Контакт. Часть 2

Узкие лучи фонариков вырвали их из густой тьмы. Они оказались в небольшом заброшенном подвале. Обшарпанные бетонные стены были покрыты пятнами сырости и сетью трещин, местами виднелась осыпавшаяся штукатурка. В спертом воздухе отчетливо ощущался затхлый запах плесени, смешанный с каким-то странным гнилостным смрадом, от которого невольно морщился нос. В противоположной от массивной металлической двери стене зиял темный проем, ведущий вглубь здания. Ронон бесшумно приблизился к проёму и осторожно заглянул внутрь, пытаясь рассмотреть, что скрывается в темноте коридора. — Ничего, — тихо пробормотал он, возвращаясь к остальным. Детектор тоже не засек никаких объектов. Шеппард повел лучом фонарика по сторонам. Под ногами хрустел мусор, перемешанный с пылью и вековой грязью. Вдоль стен виднелись покосившиеся полки, заваленные ржавым хламом и какими-то истлевшими тряпками. В одном из относительно чистых углов Джон заметил поваленный на бок металлический ящик. — Сюда, Родни, — сказал Джон, направляясь к ящику и помогая Маккею добраться до него. — Кто-нибудь ещё ранен? — спросил он. — Доктор Зеленка? — Ерунда, — пробурчал тот, стирая рукавом кровь со лба. — Просто рассекло осколком. — Ронон? — Порядок. Ронон, прислонившись спиной к массивной металлической двери, внимательно прислушивался к тому, что происходит снаружи. Мерзкий скрежет, словно кто-то с остервенением царапает металл мелкими острыми когтями, говорил о том, что мышептицы ещё не сдались. Но приближающегося топота чудовища пока ещё не было слышно. У них есть немного времени, но задерживаться не стоит. Джон осторожно помог Маккею сесть. Родни стонал и шипел, бурча под нос проклятия. Немного очнувшись от шока, доктор Зеленка подошёл, чтобы помочь ему. Он посветил фонариком на разорванную куртку и, увидев сквозь лохмотья кровоточащую рану, сочувственно вздохнул и полез в карман жилета за бинтами и антисептическими салфетками. — Давай посмотрим, что там, — тихо сказал Джон и сел рядом на корточки, чтобы осмотреть рану. Тактический жилет принял на себя основной удар острых как бритва когтей, но твари удалось разорвать его и рассечь кожу. Осторожно, стараясь не причинять лишней боли, Джон помог Маккею снять жилет и задрал футболку. На спине ученого виднелись три параллельные рваные полосы, оставленные острыми когтями твари. Края ран кровоточили, но, к счастью, выглядели не слишком глубокими. — Он пытался меня сожрать! — прохрипел Маккей, его голос дрожал на грани паники. — Эта ужасная, омерзительная тварь чуть не вырвала мне позвоночник! Я был на волосок от смерти! — Спокойно, Родни, — попытался успокоить его Джон. — Это просто царапины, но их нужно обработать. Ты в безопасности. Все позади. — Позади?! — взвился Маккей. — Эта штука разнесла на кусочки DHD — как нам вернуться обратно? Джон нервно поджал губы — он почувствовал на себе взгляды Кавана и Ронона. Кавана смотрел на него с нескрываемой обидой и злобой. Ронон, все еще стоявший у двери и прислушивавшийся к скрежету снаружи, на мгновение оторвал взгляд от выхода и бросил на Джона тяжелый вопросительный взгляд. На его обычно непроницаемом лице читалась озабоченность. Джон молча встал, позволяя доктору Зеленке заняться раной Маккея. Пока что у него не было ответа на этот вопрос. Пока доктор Зеленка обрабатывал его раны, Маккей ныл, шипел и извивался, пытаясь увернуться от прикосновений антисептической салфетки, словно его пытали раскаленным железом. — Потерпи, Родни! — устало вздохнул Зеленка. — Потерпеть? Ты живьём сдираешь с меня кожу! — Я ещё даже не начал! — Тихо! — прервал перепалку Ронон, настороженно прислушиваясь. Джон подошёл ближе к двери. Теперь и он отчетливо услышал тяжёлый приглушённый топот, словно кто-то огромный и неуклюжий переступал с ноги на ногу, и уже знакомое шарканье, напоминающее скрежет когтей по камню. По стенам пробежала мелкая, но ощутимая дрожь, и с потрескавшегося потолка посыпалась взвесь песка и пыли, заставляя всех невольно втянуть головы и закашляться. — Наш большой друг все еще где-то рядом, — мрачно констатировал Ронон, стряхивая осевшую пыль с темных волос. — Возможно, он нас потерял, — предположил Шеппард, напряженно прислушиваясь к доносящимся звукам. Тяжёлый топот