Глава 2. Отклик прошлого.

Год назад твоя жизнь совершила крутой вираж, рассыпая перед тобой палитру новых, доселе неизведанных оттенков. Дочь влиятельных людей, ты с рождения несла на плечах бремя ожиданий, выстроенных по строгим канонам элиты. Но в тебе горело нечто большее, чем покорность традициям. Ты лелеяла стремление разрушить шаблоны, что сковывали свободу. В этом заключалась твоя отличительная черта, твой вызов миру. Воспитание, заложенное родителями, было крепким фундаментом. Они познали вкус бедности и привкус богатства, а потому выковали тебя в огне собственного опыта, стараясь уберечь от жестокости судьбы. Их забота не заключалась в слепом баловстве — напротив, они стремились вооружить тебя не только знаниями, но и стойкостью. Теперь, став молодой девушкой, ты сделала выбор в пользу осознанности. Мир интриг, опьянённый разнузданными удовольствиями, не прельщал тебя. Ты предпочитала саморазвитие, увлечённые вечера в кругу книг или редкие, но тёплые встречи с близкими. Окружение подбиралось не по толщине кошельков, а по глубине душ. Единственным неизменным спутником оставался друг, ценивший тебя не за громкий лязг монет, но за саму суть. Сегодня мама устроила тебя на курсы по бизнесу — быстро, ловко, как всегда. Ты и не возражала. Коридор встречал прохладой, нейтральным шумом ожидания. Ты стояла, прислонившись к стене, глядя в экран телефона. Вдруг по телу пробежал лёгкий морозец. Это ощущение нельзя было спутать: тебя изучали. Подняв глаза, ты столкнулась с чужим взглядом. Он прожигал, но не пугал, напротив — пробуждал что-то неопределённое, затягивающее. Любопытство. Незнакомец тут же улыбнулся, едва заметно дёрнув уголком губ, словно собираясь помахать тебе. Но в этот момент дверь аудитории распахнулась, и голос преподавателя разрезал воздух, приглашая студентов внутрь. Ты прошла первой, оказавшись ближе всех. Поднявшись по ступеням к верхним партам, заняла одну из них и, вытянув ноутбук, разместила перед собой. Неожиданно рядом послышался шорох. Тот самый парень, что смотрел на тебя в коридоре. Ты подняла на него взгляд, вопросительно прищурившись, пока он без лишних слов усаживался рядом. — Привет, можно? — коротко спросил он, одаривая тебя беззаботной улыбкой. — Ну, садись, — ответила ты без особого энтузиазма, время от времени украдкой бросая на него взгляды. Вдруг он неожиданно наклонился слишком близко. В его движении читалось нечто намеренное, он пытался привлечь твоё внимание. — Как тебя зовут? — поинтересовался он, улыбка стала шире, но тут же замер, когда ты едва заметно отпрянула. — Да ладно, я же не кусаюсь. Но прежде чем ты успела ответить, между вами легла массивная рука, рассекшая пространство. Аметистовые глаза сверкнули, когда чей-то силуэт склонился ближе. — Зато я кусаюсь, — прозвучал знакомый голос. Рео уставился на парня, на его губах играла привычно раздражающая, но завораживающая ухмылка. — Это моё место. Парень растерянно оглянулся на Микаге, наткнувшись на его пристальный, оценивающий взгляд. В нерешительности сглотнув, он предпочёл не испытывать удачу и успешно ретироваться. Ты, наблюдая за этой сценой, едва заметно усмехнулась. Нет, помощь в избавлении от навязчивого собеседника определённо не входила в планы Рео. Это был исключительно акт территориального превосходства, не более. Ты знала его слишком давно, чтобы строить иллюзии: ваши семьи были связаны деловыми отношениями, а ваше общение — перманентной войной самолюбий. Взаимное неприятие стало привычным фоном вашего существования. — Ладно, ладно. Извини, Рео, не знал, что ты здесь сидишь, — пробормотал паренёк, поспешно покидая зону потенциальной угрозы. Стул рядом со скрипом подался назад, принимая фиолетоволосого, который с ленивой небрежностью устроился рядом. Его взгляд, наполненный насмешкой, скользнул по тебе, словно ожидая очередного словесного поединка. — Что ты тут забыл? — негромко поинтересовалась ты, повернув голову к наследнику. — То же, что и ты. Разве не рада меня видеть? — с кривой ухмылкой уточнил он, склоняя голову под вызывающим углом. — О, несомненно рада. Ведь что, как не столь наглядный пример вопиющей самоуверенности, может напоминать мне, как НЕ стоит себя вести? — с преувеличенным воодушевлением откликнулась ты, наблюдая, как его нога ненавязчиво касается твоей. Ты, не теряя самообладания, резко раздвинула колени, встречая его напор встречным давлением. В ответ он лишь усмехнулся, принимая вызов, но ты не