2.

      Маки лежала на своей небрежно расправленной постели и, ногами подтянув к себе одеяло, отстранённо смотрела в потолок. Казалось, она потеряла счёт времени.       Со дня собрания «Сверкающего Союза» прошло четыре дня, а метка на теле завершила своё проявление только посреди этой ночи. Боль прошла, но тело её не забыло и остро реагировало на любые движения.       Совсем обессилев, Кикё потратила почти все бинты, которые нашла в доме. Осталось только две упаковки. Заживляющие мази не сильно расходовались, а вот обезболивающее кончилось ещё вчера утром.       Этой ночью она не сомкнула глаз: всё думала о Бенкее. О своём соулмейте.       Об этом парне даже среди янки известно не очень-то много. Если говорить о Белом Леопарде, Имауши, то люди сразу вспоминают его хитрые планы и извечную безразличность; если речь идёт о Боге Войны, Акаши, то всё помнят его пагубные привычки и падкость на женщин. Красная Скала же на слуху только из-за своей силы.       «Из крайности в крайность, — размышляла Маки. — Либо он сейчас меня ищет, либо я ему совсем не нужна.»       Она вдохнула полной грудью сухой воздух, пронизанный стерильным запахом аптеки и медикаментов.       «И я даже не знаю, что лучше.»       Маки не хотела ни о чём думать — только спать. Проспать пару дней напролёт было бы соблазнительно, если бы она уже не сделала этого. Надо было вставать и приводить себя и квартиру в порядок — начать с банального умывания.       Вода в душе была очень холодной, но внутри Маки лился кипяток. Дотронуться до метки на немного смуглой коже было страшно.       Вытерев мокрое тело, девушка бросила полотенце на пол и подняла голову к зеркалу. Её лицо исказилось отчаянием.       Если Кикё в будущем не будет вместе со своим соулмейтом, то это она точно не сможет скрыть от другой второй половинки.       Метка была неестественно огромной. Китайский тигр, выбитый на теле кровью, застыл в устрашающей позе. Им была исчерчена кожа от бедра, чуть ниже привычной линии белья, до рёбер под сердцем.       Но бьякко был красивым. Такого Маки не видела ни на одной татуировке. Кожа вокруг уже не горела огнём и утратила болезненно-красный оттенок.       Маки распустила два ленивых пучка на голове и пальцами прочесала длинные-длинные тёмные волосы. Ещё раз окинув глазами аккуратное обнажённое тело в зеркале, она вздохнула и надела футболку.       Чтобы избавиться от запаха крови и лекарств в спальне, пришлось зажечь благовония. Тонкие струйки дыма медленно поднялись к потолку.       В нынешний год босодзоку, неважно, женские или мужские, ценят только три вещи. Три столпа, на которых держится их правление.       Сила. Ум. Харизма.       Маки умна, не лишена уверенности, но недостаточно сильна. Словом, ни одно из этих качеств у неё не развито настолько, чтобы быть полезной и иметь авторитет. Она имеет только способности, и то — в медицине.       Она может вправлять кости, накладывать гипс и шины, а ещё разбираться не только в лекарствах — справиться с травами ей тоже под силу.       Всё равно недостаточно.

