10 - Протокол «Серая мышь»: отчёт о катастрофе

— Видимо, старость — не радость, — с неподдельным интересом констатировал один из близнецов Уизли. — Дошёл до счёта «семь» и вырубился. — Просто возраст берёт своё, — без тени насмешки, с почти научным интересом заключил второй. — Батарейка села. Их комментарии словно сняли невидимый барьер. В классе поднялся нестройный гул. Ханна Эббот, всё ещё стоя, беспомощно смотрела на своих однокурсников-пуффендуйцев, словно ища у них поддержки. Захария Смит скептически хмыкнул, скрестив руки на груди. Кассиус Уоррингтон из Слизерина обменялся с Терренсом Хиггсом многозначительным взглядом, полным превосходства — мол, чего ещё можно ожидать от урока, где преподаёт получеловек. Нейтан же продолжал сидеть, сжимая в пальцах иллюзорную палочку. Его мозг, привыкший анализировать и систематизировать, отчаянно пытался найти рациональное зерно. Возраст? Внезапный нарколептический приступ? Магическая болезнь? Все гипотезы разбивались о факт шести последовательных неудачных кастов. Это было статистически маловероятно. Энтони Голдстейн первым опомнился и решил взять ситуацию в свои руки. — Кто-нибудь, позовите мадам Помфри! — его голос прозвучал чуть выше обычного, но уверенно. Он сделал шаг по направлению к преподавательскому столу, но Майкл Корнер схватил его за мантию. — Стой! Не трогай его, — предупредил Майкл. — Мало ли что с ним. Вдруг это заразно? Магическая кома? Спячка? — Он не в коме, он храпит, — парировал Энтони, но всё же остановился. В этот момент дверь в класс с лёгким стуком приоткрылась, и в проёме показалась высокая фигура в тёмно-зелёных одеждах. Холетные, чёрные глаза медленно обвели комнату, застыв на пустом преподавательском месте, откуда доносился храп. — Мне показалось, — прошипел Северус Снейп, и его голос, тихий и вязкий, как смола, мгновенно заставил всех присутствующих замолчать, — или урок Чародейства должен был начаться десять минут назад? И где профессор Флитвик? Все взгляды, как по команде, устремились на спящее тело за столом. Снейп проследовал к возвышению, его мантия развевалась за ним зловещим шлейфом. Он заглянул за стол, и его худое лицо исказила гримаса, в которой смешались презрение, брезгливость и… странное удовлетворение. — Ах, вот как, — протянул он, обращаясь не столько к студентам, сколько сам к себе. — Филиус решил, что его личный комфорт важнее учебного процесса. Весьма показательно. Он выпрямился и устремил свой пронзительный взгляд на первокурсников. — Поскольку ваш преподаватель… недоступен, — ясно было, что он подразумевает под этим что-то гораздо менее невинное, чем сон, — вы можете быть свободны. Не разбегайтесь далеко. И… воздержитесь от попыток его разбудить. Нарушение магического сна может иметь непредсказуемые последствия. Снейп развернулся и вышел из класса так же бесшумно, как и появился, оставив за собой гробовую тишину, теперь уже приправленную лёгкой паникой. Нейтан наконец перевёл взгляд с пустого пространства перед собой на свою иллюзорную палочку. Внутренний диалог, наконец, выдал новый отчёт. Гипотеза: Внешнее воздействие. Вероятность: 87%. Собственный статус: Не обнаружен. Иллюзия стабильна. Рекомендация: Эвакуироваться до усложнения ситуации. — Значит, так, — нарушил молчание Энтони Голдстейн, снова пытаясь взять на себя роль голоса разума. — Никто никого не трогает. Майкл, оставайся здесь, убедись, что с профессором всё... в порядке. Я схожу за мадам Помфри. Но его план рухнул, едва успев родиться. Буквально через минуту Снейп вернулся в сопровождении директора. Дамблдор, в своих расшитых звёздами мантиях, казался невозмутимым, но его пронзительный голубой взгляд, скользнув по классу, казалось, задержался на каждом ученике на долю секунды дольше необходимого, прежде чем остановился на спящем Флитвике. — Любопытно, — тихо произнёс Дамблдор, не обращаясь ни к кому конкретно. Он не стал подходить ближе, лишь слегка склонил голову, словно прислушиваясь к чему-то, недоступному остальным. — Похоже, наш дорогой Филиус решил взять незапланированный отпуск. Не будем ему мешать. Он повернулся к студентам, и на его лице появилась тёплая, но отстранённая улыбка. — В связи с этими... обстоятельствами, расписание на сегодня будет слегка изменено. Профессор Снейп любезно согласился принять вас на урок