Часть 19 Это называется боевой подготовкой не просто так
26 апреля 2025, 20:22Как только его первые занятия в UA закончились, Изуку нашёл дорогу домой в диссоциативном оцепенении. Его тело болело от теста на восприятие причуд, он не спал всю ночь перед этим, и он испытал так много эмоций за такой короткий промежуток времени, что ему казалось, что его мозг вот-вот взорвётся.
Так что было понятно, что в тот момент, когда Изуку открыл дверь в свою квартиру, он рухнул на свой футон и отключился, прежде чем его голова коснулась подушки, встреченный сном без сновидений. Только когда он проснулся рано утром следующего дня, события предыдущего дня обрушились на него, как мчащийся грузовой поезд.
Изуку сонно перевернулся на спину и уставился в потолок, надеясь, что он внезапно рухнет и раздавит его насмерть. Но нет, заплесневелый потолок упрямо держался. Изуку застонал и потёр глаза, мысленно перебирая в голове всю ту чушь, с которой ему теперь приходилось иметь дело в повседневной жизни.
1. Каччан в его классе и всё ещё очень его ненавидит. Неудивительно, но и не весело.
2. Его одноклассники знали, что у него нет причуды, и он не упустил из виду взгляды, полные жалости и настороженности, брошенные в его сторону, когда они об этом узнали.
3. Он завел друга? Может быть? Хотя это не обязательно было плохо, это определенно была неизведанная территория.
4. Всемогущий по какой-то причине теперь преподаёт в UA, и у Изуку не было времени разобраться с эмоциями по этому поводу.
5. Сотриголова был его классным руководителем.
6. Сотриголова был его чёртовым классным руководителем.
Изуку, все еще глядя в потолок, сморщил нос от досады.
— Держу пари, ты считаешь себя очень смешной, вселенная, — пробормотал он.
Прокручивая в голове вчерашние события, он всё ещё не имел ни малейшего понятия, знал ли Айзава, что он Мотылёк. Было очевидно, что что-то в Изуку привлекло его внимание по сравнению с остальным классом, но герой не предпринял никаких действий по отношению к нему. Если только он просто не был подозрителен из-за его роста и возраста? Что было бы очень грубо, учитывая, что Изуку видел много людей постарше, которые были ниже него. Конечно, обычно это было связано с фактором причуды, но всё же!
Может быть, Айзава знал, что он Мотылёк, и просто выжидал, пока не застанет Изуку врасплох. Если это так, стоит ли ему рискнуть вернуться в школу?
«Подожди, чёрт, я такой идиот. В школе есть мой адрес, так что если бы я не пошел на занятия, это только дало бы ему больше поводов для подозрений».
Он перекатился на живот и выругался в подушку. Он действительно облажался на этот раз, не так ли?
Будильник на его телефоне зазвонил, оповещая, что ему пора начинать собираться в школу. Боже, как же он скучал по онлайн-занятиям. Снова застонав в подушку, он заставил своё больное тело встать с кровати, чтобы подготовиться ко дню.
-----
Шота подавил зевок, когда шёл по коридорам UA, направляясь в учительскую. Он не спал прошлой ночью так много, как хотел, оставаясь допоздна, чтобы организовать предстоящую экскурсию для своего классного часа. Это был урок по спасательной подготовке, который он всегда заставлял своих первокурсников пройти на ранних этапах, чтобы они могли понять как пользу своих причуд, так и их опасности. Атака причудой вроде тех, что у Каминари или Тодороки, может быть смертельной, если её использовать неправильно, поэтому изучение использования своих причуд в деликатных ситуациях, например, в сценариях спасения, помогло бы им научиться лучше контролировать себя, продолжая свое геройское обучение. Вот почему он всегда старался нанять Тринадцатую, поскольку она была именно героем-спасателем с невероятно опасной причудой. Она как никто другой знала важность сохранения контроля в нестабильных ситуациях.
В то же время он уделял большую часть своего внимания таким ученикам, как Оджиро, Шинсо и Мидория. У них не было изменчивых причуд, поэтому они были сосредоточены на более приземлённом спасении гражданских лиц, например, определении устойчивости полуразрушенного здания, изучении процедур для различных стихийных бедствий и изучении основных приемов первой помощи для стабилизации гражданского лица в случае, если медицинские специалисты не были доступны.
Слишком много известных героев отдавали приоритет борьбе со злодеями, а не спасению жертв, что, по мнению Шоты, было неправильным подходом к героизму. Спасение всегда должно предшествовать преследованию, и, к счастью, UA полностью поддержала эту идеологию.
Итак, сегодня, пока Всемогущий инструктировал 1-A на их первом уроке героизма, Шота заканчивал планы на экскурсию, которая должна была состояться через два дня. Он мог только надеяться, что этот шут был таким же хорошим учителем, как и героем.
-----
Изуку пришел в класс достаточно рано, так что он был почти полностью пуст, за исключением его самого, Тодороки и Ииды. Когда он открыл дверь класса и прошаркал внутрь, Тодороки лишь мельком взглянул на него, но Иида не скрыл своего взгляда. Изуку сжался под интенсивным взором и молча направился к своей парте, свернувшись калачиком на своем месте и пытаясь выглядеть как можно более незаметным.
— Мидория, — раздался громкий голос Ииды с другого конца комнаты. Вот вам и невидимость.
Изуку поднял взгляд из-под челки и увидел, как Иида приближается к его столу. Иида уже был высок, но тот факт, что Изуку сидел, а старший подросток нависал над ним, не помогал. Может быть, если бы он очень сильно захотел, пол разверзся бы и поглотил его.
— Иида, — пробормотал Изуку в знак приветствия.
— Доброе утро, Мидория. Я просто хотел извиниться за свое поведение вчера, — сказал Иида, поправляя очки.
— Извиниться? —Изуку покосился на него.
Он говорил о том, что сказал во время теста на восприятие причуды, о том, что героизм слишком опасен для беспричудного? Изуку предположил, что все когда-то случается в первый раз.
— Да. Хотя я все еще не одобряю твой выбор карьеры как человека без причуд...
И вот оно.
— ...с моей стороны было неправильно критиковать тебя перед всем классом. Я искренне извиняюсь за свои действия и надеюсь, что ты не будешь колебаться и попросишь меня о помощи, когда курс станет слишком сложным для тебя.
Изуку почувствовал, как жар стыда ползет по его лицу. Хотя он должен был быть благодарен, что Иида не бьет его и не обзывает, абсолютная уверенность в его словах все равно пронзала Изуку, как нож.
— Эй, Иида, — раздался низкий голос из передней части комнаты, — у тебя снова развязались шнурки?
