Глава 5

Мира сидела на деревянной скамейке у стены спортзала, поджав под себя ноги и обхватив колени руками. Поза была неудобной, но менять её не хотелось - так хоть немного спасалась от прохладного сквозняка, гуляющего по залу. Её взгляд автоматически следил за Хенком, который в этот момент отрабатывал подачи. Он стоял на задней линии, мяч в левой руке, правая отведена назад в чётком, отработанном движении. На секунду замер - и резкий удар снизу вверх. Мяч с глухим "бух" врезался в сетку, не долетев до половины поля. Хенк сжал кулаки и что-то буркнул себе под нос, явно недовольный результатом. Капли пота стекали по его вискам, футболка уже прилипла к спине. Мира зевнула, доставая телефон. Тикток на три минуты, потом надоело - слишком громко в зале, даже на максимальной громкости не разобрать. Зря наушники не взяла. Она перевела взгляд на потолок: паутина в углу, трещины на побелке, какие-то непонятные пятна. Считала их минут пять, потом снова посмотрела на площадку. Хенк теперь отрабатывал блоки. Его движения были резкими, точными - подпрыгнул, вытянулся в струну, ладони сложены "лодочкой". Но видно было, что он устал: после прыжка приземлялся тяжелее обычного, дышал через рот. Тренер что-то кричал ему, но Мира не вслушивалась. Она перевернулась на скамейке, уткнувшись лицом в согнутую руку. Запах пота, резины и пыли. Скрип кроссовок по паркету. Крики игроков. Ещё час такого "веселья" - и можно будет наконец уйти. Это радовало. Лёгкий скрип скамейки и едва уловимый запах дешёвого цветочного геля для душа вырвали Миру из её размышлений. Она лениво повернула голову, волосы прилипли к щеке, где она только что лежала, и встретилась взглядом с парой тёплых карих глаз, которые смотрели на неё с лёгким смущением. — Привет, — тихо сказала Лера, слегка поджав губы, будто боялась, что её голос прозвучит слишком громко в шумном спортзале. Мира моргнула, пытаясь сообразить, кто перед ней. Тёмные волосы, собранные в небрежный пучок, простая синяя футболка, слегка потрёпанные джинсы — та самая новенькая, которую представляли пару дней назад. Валерия. Лера. Та, кто сидела сзади с Ильёй и ни с кем не разговаривала. — Привет... — неуверенно ответила Мира, её голос прозвучал хрипло — видимо, от долгого молчания. Она потянулась, сгорбившись, и села, опершись локтями о колени. Между ними повисла неловкая пауза. Лера ёрзала на месте, будто сидеть рядом с Мирой было для неё испытанием. Её пальцы теребили край футболки, а взгляд то скользил по Мире, то убегал куда-то в сторону, где Хенк с размаху бил по мячу. — Ты... э-э-э... ждёшь кого-то? — наконец выдавила Лера, и Мира чуть не фыркнула. Ну конечно жду, раз сижу тут, как привязанная, уставившись в одну точку. — Да, — коротко кивнула Мира, не вдаваясь в подробности. Потом, внезапно осознав, что звучит как полная стерва, добавила: — Тут у моего...короче, тренировка. Жду, пока закончится. Лера кивнула, будто это было сверхважное признание. Но потом снова заёрзала, явно чувствуя, что разговор не клеится. Но вместо того, чтобы уйти, она неожиданно спросила: — Это твой парень? — и кивнула в сторону Хенка. Мира застыла. Блин. Она порой забывала, что они с Хенком теперь "встречаются" в глазах всего класса. — Э-э-э... — она замялась, чувствуя, как по щекам разливается тепло. — Ну... да. То есть... Лера вдруг улыбнулась — не ехидно, как Киса, а как-то... по-доброму. — Клёво. Он... хорошо играет, — вежливо сказала она, хотя Хенк как раз в этот момент промахнулся по мячу, и тот со свистом улетел куда-то в угол зала. Мира невольно фыркнула. — Ну... иногда. Молчание вновь окутало их обоих. — Как тебе наша школа? — неуверенно спросила Мира, чтобы хоть как-то разрядить атмосферу. Она