то затихал, то возобновлялся, но не становился громче, оставаясь где-то поблизости. Шаги звучали беспорядочно, словно чудовище медленно и неуклюже кружило вокруг убежища, то разворачиваясь в одну сторону, то в другую, словно пытаясь найти вход или потеряв ориентацию. Джон внимательно осмотрелся вокруг, водя лучом фонарика по обшарпанным бетонным стенам и щербатому потолку. Выглядит довольно крепкими, но всё же одна хорошо направленная атака, особенно учитывая размеры этой твари, может обрушить потолок или пробить стену. Нужно двигаться дальше. Если тварь их потеряла, у них есть хорошие шансы уйти незамеченными. Задумчиво посмотрев на массивную металлическую дверь, Шеппард перевел взгляд на темный, манящий неизвестностью проем коридора. Внешняя опасность была очевидна, но и то, что их ждало в глубине здания, оставалось загадкой. — Что думаешь, приятель? — тихо спросил он, обращаясь к Ронону. — Парк Юрского Периода или Подземелье Драконов? Ронон бросил короткий взгляд на коридор, затем снова посмотрел на Джона. — Здание даст нам укрытие, — спокойно ответил он. — Так этой штуке будет сложнее нас учуять. Джон кивнул, принимая решение. Они могут пройти сквозь здание и выйти с другого конца. В любом случае можно будет вернуться обратно, если наткнуться на завал или другую опасность. — Согласен. Двигаемся вглубь. Я пойду первым. Кавана, держись следом за мной. Доктор Зеленка, помогите Маккею. Ронон, на тебе наша шестёрка. Шеппард пошел вперёд, постоянно сверяясь с данными детектора. За ним, стараясь не отставать, двигался Кавана, нервно оглядываясь по сторонам. Доктор Зеленка, поддерживая стонущего Маккея, ковылял следом, а Ронон с оружием наготове замыкал процессию. Луч фонарика скользил по стенам узкого коридора, выхватывая из мрака унылую картину запустения. Обшарпанные бетонные блоки, покрытые влажными разводами и бурыми потеками ржавчины, казались неровными и покосившимися. Кое-где виднелись остатки каких-то креплений или труб, давно сорванных и унесенных временем. Пол под ногами был неровным, усыпанным мелким мусором и крошками бетона, заставляя идти осторожно, чтобы не споткнуться. Воздух здесь был еще более спертым и тяжелым, чем в подвале. Запах плесени стал почти осязаемым, смешиваясь с резким металлическим привкусом и слабым, едва уловимым запахом машинного масла. Тишину нарушали лишь их собственное тяжелое дыхание, приглушенные шаги, тихий скрип гравия под ногами и страдальческие стоны Маккея. По обе стороны узкого коридора изредка попадались двери, но каждая из них была тщательно заколочена снаружи грубыми досками. Джона не покидало странное ощущение: словно кто-то намеренно пытался заблокировать эти проходы и не впустить кого-то внутрь. Подойдя к одной из таких дверей, Джон остановился, заметив странную метку, наспех начертанную чем-то красным, похожим на жирный карандаш. Три неровные параллельные полосы, словно чьи-то когти скользнули по поверхности двери. Метка немного выцвела и выглядела потертой. — Мы тут не первые, — тихо произнес Джон, освещая метку лучом фонарика. — Что это может означать? — спросил он, не отрывая взгляда от красных полос, и тут же машинально сверился с данными детектора движения. Экран по-прежнему оставался пустым. — Эти доски, вколоченные огромными гвоздями, сами по себе красноречивы, — фыркнул Маккей, поеживаясь. — Вряд ли кто-то стал бы так усердствовать, просто чтобы дверь не хлопала на сквозняке. — Напоминает следы когтей, — задумчиво произнес Кавана. — Может, это кто-то нарисовал, чтобы напугать? — неуверенно предположил Зеленка. — Или предупредить, — хмыкнул Ронон. — Предупредить о том, что за этой дверью. — Чтобы это ни было, кажется, оно не любит незваных гостей. Разве что только на закуску, — пробормотал Джон. — Ладно, идём. Не будем задерживаться. Они двинулись вперёд, оставив заколоченную дверь с пугающей меткой позади. Спустя несколько долгих метров монотонность каменных стен неожиданно прервалась, и коридор вывел их к развилке. Боковое ответвление, ведущее, судя по всему, в другую часть здания, оказалось наглухо перекрыто и завалено. Громоздкое нагромождение обломков бетона, сломанных металлических балок и бесформенных груд мусора вздымалось почти до самого щербатого