Часть 15.Роботы лучше людей

UA оказалась намного больше, чем думал Изуку. В тысячу раз больше. «Это что, школа для гигантов?» — пробормотал Изуку себе под нос, но тут же взял свои слова обратно, увидев, как трёхметровый подросток входит в главные ворота. Изуку покачал головой, чтобы успокоить нервы, прежде чем самому войти в ворота. Внутри него бурлило не менее дюжины разных эмоций, тревога и предвкушение были самыми яркими. Он совсем не нервничал из-за письменной части, сдавая каждый тест, но тайна, стоящая за практической частью экзамена, заставляла его разум мчаться по догадкам, как скоростной поезд. Он знал, что независимо от того, какой будет практика, это будет нелегко. Не тогда, когда сотни студентов сдавали вступительный экзамен, чтобы побороться за шанс попасть на курс героя, а мест было всего 36. Думал ли Изуку, что сдаст экзамен? Конечно, нет. Но будет ли он удовлетворен тем, что хотя бы попытался? Да, и это было всё, что нужно было Изуку, последний пункт, который нужно было отметить галочкой перед смертью. В каком-то смысле он чувствовал себя призраком, преследующим живых, которому нужно было завершить одно последнее незаконченное дело, прежде чем он сможет двигаться дальше и покоиться с миром. Изуку играл с манжетами рукавов, пока шел, пытаясь унять беспокойство, а также любуясь удивительными видами кампуса UA. Главное здание было большим и состояло в основном из окон, стекло отражало утреннее солнце с яркой интенсивностью. Теплый весенний ветерок проносился сквозь деревья, заставляя их тени танцевать под неслышную музыку. Все было так мирно. Пока это не произошло. — ДЕКУ! Изуку остановился так внезапно, что чуть не споткнулся. Его желудок провалился в ноги, а легкие сжались от страха. Он совсем забыл, что в этом году Каччан тоже будет сдавать вступительный экзамен в UA. Боже, он был таким идиотом. Изуку сгорбил плечи и свернулся калачиком, пытаясь стать как можно меньше, что было несложно, учитывая, что он был одним из самых низких людей вокруг. Он услышал тяжелые шаги Каччана, приближающиеся к нему, и приготовился к жгучей боли, которая, несомненно, последует. — Деку! Не игнорируй меня! — крикнул Каччан, хотя находился всего в метре от него. Изуку посмотрел на него сквозь челку и старался не смотреть прямо в его горящие, красные глаза. — К-Каччан, — пробормотал Изуку в знак приветствия. Каччан цокнул. — И где, черт возьми, ты был?! Ты внезапно исчез с лица земли! Даже моя старая карга не знает, куда ты и тетя ушли. Изуку немного выпрямился и пожал плечами. — Я-я переехал. Неужели никто не рассказал тёте Мицуки о смерти его мамы? Знал ли кто-нибудь, кроме Изуку и его отца? — Ты переехал? Какого черта ты мне не сказал?! На этом Изуку наконец позволил своим лесным зеленым глазам встретиться с алыми. Может быть, это было потому, что эмоции Изуку выходили из-под контроля в течение последнего месяца, или, может быть, это был просто тот факт, что он знал, как только получил письмо об отказе, что собирается убить себя, но странное чувство смиренного спокойствия нахлынуло на него. Любой страх, который он испытывал по отношению к взрывному блондину, сменился раздражением. — Зачем мне тебе это говорить? Тебе же все равно, — Изуку закатил глаза и усмехнулся. Глаза Каччана расширились, и он выглядел слегка удивленным, но его выражение быстро сменилось выражением убийственной ярости. — Какого хрена ты вообще здесь делаешь, а?! Ты что, преследуешь еще больше героев, чтобы записать о них в свой паршивый блокнотик? — Нет. Я здесь, чтобы сдать вступительный экзамен на геройский курс. Лицо Каччана стало пустым, как будто компьютер перезагрузился, пока он внезапно не разразился смехом. Это был точно такой же издевательский смех, как когда Изуку столкнули с качелей на перемене в начальной школе. Все на школьном дворе смеялись над ним, но Каччан смеялся громче всех. — Ты издеваешься? Ты даже не достаточно взрослый, чтобы сдавать экзамен! Боже, ты такой маленький лжец, — сказал Каччан сквозь приступы смеха. Изуку вздохнул. — Я рано закончил среднюю школу, и я не первый человек, который пропустил пару классов. — Изуку намеренно умолчал о том, что он был не только самым молодым человеком, когда-либо сдававшим экзамен, но и что он также солгал о своем возрасте в своем заявлении, но Каччану не нужно было этого знать. Он, честно говоря, даже не был уверен, помнит ли Каччан, сколько ему лет, поскольку они не были друзьями с тех пор, как Изуку было четыре года. — Кроме того, ты пропустил класс в начальной школе, так что мы не такие уж и разные. — Как скажешь, ботан. Ты просто погибнешь на экзамене. — Каччан засунул руки в карманы и снова тихонько рассмеялся. Изуку издал свой собственный тихий, темный смешок. — Я могу только надеяться, — ответил он, прежде чем уйти, оставив своего бывшего друга детства смотреть ему вслед в замешательстве.