Зельеварения прямо сейчас. Надеюсь, вы будете вести себя подобающе и не заставите его жалеть о своей доброте. Снейп, чьё выражение лица ясно говорило, что он не испытывал ни капли «доброты», испепеляющим взглядом окинул толпу первокурсников. — Что ж, — прошипел он. — Потеряли одного преподавателя — получите другого. Надеюсь, вы готовы к более... серьёзным занятиям. Парой, за мной. И если кто-то отстанет, я не стану его искать. В подвалах водятся... любопытные существа. Он резко развернулся и вышел, не проверяя, идут ли за ним. Первокурсники, словно стадо перепуганных овец, бросились вслед. Нейтан шёл в толпе, его внутренний диалог наконец-то выдал новый, пусть и неудовлетворительный, отчёт. Гипотеза: Внешнее воздействие неизвестной природы. Вероятность: 73%. Собственный статус: Не обнаружен. Иллюзия стабильна. Новая задача: Выжить на Зельеварении у явно враждебно настроенного преподавателя. Побочный вывод: Система образования Хогвартса демонстрирует тревожную гибкость при столкновении с аномалиями. Он сгрёб в кулак пальцы, всё ещё сжимавшие пустоту, с внезапной яростью осознав, что его единственное оружие — это притворство, и он только что умудрился направить его против себя. Приготовился к новому испытанию. План «притвориться обычным учеником» подвергался куда более серьёзной проверке, чем он мог предположить. И теперь ему предстояло делать это в подвале, пахнущем болотной водой и ядовитыми испарениями, под пристальным взглядом человека, чьи глаза, казалось, видели каждую его ложь. Подвал Слизерина встретил первокурсников ледяным, сырым воздухом, пахнущим консервированными страхами и горькими кореньями. Снейп, скользнув к своему преподавательскому столу, обернулся и устремил на студентов взгляд, полный молчаливого презрения. — Зельеварение, — начал он своим тихим, но режущим слух голосом, — это не крикливый взмах палочки. Это тонкое искусство, требующее точности, терпения и... интеллекта. Многие из вас, — его взгляд скользнул по гриффиндорцам, — несомненно, сочтут его скучным. Что ж, глупость часто маскируется под жажду развлечений. — Сегодня, — продолжал Снейп, — вы попробуете сварить простое Отвар из забывчивости. Не надейтесь, что оно поможет вам забыть сегодняшний позор. Для этого его требуется куда больше, чем вы сможете изготовить. Нейтан уловил едва заметный жест Снейпа — профессор не просто проводил инструктаж. Он выискивал. Его глаза, как щупальца, ощупывали каждого ученика, выискивая слабину, неуверенность, страх. Этот урок был не про зелья. Это была западня. Пальцы Нейтана внезапно стали непослушными. Склянка с порошком из корня папоротника выскользнула у него из рук, рассыпавшись по столу. Он попытался нарезать мандрагору, но вместо ровных долек у него получились рваные, неаккуратные куски. — Кросс, — голос Снейпа прозвучал прямо у его уха. Профессор возник за его спиной как призрак. — Похоже, твои руки не знают, что творит твоя голова. Или наоборот? Минус пять очков Когтеврану за вопиющую небрежность. Его зелье, несмотря на неуклюжие манипуляции, вело себя странно. Вместо мутно-серого цвета оно начало отливать перламутром. Пузырьки на поверхности лопались с мелодичным звоном, а не глухим бульканьем. Магия внутри него, отвечая на его глубинное понимание сути процессов, сама корректировала его косяки, «исправляя» реальность вокруг зелья. Он чувствовал, как энергия вибрирует в котле, подчиняясь не его рукам, а его воле. Снейп, сделав круг, снова остановился позади него. На сей раз его молчание было густым и тягучим, как непроваренное зелье. — Любопытно, — прошипел он так, что слышал только Нейтан. — Твои руки двигаются с изяществом горной троллихи, а зелье... демонстрирует необъяснимую стабильность. Объясни этот феномен, мистер Кросс. Нейтан поднял взгляд, но не на Снейпа, а на свое зелье. Он позволил себе смущенно хмыкнуть — короткий, сухой звук, идеально передающий досаду и легкое недоумение. — Кажется, я так сосредоточился на том, чтобы не уронить ничего ещё, что перестал дышать, профессор, — его голос прозвучал ровно, с легкой дрожью, которую можно было принять за нервозность. — Наверное, просто повезло с мандрагорой. Или... — он чуть помедлил, как бы подбирая слова, — может, я просто хорошо запомнил ваши движения. Вы ведь показывали очень четко. Снейп сузил глаза. Его