Иида посмотрел на свои ботинки, затем на Шинсо, который направлялся к своему столу.
— Мои шнурки не... — знакомая туманная пустота заволокла глаза Ииды.
— Сядь за парту и заткнись, пока не начнётся урок. Никто не хочет слышать твоего дерьмового мнения, — так же, как и во время теста на восприятие причуды, Иида послушно выполнил команду Шинсо и промаршировал обратно через класс.
Шинсо чуть не рухнул на свое место позади Изуку, его мешки под глазами стали особенно заметны.
Изуку развернул свой стул, чтобы посмотреть на уставшего подростка.
— Эм. Спасибо, за... но тебе не обязательно было этого делать.
— Да? — Шинсо наклонил голову. — И Иида не обязательно должен был быть придурком, но мы все делаем свой собственный выбор.
— А он не рассердится?
— Разве ты не должен злиться? Он был предвзят и недооценивал тебя.
Изуку посмотрел на свои руки, пальцы сплелись вместе.
— Я имею в виду, он не так уж и неправ, — тихо пробормотал он. — Мне повезет, если я доживу до конца первого года.
Шинсо протянул руку и щёлкнул Изуку по лбу, заставив того вздрогнуть и удивленно взвизгнуть.
— Не будь идиотом, — отругал его Шинсо. — Ты ведь занял первое место на вступительном экзамене, не так ли? — Изуку кивнул, потирая теперь уже больное место над бровями. — Это не совсем лёгкий подвиг. Я должен знать, потому что я сдал этот дурацкий экзамен только благодаря тебе.
Изуку моргнул.
— Я? Я ведь ничего не сделал?
— А ты знал, что я не получил ни одного очка злодея? — Шинсо усмехнулся. Глаза Изуку расширились. — Я попал на курс героя только благодаря очкам спасения. Я получил 20 очков, отталкивая людей с дороги, пока их не растоптали роботы, и еще 25 за вызволение Урараки из-под обломков. Я сдал экзамен, набрав минимум очков.
— Я-я не знал.
Высокий подросток пожал плечами.
— Если бы не ты, сунувший мне в руку шест и говоривший, что делать, я бы сейчас застрял в обычной школе, — стоическое лицо Шинсо сменилось хмурым выражением. — Так что не оскорбляй свои собственные способности, потому что ты с тем же успехом можешь оскорбить и меня, понял?
Изуку быстро кивнул.
— Д-да. Понял.
-----
Это был второй день школы, но первый день основных занятий. Как и в любой другой старшей школе, герои-ученики всё ещё имели обычную учебную программу.
После классного часа, на котором Изуку очень демонстративно отказался смотреть в глаза Айзаве, у них был английский с Сущим Миком. Теперь, не поймите его неправильно, Изуку действительно нравился герой голоса, но у кого было столько энергии до девяти утра? По крайней мере, это делало изучение английского интересным, тем более, что это был не лучший предмет Изуку. После английского была история современного искусства с Полночью, и ему очень понравилось узнавать о том, как костюмы героев, сделанные компаниями поддержки, часто были вдохновлены комиксами допричудливой эпохи.
После двух занятий Изуку понял, что, возможно, Айзава вообще не знал, что он Мотылёк. Он предположил, что Сотриголова что-то подозревает, постоянно бросая на него взгляды, когда думал, что Изуку не смотрит. Но, как оказалось, Айзава был не единственным учителем, который так делал. И Сущий Мик, и Полночь, казалось, по какой-то причине уделяли ему особое внимание. Каждый раз, когда Изуку случайно попадался на их глаза, их улыбки становились шире. Сущий Мик подмигивал ему, когда он правильно отвечал на вопрос во время лекции, и он был почти уверен, что Полночь ворковала над ним.
Может быть, учителя в UA были просто странными. По крайней мере, по сравнению с его предыдущим опытом общения с учителями, персонал здесь действительно вёл себя по отношению к нему хорошо.
После математики с Эктоплазмом, который, казалось, был слишком доволен тем, что Изуку его не боится (с чего бы ему бояться? У Эктоплазма была супер крутая причуда, и он на самом деле был очень милым), его класс отпустили на обед.
Подсознательно Изуку тянулся к Шинсо, прячась в тени более высокого подростка, пока они шли в кафетерий. Шинсо, казалось, не беспокоился об этом и повёл их обоих к столу в дальнем углу у большого окна, выходящего на территорию кампуса. Там было слишком людно и шумно для Изуку, и он чувствовал, что перевозбуждается. Не помогало и то, что поднос с едой, который ему дал Ланч Раш, был таким большим, что Изуку мог бы прокормить себя им по крайней мере три дня! И это должно было быть одним приёмом пищи?
— Знаешь, если хочешь съесть еду, её нужно положить в рот, — подразнил Шинсо, откусывая кусочек от своего обеда.
Изуку надулся, тыкая палочками в жареную рыбу.
— Да, я знаю. Просто… — Шинсо поднял бровь в немом вопросе. Изуку вздохнул. — Просто еды много.
— Сколько еды ты обычно ешь? — нерешительно спросил Шинсо.
— Достаточно, — его ответ, по-видимому, был неприемлем, поскольку подросток с лавандовыми волосами прищурился, глядя на него. — Кстати, о достаточном, — Изуку быстро сменил тему, — сегодня ты выглядишь очень уставшим. Когда в последний раз ты спал всю ночь?
— Два, — ответил Шинсо.
Изуку нахмурил брови.
— Два чего? Два дня? Недели?
— Я знаю, что я сказал.
На мгновение наступила тишина, они оба смотрели друг на друга с серьезными выражениями, словно устраивая импровизированный конкурс гляделок. Момент был быстро нарушен, когда Шинсо не смог сдержать свой приступ смеха, который, в свою очередь, только заставил Изуку тихонько захихикать от удовольствия.
Обед продолжался, Изуку съедал столько еды, сколько мог (Шинсо не скрывал своего беспокойства по поводу того, как мало ест Изуку), и между ними завязывались светские разговоры.
Это было приятно. Впервые за неизвестно сколько времени Изуку почувствовал себя расслабленным. (Он легко проигнорировал уколы тоски по ночным разговорам с Ластиком на автобусной остановке с холодными напитками из торгового автомата в руках, когда они говорили обо всем и ни о чем).
Как только обед закончился, новая волна беспокойства грозила охватить Изуку. Потому что их последний урок дня был героическим, и он совершенно не представлял, чего ожидать.