потолка, преграждая любой проход. Джон внимательно осмотрел завал, освещая его фонариком. Удивительно, но это хаотичное нагромождение камней и металла казалось странно упорядоченным. — Это не обвал, — тихо произнёс Джон, проведя лучом фонарика вдоль завала. — Это баррикада. Кто-то специально заблокировал этот проход. — Тут ещё метка, — заметил доктор Зеленка. — Вон, в середине. Присмотревшись внимательнее к груде обломков, Джон заметил еще одну метку, на которую указывал Зеленка. На одном из относительно крупных бетонных блоков, прямо посередине баррикады, той же красной краской были начертаны те самые три параллельные полосы. — Значит, сюда нельзя, — задумчиво произнес Джон, переводя взгляд с красных полос на груду обломков. Кто-то очень постарался, чтобы никто не мог туда пройти. Или выйти оттуда. — Ладно, пойдем дальше. Возможно, основной коридор приведет нас к другому выходу. — Шеппард, — окликнул Ронон. — Здесь след. Джон резко развернулся на оклик Ронона. Декс присел на корточки, его массивная фигура казалась еще более внушительной в полумраке подвала. В луче фонарика Ронона плясали пылинки, освещая пол под его пристальным взглядом. На покрытой пылью и мелким мусором бетонной поверхности виднелись отпечатки. Некоторые были смазаны, но все же различимы. Джон насчитал три отчетливые пары следов тяжелых ботинок, глубоко вдавивших пыль. Рядом с ними выделялись две другие пары. Трехпалые отпечатки привлекали внимание своей необычной формой, вызывая невольную ассоциацию с кадрами из старых фильмов о динозаврах. Каждый палец заканчивался тупым когтем, оставляя глубокие бороздки на мягком слое пыли. Размер этих следов был заметно больше человеческих, хотя и не настолько огромным, чтобы принадлежать какому-то гигантскому существу. Джон наклонился, внимательно изучая странный трехпалый отпечаток. — Что это? — спросил он, не отрывая взгляда от необычной формы. — Животное? — Двуногое, — покачал головой Ронон. — Шел твердо и тяжело. Что-то крупное. След уже старый. Сначала ведёт сюда, — Ронон махнул рукой на баррикаду, потом указал рукой вглубь темного коридора. — Затем обратно. Джон проследил за его жестом, всматриваясь в темноту. — Это что-то шло вслед за этими тремя? — спросил он, чувствуя, как нарастает тревога. — Нет, — твердо ответил Ронон. — Они шли вместе. — Рейфы? — спросил Джон, рассматривая следы ботинок. — Непохоже. Джон задумчиво пожевал губу и скользнул взглядом по странным трехпалым отпечаткам. Ему совершенно не нравилось, что кто-то, оставивший эти необычные следы, шел тем же путем, что и они. Однако выбора у них особо не было. Сворачивать в боковые коридоры, которые они видели ранее, было невозможно из-за завалов и заколоченных дверей. А за хлипкой металлической дверью их наверняка поджидал разъяренный монстр. Единственным слабым утешением служило замечание Ронона о том, что след выглядит старым. Возможно, те, кто его оставил, уже давно покинул это место. — Идём, — решительно произнес Джон, делая шаг вперед и перехватывая Р90 поудобнее. — Старайтесь не шуметь и будьте на чеку. Они снова двинулись вперед, стараясь ступать как можно тише. В спертом воздухе подвала царила давящая тишина, нарушаемая лишь их собственным усталым дыханием и едва слышным скрипом бетонной крошки под ногами. Джон напряженно вслушивался в окружающую темноту, время от времени бросая взгляд на тускло мерцающий экран детектора движения. Прибор по-прежнему не показывал никаких признаков жизни, кроме них самих. Время тянулось долго и мучительно, а проклятый коридор казался бесконечным. Усталое сопение ученых становилось все громче, а тихие вздохи и проклятия, срывавшиеся с их губ, звучали все отчетливей. Маккей то и дело спотыкался, его лицо искажала гримаса боли, и доктору Зеленке приходилось прилагать все больше усилий, чтобы его удержать. Джон и сам уже чувствовал нарастающую тяжесть в ногах, словно к каждой из них привязали по булыжнику. Пройдя еще несколько метров, Шеппард заметил справа широкий дверной проем. В отличие от всех предыдущих тщательно заколоченных входов, этот зиял черной пустотой. Он осторожно заглянул внутрь, направляя луч фонарика в открывшееся просторное помещение. Комната оказалась пустой и гулкой. Обшарпанные бетонные стены