Часть 7

Они подъезжали к городу. Ночь медленно сползала на землю, окрашивая небо в тяжёлые оттенки. Машина мчалась по трассе, фары прорезали сгущающуюся тьму, и впереди, за поворотом, уже начинали проступать знакомые очертания Мистик-Фоллс. Бонни молча смотрела в окно, погружённая в свои мысли. Её отражение в стекле казалось чужим — усталым, отстранённым. — Я хочу выпить, — не отрываясь от дороги, произнесла Лилиан. — День был тяжёлый. Деймон молча кивнул, поддерживая её идею. — Я — пас, — устало протянула Бонни, мельком взглянув на Лилиан. — Хочу просто отдохнуть. Лилиан кивнула. Проехав ещё несколько поворотов, она припарковала машину у дома Бонни, выключила двигатель и на мгновение застыла, уставившись в тёмные окна. Бонни не спешила выходить, словно сдерживаемая какой-то невидимой силой. Она сидела молча, погружённая в свои мысли. Лилиан наблюдала за ней, не решаясь нарушить тишину. — Спасибо, что подвезла, — тихо произнесла она, выходя из машины. Лилиан коротко кивнула. Бонни почувствовала, как её тяжёлое дыхание вырывается, когда она сходит с места и встаёт на тротуар. Силы как будто оставили её. — Увидимся завтра, — добавил Деймон, выглядывая из окна. Попрощавшись с Бонни, Деймон и Лилиан решили поехать в «Мистик Гриль». — Только давай посидим вдвоём, без Стефана и Кэролайн. — С чего ты решила, что я буду звать братца или блондиночку? — удивился Деймон. Девушка только пожала плечами. — Где припарковать машину? — сменила тему Лилиан. — Я не буду пьяная садиться за руль. — Не волнуйся, я поведу, — усмехнулся Деймон. --- Девушка скривилась, выпив очередной стакан бурбона, в то время как Деймон и бровью не повёл — лишь с ухмылкой наблюдал за ней. — Так нечестно, — Лилиан обиженно надула губки. — Я хотела вино. От виски я быстро пьянею, ты не оставляешь мне шансов. — В этом и был план, — лениво протянул он, наклоняясь ближе, — напоить тебя и выиграть всухую. Она лишь закатила глаза, но внутри всё сжалось от лёгкого предвкушения. Лилиан взяла кий, но уже через секунду почувствовала, как Деймон оказался у неё за спиной. Его ладони уверенно легли на её руки, поправляя хват. — Ты так никогда не выиграешь... — прошептал он, наклоняясь чуть ближе. Его голос едва касался уха. — Расслабь плечи, — он слегка сжал её плечи в массажных движениях, после чего его руки скользнули вниз, обхватывая пальцы девушки, направляя движение. Она почувствовала, как его грудь почти касается её спины. Он был слишком близко, слишком тепло, слишком... — Готова? — тихо спросил он, будто проверяя не технику, а её реакцию. — А у меня есть выбор? В ответ он усмехнулся. Она ударила. Шар катился по сукну, задев край лузы, и замер рядом. Неудачно. Но Лилиан даже не расстроилась. Она резко выпрямилась и развернулась к нему. — Ты специально сбил меня с толку. Он лишь лениво улыбнулся, не отводя от неё взгляда. На мгновение между ними повисла тишина — не тягучая, а какая-то тихо пульсирующая. — Сыграем ещё раз? — спросила она, но голос дрогнул. — Только если проигравший исполняет желание, — ухмыльнулся он. — Считай, ты уже проиграл, — бросила Лилиан и протянула ему кий. Его пальцы скользнули по её руке чуть дольше, чем нужно было для простого обмена. Она это почувствовала. И он — тоже. Деймон отступил на шаг, прицелился. Мягкий удар — и шар с глухим стуком врезался в другой, не дойдя до лузы. — Чёрт, — пробормотал он, выпрямляясь. — Моя очередь, — спокойно произнесла Лилиан, пряча довольную улыбку. Она наклонилась, сдвинула волосы на одно плечо. Удар — точный, уверенный, почти бесшумный. Один шар исчез в лузе. — Новичкам везёт, — фыркнул Деймон, скрестив руки. Лилиан ничего не ответила — лишь мысленно пожелала победить. На этот раз удар был едва слышен, шар катился медленно… и заскользил в лузу. Лилиан выпрямилась, кивая самой себе. — Ну вот, — усмехнулась она, — ты проиграл. Деймон подошёл ближе, приподняв бровь. На его лице — озорная ухмылка, в глазах — тот самый дьявольский огонёк, от которого легко терять равновесие. — И что же ты хочешь, Лилиан? Она смотрела на него почти