Часть 22 Universal Studios Japan Part 1

Хитоши: эй, где ты? не видел тебя в раздевалке Изуку: Прости! Я пришёл в школу пораньше. Я уже в своём геройском костюме. Хитоши: круто но ты не ответил на мой вопрос Изуку: О! Я в автобусе. Хитоши: ??? нет тебя тут нет? Я уже снаружи с Айзавой-сенсеем и половиной класса. Иида кричит о том что надо сидеть по порядку или что-то в этом роде Изуку: Нет, извини, я ВНУТРИ автобуса. Хитоши: хочешь уточнить? Изуку: Не особо. Обойди автобус и перейди на другую сторону. … Ты намеренно неправильно ставишь знаки препинания? Хитоши: ~*не говори мне, что делать*~ ----- У Изуку была проблема, и эта проблема пришла в виде его классного руководителя. После его неудачно рассчитанной панической атаки стало ясно, что Айзава теперь невероятно подозрителен по отношению к его психическому здоровью. Герой по сути загнал его в угол и потребовал показать ему руки, предполагая, что Изуку вредил себе во время панической атаки Если бы не спасительная благодать школьного звонка и начала дневных занятий, Изуку, вероятно, исключили бы и отправили неизвестно куда. Но вопрос о том, что Айзава хочет «закончить их разговор», все еще оставался насущным, и Изуку понятия не имел, как выбраться из этой несправедливой ямы. Это означало, что пока он не найдет решение, он не мог дать Айзаве шанс поговорить с ним наедине. Вот почему Изуку оказался в кампусе неоправданно рано, планируя переодеться в свой геройский костюм и найти место, где можно спрятаться до последней минуты. И всё это ради того, чтобы не столкнуться один на один с Айзавой Солнце только-только начало подниматься на небо, ярко-оранжевый свет прорезал нежно-голубой цвет в ранние часы утра. Было не совсем темно, но и не так светло, как в полдень, отсутствие света только делало почти пустой кампус UA еще более жутким. Находиться на территории кампуса школы в нерабочее время было так же неприятно, как идти по длинному, тускло освещëнному коридору или посещать пустую игровую площадку, замаскированную густым туманом. Это сопровождалось странным чувством беспокойства. Но это может быть просто проявлением его паранойи. Изуку осторожно и тихо проскользнул через коридоры главного здания, надеясь, что если Айзава был на территории кампуса, то он был в учительской. К счастью, Изуку без происшествий добрался до раздевалки. Схватив свой геройский костюм, который уже был заранее спрятан в его шкафчике, он быстро переоделся из школьной формы в свой удивительно удобный костюм. В качестве бонуса за то, что он был на территории кампуса в неурочное время, Изуку не нужно было переодеваться в кабинке. Это была маленькая свобода, но он с радостью бы ею воспользовался. Завязывая шнурки на ботинках, Изуку внутренне спорил с собой, стоит ли ему брать с собой посох бо и верëвку. У простой верëвки было меньше шансов того, что она ассоциируется с Мотыльком, но посох бо выдал бы его с потрохами. Он оставил его во время боевого испытания, но понятия не имел, что ждет его класс во время сегодняшней вылазки. К счастью, его посох бо был складным, и он крепился к ремню на левом бедре. Пока он не вытянет его полностью, никто не обратит на него внимания. Изуку очень сомневался, что воспользуется им, слишком опасаясь, что Айзава станет еще более подозрительным, но на всякий случай не помешает взять его с собой. Убрав последнее оружие и положив теперь уже пустой футляр для костюма обратно в шкафчик, Изуку был готов перейти ко второй фазе своего плана: найти место, где можно спрятаться, где его не найдет Айзава. Герой не дал им никаких инструкций, кроме как встретиться с ним снаружи у автобуса. Из того, что он помнил, на парковке было не так уж много мест, где можно было спрятаться, и если только он не мог магическим образом превратиться в транспортное средство, чтобы спрятаться на виду... Стоп... ----- Хитоши вздохнул, стоя в ожидании на парковке у автобуса. Большая часть его класса уже приехала и обсуждала между собой экскурсию, строила догадки о том, что они будут делать. Иида пытался, и не смог, выстроить всех в порядке, основанном на их номере класса. Ни один человек не обратил внимания на указания классного руководителя, и Хитоши почти почувствовал себя плохо. Почти. Он подавил зевок и потер остатки сна с глаз. Какого черта существует утро? Честно говоря, если бы он когда-нибудь встретил человека, который придумал идею раннего утра, он бы устроил ему кулачный бой на месте. Пробуждение до полудня не может быть полезным для человеческого организма. С преувеличенным выдохом Хитоши пошарил в кармане комбинезона в поисках телефона. Он отправил сообщение Изуку несколько минут назад, когда заметил, что коротышка не был в раздевалке, но и не ждал у автобуса. Он не мог себе представить, чтобы Изуку опоздал на урок, учитывая его почти осязаемую тревогу и его нынешний рекорд — быть одним из первых в классе каждый день. Изуку ответил ему, заявив, что он уже на территории кампуса. Хитоши быстро оглядел парковку, думая, что, возможно, он просто проглядел своего крошечного коллегу, но никаких зеленых кудрей он не заметил. Изуку тогда заявил, что уже внутри автобуса,что было невозможно. Автобус даже еще не открылся. Подождите, что он имел в виду под словом «внутри» ? Наконец, Изуку сказал ему обойти автобус и перейти на другую сторону. Какого черта он был на другой стороне автобуса? Он что, прятался? Он явно не собирался получать более четких ответов от Изуку, поэтому Хитоши положил телефон в карман и последовал данным ему указаниям. Но когда он обошел автобус, там больше никого не было. Хитоши собирался просто позвонить низкорослому подростку, когда металлический лязг, доносящийся со стороны автобуса, привлек его внимание. Хитоши прищурился и