хранили следы времени в виде потеков и трещин. Под самым потолком тянулись узкие плотно заколоченные досками оконные проемы, не пропускающие ни лучика света. В дальнем углу комнаты беспорядочной грудой навалилась какая-то рухлядь, перемешанная с покосившимися деревянными ящиками, словно кто-то в спешке свалил сюда ненужный хлам. Еще раз внимательно осмотрев темные углы комнаты, Джон убедился, что по крайней мере на данный момент прямой опасности здесь не наблюдается. Детектор по-прежнему молчал, а тишина внутри помещения казалась почти осязаемой. После такой изматывающей гонки по руинам и нервного напряжения последних минут им всем, без исключения, нужна была небольшая передышка, чтобы перевести дух и собраться с силами. — Отдохнём немного, — сказал Джон, пропуская утомлённых учёных внутрь. Новость об отдыхе была встречена с едва слышными вздохами облегчения. Зеленка помог уставшему Маккею добраться до ближайшей стены, а затем, покопавшись в нагромождении рухляди, выволок оттуда пару пыльных деревянных ящиков. Родни с заметным облегчением опустился на один из них, тут же поморщившись от боли в спине, а доктор Зеленка — на второй. Кавана, не найдя ничего лучше, с тихим стоном уселся прямо на холодный бетонный пол, поджав под себя ноги. Джон остался стоять в проходе вместе с Рононом, облокотившись о шершавую стену. Он устало вздохнул и провёл рукой по волосам. Адреналин, бурливший в крови во время погони и схватки с мышептицами, постепенно отступал, уступая место накатывающей волне растерянности и изматывающей усталости. Джон почувствовал, как тяжелеют веки, а мышцы спины ноют от напряжения. Ситуация казалась все более запутанной и безвыходной. Они застряли в неизвестном враждебном месте, без возможности связаться с Атлантидой. DHD сломан, и теперь, когда он видел, как он разлетелся на куски, все попытки учёных его починить окончательно потеряли смысл. Они застряли в этом жутком месте, без малейшей гарантии, что смогут вернуться домой. Он нахмурился, сосредоточенно обдумывая все возможные варианты, которые казались одинаково мрачными. Атлантида, без сомнения, поднимет тревогу и начнет их поиски, но в масштабах Пегаса это могло занять невообразимо долгое время. Вода, еда, медикаменты, оружие — все это могло стать проблемой, если они застрянут здесь надолго. Следы говорят о том, что тут есть кто-то живой. Возможно, даже поселение, достаточно большое, чтобы обеспечить им убежище и ресурсы. Но насколько дружелюбными окажутся эти неведомые соседи? Вопрос оставался открытым и вызывал лишь тревожное предчувствие. Но он не мог позволить себе впасть в ступор и сидеть сложа руки, ожидая неизвестно чего. Нужно было взять ситуацию под контроль, насколько это вообще возможно, в этом чертовом месте. — И что теперь? — тихо спросил Кавана, его голос все еще дрожал от пережитого страха. — Что мы будем делать? — Двигаться дальше, — твердо ответил Джон. Он почувствовал, как на него устремились взгляды остальных. — Нужно найти безопасное место, где мы сможем переждать, пока Атлантида не выйдет на наш след и не найдет нас, или самим попробовать найти путь домой. Может, местные окажутся дружелюбными. Мы можем попытаться выйти с ними на контакт и попросить о помощи, — закончил он, сам заметив, как неуверенно и наивно прозвучали его слова. — А если нет? — спросил Маккей. — Что, если они будут не дружелюбными? — Пустим в ход все наше очарование и дипломатию. — О да, — фыркнул Родни. — Дипломатия — это твой конёк. — Атлантида может искать нас неделями, если не месяцами, — кисло заметил Каванах. — Именно поэтому нам нужно найти безопасное место, — отрезал Джон, стараясь не поддаваться нарастающему раздражению. Паника среди гражданских — это последнее, что ему сейчас нужно. — Нам всем нужно успокоиться и держаться вместе. — Звучит как план, — отозвался Ронон, коротко кивнув. Взглянув на бледные и измождённые лица учёных, Джон понял: прямо сейчас они точно никуда не пойдут. Им надо дать больше времени отдохнуть и прийти в себя. Он опустился на корточки, доставая из тактического жилета флягу с водой. Краем глаза он скользнул по экрану детектора жизни и замер. На тусклом фоне появилась новая зеленая точка: она была далеко, но медленно приближалась к ним.