-----

Как он и ожидал, письменный экзамен был легким. В основном это были вопросы с выбором ответа, которые охватывали основные школьные предметы, такие как математика, английский, понимание прочитанного и японский. Также было несколько вопросов-эссе о геройской этике и истории причуд. В итоге Изуку использовал каждый дюйм запасного листа бумаги, который был на экзамене, так как он немного переборщил с этими вопросами. После письменной части Изуку и других экзаменуемых провели в большой лекционный зал, сиденья были расставлены рядами, все они были обращены к трибуне и трем гигантским экранам. Изуку оказался рядом с ребёнком с растрëпанными лавандовыми волосами, хотя в тусклом свете они казались почти синими. Подросток с лавандовыми волосами едва удостоил его взглядом, и за это Изуку был благодарен. Никогда в жизни его не окружало столько людей, и от этого у него по коже побежали мурашки. Лекционный зал был заполнен тихим говором, пока прожектор не включился и не осветил трибуну. Стоя в центре и купаясь в ярком свете сценического света, герой голоса, Сущий Мик. Изуку не мог сдержать улыбку, которая появилась на его лице, Сущий мик всегда был одним из его любимых героев! — Как дела, кандидаты в UA?! Спасибо, что настроились на практическую ориентацию по экзамену! Давайте, дайте мне послушать вас! — несмотря на попытки Сущего Мика подбодрить экзаменующихся, в лекционном зале воцарилась мертвая тишина. — Ладно, ладно, крутая публика. Как насчет того, чтобы просто перейти к тому, как будет проходить этот экзамен, ладно? Сегодня вы, крутые слушатели, будете там проводить десятиминутные тренировочные баталии в супермодных городских условиях! — Сущий Мик продолжил свою речь, объяснив три разных типа фальшивых злодеев и их балльную стоимость. Как только Сущий Мик сказал, что злодеи, с которыми им предстоит сражаться, — роботы, Изуку заметил, что парень с лавандовыми волосами рядом с ним напрягся. Бросив быстрый взгляд на старшего парня, Изуку заметил, что тот выглядит расстроенным. На его лице отражалась эмоция, которая была смесью нервозности и поражения. Изуку повернулся обратно вперед, когда услышал, как подросток с синими волосами встал и обвинил Сущего Мика в том, что он забыл о четвертом типе злодея. Герой просто улыбнулся и продолжил описывать ноль-очкового, большого робота, который был всего лишь препятствием. На протяжении всей оставшейся ориентации Изуку пытался удержаться от вибрации на своем месте. Потому что, чёрт возьми, они сражались с роботами, а Изуку... Был в восторге. После более чем двух лет и десятков неудачных попыток построить вспомогательные предметы, Изуку понял, что у него есть талант к разрушению машин. И самое лучшее было то, что Изуку не должен был поддерживать разговор с роботом, так что его социальная тревожность не помешала бы ему зарабатывать очки. Когда инструктаж закончился, Сущий Мик отпустил их, и все направились к автобусам, которые должны были отвезти их на назначенный им испытательный полигон. В автобусе Изуку с облегчением отметил, что Каччан не был назначен в его экзаменационную группу. Однако он заметил громкого подростка с синими волосами, а также усталого парня с лавандовыми волосами. Автобус подъехал к остановке, и все они вышли, но тут их встретил самый большой набор дверей, который Изуку когда-либо видел. Он решил, что это вход в поддельный город. Используя свое скромное расположение духа в своих интересах, Изуку тихо пробрался мимо других испытуемых и встал впереди. Ему не пришлось долго ждать, пока большие двери начали открываться. Он не терял времени, протиснулся