-----
Класс 1-А нетерпеливо сидел за партами, ожидая, какой герой будет учить их на уроке героизма. Айзава сообщил им, что он будет отсутствовать на первом уроке, так как ему нужно было сделать кое-какие последние приготовления к уроку, но он не упомянул, какой герой останется ответственным вместо него. Им не пришлось долго гадать, когда дверь их класса с грохотом распахнулась, заставив половину класса подпрыгнуть на своих местах. — Я ЗДЕСЬ! Изуку резко вздрогнул. — ВОШËЛ ЧЕРЕЗ ДВЕРЬ, КАК ГЕРОЙ! Почему у Изуку не может быть хотя бы одного дня, когда он не чувствовал бы необходимости вскрыть себе ребра, чтобы просто проверить, нормально ли функционируют его легкие, ведь, судя по всему, его первой реакцией на внезапную панику было забыть, как дышать. — Ого! Не могу поверить, что это действительно Всемогущий! — Каминари затрясся на своем месте. — Так он же учитель! Этот год будет просто потрясающим! — Эй, посмотрите, он в костюме Серебряного века? — У меня мурашки по коже, это такое ретро! Его одноклассники с трудом сдерживали волнение, увидев героя номер один, даже Каччан улыбался, хотя и пугающе. Изуку не мог понять. Единственное, что он увидел, когда посмотрел на героя, было лицо, искаженное жалостью под подземным переходом, пока слова отвержения слетали с уст Всемогущего. «Так что, честно? Нет, я не думаю, что можно быть героем без причуды». «Без причуды ты был бы только обузой на поле». «Хорошо иметь мечты, но пусть они будут реалистичными». Изуку сжал кулаки под партой и попытался отогнать ужасные воспоминания того дня. Он не мог позволить себе сломаться. Не сейчас, не здесь. Его одноклассники уже знали, что он слаб, но он не хотел давать им еще больше поводов причинить ему боль. — Добро пожаловать на самый важный урок в UA! Думайте об этом как о «Героизме 101», — раздался голос Всемогущего по всему классу, заставив Изуку вздрогнуть. — Здесь вы узнаете основы того, как быть профессионалом, и что значит сражаться во имя добра. А теперь давайте приступим к сегодняшнему уроку! — герой принял одну из своих фирменных поз, держа карточку с надписью «Битва». Дикая ухмылка Каччана стала шире. — Боевая подготовка! — с нетерпением воскликнул он. Изуку нервно заëрзал на сиденье. — И один из ключевых аспектов того, чтобы быть героем — это… хорошо выглядеть! — когда Всемогущий указал на стену слева от них, с поверхности выскочили стеллажи с полками, на каждой из которых стояли ряды металлических портфелей. Их геройские костюмы. — Они были разработаны для вас на основе вашей регистрационной формы причуды и запроса на костюм, который вы отправили перед началом школы. Класс 1-А взорвался радостными криками, и Изуку никогда не испытывал большего желания забиться в нору и спрятаться. — Надевайте костюмы и встретимся на тренировочной площадке Бета! — громко приказал Всемогущий. Как и в первый день учебы, одноклассники Изуку вскочили со своих мест, чтобы схватить свои костюмы, прежде чем выскочить из комнаты. Всемогущий тоже быстро покинул комнату, к большому облегчению Изуку. Изуку вздохнул, смирившись со своей судьбой. Он понятия не имел, что будет дальше, но знал, что это, вероятно, закончится для него ужасно. Он схватил свой чемодан со стены и последовал за Шинсо в раздевалку. ----- Заперевшись в раздевалке, Изуку с волнительным опасением отпер металлический футляр для костюма. Настоящий геройский костюм — это то, о чем он мог только мечтать. За эти годы он перебрал множество идей для костюмов. Когда он был моложе, все его идеи для геройских костюмов, конечно же, были вдохновлены Всемогущим. Но с тех пор, как он переехал в квартал красных фонарей и случайно стал мстителем, Изуку решил стать подпольным героем, а это означало, что тёмные цвета будут лучшими. Изуку вытащил свой костюм, поразившись материалам, и быстро переоделся в него. Он молился каждому божеству, которое его слушало, чтобы Айзава не присматривался слишком пристально к сходству между «костюмом мстителя» Мотылька и его костюмом героя. Его костюм состоял из обтягивающего черного комбинезона из кевлара — материала, который был термостойким, амортизирующим и уменьшал урон от оружия, такого как ножи и пули. Поверх комбинезона он носил лëгкую серую куртку с капюшоном, которая также была сшита из кевлара. Куртка сочеталась с серыми брюками, которые заканчивались прямо над его наколенниками. Ему также выдали металлическую маску для лица, которая работала как противогаз и коммуникатор, чтобы он мог разговаривать без помощи рук с любым, кто был подключен к его сигналу. Чёрно-красные перчатки без пальцев дополняли его служебный пояс и обувь. Чтобы завершить наряд, Изуку попросил красные очки-забрала, не слишком отличающиеся от очков профессионального героя Ястреба, хотя собственные очки Изуку были более округлыми. Хотя Изуку был более чем доволен своим костюмом, больше всего его волновало его оружие. В качестве обновления его самодельного посоха бо, отдел поддержки сделал ему новый, гладкий, черного цвета. Как и его старый посох бо, он был складным и имел кнопку посередине, которая при нажатии отпускала пружину, чтобы вытолкнуть нож на одном конце, превращая его в своего рода копье. Вместо кабелей и проводов, которые Изуку удобством носил, была прочная красная веревка из металлического сплава и углеродных волокон, очень похожая на оружие захвата Сотриголовы. Она не двигалась так же, как шарф Айзавы, но всё ещё была достаточно прочной, чтобы сбить с ног злодеев и схватить их. Красная верёвка была обмотана вокруг его пояса, как лассо. Наконец, его многочисленные карманы и сумки были заполнены ассортиментом более мелкого оружия. Ножи всех видов, дымовые шашки и светошумовые гранаты. Одним из новейших дополнений к его арсеналу был набор длинных тонких ножей, которые выглядели как слишком острые вязальные спицы. Если бы он, скажем, ударил кого-то в бедро, это было бы чертовски больно, но не нанесло бы никаких смертельных повреждений. Теперь, в защиту Изуку, он понятия не имел, что Ластик вообще работал в UA, когда он отправлял свои формы запроса на костюм и оружие. Он не был полным идиотом, он знал, что его учитель мгновенно соединит точки между ним и Мотыльком, как только он вытащит свой посох бо или