провела рукой по скамейке, ощущая шероховатость старого дерева под пальцами. Где-то в углу зала скрипела дверь от сквозняка, а запах мастики для паркета смешивался с ароматом чьих-то духов, оставшихся после уроков. Лера подняла глаза от своих кед — поношенных, но чистых, с едва заметным рисунком ручкой на резиновом носке. — Нормально, вроде, — ответила она, снова опуская взгляд. Мира кивнула, машинально постукивая кроссовками по паркету. Её левая шнуровка развязалась, но поправлять не стала. Вместо этого она украдкой взглянула на Леру: та нервно перебирала край футболки, на которой красовался потускневший логотип какой-то группы. — Ну это хорошо, — пробормотала Мира, чувствуя, как неловкость снова накрывает их, словно тяжёлое одеяло. Тишина. Где-то за спиной раздался резкий свисток тренера, а затем глухой удар мяча о стену. Хенк ругнулся — Мира узнала его хрипловатое «бл*дь» даже сквозь шум. — А ты чего тут делаешь? Уроки же закончились у нас, — наконец выдавила Мира, поворачиваясь к Лере. Она попыталась улыбнуться, но губы будто не слушались. Лера вздрогнула, словно пойманная на чём-то. Её пальцы замерли на секунду, потом снова задвигались, теребя поясную петлю джинсов. — Да я... — она кашлянула, — В старой школе занималась волейболом. Два года. Тут увидела расписание на доске... — Лера махнула рукой в сторону коридора, где висел листок с криво набранной таблицей. — Хотела записаться. Жду, когда тренировка закончится, чтобы спросить у тренера. Не хочу мешать сейчас... Её голос стал тише на последних словах, будто она боялась, что игроки услышат. Мира заметила, как Лера напряглась, когда Хенк с размаху ударил по мячу — тот со свистом пролетел над сеткой и угодил прямо в корзину с инвентарём. Раздался грохот. — О, — невольно вырвалось у Миры. Лера вдруг рассмеялась — тихо, но искренне. Её глаза, обычно такие осторожные, на мгновение оживились. — Твой парень, похоже, не в духе, — шепнула она, прикрывая рот ладонью. Мира фыркнула, снова ощущая тепло в щеках. — Да он всегда такой, когда проигрывает. Даже на тренировке. Лера улыбнулась, и вдруг напряжение между ними чуть-чуть спало. Но тут раздался резкий свисток тренера — тренировка заканчивалась. Хенк, весь в поту, вытираясь кофтой уже шёл в их сторону. Он, красный и потный, плюхнулся на скамейку напротив, даже не глянув в их сторону. — Идёшь? — бросил он Мире, задыхаясь. Лера тут же замолчала, снова став той скованной новенькой. — Да, — ответила Мира, а потом помахал рядом сидящий Лере. * * * Мира сильнее укуталась в свою куртку, подняв воротник, чтобы хоть как-то защититься от пронизывающего морского ветра, который, казалось, намеренно пробирался сквозь все слои одежды, оставляя за собой мурашки на коже. Тёмно-синее небо уже полностью поглотило последние отблески заката, и лишь неровное пламя костра, трещавшее и искрившееся, освещало небольшой участок пляжа, отбрасывая причудливые тени на лица сидящих вокруг. Мира сидела на грубом, потрескавшемся бревне, которое, видимо, прибило к берегу во время последнего шторма. Его поверхность была шершавой под её ладонями, а запах морской соли смешивался с дымом от костра, наполняя воздух терпким ароматом. Она наблюдала, как тени от языков пламени плясали на ближайших скалах Одноклассники уже изрядно напились. Громкий смех, обрывки фраз и звон бутылок сливались в хаотичный гул. Мира видела, как Локон, с лицом, покрасневшим от алкоголя и азарта, на спор с Кисой пытался выпить полбутылки пива за минуту. Его руки дрожали, когда он подносил горлышко ко рту. Киса стоял рядом, подбадривая его шутками, его голос звучал хрипло от смеха и выкуренных сигарет. Зрелище было отталкивающим, особенно когда Локона резко