Глава третья. Стеклянная штучка, внезапный гость и истинное наслаждение

      Гермиона сидела на диване и смотрела на стеклянную штучку, что лежала на столике перед нею. Когда она покинула Дом наслаждений и вернулся обратно, в Лондон, то в своей сумке обнаружила этот предмет. Она не знала как он туда попал: подарок от самого дома или это проделки Малфоя, но она старалась об этом не думать, и вот уже пять дней безуспешно отвлекала себя. То чтением, то долгими прогулками по городу, и даже домашними делами, что непременно вгоняли её в состояние тоски. От чего решила, что завтра непременно вернётся в Министерство. Отпуск становился слишком тягостным, а мысли слишком навязчивыми. Потому что не могла она избавиться от наваждения. Имя которому было — Драко Малфой. Его голоса, пристального взгляда и его волшебной палочки...       Гермиона даже нашла книгу с заклинаниями для удовольствия, но пока не воспользовалась не одним из них. Всё это приводило её только к одному: к воспоминаниям о нём.       Она выдохнула, и наконец взяла эту волшебную штучку, и та сразу же завибрировала. Девушка откинулась на подушках и раздвинула ноги: на ней были белые хлопковые трусики и свободная футболка. Она даже не отодвинула ткань белья, а коснулась кожи через неё и сразу почувствовала прохладу предмета и вибрацию, отчего закрыла глаза, начиная шумно дышать. Удовольствие пришло к ней слишком быстро, она ощутила как её тело просыпается, и в этот момент услышал стук в дверь, что заставил её вздрогнуть и открыть глаза.       Гермиона не знала как выключить эту штуку, и просто сжала её в кулак, а потом положила под подушку и накрыла ещё одной.       — Кто там? — взволнованно спросила она.       Никто не ответил. И тогда она подошла к двери, вспомнила, что забыла волшебную палочку где-то в недрах дивана, разозлилась на себя, но всё же открыла дверь. И вскрикнула от неожиданности.       Перед ней стоял Малфой. Она попыталась как можно быстрее закрыть дверь, но он успел удержать её и протиснуться внутрь.       — Что ты здесь делаешь? — спросила девушка, скрывая возмущение и некую радость, что бесцеремонно распускалась в её душе.       — А ты что делаешь? — улыбаясь спросил он.       Идеально уложенные волосы, как и раньше, когда они ещё были школьниками, идеально сидящий на нём костюм и белоснежная рубашка, но приковывал именно его пристальный и наглый взгляд, и улыбка. В этот раз она была невероятно доброжелательной.       — Играешься?       — Что? Нет!       — Нет? А что нет, Грейнджер? Ты о чëм?       Доброжелательная улыбка исчезла и появилась знакомая ей ухмылка. Он аккуратно отодвинул её и пошёл прямо к дивану.       — Эй? Я тебя не приглашала!       Подойдя к дивану он скинул подушки на пол и увидел стеклянный, вибрирующий предмет.       — Играешься, — снова повторил он.       — Допустим, и что? Да какая тебе разница? Может быть мы с мужем играем в ролевые игры или что вроде этого.       — С каким мужем, Грейнджер? Я теперь знаю, что ты никогда не была замужем. Уизли на тебе не женился.       Это было неприятно. Гермиона смотрела на него и чувствовала как внутри неё загорелось пламя, хотелось надавать ему по щекам, по этому наглому и самодовольному лицу.       — Это я не захотела выходить за него замуж, понятно?! — рявкнула она. — А ты уходи вон! Иди прочь отсюда! Зачем ты пришёл? Что тебе от меня нужно?       — А давай подумаем, что мне от тебя может быть нужно? У тебя есть какие-то варианты?       — Я не собираюсь играть в твои дурацкие игры! Какие могут быть варианты, Малфой? Убирайся прочь, в свою Францию!       — Я тебе говорил, что по-прежнему живут дома или ты позабыла где мой дом?       Он смотрел на неё и его ухмылка не сходила с лица. Гермиона нахмурилась.       — Зачем ты придумал этот дом наслаждений?       — Это проект скорее Луны, чем мой. Её детище. А я лишь обеспечиваю документальную и финансовую работу.       — Получаешь деньги за проституцию? Что это за названия: комната соло? А есть же ещё комнаты с партнёрами, верно? Значит у вас работают волшебники и волшебницы, которые продают себя за галеоны! Ну конечно, а за что ещё?! В этом твой интерес, Малфой?       — Им нравится то, что они делают. Никто никого не принуждает. Наслаждение —единое, и дом это обеспечивает, как для клиентов, так и для тех, кто служит в этом доме.       — Это отвратительно! И как ты втянул в это Луну? Я поверить не могу!       — Ты наверное плохо знаешь Луну, её сложно во что-либо втянуть. Ей нравится то, чем она занимается. По её утверждению она приносит людям радость и удовольствие, и ничего противозаконного, все взрослые и каждый даёт согласие на то, чем он будет заниматься.       — Уходи! — обрывая диалог, приказала Гермиона.       Тогда Малфой сделал шаг вперёд, к ней.       — Уходи, — ещё громче крикнула она.       Но он подошёл к ней и притянул за руку к себе.       — Гермиона, послушай, это не случайно, это не подстроено, так вышло, и теперь мы с тобой...       — Нас с тобой нет! — громко сказала она, смотря ему в глаза, но в душе от этих слов всё сжалось, и промелькнула мысль, что как бы ей хотелось, чтобы он обнял и поцеловал её.       И Драко отпустил её.       — Извини, я пожалуй пойду. Ошибся, думал, что между нами что-то может быть, что-то сможет получиться. Не страшно, я не боюсь ошибаться. Прощай, Грейнджер.       Я же только что была Гермиона!?       Раз, два, три...       — Стой, — закричала она. — Подожди, Малфой.       Он остановился и медленно развернулся.       — Мы слишком близко знакомы и теперь ты же можешь меня называть по имени, хорошо, Гермиона?       Он знал, что нужно было сказать. Это обезоруживало.       — Я могу попробовать, — уже тише сказала она. — Не могу привыкнуть к случившемуся, словно всё было во сне.       — Я не сон. Потрогай меня и ты убедишься в реальности моего существования.       Гермиона закрыла глаза. Провокация с его стороны неверный ход, но вот её тело, оно уже почти сдалось и готово было к соприкосновению.       — Да, я думала о тебе, это правда. Меня не отпустило. И даже хотела вернуться в этот ваш Дом, но мне не нужна комната соло, мне не нужна никакая другая комната.       — Правда?       — Правда, — открывая глаза, сказала она. — Никакая, кроме твоего кабинета и...       — Моей волшебной палочки? — он вытащил её из чехла. — Вот же она, и я тут, только мы не в кабинете, это как-то портит твою картину?       Он перевернул её другой стороной и Гермиона услышала как она завибрировала. А он медленно шёл на неё, наступая, отчего жар охватил её щеки и низ живота, заставляя ноги подкашиваться.       — Мне нужна другая «волшебная палочка» или это не допустимо? — спросила она.       Именно это беспокоило её. Он не пошёл на сближение, он сделал всё иначе, не сливаясь с её телом. Словно исполнял приказ Дома, но сейчас он вне его стен, и снова предлагает ей свою палочку, и это означало...       — Моя палочка неприкосновенна, стал бы я использовать её не по значению к кому-то не угодному.       — Что? Ты что копаешь в моей голове?       — А что мне остаётся делать, когда я чувствую, как твоя голова нам мешает?       Он остановился, оставляя небольшое       расстояние между ними, давая ей право выбора.       Раз, два, три...       И она сделала шаг вперёд, к нему, коснулась пальцами его кожаного ремня. Тугой ремень тяжело поддавался её дрожащим пальцам, а Драко стоял не шевелясь, и не сводил взгляда с её неловких движений.       Наконец, справившись, она присела, стянула с него штаны, спустила до колен трусы, и зажмурилась.       Его смех и соприкосновение ладони с её волосами, немного успокоили её. Неловкость ситуации не давала возможности расслабиться, но его тихий смех отличался от прежнего: злого и высмеивающего её, того смеха, что заставлял её сжимать ладони в кулаки.       — Это лучше чем волшебная палочка, неправда ли?       — Пока не знаю, — закусив губу ответила Гермиона.       Не открывая глаз, прикоснулась к его плоти пальчиком, поводила по его длине, а потом положила ладонь и сжала пальцы, начиная медленно двигать рукой.       — Поцелуй его, — хрипло приказал он.       — Я никогда этого не делала, — честно ответила она, продолжая ласкать его закрытыми глазами.       — Разве я спросил делала ли ты что-то подобное? Я хочу, чтобы ты сделала это мне, просто поцелуй его!       Если бы об этом попросил Рон, да ещё и приказным тоном, то она бы тут же его выставила за дверь, но только не его. От его голоса, от приказа, произнесëнного этим низким и хрипловатым голосом, она почувствовала как возбудилась, как увлажнилась её промежность, и как же ей захотелось сесть на его член, и открыв рот она погрузила в него тёплую головку и начала медленно посасывать.       