию... Вы намекаете на то, что у этой кобылки был подобный выброс?       Нахмурив брови, Сириус прижал копыто к подбородку. — Да, но его сила была запредельной. Даже Селестию это повергло в ужас. Если бы не моя помощь, Твайлайт бы не пережила тот день. Этот выброс истощил её резервы до такой степени, что она уже два года не может оправиться. Я не хочу описывать всё в деталях перед Твайлайт, что с ней происходило, но поверь, зрелище не из приятных. — Немыслимо! — воскликнул единорог. — Выбросы магии не несут таких серьёзных последствий. Обычно магия пропадает на день или два, но в самом тяжёлом из задокументированных случаев — на восемь дней. — Именно. Но это ещё не самое удивительное. За эти два года я перепробовала много методов, которые помогли бы вернуть ей силы, но все известные способы просто не работают. Малышка уже совсем отчаялась. — Но ведь мой артефакт показал прирост магии. Смотрите!       Единорог указал копытом на хрустальный шар. — Медленно, но показатели продолжают расти.       Понаблюдав за шаром ещё несколько, секунд стала видна следующая тенденция: показатели увеличиваются на одну стомиллионную в секунду, но всего на несколько секунд скорость прироста увеличилась пятикратно, а затем опять замедлилась вдвое от изначального прироста. — Достаточно, Твайлайт.       Твайлайт убрала копыта с шара после слов Луны. — Мда уж... Тяжёлый случай. Но если вы пришли за советом, то вы обратились не по адресу. Откуда мне вообще знать такие вещи? Я мастер по артефактам, причём один из лучших в Эквестрии, но не целитель. Да и что я могу знать такого, чего не знаете вы, принцесса? — Твоё познание в теме артефактов глубже моего. Я не уделяла этому так много лет, как ты, хотя, безусловно, время у меня было, но даже прожив такую долгую жизнь, есть ещё множество вещей, которых я не понимаю. — Это всё, конечно, интересно, но может озвучите наконец свой заказ? Вы же зашли сюда не просто для того, чтобы измерить магию. — Сколько нужно времени, чтобы сделать из этой накидки и шляпы одежду, что будет менять размер, подстраиваясь под тело? — проговорила Луна, указывая копытом на вещи Твайлайт.       Сириус прищурил глаза, всматриваясь в накидку Твайлайт. — В одежде присутствуют золотые элементы? — Да. И серебряные тоже. — Ну-у, где-то полтора месяца потребуется на каждый предмет. — Полтора месяца?! Как я должна на улицу выйти без накидки?! — маленький аликорн выпучила глаза, уже придумывая варианты своего времяпровождения в течении столь долгого периода. — Твайлайт, разве я не предупреждала тебя, что это будет долго? — Ну что за избалованная кобылка. Без дорогих вещей на себе боится казаться бедной в глазах пони... — пробубнил Сириус.       По мимике Твайлайт было видно, что эти неаккуратно сказанные слова старого единорога задели её чувства. На лице так и читалась смесь лёгкого шока и обиды. — Оставь свои мысли при себе, Сириус! Ты даже не представляешь, с чем имеешь дело! — воскликнула Луна. — Я что, это вслух сказал? Впрочем, неважно. Назад слова не заберёшь. Но если вы не передумали, то цена вашего заказа будет составлять четырнадцать тысяч битс за каждый элемент одежды. Мы работаем по стопроцентной предоплате, но для вас могу сделать исключение. В случае порчи имущества во время работы деньги будут возвращены, а так же моя мастерская выплатит компенсацию за материальный ущерб.       На столе магическим образом появились два мешка с монетами. Луна достала половину монет из одного мешка, после чего они исчезли в магической вспышке. — Пересчитывай. — Нет. Я доверяю вам. В случае недостачи можете доплатить, когда будете забирать свой заказ. — А теперь, Сириус, я попрошу тебя отвернуться. — Это ещё зачем? — Делай, что говорю! Просто отвернись и смотри в пол! — Ладно, ладно. Голос повышать необязательно.       Пока Сириус не видел, Луна помогла Твайлайт снять одежду, которую после положила на стол. — Ты знаешь, что делать. Всё, что касается моей ученицы, за исключением её заказа, кроме тебя знать никто не должен. А теперь я прощаюсь с тобой...       Когда единорог обернулся, в кабинете уже никого не было.       «Мда уж. Я даже не успел попрощаться. Луна, как обычно, в своём репертуаре».

