7 - Высшая невидимость и низменная паника

Выйдя из слизеринского подземелья, Нейтан оказался в лабиринте тёмных, безмолвных коридоров. Лестницы, которые днём послушно стояли на месте, теперь жили своей собственной жизнью, бесшумно разворачиваясь и уводя проходы в совершенно неожиданных направлениях. Он попытался применить логику: башня Когтеврана на западе, значит, нужно идти наверх. Но через десять минут блужданий он с лёгким раздражением понял, что прошёл по одному и тому же коридору с портретом спящего монаха уже три раза. Навигация — явно не мой конёк, — констатировал он мысленно, останавливаясь на развилке. — Или у этого замка просто совершенно нелогичная планировка. Скорее второе. Он попробовал прислушаться к своему внутреннему «тик-так», в надежде, что оно подскажет верный путь. Но единственное, о чём оно ему напомнило — что он чертовски устал. Сознание, ещё недавно бывшее суперкомпьютером, анализирующим магические матрицы, сейчас упростилось до одной цели: найти хоть какое-то знакомое место. Событие - Критический провал И Вселенная, словно насмехаясь, немедленно предоставила ему «знакомое место». Из-за угла впереди, гордо подняв хвост, вышла тощая, пучеглазая кошка. Та самая, что сидела на руках у смотрителя во время церемонии. Их взгляды встретились. В глазах кошки вспыхнул огонёк охотничьего азарта. «Мяяяуууу!» — её пронзительный, требовательный крик прорезал ночную тишину, разносясь эхом по каменным стенам. Вот чёрт! Мысли про сон и усталость мгновенно испарились. Сработал инстинкт. Ещё не осознавая до конца, что делает, он резко дёрнул воображаемую «ниточку» внутри себя, активируя заклинание, которое просто знал. «Высшая невидимость». Мир вокруг него поплыл, будто сквозь толщу воды. Он почувствовал, как его тело становится неосязаемым, прозрачным, сливающимся с воздухом. В тот же миг из-за угла, шаркая стоптанными тапками, появился Аргус Филч. — Что там у нас, моя радость? — просипел он, озираясь. — Нарушитель? Опять эти нахальные гриффиндорцы по ночам шляются? Миссис Норрис продолжала мяукать, тыкаясь мордой в то место, где только что стоял Нейтан. Она явно что-то чуяла. Филч нахмурился, поднося лампу. — Да тут же никого нет, глупышка. Мышь, наверное, почуяла. Или призрак. Эти проклятые призраки вечно по ночам ошиваются. Кошка терлась о его ноги, издавая недовольные звуки. Филч вздохнул, погладил её по спине костлявой рукой. — Ладно, ладно, пойдём, моя хорошая. Ещё проверим, не оставил ли кто-нибудь где лягушачьи шкурки... [Проверка проницательности Филча... - Критический провал] Бормоча под нос о «распущенных юнцах» и «хороших старых временах, когда вешали за пальцы», Филч в последний раз подозрительно оглядел коридор и, наконец, поплёл прочь, унося с собой ворчание и мяукающую кошку. Нейтан не двигался ещё с полминуты, пока звуки их шагов не затихли вдали. Только тогда он позволил себе выдохнуть, чувствуя, как заклинание рассеивается, и он снова становится плотным и видимым. Он прислонился к прохладной стене, сердце бешено колотилось. Близко. Очень близко. Его первый полноценный бой в этом мире он чуть не проиграл кошке. Он больше не хотел искать дорогу. Он хотел спать. Прямо здесь, стоя. Или, на худой конец, в том самом Большом зале, до которого он, кажется, всё-таки добрался, свернув за очередной поворот. Любая горизонтальная поверхность казалась ему сейчас раем. Он всё-таки доковылял до Большого зала. Огромное пространство, погружённое в лунный свет и тишину, встретило его безмолвным величием. Глаза сами собой поднялись к потолку, снова затянутому звёздным небом. Но сейчас его мозг был слишком измотан для анализа магических матриц. Мысли текли медленно и вязко, как патока. «Штраф за ночное блуждание... Дополнительные занятия с Филчем... Слава как тот парень, которого в первую же ночь поймали...» Мысленный список потенциальных неприятностей был долгим и неутешительным. Нужно было исчезнуть. Но куда? Спальни — недостижимая мечта. Под столом? Слишком очевидно. И тут его взгляд, скользя по тёмным сводам, зацепился за одну из массивных дубовых балок, поддерживавших потолок. Она была широкой, тёмной и находилась в уединённом уголке, в совершенной тени. Идея, рождённая отчаянием и усталостью, показалась ему гениальной в своей простоте. «Кто вообще будет смотреть наверх? Даже призраки летают на уровне глаз. Там... там можно спать.» Он с сомнением посмотрел на свои дрожащие от усталости руки. «Ну что ж, летать я пока не научился, но есть другой способ.» Заклинание пришло на ум само собой, чёткое и готовое к применению, как будто ждало этого момента. «Далекий шаг». Он ещё раз оценил расстояние, мысленно