3. Знакомство

—Сэр? –Неизвестный голос прозвучал со спины, будто щекотя мозг своей нежностью Не дикая тварь. Как жаль. Варис стоял как вкопанный, не издавая ни звука. Ему было абсолютно плевать кто и что тревожит его. Даже взгляд его угольно-черных глаз никуда не бегал, а был устремлен на острые шипы-кинжалы, находившиеся буквально под ногами. И ветер. Этот ветер так и норовил скинуть его вниз, отправляя в полет на шпиль какого-нибудь острия. —Извините, вы что задумали? –Голос стал отчетливее, но одновременно в нем было недопонимание Разобрать удалось только здесь. Говорит определенно девушка, даже не женщина. —К-к.. красиво, –Варис и сам был поражен своей способностью сказать хоть слово От сиплости и режущей боли в гортани, он шатаясь прокашлялся несколько раз, что спровоцировало эту жучиху встать на шаг ближе. Это плохо. Парень приподнял голову, глазами смотря уже вдаль. Он не перехотел, нет. Просто картина внязу как магнит тянула и притягивала к себе весь поток мыслей, а сейчас.. сейчас надо думать что делать с незнакомкой, пока она вдруг не, о боже, "спасла" его или чего хуже вколола какой-нибудь дряни для сна. Эта даль, эта пустота, манящая к себе для исследования Вариса, пускай и не в этой жизни раслабляла. Она расстилалась как ковер, но бесконечно далеко, теряясь в тумане горизонта. Кажется, пройдя метров сто туда, тебе откроется точно такое же пыльное захолустье, наподобие Грязьмута. Только с совсем другими домиками и жителями. Хотя, обманчиво это ощущение. Его бы тогда нашли давным-давно. Ох. И пустоши тоже магнитят мысли. Осознавая цель этих подступов, жук решил думать о мерах предотвращения затеянного той девушкой. Что ж, что ж.. а чего тут думать? Одна стопа встает на носок, вторая готовится и... прыжок, запускающий это тяжелое и мусорное тело далеко на землю, а душу, наверное страдать на веки. Ах, как жгуче и горячо чувствуется насквозь проколотая дыра в животе. Это еще терпимо. Она начинает резать и гудеть, вырывая из дохлеца крик в агонии. Там зудит невыносимо, будто еще и мошки пожирают его изнутри, а он все чувствует. И до ужаса подробно. Как они трогают лапками, немного щекотя, а потом всем роем резко впиваются и отрывают по мизерному кусочку от кишечника, желудка и печени, опусташая их нутро. Он бесконечно трясется и еле махает конечностями, пытаясь сделать хоть что-то. Можно и освободиться, но лучше умереть. ДА ПОЧЕМУ Я НЕ УМЕР!? АРГ-РХ, ААА! И не понятно, крик был реален или отдавался только в голове. Зато понятно было то, что в наказание за свои грехи и слабость он будет жить вечно с целым роем внутри себя. Прекрасно. Темнота вперемешку с нежучиной болью чресчур резко переменилась. Ох. О боже, какое это облегчение. Невозможно. В глаза вдарил яркий свет, к которому он привык почти моментально. И он сразу понял что эти мучения — галюцинации, а самого юношу, подхватили горячими лапками, что создало ощущение пульсации и жара в животе. Опять его подсознание все преувеличило. Эта теплота в районе пупка совсем не прекращалась, но стала ласковой и обузданной, идя в разрез с предшествующим непослушным пламенем. Хоть это тепло непривычно и пугающе, но оно точно приятное и какое-то мягкое, совсем хорошее и пушистое. Варис хотел поднять руки, чтобы нащупать может какого-то мшистика там, но движения эти резко заблокировались слегка жгучими и твердыми языками огня, слившимися в большую дугу. И что за твердый огонь? Как так его сковали? Несмотря на это краткое беспокойство, парень по видимости совсем успокоился, ощущая только давно забытую расслабленность и комфорт в обьятиях танцующего пламени. —Ты, блять, что за дурак. А? –Совсем хрупкая фигурка в черном плаще произнесла это несмотря на все с ощутимой заботой Благо голова не зафиксирована и можно взглянуть на источник ласкающего слух голоска. Можно было ожидать что угодно от того, кто с помощью такой сильной магии "склеил" его с полом, но никак не небольшую жучиху, стоящую на колене и таращуюся широкими ярко-алыми глазницами с еле-заметными темными как у Вариса зрачками. Это... как-то слишком мило для таких грозных действий. Приходится прибегнуть к терминам из тех тошнотворных любовных книжек, но что поделать. Конечно, вечно смотреть искрящимися глазами на друг-друга невозможно. И эту прекрасную идилию, туман в голове прервала пресловутая, но уже тупая боль в животе, снова наращивая темпы. В глазах тихонько мутнеет и образ жучихи меркнет вслед за остальным окружением. Вот и голодовка...