вырвало, и он, пошатываясь, побрёл к морю, спотыкаясь о камни. Мира сжала губы, отводя взгляд. Она снова не пила — её организм отказывался принимать алкоголь, а после единственного неудачного опыта в восьмом классе, когда она чуть не попала в больницу, даже запах спиртного вызывал у неё лёгкую тошноту. Такие «мероприятия» всегда казались ей унылыми: одни напивались до потери сознания, другие начинали плакать или признаваться в любви, третьи — дрались. Ей было холодно, сыро и хотелось уже домой, под тёплое одеяло, где можно было бы утонуть в подушках и забыть об этом вечере. Но из-за Ритиных уговоров — «Мир, ну это же последний год, надо повеселиться!» — она оставалась здесь, стиснув зубы. Рита сидела неподалёку, обняв Марка, её смех звенел, как колокольчик, а глаза блестели в свете костра. Она уже успела выпить пару "коктейлей", и её щёки порозовели. Марк что-то шептал ей на ухо, и она закатывала глаза, но улыбка не сходила с её лица. Мира отвернулась. Хенк, конечно, был тут же — сидел в кругу пацанов, попивая пиво из банки. Его смех выделялся среди общего шума — низкий, немного хрипловатый. Он что-то рассказывал, размахивая руками, а Мел, сидя рядом, время от времени добавлял свои комментарии, от которых все взрывались хохотом. Кто-то из параллельного класса неумело бренчал на гитаре, пытаясь играть песни, которые Мира не знала. Аккорды звучали фальшиво, но пьяной компании было всё равно — они подхватывали припев, орали невпопад, и их голоса сливались в какофонию. Мира вздохнула и потянулась за термосом с чаем, который взяла с собой — хоть что-то тёплое тут. Пар поднимался над крышкой, а первый глоток обжёг губы, но согрел изнутри. Она поймала взгляд Хенка — он на мгновение отвлёкся от компании и кивнул ей, как бы спрашивая: «Всё норм?» Мира в ответ скривила губы в подобии улыбки и пожала плечами. Мира встала, потянувшись всем телом, чтобы размять затекшие ноги. Долгое сидение на жестком бревне оставило ноющую боль в пояснице, а холодный ветер успел пробиться даже сквозь толстую ткань джинсов. Она шаркнула ногой по мокрому песку, почувствовав, как мелкие камушки впиваются в подошву кроссовок, и сунула руки в карманы куртки, нащупывая пачку сигарет. Бумага слегка промокла от морской сырости, но сигареты внутри были целы. «Не лучшая идея курить в такой ветер», — подумала она, но желание пересилило. Отойдя подальше от шумной компании, она нашла укромное место между двумя крупными валунами, где порывы ветра почти не доставали. Прикрыв ладонью пламя зажигалки, она поднесла его к кончику сигареты — и, к своему удивлению, закурила с первого раза. Густой дым заполнил лёгкие, и на секунду мир вокруг стал чуть теплее. Но расслабиться не удалось. Взгляд скользнул в сторону костра — и Мира заметила, как Марк, оставив Риту у огня, неспешно направляется в её сторону. Внутри всё сжалось. «Чёрт, только не это». Она напряглась, сжав сигарету между пальцев, и сделала ещё одну затяжку, пытаясь выглядеть равнодушной. — Привет, — поздоровался Марк, останавливаясь в шаге от неё. Его улыбка была лёгкой, но в глазах читалось что-то расчётливое. — Привет, — ответила Мира, косясь на него. Голос прозвучал глухо, будто застрял где-то в горле. Марк молча уселся на плоский камень рядом, доставая из кармана электронку. Его движения были медленными, почти ленивыми — он знал, что за ним наблюдают, и, кажется, наслаждался этим. Пар от пода окутал его лицо на секунду, скрыв выражение. Мира следила за ним краем глаза. В свете луны его профиль казался ещё более чётким — высокие скулы, тёмные ресницы, чуть припухшие от алкоголя губы. «Красивый», — мелькнуло в голове, и она тут же смутилась от этой мысли. — Ну как у вас с Хенком? — спросил