спокойно. Но только почти. — Я... — девушка замялась, опустив глаза, — не хочу быть ею. — Деймон знал, речь идёт о Елене. Его глаза сузились, он продолжал слушать. — Но я боюсь. Что если нет шанса вернуть всё, как было? Сможешь ли ты разглядеть меня или всё время будешь видеть Елену? Он замер. Улыбка медленно исчезла с его лица. — Ты не она, — резко сказал он. Она смотрела на него в упор. Не как Лилиан. Не как Елена. Просто — как человек, у которого сердце трещит по швам. — Я знаю. Но ты всё равно видишь её, когда смотришь на меня. Он не стал возражать. Возможно, доля правды в этом была. Возможно, где-то в глубине души ему хотелось, чтобы это действительно была Елена. И от этого внутри что-то болезненно сжалось. Молчание висело между ними, как натянутая струна. И она не выдержала. — Ладно, я, наверное, пойду. Он не стал её останавливать, лишь сделав глоток бурбона, проводил её взглядом. --- Когда Лилиан вошла в квартиру, воздух показался другим. Тише. Одиноким. Холодным. Она сбросила обувь и тихо пошла в ванную. Горячая вода стекала по телу, слегка обжигая кожу. Прикрыв глаза, девушка стояла под душем ещё несколько минут, как будто хотела смыть всё, что накопилось внутри. Завернувшись в полотенце, она прошла в комнату и остановилась перед зеркалом. Долго смотрела на себя, изучая лицо — каждую черту, каждый изгиб. Слёзы сами подступили к глазам, проступили на ресницах. Лилиан лишь устало вздохнула, смахнув очередную слезу. Тишина в комнате казалась давящей. Её дыхание сбилось, а мысли путались. Не желая больше смотреть на своё отражение, она развернулась. Деймон стоял в комнате. Без слов. Без стука. Просто — был здесь. Она вздрогнула. — Не слышала, как ты вошёл, — тихо произнесла она и опустила голову, не желая, чтобы он видел её слёзы. Он молча шагнул ближе. Медленно и решительно. Без слов. Пальцы Деймона мягко коснулись её подбородка, приподняв его. Взгляд встретился со взглядом. В этом молчании было слишком много сказано. Он наклонился и поцеловал. Не жадно, не торопливо — будто проверяя, жива ли ещё надежда. Она ответила, вложив в поцелуй всё — сомнения, страх, желание быть собой, а не чьей-то тенью. Он отстранился, глядя ей в глаза. Его голос был хриплым, чуть сдержанным: — Если хочешь — я уйду. Но не жди, что вернусь снова. Лилиан не прогнала его. Она шагнула к нему ближе, её пальцы коснулись его лица, а губы накрыли его. Руки Деймона легли на её талию — горячие и внимательные. Он осторожно опустил полотенце, позволив ему соскользнуть вниз. Деймон прижался губами к её ключице, медленно скользя к шее, с трудом сдерживая в себе жажду, и она задрожала — от желания, от напряжения, от уязвимости. Его прикосновения были горячими, но в них не было поспешности. Только желание — не просто телесное, а желание быть ближе, понять, ощутить, убедиться, что она — реальна. — Ты дрожишь, — прошептал он ей в кожу. Лилиан не ответила. Деймон поднял её на руки, не спеша уложил на кровать и навис сверху. Когда он вошёл в неё — медленно, глубоко — её губы раскрылись в беззвучном крике. Он двигался не торопясь, чувствуя её изнутри, подстраиваясь под ритм, заставляя её теряться между волнами удовольствия и боли от слишком острого ощущения единения. Её бёдра обвились вокруг него, тело отвечало на каждое движение. Он ускорился — сильнее, глубже — и с каждым толчком её голос становился громче, дыхание — резче, стоны срывались, не стесняясь. Он прижался к ней крепче, их тела двигались в едином ритме — жадно, без остатка. Он ловил каждое её дрожание, каждую волну, накатывающую изнутри. В этот момент они были не Деймон и Лилиан. Не Елена. Не магия. Не судьба. Просто — двое. Деймон довёл её до грани, и когда она сорвалась в оргазм, он почувствовал, как она сжалась вокруг него, как волна прошла по её телу. Он последовал за ней — сдержанно, с глухим рычанием, словно отпускал что-то, что держал слишком долго. Остался рядом. Обнял её. Просто лежал. Молчал. Она закрыла глаза. И впервые — не чувствовала себя чужой. Она была собой. Лилиан. И, кажется, он тоже это понял.