Он пах чём-то сладким, и вдыхая, она ощущала приятное головокружение. От нескольких движений ртом, услышала как Малфой издал кроткий стон, что спровоцировало её активнее сосать, ощущая как слюнки стекают по стволу члена. Она старалась быть раскованнее, но страх от его размера не давал ей возможности разогнаться и расслабиться. Она боялась, что её начнёт тошнить. И поэтому медленно посасывала, по прежнему не открывая глаз. Ей нравилось это ощущение сквозь темноту, она чувствовала как увлажняется, и...       Если бы только он вошёл в меня... Как же хочется...       И Драко словно услышал её желание. Он резко перехватил её запястье и потянул вверх, подхватывая на руки, и всего несколько секунд и они оказались на диване.       Он целовал её в рот, которым она только что целовала его член, и это осознание отключило в ней всю тревожность, давая похоти распространиться по телу. Девушка почувствовала как его пальцы пробрались через преграду трусиков и коснулись её влажного и набухающего бугорка. Он медленно водил по кругу большим пальцем, продолжая целовать её в губы. И ей казалось, что она вот вот потеряет сознание, отчего дёрнулась и вскрикнула бы, если бы его язык не затыкал ей рот, когда он вошёл в неё.       Она вцепилась ему в плечи, а он продолжал терзать её горящие губы, а язык был так глубоко в её горле, что казалось она сейчас же задохнётся.       Гермиона обхватила его ногами и почувствовала как глубоко проникает его член, так же ощущая, что больше нет реальности: не существует этого дивана, и ничего не существует кроме того, что происходит с ними.       Цепляясь за его рубашку пальцами, она закричала так громко, что наверняка её слышали за пределами дома, но ей было плевать на всё, кроме того, что происходило прямо сейчас, в эту секунду.       Наконец она открыла глаза, из которых текли тонкие струйки слёз, кончая, она засмеялась, вжимаясь в его шею носом.       Приглушённо, но слышала его стон, она зажмурилась, и в этот момент он вытащил член из её лона и кончил ей на живот.       Слышала как он встал и почувствовала как её живот стал сухим, вероятно очистительное заклинание, а потом открыла глаза. Малфой уже был одет в свой идеальный костюм. Она хотела спросить, а придёт ли он вечером, но он так смотрел на неё: пристально и без улыбки на лице, что она ничего не спросила, передумала.       Это просто секс, так бывает. А ты что думала? Любовь до гроба, как бы ни так...       Малфой улыбнулся.       — Сейчас у меня дела, но я приду вечером, ближе к ночи и принесу приличное эльфийское вино и что-нибудь поесть, — а потом нагнулся, Гермиона потянулась за поцелуем, а он рассмеялся и вытащил из-под неё стеклянный предмет. — А это я конфискую. Тебе больше это не понадобится, Гермиона. Если только я сам захочу в тебя что-нибудь запихнуть. — И только тогда оставил на её губах невесомой поцелуй. — Дом наслаждения — это приют для таких как мы. Я и Лавгуд. Она любит Поттера, а я Грейнджер. И нам никогда не светило быть рядом с ними, поэтому мы решили, что можем создать нечто подобное, чтобы получать наслаждение и быть живыми, потому что в реальности нет ничего. Потому что ты любишь того, кого рядом нет. Я люблю тебя давно и без памяти, и без ответа, — сказал он, выпрямился и ушёл, закрывая за собой дверь.       Гермиона резко вскочила с дивана, одëргивая футболку и не одевая трусиков, которых просто не нашла.       Да куда же он их дел? — но быстро потеряла эту мысль и побежала к двери, распахивая её. Драко стоял на крыльце.       — Давно, но кажется не без ответа.       — Кажется? Это что-то неопределённое.       Она кинулась ему в объятия, жарко целуя в шею.       — Жди меня вечером и я приду. И если не кажется, то переезжай ко мне в мэнор, там много всяких интересных комнат, тебе должно понравится.       — Знаю я какие там комнаты, — ответила она.       Драко обнял её, целуя в висок.       — Всё нехорошее осталось в прошлом, если ты скажешь да, то всё что тебе не нравится перестанет существовать. Иди в дом, никто не должен видеть мои дырочки. Прячься скорее, — он сказал это, и шлёпнул её по попе.       Гермиона засмеялась, оттянула футболку и юркнула в дом, закрывая за собой дверь, прижалась к ней и улыбнулась.       Вот оно, истинное наслаждение.       И носило оно одно единственное имя — Драко.