>>Общий вектор

Следующий день что-то сжало очень крепко - это что-то было и потоком новостей о всё новых пострадавших и о ущербе, и поход в библиотеку, при том ЙеО выбрал ту, что была при совете. Добираться неблизко, да и ночью он почти не спал. А утро ещё и было очень холодным, по-настоящему осенним. Там, в здании молчаливая и красивая ( очень ) девушка библиотекарь провела его в технический отдел, где он проштудировал нужную ему литературу, и почти безрезультатно. Ну и пусть. Девушка даже не поинтересовалась школой, посмотрев его айдишник, зато сам он заметил у неё цепочку на запястье. На ней качался, скупо поблёскивая золотом такой же, как у Каяны, но маленький, золотистый значок. ЙеО покинул библиотеку, заехал домой и отправился в самый центр второго округа - туда, где жил Спарк. Сегодня группа совещалась на предмет поездки, конечный маршрут которой за последние несколько месяцев несколько раз менялся. Сегодня обозначилась, при посильном участии разгула стихии, цель. И цель была исторической, что уж тут. Квартирке Спарка Момидзи старалась придавать черты жилого помещения, но стоило ей только сбавить упрямство этих стараний, как моментально оно начинало напоминать смесь антресолей и чулана в лаборатории какого-нибудь учебного заведения. А сегодня и вовсе - группа уселась на диван, повалив массивное, огромное зеркало на пол, и подставив к нему ещё несколько, поменьше. Зеркало показывало хорошо, но вовсе не «Титан». - Итак, Африка! - Веско произнёс великий лидер, и действительно, африканский континент являл себя, показанный на снимке со спутника с наложенной на снимок картой автодорог, во всей красе. Африка - сама себе город, сама себе сад, город без названия или с кучей разных, но официально просто - Континент. Или, опять же, Африка. - Ах вот оно что, я-то думала что это у нас такое, а это... - съехидничала Инна. Её пегие волосы покачивались напротив восточного побережья, где сплошь сейчас красовались горы, а на горах виднелся ледник. - Она! Хотя она, как вы понимаете, не конечный этап. Конечный, как когда-то, сотни лет назад - антарктика... если, конечно, мы вообще туда доберёмся. С Континентом всё просто... - Ага, ты посчитал, сколько до мыса мы будем ехать на нашем фургоне-то? - Вот, пожалуйста. Спарк вывел предполагаемый маршрут, маршрут сопроводился цифрами. - К маршруту претензии есть? - Поинтересовался лидер, группа покачала головой. - Какие тут претензии могут быть, я там не был никогда? Всё равно получится как-то иначе. Вот тут, например, я знаю, у них крупнейший метеорологический центр. Тут мы сколько времени проведём? То-то же! - А я хочу посмотреть эти сады, - показала Кана на полосочки на карте. - Всё равно мимо поедем. Это к экологии имеет прямое отношение и там у них техника. Кана показывала пальцем на ближайшую к Неопорту полосу сада. Африка, как она есть, на карте со спутника выглядела сплошь покрытой продольными полосами - от западного побережья к восточному, где так и остался ледник - а ещё внутреннее африканское море, на месте озера, которое было когда-то. Море теперь давало жизнь всему Континенту, и оказалось природным. Его принёс Ураган столетия и оставил, загородив с востока холодом. Континент имел свои, совершенно непонятные для неместных деления на округа и районы, при том движение между некоторыми не далось бы так уж легко. Но важнее было то, как до безумия рационально распределились городские и аграрные районы на самом континенте. Эти полосы - серого и зелёного - со спутника выглядели как чертёж, не то как заставка новостной программы. Полосы, полосы, и почти живой, телесный изгиб, вобравший их в себя. Всего десять полос садов и одиннадцать городов. И море. - А началось всё ещё когда родные были живы, - сообщил Спарк. - Я искал дырку в Африке... - И как, нашёл? - Сочувственно поинтересовалась Инна, Момидзи прыснула. - Нет. Родители как раз изучали литосферную плиту под континентом. А я искал дыру. Я очень хотел в те годы найти тайный ход - от Африки до Антарктики, под землёй. Я до сих пор думаю, что может быть такой. Природного происхождения, а быть может даже, кто-то сделал его. Но даже если его нет... смотрите. Спарк вывел на карту метеорологические данные со спутника и наложил то, что оказалось паттерном поведения градиента, который уже показывали в новостях. Вот он мечется, по другому и не скажешь, над южными округами Неопорта, вот данные о средиземном море. - Видите? Экстраполируем данные, и получается, что оно сходится либо здесь, над африкой, то есть над её самым южным мысом, либо тоненьким лучом исходит уже оттуда, из Антарктики. И это возвращает нас к дыре. Оно всё сужается книзу, видите? Если Дырка есть, она пропускает то, что вызывает разгул стихии у нас тут, оттуда, с южного полюса... - Где пятьдесят лет бушевал ураган, - выдохнула Кана. - Именно! И где условия, необходимые для поиска неучтённого фактора и кристалла заодно поддерживались искусственно как никогда долго. Так или иначе, пусть градиент