верëвку, особенно если Изуку использует тот же стиль боя, который Ластик видел у Мотылька в боях со злодеями и во время их тренировок на складе. Айзава уже сообщил им, что он посмотрит отснятый материал с урока по героизму, чтобы дать им обратную связь завтра. Это означало, что во время сегодняшней боевой тренировки Изуку придётся сражаться не только без причуды, но и почти без оружия, и ему нужно было изменить свой стиль боя настолько, насколько это возможно, чтобы избежать подозрений. Единственное, из-за чего ситуация могла стать ещё хуже, — это если бы его заставили выйти против Каччана. ----- Изуку пришлось сразиться с Каччаном. Боевая подготовка была простой. Было две команды по два человека. Одна команда была героями, а другая — злодеями. Злодеям давали несколько дополнительных минут, чтобы разместить гигантскую фальшивую бомбу где-нибудь в высоком городском здании, после чего у героев было десять минут, чтобы либо поймать обоих злодеев с помощью ленты захвата, либо прикоснуться к бомбе, чтобы победить. Если героев ловили или таймер заканчивался, злодеи побеждали. Каждый студент случайным образом вытягивал жребий, чтобы решить, кто будет его товарищем по команде и с какой командой он будет соревноваться. Изуку оказался в команде «А» с Ураракой, и, как и ожидалось, им пришлось сражаться с командой «D», в которую входили Каччан и Шинсо. Изуку и Урарака были героями, а Каччан и Шинсо — злодеями. Изуку не мог не поморщиться, когда Шинсо пришлось играть злодея, но более высокий парень, казалось, воспринял это спокойно. Если уж на то пошло, Шинсо выглядел более расстроенным из-за того, что ему пришлось объединиться с Каччаном. Первыми вышли команды «E», в которую входили Ашидо и Аояма, против команды «F», Сато и Кода. Всех остальных провели в комнату наблюдения, где они могли наблюдать за матчами с помощью видеонаблюдения. — Итак, похоже, теперь мы официально враги, — заявил Шинсо с ухмылкой. Изуку пожал плечами, всё ещё борясь со своей паникой из-за того, что его поставили в пару с Каччаном, и у него не было никакого оружия, чтобы защитить себя. — Полагаю, да. Теперь, когда у них было время, Изуку поближе рассмотрел геройский костюм Шинсо. Очевидно, он был вдохновлён костюмом Сотриголовы, но комбинезон Шинсо был глубокого, почти чёрного, фиолетового цвета. У него были чёрные налокотники и наколенники, которые сочетались с его чёрным поясом и перчатками без пальцев. Однако вместо оружия захвата был чёрный металлический голосовой модулятор, который в настоящее время висел у него на шее. — Тонко, — поддразнил Изуку. Шинсо толкнул его в плечо. — Заткнись. Я не знал, что Сотриголова будет нашим классным руководителем», — проворчал он. Изуку собирался бросить ему ещё одно ехидное замечание, когда его внимание привлек Всемогущий, который прочистил горло, давая знать о себе. — Могу ли я поговорить с тобой минутку, юный Мидория? — тихо спросил герой, стоя слишком близко к Изуку. Бросив быстрый нервный взгляд на Шинсо, который в ответ лишь пожал плечами, Изуку послушно последовал за героем в укромный угол комнаты. Изуку почувствовал, как его живот сжался в узел. Он был почти уверен, что Всемогущий не узнал или даже не помнил его, но разве он ошибался? Понимал ли герой, что Изуку был тем же жалким, беспричудным ребёнком, который спросил его, может ли он стать героем много месяцев назад? Всемогущий наклонился под углом девяносто градусов, чтобы встретиться с Изуку на уровне глаз. Изуку нашел бы это забавным, если бы не был напуган до смерти. — Я просто хотел дать тебе возможность посидеть во время этого упражнения, — прошептал герой. Изуку в замешательстве покосился на него. — Что... что вы имеете в виду? — заикаясь, пробормотал он. Всемогущий вздохнул. — Послушай, молодой человек. Героизм — очень опасная профессия для человека без причуды. Я не могу помешать тебе заняться карьерой героя, но я пойму, если ты слишком нервничаешь, чтобы участвовать в сегодняшнем боевом испытании, — заявил он, обращаясь к нему так, словно он был младенцем. Сердце Изуку упало. Он нисколько не удивился словам Всемогущего, по крайней мере, этот человек был последователен в своих суждениях, но Изуку надеялся, хотя бы немного, что принятие на геройский курс даст ему некоторый авторитет в глазах героя. Всемогущий, герой, на которого он так долго равнялся, чье присутствие в обществе подавляло страхи людей и заставляло злодеев дрожать в своих сапогах, теперь был просто напоминанием о слабости Изуку. Если герой номер один был непреклонен в том, что беспричудные не могут быть героями, то кто такой Изуку, чтобы подвергать сомнению эту логику? Всемогущий был Символом Мира, Изуку был просто жалким никем. Но… Но он должен был хотя бы попытаться, не так ли? Уровень смертности беспричудных был уже настолько высок, что если он умрёт на поле как герой, то, по крайней мере, умрёт с благородными намерениями. Во всяком случае, у него был шанс спасти кого-то перед этим. Изуку заставил себя посмотреть Всемогущему в глаза. — Я бы... я бы все равно хотел поучаствовать, сэр, — решительно сказал он. Всемогущий снова вздохнул и покачал головой, его фирменная улыбка слегка померкла. — Хорошо. Если это то, что ты хочешь сделать, молодой человек. Но пойми, что ты, скорее всего, получишь серьезную травму на сегодняшней тренировке, — герой выпрямился до своего обычного роста. — Желаю тебе удачи, — сказал он с ложным сочувствием. Чувствуя себя ещё менее воодушевлëнным боевой подготовкой, чем прежде, Изуку направился обратно к Шинсо, низко опустив голову, как наказанный щенок. — Ты в порядке? — спросил высокий подросток. — Да, — пробормотал Изуку. Шинсо прищурился, но не стал развивать тему.-------
