Глава 56

      Тони сидит в гостиной уже целый час, так и не открыв подарки. Все, кроме Стива, молчат, и Тони не шевелится с тех пор, как Стив рванул на поиски своего лучшего друга — человека, который должен был быть мертв уже семьдесят лет, но вместо этого стал убийцей ГИДРЫ.       В воздухе висит напряжение, и Тони чувствует, как его грудь сжимается от тяжести. Он прижимается к Анне и Джарвису, крепко держась за их руки. — Это убивает меня, — стонет Клинт, и его слова взрывают тишину. — Может, вызвать Щ.И.Т.?       Наташа кладёт руку ему на плечо: — Думаю, стоит предупредить Фьюри, но дать Стиву время наедине.       Клинт кивает и уходит, доставая телефон.       Тони следит за ним взглядом. — Что с ним будет? — голос Тони дрожит, и он поправляется, стараясь звучать тверже. — С Барнсом, я имею в виду.       Наташа медлит с ответом, переглядываясь с Брюсом. — Он связан со многими… инцидентами, — осторожно начинает она, — и у него, скорее всего, много… проблем.       Тони не нравится, как неуверенно она говорит. Не в Рождество же!       Может, стоило попросить Санту привести Барнса позже, чтобы все спокойно отпраздновали?       Нет.       Это эгоистично.       Пьетро и Джарвис разливают всем напитки. Тони медленно пьёт воду, сосредоточившись на каплях, стекающих по стеклу.       Думать сейчас слишком тяжело.       Утром он проснулся в восторге, а теперь его охватывает страх.       Вскоре усталость берет верх, и Тони засыпает. Пьетро относит его в кровать, чтобы дать передышку от напряжения.

***

      Тони просыпается через полтора часа, на мгновение забыв, что уже встретил Рождество. — Инь, как Стив и Барнс? — В гостиной.       Тони не двигается.       Этот человек убил его маму.       Убил его отца.       Тони знает, что желал спасения Барнса, отдал свое главное рождественское желание за это чудо.       Но встретиться с ним лицом к лицу…       Он не готов.       Однако решение принимает не он.       В комнату заходит Джарвис. — Ты проснулся. Хочешь познакомиться с гостем?       Тони смотрит в потолок, не вставая. — Что случилось?       Тони не может сказать правду. Если он признается, то придется рассказать, что он скрывал правду о смерти родителей. — Роуди скоро приедет, — продолжает Джарвис, гладя Тони по лбу. — И у тебя ещё подарки.       В любой другой год Тони уже нырял бы под ёлку.       Но не сегодня. — Энтони, ты что-то не договариваешь.       Тони начинает плакать.       Он ненавидит врать Джарвису.       Джарвис обнимает его, усаживает и держит, пока Тони рыдает в его пахнущем кофе свитере. — Я не понимаю, почему ты не сказал мне раньше, — говорит Джарвис.       Тони перестал плакать, когда приехал Роуди. Вместе они выложили всю историю.       Джарвис не злился — он был обеспокоен. — Я не знал, что делать, — признается Тони дрожащим голосом.       Никто из них не знает, как быть дальше. — Он здесь, — пожимает плечами Роуди. — Игнорировать его не получится. Хочешь, чтобы он ушел? — Нет, — шепчет Тони. — Тогда хочешь встретиться?       Тони пожимает плечами. — Пойдем. Откроем подарки. Анна готовит ужин. Разберёмся по ходу.       Другого выхода у него нет.       В гостиной Тони прячется за Роуди.       Барнс стоит у окна, напряжённый, с кулаками в карманах. Стив успокаивающе говорит с ним, а остальные делают вид, что смотрят рождественский фильм. — Тони! Наконец-то! — зовёт Пьетро. — Иди сюда, открывай подарки! — Рождество веселее с детьми, — соглашается Ванда. — Я не ребёнок, — ворчит Тони, игнорируя взгляд Барнса.       Наташа подмигивает: — Конечно, не ребёнок.       Тони усаживают перед ёлкой. Он берёт коробку от Пьетро и замирает. — Ты должен её открыть, — подталкивает Клинт. — Ты какой-то бледный.       Холодная рука прикасается ко лбу Тони. Он вздрагивает. — Всё в порядке. — Нет, — отрицает Наташа. — Что случилось?       Тони смотрит на Роуди и Джарвиса. — Он просто перевозбудился, — говорит Джарвис. — Вот вода.       Тони разворачивает подарок.       Кроссовки Air Jordan 1 Retro High OG. — Ого, — бормочет он. — Круто.       Энтузиазма в голосе нет.       Он должен радоваться, что Барнс вернулся. Это же чудо!       Но рождественское настроение исчезло. — Спасибо…       Он оглядывает бумагу. — От кого это? — От Санты, — отвечает Джарвис, подавая воду.       Тони улыбается, но это выглядит неестественно.       Чувство вины грызёт его.       Он смотрит на Барнса и Стива.       Он не может грустить. Стив вернул своего друга.       Он не просил Санту о кроссовках, но просил Барнса.       Теперь он должен быть благодарен.       Эта мысль — единственное, за что он может ухватиться, чтобы отвлечься.