оставила ему шанса. — И ноги так не раздвигай. У тебя между ними не десять килограмм, — лениво бросила ты, склонив голову набок и наслаждаясь мгновенной тенью раздражения, промелькнувшей в его взгляде. Его губы дрогнули, будто он уже приготовил колкость, но в последний момент что-то заставило его запнуться. Взгляд фиалковых глаз скользнул ниже твоей шеи, и выражение лица на мгновение изменилось. Он кашлянул, отворачиваясь, но всё же не сдержался: — Как знать, как знать, — протянул он с многозначительной улыбкой, переводя взгляд на доску, где преподаватель стирал остатки предыдущих записей. Ты прищурилась, сцепив руки на столе: — Тут не "как знать", такого физически не бывает, — хмыкнула ты, наблюдая, как его ухмылка становится шире, как он неспешно откидывается на спинку стула, всем своим видом выражая абсолютную самоуверенность. — Ну, давай не будем торопиться с выводами. Может, стоит проверить? — предложил он с лукавым блеском в глазах. — Размечтался, — отрезала ты, но уголки губ едва заметно дрогнули. Преподаватель постучал маркером по доске, призывая аудиторию к вниманию. Ты нехотя перевела взгляд вперёд, но ощущение невидимого поединка, разыгравшегося между вами, никуда не исчезло. Это была всего лишь разминка. Время растворялось в бесконечных словесных дуэлях между тобой и Рео, в этих вспышках сарказма, которыми вы обменивались, едва стоило отвлечься от лекции на секунду. Давить друг другу на нервы стало привычной, почти ритуальной забавой. Без этого учебные часы тянулись бы невыносимо серо и однообразно. Но в моменты записи материалов воцарялось временное перемирие, зыбкое и непрочное, готовое рухнуть, стоило профессору отлучиться. И тогда битва начиналась вновь. Солнце, утопая за горизонтом, разлило по небу всполохи алого, фиолетового, ярко-розового, словно художник небрежно провёл кистью по полотну небосвода. Сумерки робко, но неотвратимо вступали в свои права. Фонари один за другим вспыхивали мягким светом, когда ты покинула пределы академии, окунувшись в свежесть вечернего воздуха. Ты зевнула, инертно оглядывая пространство в поисках знакомого силуэта. И вскоре взгляд выхватил его из толпы: тёмные волосы, спортивная сумка, небрежно перекинутая через плечо, и неизменно тёплая, добродушная улыбка. Исаги ждал у забора, прислонившись к стене. Завидев тебя, он тут же двинулся навстречу. На губах распустилась ответная улыбка. Ты направилась к нему, мгновенно забыв о посторонних, словно весь мир сузился до одного-единственного человека. — Устала? — спросил темноволосый, остановившись в шаге от тебя. Ты лишь кивнула, потянувшись, разминая плечи. Но прежде чем ты успела ответить, со стороны раздался голос, преследовавший тебя весь день. — Ого, Исаги, — произнёс Рео, будто бы материализовавшись из воздуха. Сливовые глаза с ленивым интересом опустились на Йоичи. — Не ожидал тебя встретить вот так, Рео, — с лёгкой улыбкой ответил твой лучший друг. — Есть такое… Ну, ничего, удачи, — бросил фиолетоволосый, скользнув по тебе многозначительным взглядом. Уголки его губ приподнялись в фирменной, чуть хищной улыбке. Затем, засунув руки в карманы, он небрежной походкой направился к ожидающему его лимузину. Ты же на мгновение ощутила, как земля уходит из-под ног. Они знакомы. Осознание эхом отразилось внутри, заставляя сердце гулко ударить в рёбра. Но ты отмахнулась от захлестнувших мыслей, когда голубоглазый молча забрал твою сумку, привычно перекинув её через плечо. Он пришёл только потому, что вы договорились прогуляться после занятий. Только поэтому. Но почему-то это не унимало беспокойства, зародившегося внутри, словно зыбкая тень, не желающая рассеяться даже под мягким светом вечерних фонарей. Вы с Исаги шагали неспешно, позволяя городу окутывать вас своим размеренным дыханием. Дневная суета схлынула, улицы опустели, оставив после себя лишь едва уловимые отголоски прошедшего дня — рассеянный смех из окон, приглушённые разговоры случайных прохожих, аромат свежего хлеба из закрывающихся пекарен. Время словно растянулось, позволяя каждому мгновению оставить свой отпечаток в пространстве. Ты не сразу решилась задать этот вопрос. Вместо этого просто слушала Йоичи, впитывая в себя ритм его голоса, как впитывают в себя дождь пересохшие летом улицы. Он рассказывал о мелочах, о незначительных событиях, которые в его исполнении приобретали особую живость. Вы знали друг друга давно. Достаточно давно, чтобы воспоминания о детской площадке, где