9. Джин Сокджин (Сокджин/Чимин)

Комната была погружена в полумрак — Чимин специально выключил свет, оставив только мерцающие гирлянды. В руках он нервно перебирал старинную латунную лампу, купленную сегодня у бойкого старика на блошином рынке. "Исполняет желания, — хрипел торговец, — но только для тех, кто действительно в них нуждается". Чимин фыркнул тогда, но всё же расстался с пятью долларами. А теперь сидел на ковре, сжав лампу в ладонях, и чувствовал, как глупо это выглядит. — Ладно, — пробормотал он, проводя пальцем по гравировке. — Если ты и правда волшебная... покажи чудо. Лампа дрогнула. Сначала просто слабо, будто от ветра, которого не было. Потом — сильнее, вырываясь из рук. Чимин ахнул и выпустил её, а она зависла в воздухе, вращаясь, и из её носика повалил густой золотой дым. — О чёрт... Дым сгущался, клубился, и вдруг — хлоп — в комнате стало на одного человека больше. Чимин зажмурился. Потом приоткрыл один глаз. Перед ним стоял... ну... Человек — это было слишком скромное слово. Высокий, с кожей, отливающей тёплым золотом, словно он и правда только что вырвался из раскалённого металла. Широкие плечи, рельефный пресс (Чимин быстро перевёл взгляд выше), густые брови и... шаровары. Да, именно шаровары, алые, свободные, подпоясанные тонкой цепью. — Привет, — сказало видение низким, бархатным голосом. Чимин забыл, как дышать. — Ты... ты... — Джинн, — существо склонило голову. — Но можешь звать меня Сокджин. — Сокджин... — Чимин повторил за ним, как во сне. — Да, — тот улыбнулся, и в уголках его глаз собрались лучики морщинок. — И, судя по всему, я обязан тебе трёмя желаниями. Он сделал шаг вперёд, и Чимин отполз назад, ударившись спиной о диван. — П-подожди! Ты... ты настоящий?! Сокджин рассмеялся — звук был тёплым, как мёд. — Очень даже. Хочешь проверить? — он протянул руку, и Чимин, заворожённый, коснулся его пальцев. Горячие. Настоящие. — О боже... — Не боже, — Сокджин усмехнулся. — Просто джинн. Ну что, придумал уже, чего хочешь? Чимин наконец перестал дрожать и приподнялся на локтях. — А... а можно подумать? — Конечно, — Сокджин развалился на его диване с такой непринуждённостью, будто делал это сто раз. — У тебя вечность в запасе. — Но... лампу же надо потереть, чтобы ты появился... — О, — Сокджин подмигнул. — Это только для первого раза. Чимин покраснел.

***

Первое желание пришло не сразу. Чимин попросил... чтобы его кактус зацвёл. Сокджин поднял бровь. — Серьёзно? — Он у меня три года не цвёл! — защищался Чимин. Сокджин щёлкнул пальцами — и на колючем стебле распустился ярко-розовый цветок. Чимин ахнул. Второе желание было ещё нелепее — он захотел, чтобы его носки никогда не терялись. — Ты точно не хочешь чего-то грандиозного? — Сокджин склонил голову. — Нет, — Чимин упрямо сжал губы. — Я ненавижу, когда остаётся один носок. Сокджин рассмеялся, но исполнил. И вот настало время третьего желания. Чимин сидел, обхватив колени, и смотрел на Сокджина. Тот полулежал на его диване, закинув руки за голову, и шаровары съехали чуть ниже, обнажив линию бедра... — Ну? — Сокджин лениво потянулся. — Последнее желание, малыш. Чимин глубоко вдохнул. — Я хочу... Хочу чтобы ты остался. Комната замерла. Сокджин медленно опустил ноги на пол и наклонился вперёд. — Остался? — Да, — Чимин не отводил глаз. — Не исчезай. Сокджин задумался. — Ты понимаешь, что это навсегда? — Да. — И что в лампу я больше не заберусь? — Пустое место в шкафу найдётся. Сокджин рассмеялся — на этот раз по-настоящему, звонко, и вдруг потянулся к Чимину, обняв его за плечи. — Ну что ж... Похоже, у меня кончилась магия. — Что? — Ты получил своё желание, — Сокджин прижал ладонь к его груди. — Я остаюсь. И лампы больше не стало. Конец. (Или начало?) 🥰