— Команда «D», вы можете войти в здание и подготовить свое оружие. У вас есть пять минут, пока герои не будут выпущены на свободу и не начнется битва, — приказал Всемогущий. Шинсо одарил Изуку причудливой ухмылкой, прежде чем уйти готовиться к матчу. Каччан, с другой стороны, намеренно натолкнулся на Изуку, выходя. Блондин прищурил глаза, а его губы растянулись в рычании. — Ты труп, Деку, — прорычал он. Изуку не смог сдержать инстинктивный всхлип, вырвавшийся у него, его плечи прижались к ушам из-за привычного страха. Удовлетворенно усмехнувшись, Каччан вышел из комнаты наблюдения с высоко поднятой головой. Он привык к угрозам Каччана, и осознание того, что они не всегда были беспочвенными, заставило его кровь забурлить. Хотя он знал, что Каччан на самом деле не убьет его, если он захочет продолжить свою академическую карьеру на геройском курсе, взрывной блондин не колеблясь покалечил бы его, если бы ему предоставили шанс. Изуку не мог рассчитывать на вмешательство Всемогущего, поскольку герой, казалось, был уверен, что он в любом случае пострадает, и если Изуку будет ранен достаточно, чтобы остановить матч, это только ещё больше укрепит позицию Всемогущего по отношению к героям без причуд. У Изуку не было времени слишком глубоко погрузиться в свои мысли, так как Урарака радостно подбежала к нему с лучезарной улыбкой. — Эй, Мидория! Ты готов надрать задницу злодеям? — спросила она его, с энтузиазмом размахивая кулаками в воздухе. — У-ум, — Изуку честно не знал, как реагировать. Это был его первый разговор с ней один на один с тех пор, как его объявили беспричудным классу. Неужели ей действительно было все равно? Или она собиралась притвориться дружелюбной, чтобы в последнюю секунду отвернуться от него? — Мидория? — О! Э-э. Да, — наконец ответил он с нервной улыбкой. Не то чтобы она могла это видеть, так как его маска и очки закрывали большую часть его лица. — Отлично! Всемогущий дал каждому из нас карту здания, которую мы можем просматривать, пока ждём. Она довольно большая, но… мы должны запомнить план? — она провела пальцем по карте, сосредоточенно нахмурив брови. Изуку посмотрел на свою собственную карту. Хотя здание было большим, его планировка была невероятно простой. — Знаешь, — повернулась она к нему, — Всемогущий вживую ещё круче, не так ли? Я рада, что он не угрожает нам каким-то наказанием, как Айзава-сенсей. Мы можем расслабиться... Э-э, Мидория? Ты в порядке? — А? Д-да! Я в порядке, — пискнул он. — Ты уверен? Ты дрожишь, — небрежно заметила она. Он дрожал? Ага. Так и было. — Я в порядке, извини, — пробормотал он. — Просто немного нервничаю. — Это из-за Бакуго? — спросила она, и её голос смягчился. — Эм… — Потому что я заметила, что он был немного зол на тебя после того, как мы прошли тест на восприятие причуд. Вы двое знаете друг друга или что-то в этом роде? Изуку подавил нарастающую панику. — Что-то в этом роде... — Ну, не волнуйся! — Урарака решительно ухмыльнулась. — Победа нас в кармане! — Изуку в шоке посмотрел на неё. Она что, забыла, что у него нет причуды? Что происходит? — Ты не... ты не думаешь, что я просто буду тебя тянуть вниз? — спросил он нерешительно. Он снова посмотрел на карту, не в силах поддерживать зрительный контакт, поскольку его тревога резко возросла. Он не удивился бы, если бы преждевременно умер от сердечной недостаточности из-за постоянного быстрого биения. Урарака наклонила голову и моргнула. — Почему я должна так думать? Она говорила серьезно? — Потому что я беспричудный? — почти прошептал он, как будто произнесение этого слова громче могло причинить ему физическую боль. Урарака на мгновение замерла, задумчиво глядя на Изуку, пока в её глазах не мелькнуло понимание. — Не глупи! Мне все равно на все это! Мой дедушка был беспричудным, но он всё равно был одним из самых сильных людей, которых я знала! А еще он рассказывал лучшие шутки, — хихикнула она. — О, — только и смог сказать Изуку. — В любом случае, нам, вероятно, следует придумать план, как найти бомбу как можно быстрее, — сказала она, снова обращая внимание на карту. — П-правильно, — Изуку снова посмотрел на карту, анализируя различные возможные секции здания, где Каччан или Шинсо могли решить спрятать бомбу. Зная Каччана, он оставил бы Шинсо охранять оружие, пока сам пошёл бы за Изуку. — Эм. Я думаю, нам лучше всего будет разделиться, — нервно предложил он. Урарака задумчиво промычала — Ты уверен? — Да. Каччан захочет... захочет пойти за мной и оставит Шинсо с бомбой. Мы также не хотим тратить с-слишком много времени на её поиски. Я думаю... — Изуку указал на карту, — если ты сможешь подняться, я думаю, тебе следует начать поиск сверху, высматривая их в окнах, а я начну с земли. Таким образом, по крайней мере один из нас обязательно её найдет. — И даже если Каччан найдет меня, я, по крайней мере, смогу выиграть тебе немного времени, чтобы ты нашла бомбу и либо схватила Шинсо, либо обошла его и завладела оружием. Будь осторожна с его причудой, он может промыть мозги любому, кто ответит на его вопросы, —рассказывая о своей идее, Изуку не заметил, что его обычное заикание сменилось уверенным планированием. Урарака кивнула, убеждённая. — Это звучит как отличный план! — Изуку вздрогнул от удивления. — Это так? — Да! Просто предоставь Шинсо мне! — заверила она его. — Э-э. Хорошо, — пробормотал он. — Герои! Теперь вы можете идти в здание, чтобы задержать злодеев! — крикнул Всемогущий. ----- Как и планировалось, Урарака использовала свою причуду, чтобы подняться на вершину здания. Она использовала трещины и щели здания, чтобы подтолкнуть себя вверх, пока не оказалась на крыше. Оттуда она начала украдкой осматривать окна, медленно спускаясь. Изуку выпрыгнул через открытое окно на первом этаже, приземлившись на носки, чтобы не шуметь. Коридоры здания были длинными и узкими, и было бы трудно видеть за углами, что означало, что Каччан мог легко перехватить его на любом повороте. Первоначальная стратегия Изуку состояла в том, чтобы быстро и тихо пробраться по коридорам, заглядывая в открытые дверные проемы в надежде обнаружить бомбу. Однако он внезапно изменил план, когда заметил что-то, что не было отмечено на карте здания. Вентиляционные отверстия. Изуку обычно стеснялся своего роста. У него не только была генетическая предрасположенность к низкому росту, но и годы недоедания сильно затормозили его рост, и он вырос до ста двадцати восьми сантиметров. Но он не мог отрицать, что его небольшой рост иногда был полезен, например, когда ему нужно было протиснуться в вентиляционные системы, через которые обычный человек обычно не мог пролезть. Вентиляционное отверстие, о котором идет речь, располагалось у лестницы, что обеспечивало лёгкий доступ. Изуку не терял