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ───

      Открыв глаза после внезапного телепорта, Твайлайт оглянулась и поняла, что она находится в своей комнате. — Похоже, ближайшие месяца полтора мы будем проводить уроки здесь. Я же не доставлю проблем твоей семье, если буду появляться здесь столь часто? — Нет... Нет. Никаких проблем! Я только за, — произнесла Твайлайт, отводя взгляд от Луны и смотря себе под ноги. — Надеюсь, твои родители разделяют твоё мнение. Но, в любом случае, твои пробежки по парку не отменяются. Ничего не изменится от того, что ты придёшь туда изначально без накидки. Всё равно, за всё время, что мы там были, в такую позднюю пору мы не встретили ни одного пони. — Как скажешь, — всё с тем же безразличием молвила юный аликорн. — В чём дело, Твайлайт? Почему мои слова не вызывают у тебя никаких эмоций? Я думала, ты обрадуешься, услышав, что я буду приходить к тебе домой ежедневно. Что-то случилось?       Твайлайт вздохнула, опуская голову ниже. — Моя магия. Она так ничтожно слаба... Я и не догадывалась, что всё настолько плохо. — Твоя магия восстанавливается, а это главное.       Твайлайт легла животом на пол, скрестив передние копыта. — Сколько ещё придётся ждать?.. — вздохнув, тихо сказала Твайлайт, кладя голову на копыта. — Я просто хочу изучать магию на практике... — Терпение, дитя.       Луна легла рядом с кобылкой, накрыв её своим крылом. — Время всё излечит.       В комнате нависла тишина. Луна явно знала, что её ученице есть что сказать, но та просто несколько минут лежала молча, пока старшая не прижала её к себе крылом. — Не бойся сказать, о чём думаешь, я готова выслушать всё, что тебя беспокоит.       Твайлайт прикрыла лицо копытами. — Я не боюсь сказать. Я боюсь показаться эгоисткой. Эти два года мне кажутся такими долгими... Но тебе приходилось ждать гораздо дольше в прошлом. Я думала, что не имею права даже думать о таком, зная, через что тебе пришлось пройти... А ещё, тот старик просто так назвал меня избалованной кобылкой и даже не извинился. Почему ты выбрала именно его мастерскую? — Вот, значит, как. Если ты боишься быть эгоисткой, тогда ответь, но не мне, а самой себе. Понимаешь ли ты мою боль? Не преуменьшай свои проблемы на фоне моих, ты буквально потеряла часть своей сути, это не какой-то там пустяк. Твоё ожидание кажется долгим лишь потому, что ты мало прожила, когда будешь старше, время пойдёт быстрее. Насчёт Сириуса. Да, может характер у него слегка скверный, из-за чего он старается не контактировать с клиентами, пока они сами того не пожелают. Однако его мастерская специализируется именно на том типе артефактов, который нам нужен. Я знаю Сириуса с тех пор, когда он ещё был жеребёнком, как ты сейчас. И могу сказать, что не извиняется он только потому, что находит это бесполезным. Сириус может признать себе, что виновен в чём-то, но даже так он никогда и ни за что не извиняется. Он считает, что одними лишь извинениями ситуацию не исправишь. Учеников Селестии я знаю куда лучше, чем кто-либо может представить, больше, чем они сами могут знать о себе. — Ты помнишь их всех? — Да. Кого-то лучше, кого-то хуже, но я помню все имена, внешность, достижения и их характер... — Кто из тех, кого ты помнишь, выделялся больше всего? — Не беря в учёт Сириуса и Сансет Шиммер, могу выделить несколько учеников, например, Кейденс. Не сказать, что она выделяется своим талантом, просто она была аликорном, а её успеваемость была выше средней во всём.       