медленно подошёл к большому транспортному средству. Без дальнейшего предупреждения дверь в один из внешних отсеков хранения открылась вниз, открывая Изуку в его геройском костюме, удобно сидящего внутри, как будто это было одно из его обычных мест тусовки. Зная Изуку, это была определенная возможность. «Привет!» — прошептал невысокий мальчик, словно это было совершенно нормально, когда кто-то прятался под автобусом. Его капюшон был опущен, очки заправлены в волосы, удерживая кудрявую челку подальше от глаз, а маска свободно висела на шее. Без чего-либо, что могло бы прикрыть его лицо, Хитоши мог видеть звездные веснушки, покрывающие его щеки. Единственное, что выглядело неуместно на мальчике с глазами лани, — это глубокие синяки под глазами, как будто он не спал несколько недель. Хитоши, к сожалению, мог понять. Изуку наклонил голову и сморщил нос, выглядя как невинный котенок. Если взгляды могли убивать, то тот, что украшал лицо Изуку, мог быть смертельным, если правильно его использовать. Надеюсь, Изуку никогда не обнаружит, какую власть он может иметь над другими людьми, просто сверкая своими изумрудными глазами и выпячивая дрожащую нижнюю губу. Одна только мысленная картина этого заставила сердце Хитоши сжаться. Между тем, он был похож на ходячее пугало с кофейной зависимостью. «Эй, Изуку?» "Да?" «Что за фигня?» У Изуку хватило наглости просто моргнуть. Закатив глаза, он расширил свой вопрос. «Почему ты сидишь в багажнике автобуса в ранний час утра?» «Тренировка», — ответил он, не теряя ни секунды. Хитоши поднял бровь и жестом попросил его объяснить подробнее. «Ну, как ты уже знаешь, я хочу стать подземным героем, поэтому мне нравится как можно больше практиковаться в скрытности». «А прятаться под автобусом полезно... как именно?» Изуку пожал плечами. «Я хотел посмотреть, смогу ли я пройти мимо Айзавы-сенсея так, чтобы он не заметил меня до последней минуты». Хитоши усмехнулся. «Ты хочешь сказать, что просто хотел продолжить свою экспедицию, чтобы посмотреть, в какое количество маленьких пространств ты можешь втиснуться?» Изуку надул щеки. «Это неправда!» Он ухмыльнулся и покачал головой. «Как скажешь, космический кадет». Хитоши бросил быстрый взгляд на другую сторону автобуса и заметил, что приближается последний из их одноклассников, что означало, что они скоро уйдут. «Мы собираемся сесть в автобус, и я сомневаюсь, что Айзава-сенсей был бы рад увидеть, как один из его учеников играет безбилетника». Хитоши оглянулся на своего друга, ожидая, что тот улыбнется или закатит глаза в ответ на его шутку, но вместо этого на лице Изуку промелькнуло выражение страха, прежде чем мальчик исправил свое выражение. Странно. «Э-э, п-правильно!» Изуку вылез из отсека для хранения и запер дверь. «Как ты думаешь, Иида был серьёзен насчет… насчет рассадки?» — спросил Изуку, заикаясь. Заикание, которое постепенно уменьшалось всякий раз, когда он разговаривал с Хитоши. Странно... Хитоши решил не давить. Изуку, вероятно, просто беспокоился, что его затолкают в автобус со всем классом, или нервничал из-за того, что они будут делать на экскурсии. Он слегка пожал плечами. «Не знаю. Неважно, в любом случае, мы все равно будем сидеть рядом». Напряжение заметно спало с плеч подростка поменьше. «О, точно!» Они появились на другой стороне автобуса, чтобы присоединиться к остальной части своего класса. Несколько их сверстников бросили на них смущённые взгляды, но Изуку не заметил, а Хитоши было все равно. Проигнорировав тщательно составленную Иидой схему рассадки — которая в конечном итоге оказалась бессмысленной, поскольку автобус имел открытую планировку — класс с шумной болтовней зашëл в автобус. Изуку сел с правой стороны автобуса на самое дальнее сиденье спереди, а Хитоши послушно сел рядом с ним. Киришима сел с другой стороны Хитоши, за ним следовал Каминари. Напротив них сидели Асуи, Серо, Джиро и Яойорозу. Остальная часть класса, включая Бакуго, слава богу, сгрудилась сзади. Айзава расположился спереди, встав возле двери. «Вы все успели вовремя», — сухо заметил Айзава. «Продолжайте в том же духе, и, возможно, вы закончите учебу. Целью нашей сегодняшней поездки станет спасательная подготовка в сопровождении Всемогущего, меня и еще одного героя. Мы сосредоточимся на стихийных бедствиях, кораблекрушениях и других сценариях». Хитоши чувствовал бурлящее волнение своих одноклассников. Он и сам не мог не чувствовать себя немного взволнованным. «Мы скоро будем там. Постарайтесь не сломать автобус за это время», — вздохнул Айзава. Автобус взревел, оживая, и они выехали со стоянки на главную дорогу. Хитоши взглянул на Изуку, желая спросить его, кто, по его мнению, будет третьим героем, но остановился, заметив, что его друг напрягся рядом с ним и опустил голову. Хитоши слегка нахмурился от внезапной перемены в поведении. Для Изуку не было ненормальным так замолчать, но обычно это было вызвано чем-то; чаще всего Бакуго. Хитоши перевел взгляд на своего взрывного товарища, но он был занят выкрикиванием угроз Каминари, который подстрекал его. Каминари был либо очень храбрым, либо очень глупым. Это еще предстояло определить. Значит, не Бакуго. Он оглядел остальную часть автобуса, выискивая что-нибудь, что могло бы заставить Изуку внезапно занервничать, но никто даже не смотрел в их сторону, кроме... Хитоши заметил Айзаву, который очень ясно смотрел на Изуку. Не в гневе, а с какой-то другой эмоцией, которую он не мог точно определить. Несмотря на это, Изуку съёжился под взглядом учителя, его руки нервно теребили край куртки. В конце концов, Айзава отвернулся, чтобы посмотреть на остальных своих учеников, но его глаза всегда возвращались к Изуку. Он знал, что Изуку всегда чувствовал беспокойство рядом