Глава 9. Эффективный фиктивный союз

      — Если ты согласишься со мной встречаться, то нападки в классе прекратятся.       — И как ты это сделаешь?       — Ну… Я ведь король класса, всё же.       — Что ж. Вынуждена тебе отказать.       — Ладно. Я предполагал, что сначала услышу именно эти слова. А по сему даю тебе неделю на раздумья.       — Я не передумаю.       Этот диалог между Эванджелиной и Энтони весь день крутился в голове первой и никак не хотел оставлять её в покое. Остаток урока физкультуры Коллинз так и просидела на трибуне, но не за чтением книги, а за раздумьями о произошедшем.       После, когда та отправилась в душ, Эванджелина специально включила прохладную воду, чтобы немного остудить свою переполненную голову. Однако это ей не сильно помогло.       Физкультура была последним уроком на сегодня у их десятого класса, а по сему девушка могла с чистой душой заняться тем, чем она хотела и сколько времени, забыв на недолгий срок о словосочетании «домашняя работа». В связи с этим, Коллинз отправилась в «Coffee Haven», дабы выпить там горячего кофе, съесть чего-нибудь сладкого и просто посидеть там, возможно, почитать.       Зайдя в кофейню недалеко от их школы, девушка тут же сделала заказ: латте и тирамису. Оплатив ланч, Мари произнесла:       — Ваш заказ будет выполнен в течении пяти минут. Можете пока занять столик.       — Благодарю, — кивнула Эванджелина и направилась к столику, который находился в самом углу.       Коллинз не в первый раз выбирает это место в кофейне. Как показали и доказали её теорию наблюдения, отсюда прекрасно видно всё заведение, зато остальные вряд ли обратят внимание на тебя — чем ты занят, с кем сидишь.       Главное — сидеть лицом, а не спиной к двери, и тогда всё будет работать. Когда девушке нужно было побыть одной, то она всегда выбирала именно это место — мельтешение людей перед глазами зачастую успокаивало девушку.       Сев на диванчик, Эванджелина с несколько секунд думала над тем, чем же ей заняться в остаток дня. Да и чем она сможет заняться со своей чугунной головой на плечах в целом. Помощь другу с его книгой отпадала — нужно было вникнуть в суть, а это в нынешнем положении было немного проблематично.       Поэтому же Коллинз не могла и просто почитать произведение Клайва Льюиса — необходимо сконцентрироваться на том, что происходит в главе, дабы понять следующие.       Вдруг в голове Эванджелины появилась одна идея: ей нужно было с кем-то поговорить об этом ситуации, или вообще о жизни. С кем-то немного посплетничать, поделиться последними новостями. И Коллинз даже знала с кем можно заняться этим делом.       Эванджелина: Джек, мне жизненно необходимо твоё тело в «Coffee Haven»!       Эванджелина: Если ты, конечно не занят!       Она написала своему другу — Джеку Уолшу, который и сам всегда был не против поболтать. И ответ не заставил себя долго ждать.       Потрошитель нервов: Моё тело? Хочешь меня убить? Так ещё и в кофейне?! У тебя всё хорошо?!       Эванджелина: Сори, что напугала! Зато ты быстро ответил)       Потрошитель нервов: Ладно. Где ты сидишь и что тебе от меня нужно?       Эванджелина: Мне нужна твоя женская любовь к сплетням. И я сейчас за самым крайним столиком, в углу       Потрошитель нервов: Одну секунду       Эванджелдина отложила телефон в сторону и стала наблюдать за посетителями. Народу было немного, но это пока — не у всех закончились уроки в их школе, лишь их класс оказался везунчиками, что уходит пораньше домой. Минут через пятнадцать-двадцать здесь будет слишком шумно, так как учащиеся просто толпой заваляться в кафе.       — Вот ваш кофе и тирамису, мисс, — писклявым голосом произнёс кто-то, ставя перед девушкой её заказ.       Эванджелина тут же подняла голову и столкнулась с улыбающимся во все тридцать два зуба Джеком.       — Ты ведь просила мою женскую любовь к сплетням? Получите! — теперь уже нормальным голосом сказал Уолш.       — Джек! — вскакивая со своего места, Коллинз поспешила обнять друга. — Ты здесь работаешь?       