«Волнуется?»

— ….Ну, и?      Странный вопрос странного начала их странного разговора. Ничего необычного и странного. Для обоих это почти обыденность.  Тот, кому был адресован вопрос, лишь непонимающе взглянул на собеседника. — Не понял.      Лицо того самого собеседника скривилось, будто ответ был очевиден. — Ты как зомби ходишь третий день подряд. По ночам не спишь, завтрак и обед пропускаешь, а на ужине почти не притрагиваешься к еде. Ванильный, какого чёрта?      Последовал тяжёлый вздох. — Тебе откуда знать, сплю я ночью или нет?      Губы Шедоу Милка тут же растянулись в раздражённой ухмылке. — У стен есть уши, как говорят. Помни, кому ты пытаешься доверять, глаза там теперь тоже присутствуют.      ….Не то чтобы для Ванильного короля это было открытием, но подтверждение опасениям отразились в короткой дрожи его плеч и поджатых губах.      Ведьмы, сейчас только утро, а ему уже устроили допрос. До кучи выяснилось, что, оказывается, за ним ещё и следят. Хоть виновник этого даже не живёт в этом замке, зато каждый день с утра пораньше приходит к Ванили, оставаясь до позднего вечера. Уходит ли он вообще или просто прячется во тьме коридоров и комнат? Пьюр давно ни в чём не уверен. — Ну и зачем ты следишь за мной?  — Прекрати спрашивать! Я начал этот разговор и я буду задавать вопросы. Отвечай! — А что ты хочешь услышать?      Шедоу ненавидел Ваниллу за то, что тот заставлял его чувствовать себя идиотом. Будто он один тут пытается что то исправить. Возможно даже волнуется! Самую малость, конечно. Почти нет даже. Просто для вида, будто ему не всё равно.      Ваниль сначала не понял странного и злого взгляда Арлекина, сказался его напрочь сбитый из-за бессонницы режим. А когда понял, что ляпнул, пристыжено отвернулся к зеркалу. — Извини, просто не спится в последнее время.      Шедоу прошёлся по комнате до окна и с ногами уселся на подоконник. Чтож.. хотя бы шторы раздвинуть додумался.      Мягкий утренний свет проник в покои, солнце едва показалось из-за горизонта, но своими лучами уже умудрилось коснуться  рельефов стен и холодного пола.      После тёплой постели было холодно, пальцы и плечи мелко дрожали, но хотя бы надеть халат на тонкое ночное платье Ваниль не спешил. Он любил ранее утро больше, чем любое другое время суток. Было в его прохладе и тишине что-то интимное и необходимое.      Шедоу напротив больше нравилась поздняя ночь. Это всегда время вдохновения и размышлений, а главное - покоя и одиночества. Ночью ты знаешь, что день прожит. Каким бы он ни был - это конец, спешить больше некуда, а все проблемы - дело уже следующего дня. День как раз таки больше всего нервировал Шута. Все куда то торопятся, все чем то заняты, но каждому из них обязательно что-то от тебя потребуется. По иронии судьбы теперь он бодрствует днем, а не ночью. Чем бы он сам для себя это не оправдывал, на самом деле так случалось из-за Пьюр Ваниллы. Каждый раз он приходил в его покои пораньше, чтобы застать их хозяина спящим, а потом, либо дождаться его пробуждения, либо вдоволь налюбовавшись, каким-нибудь изощрённым способом разбудить его самостоятельно.       Это была одна из не многих забав, которые он мог себе позволить. Большую часть силы у Зверя отобрали после поражения. Он всё ещё мог левитировать , создавать подпространства и порталы для быстрого перемещения, но превращать живых печенек в предметы, управлять ими с помощью марионеток, оживлять сшитые игрушки и менять свой облик он больше не мог. Первое время это злило. Никому не понравится существовать со связанными за спиной руками. Радовало лишь то, что напрягать Ваниллу своим присутствием он мог без всякой магии.      Образовавшаяся между двумя печеньями тишина, на удивление, не беспокоила. Шедоу Милк, казалось, дал Королю время наконец проснуться, а сам , отвернувшись к окну, смотрел на местный пейзаж из-под полуприкрытых век.      Ваниль последовал его примеру, закрыл глаза и, взяв позолоченный деревянный гребень, медленно стал расчёсывать спутавшиеся волосы.      