—————

      Как только дверь в квартиру с глухим щелчком захлопнулась, парень, громко чертыхнувшись, поспешил сбросить с себя серый плащ лидера. Спину после тренировочной драки с заместителем неистово жгло.       Бенкей, наугад бросив верхнюю одежду на вешалку в прихожей, пошёл к большому зеркалу, стискивая челюсти.       Эта боль заставляла злость кипеть в его венах, ведь он не мог с ней справиться.       Впервые он оказался бессилен. Ещё и не знал, кто его родственная душа. Понял только — кто-то из «Сверкающего Союза». Видел там несколько девушек.       Пока информатор «Рагнарёка» не собрал информацию на каждую, Кейзо старался не думать об этом.       Ужасно, противно и отвратительно, если его соулмейт уже его враг.       Парень извернулся перед зеркалом, чтобы увидеть свою спину. Татуировки его смуглой коже были не новы, но никогда они не были настолько болезненны. Не догадываясь о метке в первые две ночи, Араши напрочь испортил кровью две простыни.       Зато он долго не думал о смысле метки. Она принадлежала ему как лидеру «Рагнарёка».       «Может ли это показывать нашу принадлежность к разным фронтам?».       Эта мысль сводила Бенкея с ума.       Кем бы его соулмейт не оказался, он готов быть с ним. В голове, когда он думал о ночной встрече с возродившимся противником, всплывал чей-то образ в таком же сером, как его форма, одеянии. Но лица он вспомнить не мог. Как и глаз, которые достали со дна мира связь их душ.       Кейзо взял в руки стакан и поставил его под напор холодной воды из крана, залпом потом выпивая. У него, кажется, был жар.       Минут десять спустя после его возвращения снова раздался стук в дверь. На пороге стоял один из подчинённых Араши в неприметной чёрной одежде. В руках он сжимал папку, полную документов.       — Всё, что нашёл, — сразу заявил парень, стараясь не смотреть на Бенкея. Статус, в общем-то, не позволял, хотя лидер относился к этому лояльно.       — Здесь все?       Он покачал головой.       — О некоторых уже забыли. О некоторых и не знали никогда. Мелкие банды собирали всех, кто на глаза попадался.       Бенкей хмыкнул и забрал папку.       — Леопард с этим не разобрался?       — Вчера он отпустил всех девушек в «Союзе». Всех до единой. Сказал, что не хочет ввязывать их в разборки, — информатор поджал губы, задумавшись о чём-то. — Но, по словам самого Имауши, двое сбежали и без его приказа.       — Сбежали? — уточнил Кейзо.       — В восточном Канто целых три группировки вербовали девушек. Все они грызлись за территорию, можно понять, что девушки не хотели лезть в междоусобицы. Тем более, когда ставки поднялись.       Он открыто намекал на грядущее столкновение с западным Канто.       Прислонившись к двери, Бенкей внимательно слушал своего подчинённого. Он не терпел сукэбан — ему просто было совестно вступать в конфликты с ними. Новость о том, что Белый Леопард избавился от дам в своей банде, заставила его выдохнуть.       Но в большей степени потому, что среди них оказался его соулмейт.       — Почему они вступали в банды?       Он пытался построить в голове цельную картинку. Начинающие босодзоку действительно подбирали всех, кого встречали? Или они искали тех, кто мог дать врагу отпор и привести в их ряды ещё больше людей?       Бенкей попал в «Рагнарёк» сразу после ухода лидера первого поколения и добился власти и статуса в уже собранной группировке, оказавшись среди всех остальных лучшим. Он имел смутное представление о том, что происходит с босодзоку в начале пути.       — Насильно, — равнодушно подметил парень с серьёзным лицом. В нынешнее время это было почти обыденностью. — Им угрожали. Не оставалось выбора.       — Вот как, — только и ответил Кейзо, чувствуя, как метка на спине снова начинает болеть. Он с лёгким прищуром золотистых глаз посмотрел на своего подчинённого. — Можешь быть свободен.       О том, что папка в руках Бенкея должна оставаться в секрете, говорить было ни к чему.       Парень на несколько лет младше лидера покорно кивнул за секунду до того, как дверь закрылась.       