он наконец, бросая на неё взгляд снизу вверх. Глаза его прищурились, будто он пытался разглядеть что-то в её реакции. Мира замерла. Сердце стукнуло раз, другой — громко, будто предупреждая об опасности. Она отвела взгляд в сторону, к тёмной полосе моря, и сделала ещё одну затяжку, чтобы выиграть время. — Всё норм, — пробормотала она, выпуская дым. — Правда? — Марк усмехнулся, делая очередную затяжку. Пар вырвался из его губ кольцами, растворившись в воздухе. — По вам не видно. Постоянно такие холодные. Голос его звучал почти невинно, но Мира почувствовала укол. — А ты, смотрю, за людьми любишь следить? — вырвалось у неё резче, чем она планировала. Марк не ответил. Лишь ухмыльнулся, глядя куда-то вдаль, где волны разбивались о камни. Но в этой ухмылке читалось что-то… понимающее. Мира сжала кулаки. «Он знает». Но если пиздеть — то пиздеть до конца. Да, ведь? Мира медленно приближалась к костру, её тень длинной полосой тянулась по мокрому песку. Ветер стих, но холод все ещё висел в воздухе, пробираясь под одежду. Она остановилась в нескольких шагах от огня, наблюдая, как Марк, наклонившись к Рите, что-то шепчет ей на ухо. Рита засмеялась, запрокинув голову, её золотистые волосы рассыпались по плечам, отражая дрожащий свет пламени. Мира вздохнула. Дым от костра щекотал ноздри, смешиваясь с запахом морской соли и водки, которую кто-то пролил на песок. Она подняла голову, глядя на небо – огромное, чёрное, усыпанное звёздами. Они казались такими далёкими и холодными, будто наблюдали за всем этим с высоты, не смешиваясь с шумом и гамом внизу. Внезапно она вздрогнула, почувствовав тяжесть на плечах. — Замёрзла? — голос Хенка прозвучал глухо, будто сквозь вату. Он стоял сзади, накинув на неё свою куртку. Ткань была тёплой от его тела и пропахшей дымом, алкоголем и его одеколоном. Мира нахмурилась. — Не надо. Сам замёрзнешь. У меня своя есть, — она потянулась к воротнику, чтобы снять куртку, но её пальцы вдруг наткнулись на чужую ладонь. Хенк положил руку ей на плечо, слегка сжав. Его пальцы были тёплыми и шершавыми. — Нет, — сказал он тихо, наклоняясь так близко, что его губы почти коснулись её уха. Горячее дыхание обожгло кожу, смешавшись с запахом пива и мятной жвачки. Мира замерла. В животе что-то ёкнуло – то ли от неожиданности, то ли от того, как низко и глухо прозвучал его голос. Она не стала сопротивляться, лишь стиснула зубы, чувствуя, как тепло от его куртки медленно растекается по телу. Потом Мира услышала голос Марка. Громкий и весёлый. — Так, ребят, давайте чутка разнообразим наш досуг, — провозгласил он, широко разводя руками. Его голос звучал нарочито весело, но в глазах читался расчёт. — Предлагаю сыграть в "правду или действие". В ответ раздался одобрительный гул. Кто-то хлопнул в ладоши, кто-то засмеялся. Мира почувствовала, как по спине пробежали мурашки. А ещё Мира заметила, как Рита своим взглядом подзывает их с Хенком. Идти ей не хотелось, так как ничего хорошего её не ждало, раз это придумал Марк. Но, криво улыбнувшись, она потянула Хенка за рукав его толстовки поближе к костру. Первые минуты игры прошли спокойно, но вскоре, как и ожидалось, очередь дошла до них. Горлышко бутылки предательски указало на Хенка, и Мира почувствовала, как внутри всё сжалось. Она знала, что Марк не упустит возможности сделать ситуацию неловкой. — Ну так что, Хенк? — начал Марк, и его ухмылка стала шире. Он сидел, слегка наклонившись вперёд, локти на коленях, —Правда или действие? Хенк замер. Его пальцы сжали бутылку пива так, что костяшки побелели. Он нахмурился, явно взвешивая варианты в голове, и наконец выдохнул: — Действие, — коротко ответил он, и в этот момент напряжение в воздухе стало