Твайлайт поднялась, упираясь в пол передними копытами. — Кейденс? Ещё один аликорн? Имя каждого аликорна известно на всю Эквестрию каждому пони. Почему я не слышала это имя? — Ты могла слышать его как Ми Аморе Каденза.       Твайлайт удивилась ещё больше. — Та самая дочь королевы Аморе?! Почему я ни разу не видела её? — Как и Сансет Шиммер, Кейденс является любимицей моей сестры, её обучение проводится индивидуально в нашем замке, а те учителя, что преподают в школе в качестве её замены, приходят к ней после уроков в замок. — Луна, почему все так хотят учиться именно у Селестии, если она даже не может уделить всё внимание своим ученикам? — Причин несколько. Первая в том, что я не очень популярна в народе. А вторая причина — всем известно, насколько предвзято я отношусь ко всем ученикам на вступительных экзаменах. Большинство даже не думает обучаться у меня, а тем немногим, кто всё-таки хотел, я отказала, не видя в них достойных учеников. Я видела достойной Кейденс, но сестра решила сама её обучать, да и сама Кейденс больше тяготела к Селестии, чем ко мне. Но это даже к лучшему... Я могу найти ещё десятки причин, но всё сведётся к тому, как сильно любят Селестию и не замечают меня. — Ты называешь Сансет и Кейденс любимицами принцессы, что ты имела в виду? — Селестия дорожила обеими ученицами. Если Кейденс для неё была почти как дочь, то Сансет она считала гордостью Эквестрии. Сансет Шиммер всегда была желанным гостем в Кантерлотском замке, но у Селестии не всегда было время на неё. У Сансет были некие проблемы с дружбой, из-за чего она не смогла подружиться с учениками из своего класса, но она подружилась с Кейденс. Однажды Селестия подарила Кейденс и Сансет две пустые книги, но если написать что-то в одной, то этот текст появится в другой. — Значит, Селестия тоже дарила артефакты своим ученикам? — Да. Она хотела, чтобы расстояние не мешало её ученицам общаться. Как оказалось, эти книги были заколдованы так хорошо, что работают даже сквозь измерения. Помнишь тот случай с порталом? Сансет должна была вернуть книгу в библиотеку Кантерлотского замка, но перепутала книгу, которую должна была вернуть, с подарком Селестии. Кстати, книгу сделал никто иной, как магистр Сириус. Кто бы что не говорил, а работает он на совесть. Со слов Сансет, она оказалась в мире, где нет магии, но книга исправно работает. — Нет магии?! Наверное, ей там несладко приходится. — Ха-ха-ха! Когда она адаптировалась к тому миру, он ей так понравился, что Селестия переживает, что Сансет не вернётся. Я не читала писем от Сансет, все вести от неё — лишь краткий пересказ Селестии. И всё же, я бы не опасалась того, что Сансет не вернётся, как минимум, ей будет, что рассказать. — Рада за неё, но, кажется, ты говорила, что есть ещё какой-то выдающийся ученик? — Да, ещё один единорог, который был так же талантлив, как и Сансет Шиммер. Он всегда выкладывался на полную, лишь бы его усилия оценила Селестия. Сестра говорила, что есть в нём нечто отталкивающее, а чего — сама не понимает. Хотя я в нём ничего такого не видела. Тем не менее она была к нему непредвзята и учила его, как и других...       Луна притихла на несколько секунд, лёгкая ностальгическая улыбка спала с её уст, а голос стал более мрачным. — После окончания школы в Эквестрии его больше никто не видел уже как двадцать три года... Да и в Кристальной империи тоже. Он просто... Исчез.