времени, используя одно из своих иглоподобных орудий, чтобы открутить крышку вентиляционного отверстия, прежде чем проскользнуть внутрь и вернуть крышку на место. Используя тягу подошв своих ботинок и ладоней перчаток, он легко смог проползти на животе через металлические вентиляционные отверстия. К его удовольствию, на потолке над каждой из комнат были вентиляционные отверстия, что означало, что он мог заглядывать в комнаты внизу, не будучи замеченным. Можно было бы предположить, что ползать по вентиляционным отверстиям будет медленнее, чем искать пешком, но поскольку ему не нужно было беспокоиться о том, что его увидят, весь процесс прошел гораздо быстрее, чем он ожидал. Помогло то, что планировка здания была простой, каждый этаж был структурирован совершенно одинаково. К счастью, ему не пришлось вести себя слишком тихо, поскольку яростные крики Каччана и его почти постоянные взрывы, пока он искал Изуку, создавали достаточно шума, чтобы заглушить его собственные. Он заканчивал третий этаж, когда коммуникатор в его ухе затрещал и ожил. «Приём, Мидория», — раздался сквозь помехи голос Урараки. — Я здесь, — ответил он, остановившись над пустой комнатой. «Я обнаружила бомбу! Она на четвертом этаже, во второй комнате от лестницы. Шинсо я не вижу, но он может прятаться где-то поблизости». — Понял, — ответил он, — я уже в пути. «Бакуго уже нашел тебя?» — Нет. Сейчас я перемещаюсь по зданию, используя вентиляции. Сейчас я на третьем этаже, и я почти уверен, что Каччан на первом. Я должен быть в состоянии выскочить на лестнице на четвертом этаже и добраться до тебя. «Идеально!» Сигнал отключился, и Изуку пополз так быстро, как только мог, к вентиляционному отверстию, из которого ему нужно было выбраться. Он не мог тратить время, пытаясь тихо открыть крышку, поэтому он повернулся и пинал крышку, пока она не отвалилась, приземлившись на землю с металлическим грохотом. Он не сомневался, что Каччан услышал громкий звук, поэтому ему пришлось двигаться как можно быстрее, чтобы добраться до Урараки до того, как Каччан доберется до него. Он спрыгнул с вентиляционного отверстия и помчался вверх по лестнице, благодарный за то, что подошвы его ботинок были мягкими, чтобы он мог оставаться тихим даже во время бега. В мгновение ока он оказался за пределами комнаты, о которой ему сообщила Урарака, но её нигде не было видно. Однако было слышно, как Каччан громко поднимается с первого этажа. Воспользовавшись случаем, Изуку выглянул в открытую дверь и увидел Шинсо, спокойно стоящего над пленëнной Ураракой. Изуку слышал, как Каччан приближается, поэтому он решил рискнуть и сразиться с Шинсо, прежде чем взрывной блондин успеет его догнать. Расправив плечи с притворной уверенностью, Изуку вошел в комнату, привлекая внимание Шинсо и Урараки. Урарака посмотрела на него с поражением. — Извини, Мидория. Шинсо застал меня врасплох, скопировав звук твоего голоса. Глаза Изуку метнулись к Шинсо, который ухмыльнулся. — Я использовал свои Персонные Аккорды, чтобы имитировать твой голос, и заставил это звучать так, будто ты ранен и просишь о помощи, — не рискуя ответить Шинсо голосом, Изуку проигнорировал его объяснения и приготовился в базовой боевой стойке. Однако и Шинсо, и Изуку на мгновение отвлеклись на яростный рёв, который разнёсся по всему зданию. — ДЕКУ! ТЫ, БЕСПРИЧУДНЫЙ КУСОК ДЕРЬМА! ВЫЙДИ И СРАЗИСЬ СО МНОЙ, ЧТОБЫ Я МОГ УБИТЬ ТЕБЯ! — закричал Каччан, его голос теперь звучал гораздо ближе. Паника поднялась в груди Изуку. Если он хотел хоть как-то прикоснуться к бомбе, ему нужно было действовать быстро, но он не был уверен в том, что задумал Шинсо, поскольку внимание высокого подростка было приковано к дверному проëму, из которого появился Изуку. Раздражëнная гримаса мелькнула на лице Шинсо, пока Каччан продолжал выкрикивать угрозы и оскорбления. Затем Шинсо сделал то, чего Изуку не ожидал. Он отошёл от бомбы. — О, нет, — протянул Шинсо с явной фальшивой обеспокоенностью, его лицо ничего не выражало. — Герой. Что я буду делать? Возможно, мне следует отказаться от злодейства и начать новую жизнь. Изуку уставился на него в замешательстве. Шинсо поднял бровь и кивнул головой в сторону теперь беззащитной бомбы. — Я должен столкнуться с последствиями своих действий и стремиться стать лучше, — продолжил он скучающим тоном. Изуку, всё ещё не уверенный, как реагировать, осторожно подошёл к фальшивой бомбе. Бросив последний озадаченный взгляд на своего друга, он коснулся оружия. Громкий зуммер раздался по всему зданию в ту секунду, когда его пальцы коснулись холодного металла фальшивой бомбы. «Оружие захвачено! Герои побеждают!» Прежде чем Изуку успел осознать, что, чёрт возьми, только что произошло, Каччан влетел в дверной проем, его лицо покраснело от гнева. Его ладони непрерывно испускали искры, а его зубы громко скрипели. В комнате было мертвенно тихо все десять секунд, пока Каччан не повернулся и не уставился на Изуку, намерение убить было написано на его лице. — Деку, — прошипел он. — Я убью тебя нахрен. Изуку съëжился, смертоносные волны, исходящие от Каччана, были почти видны. — Эй, Бакуго, — окликнул его Шинсо. — Что?! — рявкнул Каччан, не отрывая глаз от Изуку. — Почему ты называешь Мидорию «Деку»? — Потому что он... — глаза Каччана потускнели, верный признак того, что он находится под воздействием промывания мозгов Шинсо. — Боже, ты раздражаешь, — пробормотал Шинсо, закатив глаза. — Возвращайся в комнату наблюдения, — приказал он. Как и ожидалось, Каччан молча вышел из здания. Урарака и Изуку широко раскрытыми глазами посмотрели на Шинсо, который, в свою очередь, выглядел так, будто был готов вздремнуть. — Спасибо, — тихо сказал Изуку. Он подошёл к Урараке и отвязал её от ленты захвата, помогая ей подняться с пола, как только она освободилась. — Но, эм. Если ты продолжишь так промывать мозги нашим одноклассникам, разве это не заставит их бояться разговаривать с тобой? Шинсо выглядел не впечатлëнным. — Ты имеешь в виду страдающего запором померанского шпица и олицетворение инструкции по эксплуатации? — спросил он с ленивой ухмылкой. — Какой ужас. Урарака фыркнула и рассмеялась. — Я удивлена, что эти двое продолжают попадаться на твою причуду. — Люди, которые любят поговорить, как