Новый дворец, старые тени

Солнце уже последних пол пути ярко светило и заставляло снимать теплые накидки которые надели всё кто ехал в Кютахью. Карета только остановилась около дворца Баязид и его воины спрыгивали с лошадей. Шехзаде сразу как почувствовал почву под ногами пошёл в сторону кареты. Вместо Халиля Аги который должен помогать выбираться девушка Баязид сам подал руку своей фаворитке. — аккуратно — Махпейкер встала на землю всё ещё держа за руку своего Шехзаде — ничего не болит — только спина затекла — влюбленная пара стала медленно идти в сторону дворца — я так устала хочу поскорее посетить хамам — у тебя ещё есть дела ты должна обустроить свои покои — девушка кинула на на парня непонятный взгляд. — если ты про комнату фаворитки то там не где разгуляться — пара уже заходила в дворец и Баязид стал вести свою Махпейкер в неизвестную сторону. Когда они пришли в нужное место два Ага которые стояли около дверей склонили голову и открыли двери в покои. Баязид пропустил девушку вперёд Махпейкер медленно зашла оглядывая всё внутри. В покоях была только мебель большая кровать, тахта, стол. Всё было пустое даже нету ни подушек ни ковров. — отныне ето твои покои — Баязид положил свои ладони на предплечье девушки — я приказал слугам чтобы выполнили всё твои приказы по обустройству покоев любые ковры любые детали за любые деньги ты можешь себе позволить — Баязид я тебе очень благодарна но ты не переживай я не прикажу сделать покои похожими на золотую монету — рассеялась девушка уже представляя как именно прикажет сделать покои. — делай все как пожелаешь — Шехзаде обхватил руками голову девушки и нежно поцеловал её лоб. Отпустив девушку он заложил руки за спину и вышел из покоев. — что пожелаешь первым Махпейкер Хатун — Гюнеш неожиданно появилась из-за спины девушки. — сначала ковры — Махпейкер подошла к кровати — первый большой посередине покоев будет изумрудного цвета с тёмно-бордовыми и золотыми узорами второй маленький круглый коврик из шёлка для молитвы и будет он около изголовья кровати — Муртаза Ага займись этим — сказала женщина которая только зашла в покои — Махпейкер Хатун мне очень приятно тебя видеть я Гюльшен главная Калфа гарема Шехзаде Баязида — взаимно — Махпейкер кивнула и повернулась к девушкам которые стояли за Калфой — пускай девушка займётся бордовым балдахином из бархата подбитого золотистой парчой а вторая покрывалом он будет из шелка изумрудного цвета — слышали быстро к портнихе — крикнула Гюнеш Калфа и девушки опешив быстро вышли из покоев. Махпейкер вновь захотела приказывать но в покои ворвалась два мальчика и одна маленькая девочка. — где папа Гюльшен Калфа нам сказали что он сейчас в покоях Махпейкер — самый старший мальчик растерянно посмотрел на женщину. — он пошёл на совет Шехзаде — Калфа склонила голову. — ты и есть Мах-пей-кер — спросила маленькая девочка едва выговорив имя фаворитке. — да я Махпейкер Хатун фаворитка вашего отца — девушка присела на корточки чтобы быть с детьми на одном уровне. Девочка сразу же подошла ближе и приложила свои маленькие руки на щёки девушки и заглянула в её глаза своими голубыми глазками. — у вас такие красивые глаза — Махпейкер сделала также но только её ладони накрыли не только щеки но и немного зашли на волосы. — у тебя такие же как и у меня — сказала Махпейкер но девочка тут же начала отрицательно качать головой. — нет у вас они ярче и более большие — мальчикам стало интересно какие глаза у девушки и они подошли ближе. Махпейкер поднял голову отпустив щеки девочки она нежно провела руками по предплечьям мальчишкам. — дети мы можете идти в сад или играть в детскую если вы захотите то поже я обязательно к вам прийду — Махпейкер встала на ноги. — мы будем рады если вы с нами проиграете в догонялки в саду идём Осман — самый старший взял за руку младшего брата и повернулся к сестре — Хатидже — а что вы здесь делаете — спросила маленькая девочка вцепившись рукой за юбку платья. — я обустраиваю свои покои которые мне подарил Шехзаде Баязид — Махпейкер взяла девочку за руку. — я могу вам помочь — фаворитка усмехнулась и взяла Хатидже Султан на руки. — я буду рада — Махпейкер поцеловала маленькую ручку девочки. Братья маленькой Госпожи с улыбками покинули покои фаворитки. — продолжим с покоями — Махпейкер немного подкинула Хатидже чтобы удобнее было обоим — нужно десятки подушек изумрудные, тёмно-синие, золотые, расшитые жемчугом — и мелким стеклярусом — добавила Хатидже. — это тоже будет сделано но только Махпейкер знай для этого всего нужно время — предупредила Гюльшен Калфа. — я готова ждать — в покои двери открылись и вошла одна девушка которая держала в руках покрывало как и приказывала Махпейкер из шелка и ярко изумрудного цвета. — идеально — воскликнула фаворитка и служанка подошла к кровати и стала её заправлять — диван отбить глубоким сапфировым бархатом и поже поставить его около окна Услышав это два Евнуха