с учителями по причине, которую он еще не понимал, но это было другое. Его друг вел себя как ребенок, которого наказывали. Айзава отругал его или что-то в этом роде? Когда? И за что? Единственное, что он мог вспомнить, это когда он оставил Изуку с Айзавой вчера после его панической атаки, но наверняка их учитель не рассердится на него за это. Как бы то ни было, опасения Изуку объясняют, почему он спрятался от Айзавы в багажнике автобуса и попытался представить это как тренировку по скрытности. Теперь он ничего не мог с этим поделать. Он попытается поднять этот вопрос позже, во время обеда или еще где-нибудь. Тем временем Хитоши немного наклонился, пока его рука не коснулась плеча Изуку в знак молчаливой поддержки. Остальная часть поездки на автобусе прошла мирно, в остальном. Ну, если не обращать внимания на тирады Бакуго и крики Ииды, призывающие всех вести себя цивилизованно. В конце концов автобус въехал на парковку куполообразного здания. Казалось, кто-то перевернул гигантскую миску. «Все смотрите, мы здесь», — объявил Айзава, когда автобус остановился. Как только дверь распахнулась, все выскочили со своих мест и столпились на парковке. Хитоши и Изуку подождали, пока все остальные выйдут из автобуса, прежде чем они в конце концов последовали за ними, не желая, чтобы их затоптали их слишком рьяные одноклассники. Когда все были учтены, Айзава молча провел их в здание через ряд больших дверей. Никто не мог сдержаться и не ахнуть, когда увидел то, что находилось внутри купольной конструкции. Слева были скалистые горы и полуразрушенные здания, а справа — большой бассейн с водой и целым кораблем. Хитоши был почти уверен, что он также увидел водную горку. Внутри также было несколько куполов поменьше, один был красным с огненным узором, а другой — синим с декоративными грозовыми облаками, нарисованными на нем. «Это похоже на целый парк развлечений», — пробормотал он. Он посмотрел на Изуку, который только кивнул в ответ, его рот слегка приоткрылся, когда он осматривал местность со звездами в глазах. Все были настолько отвлечены осмотром достопримечательностей, что большинство не заметило новую фигуру, идущую впереди группы, вставшую между ними и лестницей. Хитоши тоже не заметил, пока Изуку не ткнул его локтем в ребра, чтобы привлечь его внимание. «Это героиня космоса, Тринадцать! Благородная профессионалка, которая спасла кучу людей от катастроф по всему миру!» — громко прошептал Изуку. Самая широкая улыбка, которую Хитоши когда-либо видел у него, растянулась на его лице, отчего веснушки выступили выше на щеках. Он подпрыгивал на цыпочках от волнения, как маленький ребенок, которому только что сказали, что у него будет щенок. Это было умилительно. «Привет всем! Я ждала вас!» — бодро крикнула Тринадцатая. Тот, кто не знал о ее присутствии, теперь, конечно, знал, и вскоре Изуку был не единственным, кто ëрзал от волнения. Урарака выглядела так, будто собиралась случайно заставить себя полететь от чистого восторга. «Как вы видите позади меня, на объекте есть множество зон, которые имитируют различные стихийные бедствия: кораблекрушение, пожар, ураган и так далее». Тринадцатая развела руки, указывая на зоны бедствия позади нее. «Я создала этот учебный объект, чтобы подготовить вас к столкновению с многочисленными типами бедствий, с которыми вы можете столкнуться в своей героической работе. Я называю его сокращенно USJ». Пока все оживленно разговаривали друг с другом, Хитоши заметил, что Айзава наклонился, чтобы что-то прошептать Тринадцатой. Единственное слово, которое он смог разобрать, было имя Всемогущего, за которым последовало раздраженное выражение на лице их учителя. Тринадцатая покачала головой и подняла три пальца. Айзава разочарованно вздохнул, прежде чем вернуться в класс. «Как видите, Всемогущего здесь нет. Из-за некоторых… геройских обязанностей, которые его задерживают, он, скорее всего, не появится до конца обучения». «О, чувак», — заныла Ашидо, — «Я так хотела увидеть его в действии!» «Облом», — вздохнул Серо. Айзава проигнорировал жалобы класса и продолжил. «Нет смысла тратить время на его ожидание. Так что давайте начнем». «Превосходно!» — воскликнула Тринадцатая. «Прежде чем мы начнем, позвольте мне сказать только одну вещь! Ну, может быть, две вещи. Возможно, три? Четыре. Или пять. В любом случае-» Класс внимательно слушал, как Тринадцатая произносила речь о том, насколько полезными, но в то же время разрушительными могут быть причуды. Несмотря на то, что некоторые люди могли подумать, причуда Хитоши была не самой смертоносной, поэтому он лишь вполуха слушал речь космического героя. Взглянув рядом с собой, он увидел, как глаза Изуку блуждают по зданию, скорее всего, игнорируя лекцию, которая никак не была связана с ним, поскольку он был без причуды. Пока Тринадцатая заканчивала свое представление, Хитоши почувствовал внезапную дрожь по спине. Волосы на затылке встали дыбом, а давление воздуха внезапно стало тяжелее. Снова взглянув на Изуку, было очевидно, что он тоже заметил внезапную перемену в атмосфере. Его спина была прямой, а руки были крепко сжаты в кулаки, как будто он готовился к драке. Что-то было не так. ----- Изуку не мог не отфильтровать речь героини, слишком отвлечëнный всеми этими различными зонами бедствий. Он был вынужден согласиться со сравнением Хитоши и Каминари, USJ действительно выглядел как один гигантский парк развлечений, и Изуку не хотел ничего, кроме как исследовать каждый дюйм этого места. Внезапно его энтузиазм сменился кольцами страха, которые скрутили его живот. Изменение было настолько резким, что он чуть не потерял равновесие. Воздух наполнился статикой, и его охватило острое чувство неправильности. Изуку не был чужд