***

Под ноющей от вечных падений спиной мягко прогибается теплый матрас. Снова он просыпается в какой-то кровати. Неужели опять кошмарный сон? Наверное нет. Как минимум, размыкая тяжелые веки перед взором расстилались не привычные скучные стены собственной комнаты, а совсем необычная комнатка, которая кажется со всех сторон была обтянута чем-то вроде ткани черного цвета, с изредка проблескивающими алыми узорами. Неподалеку от ложи Вариса на низком столбике прыгало и сверкало ярко-красное пламя, непонятно как вообще идущее из металла. И огонек такого странного цвета, разве его танцующие языки не всегда оранжевые? Все тут странно. Заметно даже то, что находится он уж точно не в обычном домике, ведь в одной из натянутой стен был отчетливый проем, откуда ярко лился красный свет. Но освещал он куда ярче чем в этой полу-темной комнатке. Загораясь любопытством, жук резко поднял голову, отделавшись терпимой болью, отсрельнувшей по хребту из шеи. Прикрытые глаза упали взором на руки, немедленно замечая в левой тонкую блестящую иголку, из которой в прозрачный пакетик шла небольшая трубка. —Это что?! –Крик болезненно доносился из горла, отдаваясь кашлем Сладкий туман в мозгу и притерность резко пропала, сменяясь паникой. Он задергался, будто на тех самых пиках, вырывая из вены эту самую иглу. Ну хоть эмоции вернулись. Из новообразовавшейся ранки в момент протекла капелька густой жидкости, что была из-за отвращения вытерта еще слабой лапкой. Трезвость мыслей заставляла вскочить и искать выход, но стоило лишь приподнять спину и она ужасно заныла. Это плохо, уйти не получиться. На больницу место не похоже. Ну прямо совсем. Что значит тут происходит? И почему он вообще тут? Парень закрыл глаза, зная что скоро уже подойдут и возможно не с хорошими намеренияии. И нахлынули мысли, воспоминания. Утесы. Шаги. Девушка. "Падение". Спасение и на этом будто он заснул. Похоже, он у этой героини. Вспоминая ее, ее черты тонкого лица с пухловатыми "щеками", совсем хрупкую фигуру, плащ с красной подкладкой внутри, Варис отдал себе отчет о том, что кажется разбиться насмерть уже не кажется такой притягательной идеей. И что так? Может любопытство берет верх? Что за чувство победило его безразличность к существованию? Вернее даже будет сказать победило ненависть к существованию. Из далекого угла глухим стуком по дощечкам стали отдаваться четкие и выверенные шаги, один в один повторяющие те на утесе. Несмотря на их темп и высокую скорость, в грации их обладательница не теряла и более того, было удивительно как она ее сохраняет. Удары по полу становились все слышнее, а этот завораживающий ритм ускорялся, казалось что она уже бежит сломя голову. С какой целью? Небольшая, но тем не менее гордая фигура в плаще, будто дух залетела в пространсиво к Варису, остановившись у порога. Сам же жук, не имея возможности предпринять хоть что-то, от страха неизвестного впечатался в кровать и с хрустом согнул колени. Взгляд его конечно же притянули большие пламенные глаза. Кроме необычного алого цвета его завлекала жутковатая аура, прожигавшая его насквозь и черные бусинки-зрачки, которые по сравнению с прошлым разом, стали уж совсем заметны и кажется