когда-то всё началось, стали почти мифологическими. Тогда, маленькая, с разбитыми коленками, ты стояла, сжав кулаки, не позволяя слезам взять над собой верх. А он, мальчишка с запыхавшимся дыханием, подбежал с поля, не задавая вопросов, просто достал пластырь и заклеил рану. В тот момент он не просто приложил подорожник дружбы, он словно завязал нить, которая с тех пор не рвалась, несмотря ни на что. — Слушай, Йоичи, — негромко произнесла ты, взгляд твой скользил по мостовой, в то время как шаги осторожно балансировали по бордюру. Он придерживал тебя за руку, боясь, что в этот раз ты действительно можешь упасть. — Откуда ты знаешь Микаге? — А? Ну… Как бы так объяснить, — он чуть помедлил, будто взвешивая слова, прежде чем с кроткой улыбкой добавить: — Он был в "Синей тюрьме", как и я. И какой-то период терпеть меня не мог. Ты окинула его насмешливым взглядом, чуть приподняв бровь. — Судя по твоим словам, тебя там вообще никто не любил, — заметила ты, позволив себе короткий смешок. Он лишь невинно пожал плечами, поджав губы, но в его взгляде промелькнула тень чего-то большего — того, о чём он не говорил вслух. Светящиеся витрины отбрасывали резкие блики на его лицо, очерчивая каждый изгиб скул, придавая чертам почти мистический оттенок. В такие моменты даже самый привычный человек мог показаться незнакомцем. Тема быстро сменилась, перетекая в череду привычных разговоров, которые могли длиться бесконечно, будто река, вымывающая из сознания все посторонние тревоги. По пути вам встретилась любимая кофейная будка, та самая, что стояла на углу уже столько лет, впитывая в себя запахи корицы, шоколада и беспечных вечеров. Йоичи, не раздумывая, купил вам по сладости — маленький жест, который был для вас столь же естественным, как дыхание. Сумерки сгущались, заполняя собой город, и в этом полумраке ты ещё сильнее ощущала его присутствие рядом. Уютное, тёплое, незыблемое — как обещание, данное однажды и невидимо вплетённое в ткань вашей жизни. Вы свернули с главной дороги, ступая на мерцающую городскую аллею. Фонтан в центре переливался водяной вязью под приглушённым сиянием огней, а вокруг пестрели ухоженные цветники, их благоухание тонкой дымкой растворялось в остывающем воздухе. Дорожка вела прямо к небоскрёбу, где ты жила, но приближаясь к зданию, ты ощутила, как мир, только что наполненный безмятежностью, вдруг содрогнулся. Знакомый силуэт вынырнул из темноты, словно беспокойная тень прошлого, что отказывалась раствориться в забвении. Ты нахмурилась, прежде чем осознала, что друг сделал то же самое. Его рука чуть заметно напряглась, а затем он шагнул вперёд, вытягивая руку в сторону, словно преграждая путь. — Что ты здесь делаешь? — голос твой прозвучал ровно, но в глубине интонаций тлела искра неприязни. — Я же сказала, нам не о чем разговаривать. Фигура напротив вздрогнула, как если бы твои слова ударили сильнее, чем могло показаться. — Но ты даже не выслушала меня, — сдавленно возразил он, будто пытался ухватиться за последний шанс. Брюнет сдвинулся ближе, становясь между вами, и его голос прозвучал твёрдо, будто сталь, заточенная в холоде ночи: — Она сказала «нет». Ты не расслышал? Кайто стиснул челюсть, ноздри его едва заметно раздулись от сдерживаемых эмоций. Затем он тяжело вздохнул, хрипло и с досадой, но поднял руки в насмешливом жесте притворной капитуляции. — Хорошо, я понял… — сказал он с оттенком горечи в голосе. — Но если я напишу… ты прочтёшь сообщение? — Прочту, если после этого ты исчезнешь, — отозвалась ты, не отводя взгляда. В глазах его мелькнуло что-то неуловимое, но он лишь кивнул, окидывая прощальным взглядом тебя и футболиста перед собой. — Не стоит так переживать, — добавил он, обращаясь к Йоичи. — Я лишь хотел поговорить. Это были последние слова, прежде чем бывший возлюбленный скрылся из виду. Вы двое выдохнули, напряжение стало покидать тело. Исаги проводил тебя до самых дверей, задержавшись на секунду, прежде чем уйти в ночь, растворяясь среди далёких огней. Ты вошла внутрь, сняла обувь и рухнула на кровать, устремив взгляд в потолок. В твоей жизни давно не было подобных ситуаций, но, похоже, судьба решила распорядиться иначе. Наконец, в стенах дома пришёл долгожданный покой. Но ненадолго. Спустя пару часов, когда ты уже готовилась ко сну, тишину прорезал вибрирующий звук телефона. Ты потянулась к нему, ожидая увидеть прощальное сообщение от бывшего. Но какого же было твоё удивление от содержимого...