Отстранившись, Эванджелина с ног до головы осмотрела Джека. Тот был одет в рабочую форму заведения: в тёмную футболку с названием кофейни, в тон ей тёмные брюки. Форма рабочих «Coffee Haven» была не спроста такой тёмной. Как рассказала Сара, продумано это для того, чтобы полностью соответствовать названию.       — Название же означает «кофейное убежище», так почему бы не показать посетителям, что мы целиком и полностью придерживаемся этого значения? Диванчики, столы сделаны в таком тоне специально по нашему заказу, так пусть и форма будет такого же цвета.       Коллинз не считала это перебором, наоборот — ей очень нравилось данная задумка мистера и миссис Хопкинсов. К тому же, тёмные тона привлекали девушку больше, чем светлые, что немного огорчало её маму. Даже летом Эванджелина надевала синие топики или чёрные рубашки.       — Ну, — начал Джек, — В общем, да.       — И как давно? — поинтересовалась Коллинз.       — Практически сразу, как начался учебный год. Я-то в своей гуманитарной школе до двух, а после весь день свободный. Не знаю, чем заняться. Вот предки и посоветовали пойти работать. Вспомнил, что ты много рассказывала об этом месте. А владельцы меня с охотой приняли. Так что вот так.       — Но почему ты мне ничего не сказал об этом? Уолш пожал плечами и на секунду задумался, думая над ответом.       — Честно, не знаю. Наверное, думал, что ты подумаешь, что я занял твоё место.       — Ой, брось! — махнула рукой Эванджелина, после чего принялась за свой торт и горячий напиток. — Я уволилась отсюда по известной нам обоим причине. Это не значит, что я как призрак буду преследоваться тех, кто устраивается на работу сюда после моего последнего рабочего дня здесь. Наоборот, я очень рада за тебя!       — Спасибо, — немного засмущался Джек, упустив голову. — Правда, приятно слышать о том, что ты за меня рада.       — Ну а как может быть иначе у друзей? — подмигивая ему, спросила Коллинз, после чего нахмурилась. — Мы ведь с тобой друзья, верно?       — Неверно, Эванджелина! — слегка ударил рукой по столу Уолш. — Мы с тобой — деловые партнёры! Ты же мой соавтор!       С этой реплики Джека оба рассмеялись. Да, Джек Уолш знал, как можно снять напряжение, которое вдруг внезапно возникает. За это Эванджелина и любила его — тот не придумывал ничего себе, был реалистом, что констатировал факты из жизни. Между ними, правда, был один случай, когда Джек думал над чем-то больше, чем просто дружба, но это случилось лишь раз.       — Ладно, так о чём ты хотела поговорить? — успокоившись, задал ей вопрос Джек.       Эванджелина поморщила лицо, словно вместо шоколада проглотила целый лимон. Запив терамису кофе, она серьёзно сказала:       — Об Энтони Хэнсене.       — Опять он? — нахмурился парень. Коллинз медленно кивнула и уставилась на стол, рассматривая узоры на нём.       — Всегда он, — ещё один глоток кофе и вот Эванджелина вываливает на Джека всё то, что накопилось у неё на душе за последний час-полтора.       Она рассказала ему всё: как тот в первый учебный день нагрубил ей, потом сделал предложение — стать его девушкой и начать с ним встречаться; резко изменился, делая только хорошие дела — стал учиться, помогать другим, когда это необходимо, так ещё и посещать те же кружки, что и она! Не забыла упомянуть и то, что случилось за сегодняшний день.       Джек внимательно слушал подругу, изредка кивая её словам и догадкам. Когда Эванджелина закончила, между ними повисло молчание. Уолш пытался переварить всю полученную им информацию, а Коллинз хотела выпить ещё одну кружку местного латте — за время её рассказа в горле пересохло, а тот, что она заказала по приходу сюда, уже был внутри неё.       Наконец Джек произнёс:       — Странный этот Хэнсен, всё-таки. Он мне с самого начала не понравился, как ты о нём рассказала.       — Ну, тебе хотя бы не приходиться видеть его наглое лицо весь учебный год, — заметила Эванджелина.       — И слава Богу! Иначе бы его лицо уже давным-давно было помято об мой кулак!       — Так, только давай без физического ущерба кому-либо, хорошо? Просто скажи мне, что с этим делать?       — Он тебе предложил сделку, так? — спросил Уолш, а Коллинз не могла понять, к чему ведёт её друг.       — Что-то типа того, — нахмурившись, кивнула она.       — А смысл в ней вообще есть?       — То есть?       — Ну, продолжаются ли нападки одноклассников на тебя по сей день? — пояснил Джек, а Эванджелина задумалась. Пытаясь вспомнить.       — Это сложный вопрос, Джек, спроси что-то полегче.       — Ты не знаешь кидались ли на тебя с обвинениями? С обидными словами и так далее? Коллинз отрицательно покачала головой, а Уолш в недоумении приподнял правую бровь.       Эванджелина тут же принялась объясняться:       — За прошлый год я просто привыкла к такой обстановке: кто-то за спиной выкрикивает во время урока обидные слова, когда я прохожу мимо, то замолкают и шарахаются в разные стороны. Я просто игнорирую всё это. Могу точно сказать, что Хэнсен продолжил гнуть свою палку в первый день, но потом и думать об этом забыл!       — А косые взгляды одноклассников, когда ты проходишь мимо?       — Говорю же, я просто игнорирую их это поведение. Я даже не смотрю на них!       — Тогда, может, стоит отклонить его предложение?       — Именно это я и сделала!       — Я к тому, чтобы повторить свои слова через неделю, — пояснил Уолш. — Просто… Сложная немного ситуация. С одной стороны, можно принять согласиться и стать с ним фиктивной парой. Тогда ты точно не будешь лишний раз переживать из-за своих взаимоотношений с одноклассниками. С другой стороны, зачем соглашаться? Уверен, Хэнсен начнёт тебя таскать на разные вечеринки и тебе просто необходимо будет соглашаться, чтобы не поползли слухи. Минус учёба, плюс много стресса — всё это доказано на опыте других. И, когда вы расстанетесь, даже если Энтони выполнит свою часть, тебе вновь придётся столкнуться с буллингом в классе.       Джек был прав, и Эванджелина это прекрасно знала. Сама думала об этом в том же ключе, что и он. Но ей просто необходимо было услышать это от кого-то. Но что-то в её мозгу нажало другую кнопку, что отвечала за другое переживание. То самое, которое затрагивалось сегодня во время разговора с друзьями.       — Чисто теоретически, с этого фиктивного союза я получу пользу? — спросила она у друга. — Ну, там — как стоит общаться со своим парнем, что сделать, чтобы мы были счастливой парой?       — Чисто практически, всё это ты узнаешь только после того, как будешь всерьёз встречаться с кем-то. Фиктивные браки и пары — это просто эффективное решение проблем каждого участника, что принял в этом участие. К примеру, муж выходит замуж за женщину, потому что той нужна страховка, а сам получает с этого новых клиентов, которых жена привела в фирму. Безусловно, бывает такое, что между ними расцветает настоящая любовь, но поверь, таких случаев единицы.       — Что ж. Значит вопрос решён: прослежу пару дней за поведением одноклассников, если те не будут переходить границу, то можно и забить на это предложение, — высказала своё решение Эванджелина.       — Разумно, — кивнул её словам Джек.       Между ними вновь повисло молчание. Однако наслаждаться тишиной им никто не дал: пока они разговаривали о том, что происходит у Коллинз в школе, у остальных уроки уже закончились, и целая толпа учащихся направилась в кофейню. Кто-то уже занял себе место, кто-то стоял только в очереди. Оба понимали, что в ближайший час Уолш точно не сможешь посидеть и ещё поговорить.       Словно сама Судьба прочитала их мысли и решила поскорее испортить всю эту идиллию, послав к их столику Теда Хопкинса.       — Уолш, у нас тут просто куча клиентов! Рад тебя видеть, Коллинз, но мне придётся забрать с собой этого молодого человека, — произнёс хозяин заведения.       Подростки тут же соскочили со своих мест, дабы обняться на прощание. Когда Джек скрылся за стойкой, то Эванджелина обратилась к Теду:       — Тед, я могу чем-то помочь?       На мгновение тот задумался, после чего поспешил дать ответ на вопрос.       — Если только ты не против и тебе не сложно, — сказал он, а потом с улыбкой на лице добавил: — Вижу, ты думала об этом прежде, чем зайти сюда к нам.       После душа девушка предпочла надеть свободную форму, нежели школьную. Да, Эванджелина знала, что есть вероятность того, что та помнётся и её придётся гладить на завтра, но это не особо волновало девушку — у неё что, руки отвалятся, если она лишний раз погладит форму? К тому же, в свободной одежде было намного комфортней и удобней, и не стоило лишний раз переживать, что капли кофе попадут на белую ткань.       