через вход и побежал. — Эй, эй, эй! Чего вы ждëте? В настоящей битве злодеев нет обратного отсчета! Экзаменуемый номер 2234 имеет правильную идею! — Голос Сущего Мика разнёсся по всему городу. Изуку проигнорировал звук десятков шагов позади себя и сосредоточился на своем окружении. Краем глаза он заметил что-то длинное и блестящее у входа в переулок. Он резко остановился, чтобы изменить направление, а затем метнулся в переулок. К своей удаче Изуку нашел выброшенный металлический стержень. Он не был полностью уверен, что это было, какая-то армированная арматура, но она была такого же размера, как его посох бо, разве что немного тяжелее. Схватив металлический стержень, Изуку выскочил обратно на главную дорогу города, где он нашел своего первого робота-злодея. Заметив, что это был двухочковый, Изуку не стал терять ни минуты и воткнул стержень в суставы ног робота. Тот упал с громким, удовлетворяющим грохотом. Ладно, суставы — их слабые места. Цельтесь в конечности и ниже головы. Их «глаза» тоже, скорее всего, уязвимы, быстро проанализировал Изуку. После победы над ещё одним двухочковым Изуку почувствовал, что впадает в диссоциативный транс. Он чувствовал, что наблюдает за тем, как кто-то другой сражается с роботами, как будто он застрял за кривым стеклом, пока его тело продолжало сбивать робота за роботом. Он даже не мог вспомнить, сколько у него было очков. Он понятия не имел, сколько времени прошло, когда мир вокруг него внезапно снова стал четким. Другой участник экзамена был прижат к стене трехочковым, и Изуку не колеблясь схватил его за воротник рубашки и оттащил в сторону. Неизвестно, сколько времени Изуку переключался между тем, чтобы ломать роботов и отталкивать других испытуемых от опасности. Он был безмерно благодарен за опыт, который он получил в качестве мстителя, а также за обучение Сотриголовы, когда он вошёл в знакомый танец атак и уклонений. Его поток внезапно прервался громким грохочущим звуком и землей, сотрясающейся под его ногами. Изуку поднял глаза и увидел робота размером с самое высокое здание, медленно прокладывающего себе путь через город. Другие испытуемые бросили свои дела и побежали. Это ноль-очковый?! Боже мой, сколько же денег у UA? Изуку собирался развернуться и убежать, как и все остальные, пока не услышал это: слова, которые Изуку слышал так часто во время своей работы мстителем, что они стали автоматическим спусковым крючком, заставившим его действовать. — Помогите! Не раздумывая, он побежал на голос, который, как ни странно, также был в направлении ноль-очкового. Когда он приблизился к месту, он увидел девушку, запертую под бетонной плитой прямо на пути приближающегося робота. Изуку едва успел что-либо обдумать. Логично, что у UA должен был быть какой-то предохранительный механизм, чтобы остановить робота, прежде чем он серьезно кого-нибудь покалечит, но разум Изуку был заполнен только образом девушки, превращающейся в раздавленную каплю на цементе. Когда он бежал к девушке, он заметил знакомые лавандовые волосы, и в его голове мгновенно созрел план. — Эй! Ты, с фиолетовыми волосами! — закричал Изуку, стараясь, чтобы его голос перекрывал скрежет металла и рушащиеся здания. Лавандоволосый посмотрел на Изуку, на его лице была явная паника. — Мне нужна твоя помощь! — он указал на застрявшего испытуемого. Прежде чем высокий парень успел что-либо сказать, Изуку сунул ему в руки металлический стержень, который он нес, и указал на бетонную плиту, которая прижимала ногу девочки. — Используй этот шест, чтобы создать импровизированный рычаг, и подними с неё кусок