Араши выпрямил плечи и посмотрел на синюю папку, чтобы отвлечь себя от зудящей метки на спине. Бросив её на стол, он щёлкнул кольцами для скрепления бумаг и вытащил сразу все. С половины страниц на него смотрели фотографии каждой, кто засветился в «Сверкающем Союзе». Почти пятьдесят человек из трёх банд — как Бенкей слышал, больше всех собрал «Легион».       На фотографиях девушки были сняты с разных расстояний и ракурсов, как в тёмных переулках, так и на работе или в учебных заведениях. Личные данные написаны выше.       Лениво сидя на диване, Кейзо перебрал с две трети, но так никого и не узнал. Попадались даже выпускницы средней школы, и мысленно парень благодарил Леопарда за принятое им решение. Нечего им делать в мужских разборках.       «Надежда умирает последней» — парень и не думал прекращать, пока не рассмотрит каждую. В отдельную стопку он убирал тех, к кому не были прикреплены фото.       Примерно десятой с конца оказалась вторая сбежавшая — информатор на их страничках сделал особую отметку.       «Кикё».       Бенкей пробежал взглядом по дате рождения, адресу проживания и бывшей группировке. Она же оказалась и одной из тех, кому угрожали расправой.       Фотография была.       Девушка спряталась под капюшоном какой-то ветровки и закрыла половину лица чёрной маской, но это не спрятало её радикально-красных глаз. Араши задержал дыхание и сильнее сжал документ в руке, оставив на бумаге неаккуратные вмятины.       Он её узнал.       Она была второй после Имауши, кто из всей толпы привлёк внимание Красной Скалы. Она и была неизвестной в серой униформе своей банды. Бенкей глубоко вздохнул и закрыл глаза.       Нашёл.       Он произнёс её имя вслух, желая ощутить его на языке. Кикё уже знает, что Араши — её соулмейт? Проявилась ли её метка? Парень боялся, что ей было так же больно, как и ему.       Грело душу то, что не придётся перед ней объясняться и обходить тему босодзоку и янки стороной. Конечно, встретились они в неподходящей обстановке, но теперь не нужно прятать эти скелеты в шкафу.       «Кикё грозились убить».       Боялась ли она таких, как Бенкей? Испытывала ужас или отвращение?       Пусть его руки в крови, но он никогда не опускался до убийства или насилия над слабыми. Никогда не опустится.       Он ещё раз прочитал её адрес. Это было недалеко, но прийти к ней вот так — слишком спонтанно. Слишком опасно.       Не хотел настраивать девушку против себя, хотя, возможно, уже это сделал. Но ни о чём не жалел.       Поднявшись, Араши положил личное дело Кикё на стол, а остальные небрежно закинул в папку. Они больше не интересовали. Парень поставил чайник на плиту и медленно насыпал в чёрную кружку чайную ложку кофе. Плевать было на усталость и на боль метки. Возникли дела первой важности.       Стрелки на часах перевалили за одиннадцать часов вечера, но теперь предстоял настоящий мозговой штурм. Бенкей горел мыслями о встрече со своей родственной душой.       Он надеялся, что метка тигра вот-вот завершит своё проявление. Кейзо с детства кое-что очень хорошо запомнил.       «Чем больше метка, тем сильнее ваша связь».

—————

      Ветер на улице задорно игрался с волосами Маки, которые она собрала в слабый хвост, дабы, как обычно, не мучить себя какой-нибудь причёской. Поход в магазин не стоил того, чтобы потратить половину часа возле зеркала. Кикё и без этого всё ещё не привела себя в чувства. Скорее запуталась окончательно. Наступило время предпринимать хоть что-то.       Некоторым везёт не так сильно, как ей. Люди живут, ни разу не встретившись со своей родственной душой, независимо от того, живёт она на соседней улице или на другом материке.       Её соулмейт вообще бандит.       Хотя Маки это нисколько не беспокоит.       Подняв глаза на парковку рядом с её многоэтажным зданием, она замедлила шаг и вскоре вовсе остановилась. На стоянке был припаркован чёрный мотоцикл, а его владелец прислонился к нему, смотря куда-то в сторону.       «Прошла неделя с моего появления на сборе, — пронеслось в голове Маки. — Имауши всё-таки обратил на меня внимание? Навряд ли. Это сделал Генерал?».       