сразу же взяли диван и вынесли из покой чтобы сделать его по вкусу фаворитке. — вон туда поставить полку — Махпейкер махнула рукой в нужную сторону — на окна тяжёлые шторы из бордовой ткани — может лучше сделать из изумрудной ткани будет светлее — предложила Хатидже накручивая на палец локон волос фаворитке. — пусть будет из изумрудной около дверей пусть будет зеркало — Махпейкер оглядела всю комнату она думала про что забыла поняв что все будет идеально она сказала — все приказов больше не будет приступайте все к роботе Слуги и евнухи засуетились, разнося ткань, вынося мебель, расстилая ковры. Воздух наполнился запахом свежего бархата и шерсти, приглушённым стуком молотков и шелестом материи. Хатидже сидела на тахте, наблюдая, как меняется каждая деталь комнаты. Махпейкер, довольная тем, что покои начинают оживать, подошла к окну. С улицы доносился шум дворцового двора — шаги, голоса, далёкий звон оружия. Вдруг двери распахнулись, и внутрь быстро вошёл Халиль Ага. Лицо его было напряжено, брови сведены. Он склонил голову, но взгляд оставался прикован к Махпейкер. — Хатун — произнёс он тихо, чтобы не услышала Хатидже — к вам пришёл гонец из столицы от Хюррем Султан — от Госпожи — Махпейкер нахмурилась — что за весть В комнате стало тише. Даже Хатидже перестала крутить локон и подняла глаза. — Гюльшен, уведи маленькую госпожу — сказала Махпейкер ровно. Когда дверь за ними закрылась, Халиль шагнул ближе. Халиль Ага приблизился почти вплотную, понизив голос до едва слышного. — Хатун, гонец передал не только письмо он велел сказать, что слова Госпожи срочные, и их нельзя озвучивать при посторонних — Махпейкер протянула руку, и Халиль вложил в её ладонь свёрнутый пергамент, перевязанный тонкой алой нитью. Печать Хюррем Султан была цела. Она медленно разорвала нить и развернула письмо. Строчки, написанные уверенным почерком, читались быстро. «Хатун не забывай свою роботу. Знай если ты что-то будешь предпринимать что тебе не дано быстро окажешься в Босфоре. Ты должна дарить счастья Шехзаде. Ты должна быть верной мне. И не забывай кто тебе подарил вход в рай Шехзаде Баязида. Береги сердце Шехзаде». — можешь идти — сказала Махпейкер и Халиль вышел из покоев — Гюнеш мне нужно сделать потайной ящик чтобы прятать письма которые должны скрываться от чужих глаз — не переживай я этим займусь — Гюнеш кивнула и отошла от девушки. — Махпейкер Хатун тебя ждут дочери Шехзаде Баязида в своих покоях — сказал Муртаза Ага который открыл двери покоев и сразу же закрыв скрывая себя. Махпейкер, поправив платье, вышла из своих покоев и, сопровождаемая Гюнеш, направилась по длинному коридору. Шаги глухо отдавались в каменных стенах. Вскоре они подошли к дверям, за которыми доносился детский смех. — Госпожи — произнёс евнух, открывая створки — Махпейкер Хатун пришла Внутри, на мягком ковре, сидели три маленькие султанши. Хатидже первой подскочила и побежала к фаворитке, вцепившись в её юбку. Михрумах, худенькая и серьёзная, сидела на подушке и грызла кусочек рахат-лукума, а крошка Айше стояла, держась за край низкой тахты. — ах, моя маленькая ласточка — Махпейкер опустилась на колени, обняла Хатидже, а затем погладила головы остальных девочек. — нам Хатидже рассказала какая ты добрая и красивая — Михрумах аккуратно слезла с тахты и подошла к старшей сестре. Айше засмеялась и, едва держась на ножках, сделала пару шажков прямо в объятия девушки. — мы ждали, — с важностью сказала Хатидже — у нас есть секрет — секрет и что же это за секрет — Махпейкер приподняла бровь. — мы хотим, чтобы ты жила рядом с нами всегда — хитро зашептала Хатидже. Михрумах кивнула и уткнулась лицом в шелковый рукав фаворитки, а Айше просто хихикнула, словно поддерживая сестёр. — если Аллах позволит, — Махпейкер улыбнулась, но в глубине глаз мелькнула тень тревоги — я буду рядом с вами Она играла с девочками, показывала, как складывать из кусочков ткани «кукол», как строить маленькие домики из подушек. Смех заполнил комнату. Баязид вернулся во дворец позже, чем планировал. Ночной совет затянулся, и мысли о событиях дня не давали покоя. Когда он дошёл до покоев дочерей, тишина в коридоре показалась ему особенно густой. Он тихо открыл дверь, не желая разбудить детей. Внутри горела лишь одна лампа, отбрасывая мягкое золото на стены. На тахте, укрывшись лёгким покрывалом, спала Махпейкер. Рядом, словно птенцы под крылом, прижались его дочери: Айше — на её груди, Хатидже — сбоку, обняв за талию, а Михрумах — у ног, сжимая в руках куклу. Баязид замер. Он редко видел их такими спокойными, защищёнными. Смотрел — и понимал, что в этой картине есть всё, что он хотел бы сохранить в своей жизни: тепло, доверие и то тихое счастье, которое редко удаётся найти во дворце, полном интриг. Он подошёл ближе, поправил сползшее покрывало, слегка коснулся плеча Махпейкер — и, прежде чем выйти, задержался на мгновение, глядя, как в их дыхании рождается утро.