бетона, — приказал Изуку, прежде чем повернуться и побежать к ноль-очковому. Лавандоволосый посмотрел на стержень, а затем снова на Изуку. — Подожди! Куда ты идёшь?! — Вырубить робота! — крикнул Изуку через плечо. Он не остановился, чтобы посмотреть, выполнил ли высокий парень его план, полностью сосредоточившись на ноль-очковом. Изуку чувствовал себя странно без какого-либо оружия, поэтому он схватил ближайший кусок металлолома на бегу. К его счастью, одна из рук ноль-очкового была близко к земле. Изуку увидел свой шанс и прыгнул, неловко приземлившись на тыльную сторону руки робота. Это было нелегко, но, изо всех сил стараясь сохранить равновесие, он забрался на руку злодея и запрыгнул на плечо робота. Там, в пространстве под головой ноль-очкового, была какая-то панель. Зажав кусок металла в зубах, Изуку протиснулся через плечо робота в расщелину его шеи. Он был благодарен за устойчивую опору, когда вдавливал кусок металла в панель, пока она не оторвалась от петель. Внутри была куча кабелей, о которых Изуку не знал и не было времени, чтобы попытаться их расшифровать. Вместо этого он рискнул и схватил провода наугад, потянув их, пока они не лопнули. Изуку внутренне обрадовался, когда услышал, как робот начал отключаться. Грохот и тряска прекратились, когда ноль-очковый остановился, его большие металлические конечности упали по бокам, и Изуку неловко спустился вниз. К тому времени, как он достиг твердой земли, его ноги дрожали, а голова кружилась, адреналин в его теле начал угасать. Как только он нашел некое подобие стабильности в своих конечностях, Изуку направился туда, где он увидел девушку, запертую под бетоном. К своему облегчению, он увидел её свободной и прислонившейся к лавандоволосому. Он поддерживал её, чтобы она не травмировала ещё больше свою опухшую лодыжку. — Вы двое в порядке? — спросил Изуку, всё ещё задыхаясь. Девушка посмотрела на Изуку широко раскрытыми карими глазами. — В порядке ли мы? Ты же залез на этого большого робота! Ты ранен? — Изуку был ошеломлен искренностью в её глазах, когда она осматривала его на предмет травм. — Н-нет! Я в порядке... — Изуку покраснел и замахал руками перед лицом. Его прервал громкий гудок, сигнализирующий об окончании экзамена, и он почувствовал, как его сердце упало. Он потратил слишком много времени, сбивая ноль-очкового. Не то чтобы он сожалел об этом, но у него не было возможности набрать достаточно баллов, чтобы сдать экзамен. Изуку посмотрел на девушку и высокого парня и одарил их фальшивой улыбкой. — А, всё кончено, но я просто рад, что все в порядке. Девушка широко улыбнулась и потрясла кулаком в воздухе, ну, кулаком, который сейчас не был вцеплен в рубашку лавандоволосого для равновесия. — Да! Держу пари, мы все отлично справились! — и Изуку, и более высокий парень обменялись сомнительными взглядами. — А, да, — сказал лавандоволосый, пожав плечами. Изуку повернулся, чтобы посмотреть, как другие испытуемые собираются в центре города. Большинство из них улыбались и разговаривали друг с другом, воспроизводя, как они победили роботов-злодеев или хвастаясь тем, сколько очков они получили. Это заставило сердце Изуку заныть. Он знал, что не набрал достаточно баллов, чтобы сдать, но ему пришлось напомнить себе, что он никогда не смог бы сдать экзамен изначально. Такой беспричудный, пустая трата времени, как он, не имел места на геройском курсе. Он вздохнул. Его письмо с отказом придет в течение недели, и как только он получит официальное подтверждение своей бесполезности, он сможет наконец отпустить всё это. По крайней мере, он мог сказать, что попытался.