правило, самые неосмотрительные, — Изуку кивнул со вздохом, прекрасно зная, как сильно Каччан любит поговорить о себе и покричать на других людей. Все трое вместе отправились обратно в комнату наблюдения, и все это время Урарака пыталась извиниться перед Изуку за то, что её поймали. — Всё в порядке! — пытался он её заверить. — Это ты нашла бомбу. Если бы не ты, у нас, вероятно, не хватило бы времени на её поиски. — Да, но в итоге я всё равно не так уж много сделала, — возразила она. Изуку строго покачал головой. — Ты молодец, Урарака. Я имею в виду, что я тоже ничего не делал, только ползал внутри стен, — Урарака рассмеялась. — Ну, в конце концов мы победили! Вот что имеет значение. Шинсо нерешительно усмехнулся. — Пожалуйста. Изуку на мгновение замер, затем подозрительно прищурился и посмотрел на Шинсо. — Почему ты позволил нам победить? — спросил он. При этих словах ленивая ухмылка Шинсо превратилась в самодовольную улыбку. — Я просто хотел увидеть провал Бакуго. Изуку тихо рассмеялся. — У тебя могут быть проблемы из-за того, что ты бросил матч. — Может быть. Думаю, мы узнаем, — сказал высокий мальчик, открывая дверь в комнату наблюдения. Внутри было немного темно, и Изуку пришлось протереть глаза, чтобы привыкнуть к смене света. Когда он снова их открыл, то заметил Каччана, стоящего в углу, совершенно разъярëнного. Каччан не сделал ни единого движения, чтобы приблизиться, вместо этого он решил пронзить Изуку кинжалами. Изуку напрягся и спрятался за Шинсо, который, казалось, этого не заметил. — Хорошая работа, команда героев! — похвалил Всемогущий. — Однако, — герой повернулся к Шинсо, —юный Шинсо, почему ты сложил оружие, не дав отпор? Вы с юным Бакуго могли бы легко объединиться и победить юного Мидорию. Изуку переступил с ноги на ногу, чувствуя себя неуютно из-за того, как легко герой отмахнулся от его способностей. Всемогущий был прав, конечно, он никак не мог справиться с Шинсо и Каччаном в одиночку, особенно без своего привычного оружия. Но все равно было противно слышать это объявление перед классом. Шинсо пожал плечами. — Вы сказали нам принять позицию злодея, а злодеи часто могут быть непредсказуемыми, — утверждал он. — Никогда не думай, что знаешь, что сделает твой противник. — Э-э, — Всемогущий моргнул ему. — Ладно, — он кашлянул. — Ну, в будущем постарайтесь придерживаться ожидаемых целей учений. Это была боевая подготовка, но никто из вас не сражался. — Но сэр, — вмешалась Яомомо, — разве выполнение задачи с минимальными травмами и ущербом имуществу не является наиболее желательным результатом при поимке злодея? — Да! А Мидория был суперниндзя, пробирался через вентиляцию и был таким скрытным! — с энтузиазмом добавил Каминари. — Я бы никогда не подумал об этом. — Изуку почувствовал, как румянец заливает его щеки от неожиданного комплимента. Серо рассмеялся. — Чувак, ты бы всё равно не пролез в вентиляционные отверстия. Ты бы, скорее всего, просто застрял. — Ладно! Ну что ж, Всемогущий хлопнул в ладоши, пытаясь снова привлечь их внимание, — давайте двигаться дальше, ладно? Всё ещё используя Шинсо в качестве живой стены, чтобы спрятаться от Каччана, Изуку наблюдал, как остальные его одноклассники завершали упражнение, и некоторые сражения были более впечатляющими, чем другие. Когда все матчи были завершены, Всемогущий отпустил их с громким смехом и преувеличенной похвалой. Изуку был просто рад, что день почти закончился. Это был только второй день в школе, и всё же он чувствовал себя мертвым на ногах. Он практически мог слышать, как его футон зовет его обещанием сна.-----
День быстро подошёл к концу, дневные занятия Изуку прошли без дальнейших инцидентов. Каччан с готовностью проигнорировал его присутствие, не то чтобы Изуку жаловался, и остальные его учителя казались такими же милыми, как и те, кто был на его утренних занятиях. Изуку всё ещё не решался активно участвовать на уроках, но когда его вызвали, никто из его учителей не рассердился и не разозлился на его ответы. Цементосс-сенсей даже похвалил Изуку за его знание исторической западной литературы. Как только прозвенел последний звонок, возвещающий об окончании учебного дня, Каччан встал из-за стола и потопал из класса. Тодороки ушёл почти так же быстро. Однако остальная часть класса 1-A, похоже, не горела желанием уходить. — Эй, мужик! — Каминари подошёл к Изуку, который как раз собирал свою сумку. — Я должен спросить: ползание по вентиляции было похоже на те старые шпионские фильмы? — Эээ… — Изуку моргнул. — Наверное? Большинство вентиляционных отверстий, построенных в Допричудную эпоху, обычно не были достаточно прочными, чтобы выдерживать большой вес, так что эти фильмы не совсем реалистичны, — нервно ответил он. — Оооо, это имеет смысл. И все же, я уверен, ты чувствовал себя суперкруто! Даже твой костюм делал тебя похожим на секретного агента, — просиял блондин. — Спасибо? Как он должен был правильно на это отреагировать? Он привык, что над ним издеваются, смеются, его преследуют и бьют, а не втягивают в небрежные пустые разговоры. — Жаль, что мы не увидели, как ты сражаешься, — игриво надулся Киришима. — Я никогда не слышал, чтобы кто-то без причуды пытался стать героем. Мне очень любопытно посмотреть, как бы ты сражался в боевой ситуации, понимаешь? — Э-э... — Эй, эй! — вмешалась Ашидо. — Ты поэтому такой низкий? Я слышал, что люди были ниже ростом до того, как у всех появились причуды. Изуку опустил глаза в землю, румянец пополз по его затылку. Он чувствовал на себе слишком много глаз одновременно, и по его опыту это никогда не приводило ни к чему хорошему. — Так это правда? Ты правда без причуды? — спросила Хагакурэ. Изуку не заметил, как она присоединилась к группе, которая начала окружать его стол. — Ну... — Изуку опустил голову. — Да. Так и есть. — Я не хочу показаться подлым или что-то в этом роде, но не будет ли для тебя, типа, слишком рискованно быть героем? Я никогда раньше не слышал о герое без причуды, — Киришима пристально посмотрел на Изуку, как будто пытался разобрать его на части. Изуку чувствовал, как слёзы подступают к глазам. Все смотрели на него; он чувствовал себя животным, распростëртым на лабораторном столе, готовым к вскрытию. — Это