Ей и её работодателям также посчастливилось, что Эванджелина оставила в своём школьном шкафчике тёмную рубашку, чёрный топик и джинсы такого же цвета. В противном случае, пришлось бы помучиться с поиском одежды для неё, чтобы случайно не посчитали за обычного посетителя.       — Если это и так, это что — плохо? — в том же тоне спросила Коллинз, и они оба рассмеялись.       — Так и быть. Иди на стойку. Возьми на себя напитки, ты в этом мастер, — разрешил ей Тед.       Немедля, Эванджелина отправилась на свой фронт работы — за стойку прямо к кофемашине. И это её действие было замечено Джеком, который на секунду замер за кассой. Он вопросительно посмотрел на неё, требуя объяснений.       — Тед разрешил помочь. Я отвечаю за напитки, — тут же отрапортовала Коллинз, на что её друг кивнул.       Работа пошла на пользу Эванджелине. Постепенно она стала забывать о том, что произошло сегодня в школе, вливаясь в знакомую ей рутину. Себе под нос Эванджелина бубнила соотношение молока к кофе: капучино — один к одному, латте — один к трём. Не забывала также позаботиться о красивом рисунке на пенке: для тех, кто предпочёл остаться в заведении, пытался изобразить сложную композицию, а кто брал с собой, получал классический рисунок — сердечко или же ёлочку.       Не сказать, что Коллинз была как белка в колесе, но побегать всё же пришлось. Одно кофе за другим, помощь с раздачей заказов, иногда приходилось подменить коллег на кассе. Сконцентрировавшись на работе, Эванджелина заметила, что вообще не думает об Энтони и его предложении, что несказанно порадовало её. Да и физическая нагрузка во время работы идёт на пользу девушке, ведь каждый урок физкультуры она просиживает на трибуне.       Так прошёл целый час. После народу становилось всё меньше и можно было вздохнуть спокойно.       — Давай поменяемся местами, — предложил ей Джек.       — Ты уверен? — спросила у него Эванджелина. — Справишься с такой задачей, как приготовить кофе.       — Не надо меня унижать, — с улыбкой на лице, подошёл к ней Уолш, немного оттесняя в сторону. — Я прекрасно справлюсь со всем этим. А ты становись на кассу. Заодно немного передохнёшь.       Коллинз подняла руки в знак капитуляции и подошла к кассе. Перед собой она увидела девушку, её возраста. Она была в школьной форме, волосы собраны в косу, а на лице милая улыбка. Всем своим видом эта девушка притягивала к себе, что Эванджелина улыбнулась посетительнице в ответ.       — Добрый день! Готовы сделать заказ? — спросила Коллинз.       — Коллинз, она уже заказала, — ответил вместо девушки Джек. Эванджелина тут же с хитрой улыбкой на лице уставилась на спину друга.       — Правда, Уолш? И ты отправил меня сюда, чтобы самому приготовить заказ этой милой девушке?       — Какая ты догадливая, — произнёс тот, не на секунду не отвлекаясь от работы.       — Что ж, в таком случае, могу ли я предложить вам столик, за которым вам обоим будет комфортно? — поинтересовалась Эванджелине, обращаясь к посетительнице.       — Я бы с удовольствием, но я всё ещё не оплатила, — мелодичным голоском ответила та.       Коллинз была словно околдована, словно загипнотизирована. Эта девушка… Эванджелине захотелось, чтобы та стала её подругой.       — Кэт, я тебе уже сказал — всё за счёт заведения, — включился в разговор Уолш.       — Я с ним соглашусь. Позволите мне оплатить за вас? — вновь задала вопрос Коллинз.       — Пусть уж тогда Джек это сделает. Да, Джек?       — Согласен! Коллинз, возьми мою карточку, пожалуйста,       — Одну секунду, — попросила Эванджелина и взяла телефон своего друга. Сняв с него чехол, девушка достала банковскую карточки и произвела оплату.       — Ну вот, вопрос решён, — развела руки в стороны Коллинз. Через несколько секунд она сделала жест посетительнице, чтобы та приблизила своё ухо. К счастью, та догадалась, что к чему, и Эванджелина прошептала ей на ухо: — Если вы с парнем ходите в ресторан или в кино, то пусть он целиком и полностью оплачивает за вас.       — Я учту, — всё с такой же улыбкой ответила девушка, после чего протянула руку. — Кэтрин Блэк, — представилась она.       — Эванджелина Коллинз, — ответила на рукопожатие Эванджелина, во весь голос спрашивая: — Так, вам помочь выбрать столик, Кэтрин?       — Благодарю, но я не привереда. Выберу любой свободный, — отходя от кассы, произнесла мисс Блэк.       — Молодцы, ребята! — сказала Сара, проходя мимо друзей. — Всё выполнили просто чудеснейшим образом! Эванджелина, — обратилась миссис Хопкинс к Коллинз, — Зайдёшь потом в мой кабинет, хорошо?       — Конечно, Сара, — кивнула Эванджелина.       Владелица ушла, и Коллинз с Уолшем остались одни. Девушка продолжала с хитрой улыбкой наблюдать за тем, как её друг старается над заказом для Кэтрин. Ей так и хотелось узнать полную историю её друга с этой милой девушкой! А парень прекрасно чувствовал всё это и ему хотелось провалиться сквозь землю.       — Джек, — протянула Коллинз. — Не хочешь мне ничего сказать?       — Достань пока из холодильника кусочек торта «Три шоколада» и манника. Положи всё это в коробку, пожалуйста, — произнёс Уолш.       Эванджелина встала выполнять то, что ей поручил Джек. Всё же, тот здесь работает, а она просто помогает. Так что пусть командует.       Но долго молчать она не могла, поэтому, когда Коллинз закончила, а сделала она это очень быстро, то опять вернулась к тому, о чём хотела поговорить.       — Ну, вообще-то, я имела в виду тебя и Кэтрин. Что у вас с ней?       Но ответом ей послужил крик и шипение Джека. Эванджелина тут же подлетела к нему, смотря, что же случилось. Как оказалось, Уолш пролил себе на руку кофе.       Немедля, девушка взяла из рук друга бумажный стаканчик и поставила его возле кофемашины.       — Мари! — подозвала она девушку.       Та тут же подбежала.              — Что случилось? — спросила она.       — Приготовь латте на большой стакан, хорошо? И, если не сложно…       — Я приберу здесь, не волнуйся, — успокоила Мари Эванджелину. — Займись Джеком лучше.       Коллинз так и поступила. Они вместе с другом направились в служебное помещение, где была комната отдыха для рабочих.       Обстановка здесь не отличалась от той, что была в зале: длинный тёмный диван с мягкими подушками под тон к нему, из тёмного дерева сделанный журнальный столик, на котором была ваза с разным печеньем и пару книгами, из такого же материала был сделан шкаф для того, чтобы работающий персонал мог оставить в нём свои вещи.       Посадив Джека на диван, Эванджелина принялась искать аптечку, дабы оказать первую помощь другу. Та нашлась в том же шкафу.       Подсев рядок к Уолшу, Коллинз взяла его руку и стала оказывать первую медицинскую помощь. Как её учили давным-давно родители — что делать при ожоге.       Завершив свои манипуляции, Эванджелина положила обратно аптечку, после чего вернулась на своё место. Взяв одно печенье из вазы, она стала внимательно изучать лицо парня, сидящего перед ней.       Тот уже не был напряжён, после того, как рана была обработана. Он выглядел умиротворённым, словно готов был провалиться в царство Морфея. Однако его глаза, смотревшие прямо в глаза Эванджелины, не подавали никаких намёков на это.       — Что? — спустя ещё минуту таких переглядок спросила Коллинз.       — Что между нами не сложилось? — вопросом на вопрос ответил Уолш, застав Эванджелину врасплох. Резкая смена темы, так ещё и на такую! Такого поворота событий она не ожидала.       — Джек, — начала она, но была грубо перебита парнем.       — Прости. Знаю, мы закрыли раз и навсегда ту тему. Просто мне хочется узнать причину твоего отказа.       Эванджелина понимала его. И, когда она встретилась с умоляющим взглядом Джека, то сделала вдох-выдох прежде, чем объяснить свою позицию.       — Когда ты предложил стать парой два года назад, это… меня немного смутило.       — Да, я знаю, — улыбнулся Джек. — У тебя такое лицо тогда было. Но что не так-то?       — Я очень надеюсь, что ты не винишь себя в моём отказе. Ты здесь вообще не причём! Просто, понимаешь… Я видела тебя исключительно как друга. Мы с тобой много различных событий пережили, и я боялась, что, став мы парой, всё это прекратиться, уйдёт навсегда из моей жизни. Ну и плюс встречаться в четырнадцать лет… Я сейчас-то боюсь, а ты хочешь, чтобы это случилось тогда.       