Говорят, в волосах сосредоточенна жизненная сила их носителя. Они - так же источник этой силы и, чем длиннее и гуще волосы, тем большей энергией обладает владелец. Во время пребывания в Шпиле, они стали расти намного быстрее, чем до этого. А после битвы со Зверем и перевоплощения и вовсе доставали до пят. Выглядело это довольно эстетично и даже роскошно, но на деле было крайне неудобно. Волосы постоянно путались и что самое неприятное - зацеплялись просто за всё: за дверные ручки, украшения мебели, однажды даже за подсвечник с горящей свечой, благо никто не пострадал. Зато некая персона ещё долго заливисто смеялась над неуклюжим королём.  — Не понимаю, как ты носишь такие длинные волосы.      Шедоу Милк отвлёкся от разглядывания королевского сада и обернулся на голос. — У меня, в отличии от тебя, нет выбора. Неудобно - обрежь и не ной. — Без тебя бы не догадался, — спокойно, но не без сарказма сказал Пьюр.      Немного помедлив, рука сама потянулась к ножницам, лежащим на туалетном столике. В последний раз Ваниль расчесал пальцами длинные волосы, поднес инструмент к первой пряди и…      Ножницы вмиг выхватили из рук, однако, одинокая прядь все же упала на пол. Криво обрезанная часть у лица едва доставала до ключиц. — Зачем? — Ванилла с удивлением уставился на гостя, который, непонятно для чего, остановил его от необдуманного поступка.      Маг лишь положил ножницы на место. Ничего не сказав, он взял гребень, начав быстро, но аккуратно расчёсывать чужие локоны. Пара секунд и его пальцы отделяют три пряди. Еще минута - волосы оказываются заплетены в толстую слегка небрежную косу. Обстриженная прядь некрасиво выпадала из прически, поэтому симметрично ей пришлось обрезать часть с другой стороны.  — Если ты не слушаешь меня и делаешь по своему, то я стану делать точно также.      «Как будто ты не делал этого всю свою жизнь».      Арлекин исчез, словно его здесь и не было пару мгновений назад. Наверняка, он сбежал в сад или куда-то за город. Зачем? Неизвестно. Однако они по любому пересекутся на ужине. Волноваться не о чем.      Ваниллу эта фраза никогда не успокаивала. Для всего есть причина, за каждой причиной действие и последствия. Шедоу снова выразил своё «фи» их нынешним отношениям, которые, по его мнению, развивались в одну сторону. Он явно не просто так стал задавать вопросы о состоянии Ванили, его внимательности можно позавидовать, так как за все три дня никто из знакомых даже не подумал, что что-то изменилось. Кажется, он волновался за состояние друга, соизволил спросить это напрямую, а не наблюдать самому или подслушивать у сторонних источников, как это всегда и происходило. Вопрос о состоянии здоровья, возможно, попытка подвести к проблеме, просто поговорить в конце концов. Сегодня не создалось впечатления, что его задело безразличие Короля. Значит с разговором можно повременить. Избегание и откладывание на потом - не решение проблемы, но они обязательно во всём разберутся.      Ваниль специально умолчал о причинах несвоевременного приема пищи, а другой, кажется забыл об этом либо не стал допрашивать. Сложно доверять своему бывшему врагу, никогда не знаешь, какая дрянь окажется подмешана в еду, которую ты ешь каждый день. Этот страх не имел ничего общего с реальностью, так как Шедоу, на удивление, больше не показывал явного желания навредить. Всякая грубость теперь считывалась иначе: притворство, чтобы не выдавать лишние чувства, защитная реакция, чтобы не показывать слабость, манипуляция, чтобы заставить Ванильного пересмотреть своё поведение и наконец вести себя с ним искреннее. Никаких намеков на причинение вреда, хотя сторонником физического насилия он никогда и не был; даже в истории с подсвечником его смех был скорее наигранным и нервозным, чем злым - соулджем не обманешь. Зато психологического - более чем, но и этого почти не прослеживалось.       Пьюр Ванилла внимательно изучал в зеркале своё отражение, сжимая в руке посох, с которым почти не расставался даже наедине с собой. Ему нравилось, как выглядит прическа. Он оставит её на сегодня. С заплетёнными волосами всяко удобнее, чем с распущенными.       Раз Шедоу сбежал, потенциального убийцы короля нет, а значит со спокойной душой можно спуститься на завтрак.