потому, что Мидория будет первым героем без причуды, — заявил Шинсо, почти рыча. Благодаря своему росту, он легко мог раздвинуть растущую толпу, которая теснилась вокруг Изуку. — У кого-нибудь из вас есть с этим проблемы? — У меня, — заявил Иида, полуподняв руку в воздух. — Иида, — прошептала Урарака, предупреждая, но её мольбы остановиться остались неуслышанными. — Хотя у меня нет проблем с людьми без причуд, я считаю, что героизм — слишком опасная карьера для них. По крайней мере, тебе придется невероятно усердно работать, чтобы не отставать от курса, если ты хочешь достичь своей непрактичной цели, — объяснил он. Волна дискомфорта прокатилась по оставшейся части класса. Было ясно, что некоторые из его сверстников разделяли мнение Ииды, в то время как другие были полностью против. Изуку чувствовал себя разорванным, как будто его одноклассники играли в перетягивание каната, а его тело служило канатом. Комок образовался в его горле, как и слёзы, которые грозили вылиться из его глаз. Он не мог никому ответить, даже если бы хотел. — Ты прав, Иида, — сказала Яомомо, входя в неорганизованный круг, окружавший стол Изуку, мгновенно привлекая всеобщее пристальное внимание. Каждая мышца в его теле напряглась, и он боялся, что они лопнут, как резинка, растянутая слишком сильно. — Стать первым беспричудным героем — это опасная затея, полная трудностей, которые никому из нас никогда не придется испытать. Однако, — Яомомо повернулась к Изуку, одарив его мягкой улыбкой, — разве это не наш долг как его одноклассников — поддержать его во всем этом? — Его одноклассники переглянулись, потом взглянули на Изуку, потом снова на Яомомо. Она стояла в центре толпы, словно уважаемый политик. — Мы — следующее поколение героев, и наша обязанность — сделать мир лучше, чем он был до нас. Это включает в себя преодоление стигматизации ожидаемых социальных ролей, — Изуку мог видеть, как некоторые из его сверстников кивают в ответ на её слова. — На заре героинь отговаривали от этой карьеры по той же причине, что и Мидорию: её считали слишком опасной для группы людей, которые считались слишком слабыми. Но посмотрите, где мы сейчас. Хотя женщины всё ещё сталкиваются с трудностями в области героизма, мы сумели проложить свой собственный путь и спасти людей на этом пути, — заявила она. — Чёрт возьми, да! — обрадовалась Ашидо, а Урарака, стоявшая рядом с ней, энергично кивнула. Джиро ухмыльнулся. — Это правда. Как кто-то может смотреть на кого-то вроде Каминари и предполагать, что он будет лучшим героем, чем любая из девушек в этом классе. — Эй! — надулся Каминари. Яомомо улыбнулась выходкам класса. Изуку, с другой стороны, смотрел то на неё, то на остальных своих сверстников широко открытыми глазами. Он чувствовал себя так, будто его слепо бросили в какое-то альтернативное измерение. — То, что что-то никогда не было сделано раньше, не значит, что это невозможно, — провозгласила Яомомо. — Так что давайте поможем Мидории стать первым героем без причуды; давайте поможем ему войти в историю! После её последних слов по классу прокатился радостный крик. — Быть первым героем без причуды было бы так мужественно! — сказал Киришима с улыбкой, обнажив острые зубы. — Представляешь, как круто было бы сказать, что мы одноклассники первого в мире героя без причуды? — пошутил Каминари, прислонившись к столу Серо. Было ещё несколько учеников, которых слова Яомомо, похоже, не полностью убедили, например, Хагакурэ, Серо и Аояма, но они больше не смотрели на него с жалостью. Иида вздохнул и подошёл к Изуку с легким чувством вины. — Хотя у меня всё ещё есть сомнения, я должен признать, что, возможно, моя собственная предвзятость затуманивает мое суждение, и за это я приношу извинения. Изуку мог только смотреть на него, последние несколько минут оставили его совершенно безмолвным. — Как твой одноклассник и будущий герой, я сделаю все возможное, чтобы увидеть, как твои цели осуществятся, — Иида поклонился ему, прежде чем неловко собрать свои вещи и выйти из комнаты. Ликующий дух, наполнивший класс, начал успокаиваться, когда его одноклассники начали собирать свои вещи, готовясь отправиться домой на весь день. Некоторые похлопали Изуку по плечу, прежде чем уйти, а другие просто молча кивнули. В конце концов, класс опустел, за исключением Шинсо, Яомомо и его самого. Изуку ещё не произнес ни слова, его голова все еще кружилась от эмоциональных американских горок, на которых он не захотел прокатиться. Потому что, какого хрена? Яомомо повернулась к Изуку с застенчивой улыбкой. — Извини, если я перешла какие-то границы, мне очень не нравится, когда других недооценивают из-за общественных ярлыков, — вздохнула она. — Это то, с чем я сталкивалась большую часть своей жизни, хотя и не в такой степени, как ты, я полагаю, — Изуку, всё ещё пребывая в растерянности, едва мог придумать связный ответ. Шинсо усмехнулся и закатил глаза. — Просто дайте ему минутку. Он как компьютер, который нужно перезагрузить, когда он перегружен, — подразнил высокий мальчик. — Эй! — наконец пискнул Изуку. — Я ошибаюсь? — Шинсо с усмешкой выгнул бровь. Изуку взволнованно замахал руками. — Нет точного руководства о том, как реагировать на такие вещи! — возразил он, что лишь заставило Яомомо и Шинсо обменяться удивлёнными взглядами. Изуку попытался вернуть себе хоть какое-то подобие гордости, но безуспешно, пока они втроем убирались в классе, прежде чем выйти. Они расстались у ворот школы: Яомомо запрыгнула в ожидавший еë лимузин, Шинсо пошел домой, а Изуку направился на вокзал. Именно по дороге домой, в первый период тишины, который наступил с того утра, Изуку наконец позволил себе вздохнуть спокойно. Определённо были некоторые негативные моменты, особенно в отношении Каччана и Всемогущего, но по сравнению с его ранними школьными годами? Сегодня всё прошло на удивление хорошо. Изнурительно, но хорошо. Он всё ещё с нетерпением ждал, когда упадет второй ботинок, когда коврик выскользнет из-под его ног, но до тех пор Изуку позволил своим плечам облегченно опуститься. Может быть, UA будет другой. Может быть, она будет лучше. Если бы только у Изуку была какая-нибудь способность предвидения.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!