этому чувству, поскольку это был инстинкт, который он развил со времен жизни в квартале красных фонарей. Это было внутреннее чувство, похожее на сигнал тревоги, кричащее ему о том, что должно произойти что-то ужасное. Не думая, Изуку схватил Хитоши за рукав, даже не взглянув на высокого подростка. Он окинул здание более критическим взглядом, выискивая признаки любой возможной угрозы. Вот тогда он это и увидел. Тошнота крепко схватила его, когда он увидел маленькую точку, образовавшуюся перед фонтаном с водой, который находился в центре учебного центра. Фонтан зашипел, а точка превратилась в большой фиолетовый вихрь, давление воздуха становилось все сильнее. Изуку поморщился от слов, невольно сорвавшихся с его губ, паника, вызванная неизвестной угрозой, вернула его к мышлению мстителя. «Сотриголова!» Глаза Айзавы метнулись к нему, едва заметное выражение шока отразилось на его чертах, прежде чем герой заметил, что Изуку смотрит куда-то через плечо. Следуя за взглядом Изуку, все тело Айзавы напряглось, когда он увидел закручивающийся вихрь. Его учитель открыл рот, чтобы что-то сказать, но его прервал взрыв света над головой, осколки стекла посыпались вниз, словно сверкающий снег. Вихрь внезапно расширился, словно ненасытный огонь из черного и фиолетового пламени, и Изуку, затаив дыхание, наблюдал, как из него появилась человеческая рука. Это был портал. Скорее всего, сделанный из чьей-то причуды, но ни у кого из тех, кто должен был отправиться на экскурсию, не было такой причуды. Что означало, что это было вторжение. «Держитесь вместе и не двигайтесь! Тринадцатая, защищай учеников», — приказал Айзава, его рука уже тянулась к оружию захвата, готовясь к бою. «Ого, что происходит? Тренировка уже началась?» — нерешительно спросил Киришима, когда из портала высыпал не один, а десятки людей. В центре всего этого был молодой человек, его руки были прикреплены к его конечностям и закрывали его лицо. Взгляд на этого человека только усилил чувство беспокойства Изуку. Что-то в его походке, небрежно прогуливаясь среди хаоса, заставило Изуку задуматься, не он ли лидер. «Отойди!» — резко рявкнул Айзава, заставив Изуку вздрогнуть от его резкого тона. Айзава надел свои желтые очки, и Изуку понял, что их классного руководителя теперь заменил профессиональный герой Сотриголова. Это было серьезно. «Это реально», — прорычал он, «это злодеи». Его одноклассники вздохнули и зашептались от беспокойства, паника наполнила воздух. Изуку чувствовал, как Хитоши напрягся рядом с ним. Если бы не многочисленные встречи со злодеями, с которыми он сталкивался раньше, Изуку, скорее всего, нервничал бы так же. Он все еще был невероятно взволнован — конечно, он был, злодеи появлялись толпами, чтобы предположительно напасть на его класс — но, как и вчера во время тревоги о вторжении, Изуку чувствовал себя оторванным от реальности. Его голова затуманилась от нервирующего спокойствия, и он чувствовал себя зрителем, наблюдающим за собой и ситуацией со стороны. Чувство только усилилось, когда гигантский, похожий на птицу гуманоид шагнул из тумана и встал прямо рядом с мужчиной, покрытым руками. Изуку не был уверен, откуда он это знает, но что-то внутри него подсказывало ему, что это не человек, и эта мысль ему не нравилась. «Согласно расписанию, которое попало к нам, Всемогущий должен быть здесь». Из тумана появились два туманных желтых шара. Изуку догадался , что это его глаза . Айзава цокнул. «Так это вы использовали прессу, чтобы организовать взлом». Это был не вопрос. «Где он?» — завизжал человек. «Мы прошли через трудности, приведя столько друзей, чтобы встретиться с ним, вы знаете. Но символа мира здесь нет». Он начал чесать шею, и без того раздражëнная кожа покраснела и шелушилась. «Может быть, если я убью несколько детей, он выйдет поиграть». Изуку инстинктивно встал в боевую стойку. «Я не понимаю, почему здесь так много злодеев и как они попали на охраняемый объект UA?» — дрожащим голосом спросил Киришима. «Верно», — Яомомо шагнула вперед. «Тринадцать, почему не срабатывает сигнализация?» «Хороший вопрос, но я не уверена», — спокойно ответила космическая героиня. Глаза Тодороки сузились. «Возможно ли, что весь кампус подвергся нападению? Или это их единственная цель?» «Неважно», — услышал Изуку свой голос вдалеке, — «потому что в любом случае, если датчики тревоги не срабатывают, то у одного из злодеев должна быть причуда, которая скрывает их присутствие здесь или блокирует любой сигнал, который мог бы оповестить главный кампус». «Да? Ну, они идиоты, раз думают, что им сойдет с рук нападение на UA!» — решительно заявил Каминари. Тодороки покачал головой. «Не совсем. Они, возможно, дураки, раз верят, что могут уничтожить школу, полную профессиональных героев, но они это продумали. Они намеренно решили атаковать здесь, в изолированном месте. Они это спланировали, а значит, у них должна быть конкретная цель». Изуку поймал себя на том, что кивает в ответ на слова Тодороки. Айзава встал впереди группы. «Тринадцатая, выведи всех отсюда и найди способ оповестить главный кампус. Хотя, если они каким-то образом заблокировали наши датчики, то они могут также заглушить наши обычные средства связи», — осторожно сказал он. «Каминари, попробуй использовать свою причуду, чтобы связаться со школой». Не дожидаясь ответа, Айзава приготовился прыгнуть. Волна паники пронзила диссоциативный туман Изуку при мысли о том, что он прыгнет в рой злодеев в одиночку. «Подожди!» — крикнул он, — «тебе не следует сражаться с ними в одиночку, их слишком много! Твой стиль боя лучше всего подходит для скрытных атак и схваток один на один!» Изуку увидел, как Айзава замешкался, герой посмотрел на него через плечо с выражением