-----

К тому времени, как Шота вошёл в комнату для наблюдения, где сотрудники UA и судейская коллегия наблюдали за практической частью экзамена, тест уже закончился. Как бы ему ни хотелось посмотреть экзамен вместе с коллегами, в этом году Шоте было поручено патрулировать кампус, чтобы убедиться, что нет никаких несанкционированных посетителей или потерявшихся экзаменующихся. — ШО! — голос Хизаши громко разнёсся по всей комнате. Шота вздрогнул от шума. — Я здесь, Хизаши. — пробормотал он, закрыв за собой дверь и направляясь туда, где остальные сотрудники сгрудились вокруг мониторов. Каждый экран показывал разные углы фальшивого города. В этот момент большинство испытуемых столпились около центра своих назначенных городов, чтобы Исцеляющая девочка могла увидеть и помочь им в случае каких-либо травм. — Ты пропустил это! — Хизаши чуть не надул губы. — Заши, я все пропустил. Тебе придется рассказать подробнее. — Шота закатил глаза. — Ты пропустил одного из маленьких слушателей, который в одиночку справился с нулевым! Один из испытуемых застрял под обломками, и, конечно, мы бы остановили ноль-очкового, прежде чем он навредил кому-нибудь, но, полагаю, ребёнок этого не знал, потому что бросился ей на помощь! Шота поднял бровь. — Ты хочешь сказать, что вместо того, чтобы вытащить испытуемого из-под обломков, он решил сразиться с гигантским роботом? — он усмехнулся. — Мне кажется, он просто хотел продемонстрировать свою причуду. — Не совсем, — вмешался другой учитель, Снайп. — Маленький напарник схватил другого сдающего тест и заставил его использовать какой-то металлический стержень, чтобы поднять цементную плиту с бедной девочки. Только после этого он сосредоточился на том, чтобы вырубить ноль-очкового. И, насколько мне известно, я тоже не увидел никакого необычного использования причуды. — Я бы предположил, что у парня какая-то интеллектуальная причуда, если бы не наблюдал, как он запрыгнул на нулевого и взобрался на эту чëртову штуку, словно на огромный спортивный комплекс, а затем продолжил рисковать электрошоком, голыми руками разрывая случайные кабели, пока он не отключился. — фыркнул Влад Кинг со своего места в углу. Теперь это привлекло внимание Шоты. — Он сбил ноль-очкового без видимого использования причуды? — Шота прекрасно понимал, насколько ужасно предвзятым был вступительный экзамен, поскольку сам провалил его, когда подавал заявку в качестве студента. Только победа на спортивном фестивале в первый год обучения позволила ему попасть на курс героя. — О, нет, — почти промурлыкала Немури, — не только ноль-очкового. Этот крошечный зелёный боб уничтожил множество фальшивых злодеев, используя только мусор, который он нашел, в качестве импровизированного оружия. Следующим в разговор вступил герой космоса, Тринадцать. — И мы не можем игнорировать тот факт, что он рисковал потерять баллы и время, чтобы спасти других участников экзамена! По моим подсчётам, около пяти человек. Шота прислонился к стене, немного раздосадованный тем, что упустил возможность увидеть ребёнка, который так радовал всех его коллег. — Это наводит на вопрос, — размышлял Эктоплазм, — в чем на самом деле заключается его причуда. Если бы мне пришлось угадывать... возможно, что-то аналитическое? Он, казалось, знал, где слабые места каждого робота. — Ловкость? Он определенно был быстрым и гибким, — вмешался Цементосс. Болтовню рассуждений сотрудников прервал раздражающий хохот. Незу, сидевший в кресле прямо перед главным монитором, развернулся, чтобы посмотреть на своих преподавателей. — Было приятно услышать ваш комментарий по поводу испытуемого 2234. Мальчик, о котором идет речь, — Мидория Изуку, один из самых молодых наших испытуемых в возрасте 14 лет, и согласно его заявлению... — существо, похожее на мышь и