Повисло молчание. Никто не решался начать разговор первым. Однако Эванджелина знала, что должна сказать следующее:       — Джек, ты чудесный парень! С тобой весело, ты заботишься обо мне, когда предоставляется случай. Но давай просто останемся друзьями, прошу! У меня их не так-то много, как было в начальной школе. Потерять ещё и тебя…       — Не волнуйся, этого не будет, — твёрдо заверил Джек, смотря в глаза подруге. Он заметил, что те увлажнились, будто ещё немного, и Эванджелина заплачет. — Прости, что вновь начал этот разговор…       — Да ничего, — проморгалась Коллинз, отмахиваясь. — Ты же не каждый день такое спрашиваешь. Два года прошло, так что не парься — всё нормально.       — Хорошо. Просто хотел узнать, что стоит сделать, чтобы с Кэтрин у нас всё сложилось? Может, та просто не захочет…       — Захочет, Джек, поверь! Кэтрин Блэк просто прекрасная девушка! Мне хватило тех пяти минут, чтобы понять это. Не переживай так сильно. Судя по всему, её вообще не волнует твоя внешность. Могу посоветовать лишь одну вещь.       Джек навострил уши, чтобы не пропустить ни малейшей детали.       — Не веди себя как дурак. Ты такое можешь, я знаю. Но не стоит. Просто будь самим собой. Договорились?       — Договорились! — обнимая подругу, кивнул Джек.       Ещё немного обсудив отношения между Джеком и Кэтрин, Уолш удалился из комнаты отдыха, оставляя Эванджелину наедине с печеньками, от которых та никак не могла оторваться.       Но её уединение продлилось недолго: примерно через пару минут дверь открылась, и на пороге стояли Фрэнк и Мари, что смеялись, пока не увидели девушку.

***

      Был уже вечер. Солнце давно скрылось за горизонтом, уступая бразды правления Луне. Энтони и Роджер сидели в комнате первого у того дома над домашним заданием на завтра.       — Как думаешь, план сработает? — обеспокоенно спросил Хэнсен друга. В следующую секунду его телефон зазвонил. На экране высветилось имя «Эванджелина Коллинз».       — Видимо, сейчас это и узнаем, — с улыбкой произнёс Торрес.       — Тихо, не гадай пока. Ещё вспугнёшь случайно удачу, — шикнул Энтони, вставая со своей кровати, подходя к окну.       Нажав кнопку «Принять», тот поднёс телефон к уху и сказал.       — Эванджелина. Какими судьбами в такой час я удостоился твоего звонка? Хорошо, без пафоса, так без пафоса. Я сделаю всё, чтобы так оно и было, не переживай. Ну… Обещать не могу, но я постараюсь не так сильно увлекать тебя в это. Лишь на самые основные, уговор? Отлично! В таком случае, мы должны делать всё, чтобы выглядеть как настоящая пара, а не фиктивная. Начнём с завтра. Не прям резко, просто надо будет сделать вид, что мы чаще стали общаться. Ну, так то дополнительные занятия! Многие на них не ходят, а те, кто посещают, слухи не разносят. Понял, принял. И, Эванджелина. Ты случаем не плачешь? Ладно, как скажешь. До завтра.       Ещё немного посмотрев из окна на ночной Нью-Йорк, Энтони повернулся к другу, который прожигал его спину, требуя пересказа их разговора.       — Она согласна. Но, во-первых, я должен выполнить свою часть сделки, во-вторых, её брат не должен узнать, что наши отношения по расчёту — всё должно выглядеть реалистично; в-третьих, она ходит лишь на самые важные вечеринки, не более, — отчитался Хэнсен.       — Что там с ней? — спросил Роджер.       — Да по голосу показалось, что она плачет, но не хочет об этом говорить.       — Может, она узнала, что ты на самом деле задумал от кого-то другого?       — Сильно сомневаюсь, что в таком случае она стала бы соглашаться. Скорее бы накинулась со словами: «Ты серьёзно не мог сказать мне об этом? Зачем нужно было строить весь этот цирк?», — передразнил Эванджелину Энтони.       — И когда ты ей об этом скажешь? — поинтересовался Торрес в надежде на то, что его друг всё же дружит со своей головой.       — Уж точно не сразу. Пусть несколько недель пройдёт, а потом уже можно будет рассказать что к чему, — спокойно ответил Хэнсен, возвращаясь к домашке.       «Всё же не дружит», — сказав про себя, отрицательно покачал головой Роджер, после чего последовал примеру друга.