ощутимым. Марк ещё сильнее улыбнулся, хитро щуря глаза, как будто предвкушая развязку. Он хлопнул ладонями, привлекая внимание всей компании. — Поцелуй Миру, — произнес он, обводя их двоих взглядом, и толпа взорвалась смехом и поддерживающими возгласами, ожидая "шоу". Его глаза блестели в свете костра, словно он ждал этого момента. Хенк застыл, переводя взгляд с Миры на Марка и обратно. Его лицо стало каменным, но в глазах читалась растерянность. Мира сжала кулаки. Её ногти впились в ладони, но она даже не почувствовала боли. Она смотрела на Хенка умоляющим взглядом, потом на Марка — но тот лишь ухмылялся, наслаждаясь моментом. — Давай другое действие, — пробормотал Хенк, его голос звучал глухо. Марк покачал головой, притворно сожалея. — Нет-нет, другие варианты не принимают, — он развёл руками. — Вам трудно что ли? Вы же встречаетесь. Или нет? — Встречаемся, — сквозь зубы ответил Хенк, бросая быстрый взгляд на Миру. — Ну так в чём сложность? — не унимался Марк. Он откинулся назад, всем видом показывая, что не отступит. Хенк вздохнул и повернулся к Мире. Его взгляд спрашивал: "Что делать?" Мира почувствовала, как её сердце бешено колотится. В голове пронеслась мысль, что можно просто встать и уйти, но... Она медленно кивнула. Пьяный гул вокруг костра внезапно стих, когда Хенк наклонился к Мире. Она чувствовала, как все взгляды прилипли к ним – жадные, любопытные, подстёгиваемые алкоголем и азартом. В ушах звенело от напряжения, а в груди колотилось что-то тяжёлое и горячее, мешая дышать. Хенк снял с неё очки – его пальцы, тёплые и чуть шершавые, на секунду задели её висок, и Мира невольно зажмурилась. Без очков мир вокруг стал размытым, лишь блики костра и смутные силуэты людей. Сам Хенк казался теперь ближе, чем был на самом деле – его лицо, обычно такое привычное, вдруг стало чужим и незнакомым в этом тумане. Он наклонился, и Мира инстинктивно отпрянула назад, но его рука легла ей на поясницу, мягко, но не оставляя выбора. Его дыхание пахло алкоголем и мятной жвачкой, губы были слегка шершавыми от ветра. Их первый поцелуй был неловким, странным – больше похожим на столкновение, чем на что-то романтическое. Хенк будто не знал, куда деть нос, а Мира застыла, не понимая, нужно ли ей двигать губами или просто стоять. Их зубы на секунду стукнулись, и кто-то из компании фыркнул. Но потом… что-то изменилось. Хенк слегка отстранился, будто давая ей передышку, но его рука так и осталась на её талии. Его взгляд – тёмный, нечитаемый – скользнул по её лицу, и вдруг он снова наклонился, на этот раз увереннее. Второй поцелуй был уже другим. Медленным. Губы Хенка оказались мягче, чем она ожидала, и он, кажется, старался не торопиться, будто боясь её спугнуть. Мира почувствовала, как её веки сами собой закрываются, а пальцы непроизвольно вцепились в рукав его толстовки, чтобы не потерять равновесие. Кто-то рядом засмеялся, но звуки будто отдалились, превратившись в фоновый шум. Единственное, что оставалось реальным – это тепло Хенка, его рука на её спине и странное, щемящее чувство где-то под рёбрами, от которого кружилась голова. Они разошлись почти одновременно. Мира тут же потянулась за очками, чтобы скрыть своё смущение, а Хенк отвернулся, резко проведя рукой по губам, будто пытаясь стереть следы произошедшего. — Доволен? – хрипло бросил он в сторону Марка, но тот лишь ухмыльнулся, поднимая руки в мнимом капитуляции. — Вполне, – ответил Марк, и его взгляд скользнул между ними с каким-то странным удовлетворением. Мира не смотрела ни на кого. Её губы всё ещё горели, а в голове пульсировала одна мысль: «Это был поцелуй для вида. Только для вида.» Но почему тогда сердце билось так, будто пыталось вырваться из груди?