изображали удивление. Эти огненные дыры разгорались еще сильнее, будто в костер подкидывали хворост или масла. А маслом этим похоже являлся Варис. —Ох, так и знала что ты кричал, –Девушка, чьи ноги скрыты подолом накидки, как бы подлетела ближе к кровати, —Здравствуй, незнакомец. Рада что ты оправился, но это –Она покрутила трубку от капельницы, —Ломать было необязательно, Р-рьях... –Парень только сейчас услышал хищные нотки в ее бархатном голосе, а это кряхтение на конце удваивало тревогу и ужас Жучиха аккуратно сняла пакетик, за которым потянулась трубочка с иглой и положила его на ажурный столик. Вернувшись к "гостю", она подправила весьма широкое одеяние, но оно тем не менее подчеркивало в некоторых местах ее изящную фигуру и талию, резко контрастировавшую с габаритами Вариса. Бояться должна она, а не он. —Ты так забавно сьежился, Мхьях. Но уверяю, меня боятся не стоит, если я чем то и похожа на папу, то только внешне, –Она хихикнула, жутко наклонившись над юношей Конечно, эти слова, все еще в пугающем тоне не сильно то утешали в купе с зловещим смешком, но притупляя страх, всплыли воспоминания после этих слов жучихи. Оценивающе оглядывая ее очертания снизу вверх, рассматривая каждый уголок и сантиметр ее тельца, он не только смутил собеседницу и разжег в себе жутко странное пламя, но и заметил очевидное сходство с рисунками Короля Кошмаров из альманахов истории. Он невольно промычав, вцепился в простыню коготками. —Тише-тише, ты чего, –Девушка приложила палец к своим губам, нависая над жуком, жалобно глядящего на нее широкими глазницами, —Прости, тебе так страшно, я забыла, –Она неожиданно сменила тембр, совсем перестав пугать голосом, и даже наоборот действительно успокаивать нежным звучанием из уст, —Я думаю, надо стать чуть дружелюбнее в беседе, согласен? –Она вернулась в прежнее прямое положение, склоняя мордочку чуть набок Что же, хоть она и переменила тембр и по правде мила в разговоре, но то что она сама по себе необычна и еще, похоже "высшая", следует взаимно стать милосерднее. После кивка, он наконец выдавил слово: —Думаю... да... –Парень все еще заминался, а резание в гортани никуда не ушло —Тебя... как зовут, жучок? –Она приблизилась —Кхм... Варис, –Он опешил от подобного уменьшительно-ласкательного в свою сторону, к котрому стоило бы привыкнуть —Замечательно! Ну, наши зовут меня госпожой Мрачной... но кто я тебе чтобы так звать меня. Я Мрачная, вот и все, Варис, –Девушка будто замурчала, а глаза вспыхнули по новой Мрачная немножко отступила назад и оперелась тонкими лапками на край узкой кровати, вставая чуть ли не в упор лежа и почти вплотную к его лицу. Такая близость заставила жука прилично отодвинуться, на что та неловко улыбнулась. —К делу. Я спасала тебя, теперь, ты, будь добр, окажи услугу и расскажи, почему же пытался спрыгнуть, дурачок? Как у такого хорошенького жучка могут быть такие мысли? –Девушка кивнула головой и увлеченно ждала ответа Варис лишь прищурил глаза, ломаясь внутри, сам того не замечая перебирая простыни потными ладошками. Он не заметил как вместе с тяжелыми мыслями утяжелилось дыхание и как проступали из глаз слезы, за которые вновь долго будет стыдится.