Пока не решилась сделать ещё несколько шагов ближе, не сомневалась в том, что к ней приехал «Сверкающий Союз», и только потом заметила на боку мотоцикла символику третьего поколения «Рагнарёка». От этого как будто стало лучше.       Увидев Кикё, янки отпрянул от своего транспорта, снял шлем и повесил его на руль. Но и без этого Маки поняла, кто он.       Красная Скала. Бенкей, чьего имени никто не знает.       Когда девушка встретилась с ним глазами, ощутила, как холодок прошёлся по плечам под широкой белой футболкой, и невольно вздохнула.       Бенкей остановился перед ней в трёх шагах и убрал руки в карманы штанов. Он был в повседневной спортивной одежде, но даже если бы Маки не знала, как выглядит Красная Скала, то всё равно на улице обратила бы на его нетипичную для японца внешность внимание.       Парень окинул её взглядом с головы до ног и осторожно улыбнулся.       — Кикё?       Араши было неудобно называть незнакомого человека по имени, но общественности почему-то было известно только оно. Ничего другого его подчинённый не нашёл.       — Да, — с опозданием ответила Маки. Она немного подумала, как стоит обратиться к нему ей. Новое прозвище парня ей не импонировало, но и без этого выбор был не велик. — А ты Бенкей, верно?       Спросила так, будто действительно нуждалась в ответе. Он приехал неожиданно — Кикё ждала его либо в первые дни, либо ещё позже, — и пришлось слишком резко улаживать вот уже неделю висящий между ними вопрос.       Вместо каких-то слов Араши только кивнул.       — Не уверен, запомнила ли ты, но мы уже встречались. Ты была на собрании «Сверкающего Союза» под предводительством Белого Леопарда.       — Я помню. Когда ты и твоя банда нагрянули туда. Спасибо, что не устроили драку.       — Это было бы подло, — Бенкей поджал губы и перешёл сразу к теме. — Ты встретила соулмейта в тот вечер?       Сердце Маки пропустило удар. Она была полна уверенности в том, что именно этот человек — её родственная душа, но слышать об этом от него самого совсем непривычно.       — Да, встретила, — Маки ему аккуратно улыбнулась. Вопреки всем сплетням и её собственным представлениям, вне поля боя Красная Скала вовсе не внушал недоверия. — Ты ведь тоже?       — Какая у тебя метка?       Она замялась и медленно потёрла сухие ладони друг о друга.       — Я не хочу говорить об этом здесь. Будет много лишних ушей.       Кикё сделала несколько шагов в сторону Бенкея, но явно намеревалась пройти мимо. Кейзо поймал её за руку, снова посмотрев в розоватые глаза, и едва ощутимо потянул на себя, не позволяя уйти.       Желая что-то добавить, девушка открыла рот, но тут же закрыла его обратно.       Кожей Маки почувствовала тепло руки Бенкея, и казалось, в этот момент все семь планет встали в один ряд, чтобы перевернуть Землю с ног на голову. Она не поняла, когда невольно вцепилась в его пальцы сильнее. Сладостный ток между ними стал почти осязаем.       В голове Кикё мелькнуло, что постой они так ещё пару минут, и все её проблемы растворились бы в воздухе безвозвратно.       — Пойдём, — едва нашла она в себе силы сказать эти несколько слов. — Обсудим это у меня в квартире.       И потянула Араши за собой.       Дома Маки усадила его за стол и поставила рядом чашку, до краёв полную несладкого чёрного чая.       — Не хочешь светиться рядом с «Рагнарёком»? — вдруг спросил Бенкей, дождавшись, пока девушка сядет на табуретку напротив.       Она покачала головой.       — Не хочу слушать слухи обо мне от соседей.       Араши внимательно следил за выражением её лица, пытаясь узнать смущение, страх или презрение. Ничего из этого улыбка за собой не скрывала.       — Если тогда ты встретила соулмейта, — говорил Бенкей так, словно речь шла не о нём. — То прошла неделя. Метка уже должна сформироваться. Какая она?       На протяжении нескольких секунд Маки молчала, всё ещё размышляя о том, стоит ли рассказывать.       — Символ «Рагнарёка».       В удивлении парень поднял одну бровь.       — Мне казалось, это будет солнце «Сверкающего Союза».       И плевать он хотел на то, что метки должны быть одинаковыми. Встречал и исключения.       — Я сбежала, — честно ответила Маки. — Я и не думала им подчиняться.       