нежелания. Не так, чтобы он выглядел испуганным, но было похоже, что Айзава не хотел оставлять своих учеников. «Ты не можешь быть профессионалом с одним лишь набором навыков», — твердо заявил Айзава. «Я предоставлю это тебе, Тринадцатая», — сообщил он, прежде чем спрыгнуть с платформы, спускаясь по лестнице, а его захватное оружие вертелось вокруг него, как разъярённая змея. Изуку пришлось удержаться, чтобы не прыгнуть за ним, но он знал, что в итоге только помешает. У злодеев, находившихся прямо у подножия лестницы, не было ни единого шанса против Сотриголовы, и за считанные секунды полдюжины из них выбыли из боя. Изуку почувствовал, как кто-то дëрнул его за руку. «Изуку! Нам нужно идти!» — потребовал Хитоши, таща Изуку за собой, пока они следовали за Иидой обратно ко входу в USJ. Бросив последний нерешительный взгляд на своего учителя, Изуку повернулся и побежал, следуя за своими одноклассниками обратно к главным дверям. Однако они не успели уйти далеко, так как на их пути материализовался человек с причудой портала, используя свое туманное тело в качестве преграды. Тринадцатая резко остановилась и жестом велела Изуку и его классу сделать то же самое. «Тебе некуда бежать», — раздался тихий голос злодея. «Мы — Лига злодеев. Я знаю, это невежливо, но мы решили напроситься в этот рай правосудия, чтобы поздороваться. И, кроме того, разве это не подходящее место для Всемогущего, символа мира, чтобы сделать свой последний вздох?» Злодей прищурил глаза. Страх, исходивший от одноклассников Изуку, был ощутим. «Я думаю, он должен был быть здесь сегодня, но его нет». Всемогущий. Конечно, они были здесь ради Всемогущего. Портальный злодей раскинул свое тело шире, широко раскрыв похожие на руки придатки. «А, ну, в конце концов, полагаю, это неважно. Мне еще предстоит сыграть свою роль», — низкий голос почти хихикал. Краем глаза Изуку видел, как Каччан и Киришима приготовились наброситься на злодея. Изуку хотел крикнуть им, чтобы они остановились, подождали, пока они точно не узнают, на что способен злодей, но слова замерли у него в горле. Прежде чем злодей успел закончить свой монолог, Киришима и Каччан подпрыгнули в воздух, смешав закалëнные конечности и потные взрывы. Изуку пришлось прикрыть глаза от облака поднятой пыли и дыма, которые покрыли последствия попытки атаки. «Ты думал, мы просто будем стоять и позволять тебе разорвать это место на куски?» — бросил Киришима с ухмылкой. Рядом с ним Каччан опустился и нахмурился. Как только дым и обломки рассеялись, Изуку не удивился, увидев, что злодей не пострадал. Вместо этого фиолетовый туман только усмехнулся в веселье, и если бы у него был видимый рот, Изуку был уверен, что он бы улыбался. «Я вижу, что вы, ученики, оправдываете репутацию своей школы, но вам следует быть осторожнее, дети, иначе кто-то может пострадать». Фиолетовый туман превратился в подобие человека. «Я разбросаю вас по всему зданию, чтобы вы встретились со своими товарищами... и вашей смертью!» Инстинктивно Изуку вцепился в руку Хитоши, и высокий парень сжал ее так же крепко. Фиолетовый туман накрыл его класс, словно пылевая буря, поднятая сильным ветром. Было невозможно ничего увидеть, а давление воздуха вокруг него было тяжелым. Изуку внезапно почувствовал, как земля под ним уходит из-под ног, пока не осталось ничего твердого, что удерживало бы его в вертикальном положении. Он потерял чувство направления, не имея представления о том, что находится вверху или внизу, без всякого чувства гравитации. Это было похоже на то, как если бы на него подействовала причуда Урараки с завязанными глазами. Внезапно гравитация вернулась, потянув Изуку вниз с выворачивающей живот скоростью. Черный туман, который мешал ему видеть, сменился обширным синим. На какой-то дезориентирующий момент он подумал, что падает вверх к небу, но в самую последнюю секунду понял, что ныряет в водоем. Осознание этого дало Изуку достаточно времени, чтобы задержать дыхание, прежде чем его тело коснулось поверхности. Изуку потребовалось несколько секунд, чтобы привыкнуть к удару, и еще несколько секунд, чтобы заметить, что он все еще держит руку Хитоши в своей. Моргая мимо течения воды, размытая фигура Хитоши прорезалась сквозь градиентную синюю окраску, окружавшую их. Он едва мог различить настойчивый сигнал рукой Хитоши, подросток указывал туда, где, по мнению Изуку, была поверхность. Кивнув головой, они отпустили руки друг друга и начали плыть вверх. Их согласие было прервано водой, яростно движущейся вокруг них. Изуку резко повернул голову в сторону движения воды и замер, увидев фигуру человека, похожего на акулу, плавающую кругами вокруг них. Паника заставила его мышцы сжаться, и он хотел внутренне закричать себе, чтобы двигаться, тянуться за ножом, своим посохом бо, чем-то еще. Но прежде чем он успел бесцельно схватиться за оружие, толстый материал, похожий на верëвку, обмотался вокруг его талии и талии Хитоши, потянув их вверх с головокружительной скоростью. Как только они вынырнули на поверхность, Изуку ахнул. Он не осознавал, насколько сильно его легкие голодали по кислороду, но теперь он чувствовал, как они горят в его груди, когда он жадно глотал воздух. Он слышал, как Хитоши рядом с ним делал то же самое между мокрым, хриплым кашлем. Веревочная штука, которая была вокруг них, не перестала тянуть их вверх, даже после того, как они выбрались из воды. Со странной точностью Изуку и Хитоши взмыли в воздух, прежде чем они оба приземлились влажной кучей на какую-то твердую поверхность. Сделав еще несколько кашлей, чтобы прочистить легкие, Изуку сморгнул воду с глаз. «Вы двое в порядке?» — услышал он хриплый голос над собой. Когда его зрение наконец прояснилось, Изуку увидел Асуи с выражением