медведя, сделало паузу для драматического эффекта, — он беспричудный. В комнате повисла тишина, все широко раскрыли глаза и уставились на своего босса. Даже Шота выпрямился от удивления. — Боже мой, — пробормотала Немури, первой нарушив тишину, — это... — Невероятно! — закричал Хизаши с восторженной улыбкой на лице. Рядом с ним Немури и Тринадцать бурно закивали в знак согласия. — Ну, будь я проклят. — сказал Снайп, усмехнувшись. Шота спрятал ухмылку под своим захватным оружием, потому что, черт возьми, какой-то ребёнок, какой-то беспричудный ребёнок победил предвзятый экзамен? Он просто хотел быть здесь и увидеть это сам. Кто-то прочистил горло, привлекая внимание всех в комнате. В углу стоял сдувшийся Всемогущий, заламывая руки в явной нервозности. — Мне кажется, я уже где-то видел этого мальчика. — пробормотал Всемогущий, в основном про себя. Затем, обращаясь к своим новым коллегам, он сказал. — Безусловно, весьма впечатляет, что такой маленький мальчик без причуды смог защитить себя на экзамене, но я не могу не беспокоиться о его благополучии. Не будет ли слишком опасно позволить ребёнку без причуды участвовать в геройском курсе? Шота скрестил руки на груди и с досадой посмотрел на Всемогущего. Боже, он не хотел преподавать героизм вместе с человеком, у которого даже не было лицензии на преподавание. — Ты шутишь, да? — спросил Шота с явным раздражением. Всемогущий посмотрел на него с недоумением. — Уверяю тебя, Айзава, я говорю очень серьезно. Шота вздохнул. — Ты знаешь о моей причуде, Яги? Сдувшийся герой нерешительно кивнул. — Но какое отношение это имеет к опасности сражения без причуды? — Потому что я сражаюсь без причуды. Всемогущий на мгновение зашипел, и Шота практически мог видеть, как вращаются шестерёнки в его черепоподобной голове. — Это неправда, юный Айзава, ты используешь свою причуду в битвах, не так ли? — Ты прав, я так думаю, но всё, что делает моя причуда, это выравнивает игровое поле, и она вообще не работает против тех, у кого причуды мутантного типа. Ни одна часть моей причуды не является боевой, что означает, что в бою я по сути без причуды. — Понятно, — медленно ответил Всемогущий, всё ещё не выглядя полностью убежденным. Прежде чем они смогли продолжить спор, Незу привлек их внимание хлопком в ладоши (лапки?). — Нам ещё предстоит обсудить многих экзаменующихся, и у нас есть всего неделя! Те из вас, кто присутствовал при наблюдении за экзаменом, пожалуйста, оставайтесь, чтобы мы могли поговорить с жюри и подвести итоги. Айзава, ты можешь пройти в свой кабинет, чтобы начать оценивать экзамены по общему образованию, если хочешь. Шота просто кивнул и ушёл. Когда он шёл по пустым коридорам главного здания UA, он заставил себя игнорировать странное чувство в животе, которое говорило ему, что что-то не так. Это было неприятно, отталкивать чувство беспокойства, которое, казалось, преследовало его, как тень. С тех пор, как он потерял Мотылька, он не мог избавиться от мысли, что ему чего-то не хватает. Рационально он понимал, что это просто его эмоции пытаются пересилить логику. Сокрушительное чувство вины, которое вшилось в само его существо, заставляло его терять сон, и он был более эмоциональным, чем когда-либо за последние годы. Шота вздохнул, когда он толкнул дверь в свой кабинет. Он знал, что это был лишь вопрос времени, когда глубокая боль от потери его ребёнка перейдет во что-то более управляемое. Тем временем он заставил себя отложить свои эмоции в сторону. Несмотря на беспокойство Хизаши и Немури, у него не было времени или энергии, чтобы тратить их на противостояние своим чувствам. Это было бы бессмысленно. Размышления о событиях прошлого года не вернут Мотылька. Мотылёк был мёртв. Он должен был принять это и двигаться дальше. Но, Боже, как же это было больно.