Она по-прежнему не знала о том, что в банде Вакаса оставил только парней. Казалось, что только зарождающаяся группировка должна дорожить каждым человеком.       — К тому же я не умею драться. Не могу себя защитить, что уж говорить о нападении.       — Я могу.       — Чего? — переспросила Кикё и заправила выбившуюся прядь волос за ухо.       — Я могу защитить тебя.       Его слова были полны тепла. Полны надёжности.       Бенкей положил свою руку возле руки Маки, но не коснулся.       — Можешь об этом не беспокоиться.       Не коснулся, потому что она сделала это первой. Его ладонь оказалась горячей.       — Покажи метку, — вдруг попросила Кикё, поджимая губы. Она сходила с ума от желания увидеть, отличаются ли они хоть чем-то. Хотя бы размером.       Не говоря ни слова, Кейзо смотрел Маки в лицо, с какой-то искрой во взгляде обдумывая её просьбу. Потом он резко встал, отодвинув табуретку, и снял с себя футболку. Прежде чем он повернулся спиной, девушка увидела татуировки у него на груди. Их же она заметила ещё неделю назад.       На лопатках Бенкея раскинулся бьякко в такой же грозной позе, как и на рёбрах Кикё. Метка была большой, но на теле Кейзо это не бросалось в глаза столь сильно.       — Я хочу её потрогать.       Эти слова вырвались раньше, чем Маки успела их поймать.       — Валяй.       Чёрные линии оказались немного шершавыми, но не были похожи на шрам. Будто китайского тигра нарисовали на коже краской.       — Твоя метка тоже на спине? — спросил Бенкей, ощущая тепло и лёгкое покалывание там, где его касались пальцы Кикё.       — Нет, — мягко возразила она и сделала от парня шаг назад. — Она почти на боку.       Араши, так и оставив футболку лежать на краю стола, сделал глоток чая.       — Я могу на неё посмотреть?       Для него не было проблемой заставить девушку раздеться, если бы это не был его соулмейт. Если ещё секунд десять смотреть ей в глаза, Кейзо не будет против принадлежать ей «от» и «до».       Кикё молчаливо задрала белую футболку до груди. Дабы открыть и низ метки, она выбирала между тем, чтобы показать своё бельё или оголить половину бедра. Остановилась на втором.       Золотыми глазами изучая тигра на смуглой коже, Бенкей сел на табуретку. Маки обвела взглядом вид за окном. Ни один из них не находил ситуацию смущающей.       — Бенкей? — вдруг позвала девушка.       Он посмотрел ей в глаза.       Каждый раз, когда он это делал, Маки прекращала дышать и ощущала дрожь в пальцах. Без исключения все люди в Японии старались этого не делать. Даже родители. Бенкею же это приносило удовольствие.       — Как тебя зовут?       Он слегка ухмыльнулся. Безвылазно принадлежал тёмной стороне Канто, но ни с кем подобным не делился.       — Араши Кейзо.       Маки тихо повторила:       — Араши…       — Да. А твоя фамилия? — уточнил он. — Тебя все зовут только по имени.       — Моего имени не знают даже соседи.       — Боюсь тебя расстраивать, но его знает весь восточный Канто.       Не понимая, о чём Бенкей говорит, девушка нахмурилась.       — Маки?       — Кикё.       Подавила смех.       — Это фамилия.       — У тебя имя в фамилии?       — Что в этом такого? — она на секунду призадумалась. — У тебя тоже! Какие ко мне претензии?       Изогнув губы в хитрой улыбке, Кейзо только пожал плечами. На несколько долгих минут воцарилась тишина, но неудобства она не принесла. Прервать её первым решился Бенкей.       — Нужен ли тебе янки? — спросил он, всё равно понимая, что отпустить Маки уже не сможет. Было что-то выше его сил. Красная нить между ними.       — Я и сама от вас недалека, — напомнила Кикё и подпёрла подбородок рукой, изучая парня напротив. — Оба хороши.       — Зато оба в выигрыше.       Маки на это ничего не ответила.       — Переезжай ко мне.       Услышав такое предложение, она выпрямилась.       — Повтори?       — Я не хочу тебя потерять, Кикё. Поэтому переезжай ко мне.       От этих слов замерло что-то внутри. Наверное, сердце.       — Вот так сразу?       — Почему «нет»? — только и сказал Араши, без капли шутки посмотрев на Маки. — В конце концов, мы соулмейты.       — Хороший аргумент.       Но вопреки здравому смыслу, спорить с ним Кикё не хотела.