беспокойства на лице. Рядом с ней был такой же мокрый Каминари, который все еще казался немного ошеломлëнным. Он слышал, как Хитоши стонет рядом с ним, и когда он хорошенько рассмотрел своего друга, то увидел, что обычные растрепанные фиолетовые волосы Хитоши прилипли к его лицу, и Изуку был уверен, что он выглядит так же. «Мы...» Изуку закашлялся, чтобы выпустить остатки воды из легких. «Мы в порядке». «Это хорошо», — с облегчением вздохнула Асуи. «На мгновение я подумала, что не успею вытащить вас троих из воды». «Это ты?» — спросил Хитоши, стоя на неустойчивых ногах. Он протянул руку Изуку, который с благодарностью принял помощь, его собственные ноги были как желе. Асуи кивнула. «Я использовала свой язык, чтобы вытащить вас», — объяснила она. Так что это был ее язык, а не веревка, которую Изуку чувствовал вокруг своей талии. Он мог смело увидеть, как причуда Асуи могла быть полезна в спасательных ситуациях на воде. «Я чуть не стал кормом для рыб, пока Асуи меня не спасла», — с содроганием сказал Каминари. «Пожалуйста, зови меня Цу», — вежливо поправила она. «Э-э, ну да. Ну, мы знаем, где мы?» — спросил Хитоши, оглядываясь по сторонам. Разум Изуку все еще был в оцепенении, не совсем осознавая что вокруг. «Я думаю, мы в зоне кораблекрушения», — ответила Цу, приложив палец к подбородку. «Итак», Изуку покачал головой в надежде развеять туман в голове, «значит, мы на лодке?» — спросил он. «Похоже на то», — пробормотал Хитоши. «Хорошо, мы на лодке, но как нам сойти?» — нервно спросил Каминари. Цу посмотрела через перила лодки и указала вниз на воду. Изуку пришлось балансировать на цыпочках, чтобы как следует заглянуть через перила, но когда он это сделал, он заметил дюжину злодеев, таящихся в волнах. «Я думаю, нам сначала нужно найти способ обойти этих злодеев», — прокомментировала Цу, наклонив голову. «Да, но как?» — спросил Хитоши, не отрывая взгляда от злодеев. «Может, нам стоит спросить их вежливо?» — спросил Каминари с натянутым смехом. Пока Цу, Хитоши и Каминари проводили мозговой штурм, мысли Изуку лихорадочно работали, пока он анализировал ситуацию. Было около двенадцати злодеев, которых Изуку мог видеть, хотя некоторые также могли скрываться под поверхностью воды. Берег был слишком далеко, чтобы доплыть без риска быть пойманным, особенно потому, что, похоже, у большинства злодеев была причуда, подходящая для воды. Когда дело дошло до Изуку и его одноклассников, Цу была единственной, кто имела преимущество в их текущей ситуации. Хитоши, возможно, мог промыть мозги нескольким злодеям, но не всем сразу, а электрическая причуда Каминари плохо подходила для водных сценариев, если только... «Эй, Каминари?» Изуку отвернулся от воды и посмотрел на светловолосого подростка. «Когда ты используешь свою причуду, электричество покрывает все твое тело или ты можешь сосредоточить свой выход в проводящий источник?» Каминари моргнул. «Эээ... зависит от количества вольт, которые я использую, и о каком большом источнике идет речь?» «Каков твой максимальный предел мощности?» «Около миллиона вольт», — ответил он, потирая затылок. «Если больше, у меня как бы закоротит мозг». Изуку кивнул. «Нет, этого должно быть достаточно». «Достаточно для чего?» — вмешался Хитоши. Изуку посмотрел на каждого из своих одноклассников. «У меня есть идея». ----- «Это ужасная идея!» — заныл Каминари, сжимая трясущимися руками удлиненный посох Изуку. На его талии была завязана внешняя куртка Изуку, которая служила барьером между Каминари и языком Цу, который в данный момент был обернут вокруг его живота. «Почему я должен быть приманкой для акулы?!» «Потому что ты единственный, кто может это осуществить», — сухо ответил Хитоши. «А что, если я также ударю током Цу?» Изуку покачал головой. «Не будет. Моя куртка на резиновой подкладке, так что язык Цу будет защищен на всякий случай». «Не волнуйся, Каминари», — прохрипела Цу, — «я доверяю тебе». «Да? Ну, может, тебе стоит довериться кому-то другому», — проворчал Каминари. Цу решила проигнорировать последний протест Каминари, когда она подняла его над перилами и начала опускать к воде. Хитоши и Изуку стояли рядом с Цу, держа свое уважаемое оружие наготове на случай, если им понадобится подкрепление. План был прост: как только Каминари приблизится к воде, благополучно спущенный вниз Цу, он использует посох бо Изуку, который был сделан из металла с высокой проводимостью, поскольку Изуку в конечном итоге хотел превратить его в своего рода гигантский электрошокер, в качестве источника выходного тока для своего электричества. Погрузив один конец посоха бо в воду и направив свое электричество через металл, в теории Каминари мог бы убить злодеев током, не подвергая себя риску. Был определенный шанс, что план не сработает так, как предполагалось, поскольку Изуку не обладал лучшими знаниями о том, как работает электричество, но Каминари заверил его, что вода является проводящей, и если он произведет достаточно вольт, то сможет поджарить практически все, что угодно. Изуку мог прийти к этой идее, представив Каминари как тостер в очень большой ванне. Как только Каминари достиг воды, злодеи немного отступили, явно колеблясь. Только тогда Изуку пришло в голову, что злодеи могли не знать точно, в чем заключались их причуды, и были осторожны. Их нежелание забираться на корабль и атаковать их имело больше смысла, если бы это было так. Это также объяснило бы, почему человек с причудой портала так стремился разогнать их класс. Какова бы ни была причина, это сработало в пользу Изуку, дав ему и его одноклассникам больше времени, чтобы придумать план и сбежать. И как оказалось, Каминари оказался отличным тостером. Как только он погрузил один конец посоха бо в воду, Каминари