взгляд, буравящий и пронзительный, ещё несколько секунд изучал Нейтана, ища трещину в этом фасаде растерянного новичка, которому непостижимым образом повезло. — «Повезло», — повторил Снейп с лёгким ядовитым оттенком, но острота в его голосе притупилась. Следующая фраза прозвучала почти разочарованно: — Удачливость — плохой попутчик в Зельеварении, Кросс. Рано или поздно она заводит в канализационный сток. Продолжайте. Он отошёл, скрывшись в полумраке между столами, как тень. Замечательно. Не прошло и полдня, а я уже успел попасть в список "перспективных" у местного палача-интроверта. На этом фоне ночная экскурсия по балкам выглядит безобидной шалостью. Он взглянул на своё перламутровое зелье, которое всё ещё тихо звенело. Теперь ему предстояло сделать самое сложное — незаметно испортить его, чтобы результат выглядел средне и не привлекал дальнейшего внимания. И сделать это так, чтобы выглядело это как очередная случайная неудача. Нейтан мысленно скомандовал излишкам магии утихомириться. Перламутровый отблеск померк, мелодичный перезвон пузырьков сменился обычным глухим бульканьем. Теперь зелье выглядело просто... хорошим. Слишком хорошим для ученика с его уровнем ловкости. Настало время грубой игры. Нейтан взял склянку с высушенным шпинатом — безвредным, но совершенно лишним в рецепте ингредиентом. С наигранной неуверенностью он сделал вид, что перечитывает инструкцию, а затем с театральным вздохом обречённости бросил щепотку зелёного порошка в котёл. Он нарочно сделал движение резким и неуклюжим, рассыпав половину порошка по столу. Но, как и следовало ожидать, его неуклюжесть сыграла против него. Вместо того чтобы просто испортить зелье, он создал небольшую химическую реакцию. Зелье с шипением позеленело и начало издавать слабый запах тухлых яиц. Почти мгновенно Снейп снова материализовался у его стола. Его тонкие ноздри дрогнули, вдыхая запах сероводорода и глупости. — Позвольте мне угадать, Кросс, — прошипел он, и в его голосе зазвучало почти удовлетворение. — Вы решили, что рецепт, проверенный столетиями, нуждается в ваших... вегетарианских поправках? Или, — его взгляд упал на зелёный порошок на столе, — ваша кулинарная фантазия взяла верх над магической теорией? Снейп: Выступление - Критический успех Снейп не просто констатировал факт. Он устроил представление. — О-хо-хо, — тихо прошипел он, и его голос приобрёл маслянисто-ядовитые нотки, которые заставили затихнуть даже Уизли. — Кажется, мы имеем дело с уникальным случаем. Мистер Кросс, судя по всему, считает, что искусство Зельеварения — это площадка для его кулинарных экспериментов. Он медленно обвёл взглядом класс, наслаждаясь моментом. — Он не просто ошибся. О, нет. Это было бы слишком просто. Он сознательно добавил в свой отвар... шпинат. Видимо, полагая, что притворная глупость — это достойная стратегия для того, кто мнит себя хитрее всех в этой комнате. Снейп наклонился к котлу Нейтана с преувеличенным интересом. — Вы видите это, класс? Перед вами — не провал. Перед вами — высокомерная попытка манипуляции. Жалкая увертка того, кто боится показать свои настоящие способности, предпочитая прятаться за маской идиота. Он выпрямился, и его голос стал ледяным и тихим. — Позвольте мне прояснить, Кросс. Искусство Зельеварения не терпит фальши. Оно требует подлинного мастерства, а не дешёвых детских уловок. Ваша жалкая попытка обмануть меня оскорбительна не столько для моей персоны, сколько для самого ремесла. Двадцать очков с Когтеврана. Не за безграмотность. За наглость и неуважение к этому предмету. Снейп повернулся и плавно отошёл, оставив Нейтана в центре всеобщего внимания, под сдержанные хихикания и осуждающие взгляды. Ну вот. Идеальный результат. Нейтан с некоторым отстранённым любопытством наблюдал, как зелёная жижа в его котле медленно пузырится. Стратегическая задача "не привлекать внимания" выполнена с точностью до наоборот. Вместо серой мыши получился... яркий, ядовито-зелёный штрих на общем фоне. Снейп доволен — приобрёл новую игрушку для своих психологических опытов. Однокурсники развлечены. Он мысленно представил, как в личном деле у Снейпа появляется новая пометка: "Склонен к эксцентричным методам саботажа. Требует нестандартного подхода к унижению". Что ж, хоть какое-то разнообразие в учебный процесс внёс.