представил точку на широкой, плоской поверхности балки, ощутил, как пространство сжимается в узкую точку перед ним... И щёлкнул. Мир проплыл перед глазами, как размытая акварель. Не было ни падения, ни полёта — был лишь мгновенный, чуть тошнящий рывок, и вот он уже стоял на твёрдой, пыльной поверхности, в десяти метрах от пола. Под ногами лежали века пыли, а внизу, как миниатюрная декорация, раскинулся ночной Большой зал освещаемый хаотично летающими свечами. Вид был, что уж там, потрясающий. Сняв мантию и свернув её подушкой, Нейтан устроился поудобнее на своём новом «ложе». «Надеюсь, я не ворочаюсь во сне, — стала его последняя ехидная мысль перед тем, как сознание поглотила тёмная волна. — А то мой "высший полёт" закончится "высокоточной посадкой" на гриффиндорский стол.» Использовав одно из самых мощных заклинаний в своём арсенале для решения проблемы ночлега, Нейтан Кросс уснул на балке в Большом зале Хогвартса с чувством глубочайшего удовлетворения. P.O.V. Роберт Хиллиард, староста Когтеврана Роберт с деланно-спокойным видом наблюдал, как последний из первокурсников скрылся за дверью своей спальни. Уголки его губ сами собой потянулись вверх. Всё прошло безупречно. Вступительная речь о превосходстве разума и любви к знаниям — выверена и вдохновляюща. Ответы на вопросы — мудры и авторитетны. Даже загадка от орла была решена с элегантной быстротой. Идеальное начало года, — с удовлетворением подумал он, мысленно ставя галочку в своём безупречном ментальном досье. Ещё один кирпичик в фундамент будущей карьеры в Министерстве. И тут его взгляд, чисто автоматически, скользнул по списку новичков, который он держал в руках. И его кровь похолодела. Кросс. Нейтан Кросс. Тот самый тихий, странноватый парень, с которым у Шляпы случился тот... сбой. Того самого парня, которого сейчас не было в общей комнате. Того, кого он, Роберт Хиллиард, забыл. Паника, острая и кислая, ударила в голову. Потерять первокурсника в первую же ночь! Это пятно на его безупречной репутации! Это плётка в руках его соперников-старост! Это — конец всем его планам! Но ни один мускул не дрогнул на его лице. Спокойствие. Только спокойствие. — Кажется, я оставил в Зале свой пергамент, — ровным голосом сказал он никому конкретно и вышел из гостиной. Оказавшись в коридоре, он позволил себе ускорить шаг. Где искать? Мальчик явно не из тех, кто пойдёт на нарушение правил. Значит, просто заблудился. Просто. Роберт мысленно представил, как отчёт о «потерявшемся по вине старосты первокурснике» ложится на стол к директору. Его передёрнуло. На повороте он почти столкнулся со слизеринской парой — тем долговязым и той высокомерной девушкой. Они смотрели на него с лёгким подозрением. — Хиллиард? Что ты тут забыл в нашей части замка? — сквозь зубы процедил парень. Роберту потребовалась доля секунды. — Патруль, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал немного уставшим и полным долга. — Новые правила. Старосты всех факультетов усиливают ночное дежурство. Первокурсники в этом году... беспокойные. Слизеринцы фыркнули, но, кажется, купились на эту ложь. Пропустив их, Роберт почти побежал. Его мысли лихорадочно работали: Где ты, Кросс? Библиотека закрыта. В астрономической башне холодно. Неужели... он мог забрести в Запретный лес? Он уже видел заголовки в «Ежедневном пророке»: «Многообещающая карьера министерского клерка разрушена из-за пропавшего в лесу сироты». Роберт Хиллиард, образец честолюбия и амбиций, в панике носился по спящему замку в отчаянных поисках живой помехи для своего идеального будущего. Он заглядывал в каждый тёмный угол, прислушивался к каждому шороху, его мозг лихорадочно перебирал самые ужасные сценарии. А в это время сам источник его кошмаров, Нейтан Кросс, сладко посапывал, устроившись в импровизированном «гнезде» из собственной мантии на массивной дубовой балке под самым потолком Большого зала. Ему было тепло. Относительно удобно. И главное — его не беспокоили ни Филч, ни призраки, ни паникующие старосты. Он видел сон, в котором Шляпа пыталась надеться на шестерёнку, а та всё время уворачивалась со злобным тик-так. Если бы Роберт случайно поднял голову, его ждало бы зрелище, способное навсегда подорвать его веру в логику и здравый смысл: его потерянный первокурсник, мирно спящий в десяти метрах от пола, как самый необычный архитектурный элемент Хогвартса. К счастью для ментального здоровья старосты, он этого не сделал. Он пробежал под той самой балкой, лихорадочно думая, не свалился ли Кросс в подземелье к троллям, даже не подозревая, что его «проблема» в данный момент находится в самой безопасной и самой невозможной точке всего замка.