сосредоточил свою причуду так хорошо, как только мог, через металл в воду, поджарив большую часть злодеев, а также свой мозг. Масса воды была слишком большой, чтобы быть слишком проводящей, но это сработало достаточно хорошо. Злодеи закричали в агонии, прежде чем либо убежать, либо потерять сознание, их тела подпрыгивали на поверхности, как куча жестоких игрушек для ванны. Цу вытащила Каминари из воды и осторожно положила его обратно на лодку. Безумный смех и поднятый вверх большой палец были его единственным ответом. Хитоши напряженно выдохнул. «Боже, надеюсь, мы не убили кучу людей», — пробормотал он. «Сомнительно», — сказала Цу, указывая на то место, где на поверхности воды плавали злодеи. «Смотри. Я все еще вижу, как они дышат, а некоторые из них даже уже просыпаются». «Это значит, что нам нужно найти способ выбраться с этой лодки, и быстро», — обеспокоенно проговорил Изуку, забирая свой посох бо и складывая его. «Но как?» Цу задумчиво напевал: «Полагаю, я смогу пронести вас всех через воду». Хитоши выглядел неуверенно. «Нести нас всех троих? Как, черт возьми, это будет работать?» «Точно так же, как я вытащила тебя из воды в первый раз. Я просто обхвачу тебя языком и поплыву к берегу. Я быстро плаваю». «Не будем ли мы слишком тяжёлыми?» — спросил Изуку. Хитоши усмехнулся. «Изуку, ты весишь около четырех фунтов, промокнув насквозь, не думаю, что у Цу возникнут проблемы с тем, чтобы нести тебя», — парировал более высокий подросток. Изуку высунул ему язык, но Хитоши проигнорировал это. «В любом случае, Каминари сейчас мертвый груз, ты уверена, что сможешь с ним справиться? Все еще возможно, что где-то в воде есть еще злодеи». Цу кивнула. «Это риск, на который я, думаю, готова пойти». «Ладно, думаю, стоит попробовать», — сказал Хитоши, пожав плечами. Изуку полез в свой пояс и вытащил несколько маленьких ножей. «Вот, я думаю, что каждый из нас должен иметь наготове какое-то оружие на случай, если поблизости поджидают еще злодеи». Цу покачала головой. «Вы с Хитоши должны нести по одному, но мне нужны обе руки, чтобы плыть». Хитоши вздохнул, беря один из ножей. «Ладно, ну, если мы это делаем, нам лучше поторопиться, пока у нас еще есть шанс». С решительным кивком Тсу обхватила языком Хитоши, Изуку и едва находящегося в сознании Каминари. Изуку крепко сжал нож в своей руке, и, обменявшись с ними последним решительным взглядом, Тсу вытащила их за перила и с плеском прыгнула в воду. Изуку изо всех сил старался держать глаза открытыми под водой, но он сильно недооценил, насколько быстро плавает Тсу, и сила течения, которую она создавала, заставила его зажмуриться. Прошло всего несколько секунд, прежде чем они снова вынырнули на поверхность воды, и к тому времени они уже были практически на берегу. Цу отпустила их со своего языка, чтобы они могли самостоятельно пробираться по мелководью. Хитоши в итоге поддерживал вес Каминари, хотя казалось, что их электрический ровесник медленно выходил из своего оцепенения. «Спасибо, Цу», — сказал Изуку, слегка улыбнувшись ей. «Нет проблем, Мидория», — улыбнулась она в ответ, хотя было ясно, что за ее спокойным фасадом все еще скрывается немало беспокойства. «Итак, мы сошли с лодки и почти достигли берега, так что теперь?» — спросил Хитоши, прислонив Каминари к своему боку. «Нам, наверное, стоит вернуться к выходу», — предложил Цу. Изуку жевал нижнюю губу, знакомый клубок страха скручивался в его животе. Если их выбросили в зону кораблекрушения, то их одноклассники, вероятно, были разбросаны по всему учреждению, и кто знает, сколько злодеев скрывалось в тенях? А что, если они попали в беду и нуждались в помощи? Еще один приступ паники заставил сердце Изуку подпрыгнуть в груди. Если злодей с причудой портала телепортировал его одноклассников, как они телепортировали его, Хитоши, Каминари и Цу, то, вероятно, его одноклассники тоже были в небольших группах. Но Айзава был совершенно один посреди толпы, сражаясь не только с десятками злодеев, но, возможно, и с этим чудовищем-птицей. Изуку поморщился, когда сильнее прикусил нижнюю губу. Ему нужно было что-то сделать, будь то помощь одноклассникам или помощь учителю, но он не мог просто прятаться и ждать спасения, которое могло даже не прийти вовремя. Если кто-то из них умрет, когда он мог что-то сделать, он никогда себе этого не простит. С прерывистым вздохом он повернулся к одноклассникам. «Вы трое можете вернуться к выходу, если хотите, но… но мне нужно посмотреть, смогу ли я как-то помочь». Цу прохрипела от удивления. «Подожди-ка, Мидория, неужели это действительно такая хорошая идея? Разве мы не должны найти способ получить помощь или подождать, пока появятся профессионалы? Изуку покачал головой и попытался не дать голосу дрогнуть от страха. «Вы, ребята, можете, но Айзава-сенсей сражается со всеми этими злодеями в одиночку, и я не знаю, как долго он еще сможет продержаться. Если есть способ, я могу облегчить часть нагрузки или отвлечь его, чтобы выиграть ему больше времени», — сказал он с убеждением. Все еще удерживая Каминари на боку, Хитоши протянул руку и схватил Изуку за руку, его брови сошлись в хмурой усмешке. «Не будь идиотом! Ты видел, как Айзава ранее расправлялся со злодеями, я уверен, что с ним все в порядке. Но в отличие от него мы не опытные профессионалы, и если ты ринешься в толпу злодеев, то просто погибнешь!» — предупредил Хитоши. Изуку стряхнул свою хватку, гнев и тревога смешались в его крови. «Кого это волнует?» — прошипел он. «Я не могу просто сидеть и смотреть, как он умирает, потому что я слишком напуган, чтобы что-то сделать!» «И я не могу просто сидеть и смотреть, как ты умираешь, грёбаный идиот!» — рявкнул Хитоши. «Тогда тебе не нужно смотреть!» — прорычал Изуку, прежде чем повернуться и побрести к берегу, где он мог отдаленно различить суматоху на площади. Он слышал, как его одноклассники шаркают позади него, но он проигнорировал их и сосредоточил свой взгляд на толпе злодеев, окруживших его учителя. Айзава все еще стоял твердо против преступников, но когда Изуку приблизился, он мог видеть, как движения его учителя начали замедляться. Грудь Айзавы вздымалась от истощения, но вокруг него все еще были десятки злодеев. Изуку остановился, как только он достиг береговой линии, и присел на корточки. Ему нужно было проанализировать ситуацию, прежде чем он прыгнет. Оставалось еще более двух десятков злодеев, не считая парня-руки, злодея-портала и птицеподобного существа. Если бы Изуку мог создать что-то вроде отвлечения внимания, чтобы отвлечь часть внимания от Айзавы, то у его учителя появился бы момент, чтобы перевести дух. Пристальнее присмотревшись к преступникам, Изуку понял, что большинство из них были обычными уличными злодеями, с которыми он, скорее всего, мог бы справиться, если бы ему это понадобилось. Был лидер группы и его странный монстр-питомец, за которым ему нужно было следить. Но если он будет действовать достаточно быстро, то- Изуку сдержал испуганный крик, когда почувствовал, как кто-то дëрнул его за воротник костюма. Изуку развернулся на каблуках и поднял нож, который все еще был крепко сжат в его руке, намереваясь ударить, но знакомый голос остановил его на месте. «Изуку», — тихо позвал Хитоши, все еще держась за рубашку сзади. Изуку вздрогнул. «Хитоши?» «Да, а теперь опусти нож». Изуку смущенно опустил оружие, но все еще держал его, костяшки пальцев белели от силы хвата. «Что ты делаешь? И где Каминари?» — настойчиво прошептал Изуку. Хитоши кивнул им вслед. «Цу помогает Каминари вернуться ко входу, — объяснил он, — а я здесь, чтобы оттащить тебя обратно вместе с нами». «Нет, не сделаешь», — возразил он. «Айзава-сенсей устает, и ему нужна помощь». Хитоши ударил Изуку по голове, заставив его зубы громко щелкнуть. «Ему нужна помощь профессионалов, не наша». Изуку потер место, куда его ударил Хитоши, и сердито посмотрел на подростка. «Какие профессионалы? Посмотри вокруг, Хитоши! Мы — все, что у него сейчас есть!» Хитоши выругался себе под нос. «Изуку, ты не можешь просто...» Громкий смех прорезал их препирательства, и они оба повернулись к площади как раз вовремя, чтобы увидеть, как рука-парень держит Айзаву близко к себе, одной рукой на его локте, и кривая улыбка растянулась на его сухих губах. Маниакальный смех был громким и тревожным, но что было еще хуже, так это крик боли, который прорвался через горло их учителя, когда его локоть начал крошиться. Изуку резко ахнул от увиденного. Айзаве удалось вырваться из хватки злодея, но плоть вокруг его локтя была разорвана, и кровь медленно стекала по его руке. «Кстати, Ластик, — прохрипел злодей, его красные глаза загорелись от удовольствия, — я не финальный босс». Щёлкнув пальцами, чудовище-птица шагнуло вперед, сотрясая землю. Птицеподобное существо открыло свой полный зубов клюв и издало оглушительный визг, звук которого отдавался в их костях. Ему потребовался один долгий взгляд на Айзаву, прежде чем оно бросилось на него с пугающей скоростью. Но как бы быстро ни было существо, время, казалось, замедлилось для Изуку. Каждое движение вокруг него тянулось, заставляя его впитывать каждую деталь, как будто мир хотел, чтобы он смаковал свой страх, запоминал улыбку злодея, которая не отражала ничего, кроме жажды крови. Как будто вселенная хотела, чтобы Изуку увидел, как его учитель умирает от рук гротескного зверя, в выпученных глазах которого не было никаких признаков жизни. Беззвучные слезы катились по его ресницам, скрытые красными очками, так что никто, кроме него, не знал, что стеклянные колонны, удерживавшие его вместе, начали трескаться, покрываясь паутиной трещин. Мир был жесток к Изуку, он погасил его и без того угасающее пламя всей водой из океана, заменил кислород лишь холодными волнами боли и горя, но все равно требовал, чтобы он пытался дышать, несмотря ни на что. Затем появился Айзава и попытался вновь зажечь пламя, потратив сотни спичек на свечу, утонувшую в море, но герой ни разу не дрогнул, не прекратил попыток, даже когда все остальные в его жизни сдались много лет назад. Вселенная отняла у Изуку так много, но он был бы проклят, если бы позволил ей отнять и Айзаву. Потому что герой заслужил быть там, заслужил быть живым, заслужил, чтобы его собственное пламя переросло в лесной пожар, даже если это будет стоить Изуку жизни. Итак, Изуку побежал вперед. Он выпрыгнул из воды на берег, игнорируя протестующие звуки Хитоши, и помчался к монстру, который грозил потушить огонь Айзавы. Ноги толкали его все ближе и быстрее, пока мир вокруг него не превратился в размытое пятно форм и цветов; пока он не оказался прямо между существом и своим героем. Чудовище не остановилось, не замедлилось, продолжая бросаться вперед и щëлкая своей разинутой пастью. Теперь он был едва ли больше трех футов, его громоздкие руки были вытянуты, его мертвые глаза были прикованы к Изуку, как хищник, смотрящий на свою жертву. Он слышал, как Айзава что-то кричал позади него, но слова были приглушены кровью, стучащей в висках. Изуку знал, что умрет еще до того, как станет взрослым. Он всегда знал, угроза этого была так знакома, что это было похоже на то, как смотреть на свое лицо в зеркале, неотъемлемая часть его, которая никогда не могла быть отделена. Мысль об этом давно перестала его пугать, и теперь это было не более чем еще одной чертой его самого. Поэтому, смирившись со своей кончиной, Изуку оскалил зубы и стоял на своем. Если уж ему суждено умереть, пусть он умрет, сражаясь.