и распускается как цветок у нас тут в северном полушарии, но видно, как предполагаемый его хвост растёт, если хотите, как корень, оттуда. Поэтому я предлагаю совершить путешествие к самому южному континету - хотя бы подплыть к нему, замерить данные, попробовать поймать кристалл, а даже если нет, то собранные данные уже передать в агентство - пусть на планетарном уровне решают, что с этим делать и как. Наша миссия, как охотников за ураганами, как исследователей, тут будет выполнена и перевыполнена на все сто процентов. - Ну, тут мы едем, я так понимаю, вдоль Нила. Вот море Чад - тоже понятно, - показала пальцем Момидзи. - А тут у нас должен быть тоннель. Проедем насквозь - и мыс. И тут начинается самое интересное! - Холодрыга тут начинается, - сообщила Инна. - В Африке? - Посмотрела на неё Момидзи. - Я про такое не слышала. Мы же не полезем в горы. - Ну, а дальше там айсберги и вообще, пингвины живут. Я так понимаю, Спарк и ЙеО мастерят огромный плот, мы грузим на него фургон и вплавь, мимо льдов и всего этого, синюшные и тоскующие, гребем вёслами. Как дальше-то? - Так я же говорю, я искал дырку в Африке. Я дырки не нашёл - зато у меня куча знакомых спелеологов местных. И среди них оказались ребята, которые ходят между южным мысом индийским полуостровом вплавь, на грузовых кораблях. Мы уже связались, и они говорят - довезут нас до берега, то есть до ледника, даже высадят, если повезёт с погодой. Да, прямо с фургоном, а что? - Ничего, а потом? - Вот Антарктика, - без обиняков бросила Кана. Она уже лежала на полу, между затянутых в тёплые носки стоп Момидзи, которые та неловко, чуть косолапя, расставила в стороны, и сама первый перетащила карту ближе к Южному континенту. Антарктида на снимках со спутника выглядела как огромная полированная кнопка. Кана с интересом изучала камни неподалёку от неё. - А потом, спустя 12 часов, за нами придёт другое судно, их товарищи. И обратно, в Африку. Полсуток на сбор данных более чем достаточно. Если повезёт, доедем до советского плато, где когда-то была установка фокуса. Посмотрим, что от неё осталось. Если бы я один отправлялся, я бы забрался непосредственно туда, где стоял фокус и где должна остаться от неё шахта. Кстати, молодняк, быть может, оставим в Африке? - Меня? Нет. Ты мне пальцем покажи, куда едем. Мне надо видеть, я не догадливая, - проворчала Кана. Спарк показал пальцем, где было плато Советское. Сейчас на снимках только ровный ледяной рельеф местности с текстом был виден, если там и стояла гигантская установка когда-то, сейчас ничего не было возможно разглядеть. - Я, конечно, еду. Мы с мамой уже это обсудили, - просто казал ЙеО. - На Антарктику хочу посмотреть. Хотя не верится как-то, что мы доберёмся. - Доберёмся, - заверила его Кана. - Мы едем, но без обязаловки. Может быть, все нужные данные мы получим в Африке, - прозвучало это чуть просительно, Момидзи посмотрела на Спарка, который подмигнул ей обоими своими дополнительными глазами. - Всё будет хорошо. Думаешь, я чего просил подлатать фургон? Я поставил дополнительный аккумулятор. И на браслеты, и на пищевой принтер, хватит на всё. Мёрзнуть ты не будешь! Никто не будет. - Ага, и дополнительный бак для раствора, - поддакнула Инна. - Словом, мы можем отправляться в путь, когда будем готовы. Хоть сегодня. - Завтра, - отрезала Момидзи. - Если нет других вариантов. - Давайте завтра, но как? По поводу спарковых знакомых я поняла, а до Континента-то как? На судно до Нила кто нас возьмёт? - А вот тут, я так понимаю, в дело вступает моё происхождение, - темновато улыбнулась Момидзи, и даже, как показалось ЙеО, чуть угрожающе. Словно наперекор кому-то. - Сделаем небольшой крюк до, вы знаете, дворца. Да-да! Они же обещали чем смогут помочь любому, кто дитя цветов. Так что едем до нулевого округа - по шоссе. Будет долговато, но зато мы у них попросим подзарядиться. И вот они-то дотрясут нас до Континента, как груз, вместе с фургоном и всем содержимым. Я уже заранее через знакомых выясняла, кто пользовался группой взаимопомощи, говорят, они действительно всем помогают. Даже если нет, то по шоссе в итоге... - Упрёмся в ледник, - сообщила Инна. - Упрёмся в порт, и там нас перевезут. Они могут, я узнавала. - Ну что, значит завтра? - Спросил Спарк и осмотрел свою группу всеми четырьмя глазами. Верхние смотрели улыбчиво и мечтательно, нижние внимательно, как на книгу. - Завтра! - Эхом отозвалась Кана. - Завтра, - отвечал покладистый ЙеО. - Завтра, - поддакнула Момидзи а Инна кивнула. Это же утро для Топаз по началу выдалось скучнее и проще: заместительница начальства отвечала на сообщения по сети - с монитора и с самой себя, от огромного количества менеджмента всех родов и мастей, Топаз, соответственно, от этого была освобождена. Для работы, но в последней наблюдался тупик. Топаз перекинулась несколькими сообщениями со знакомыми и коллегами. В коридоре наблюдалось оживление и, похоже, сегодня вся работа шла там. И тут дверь на этаж открылась и в неё вошёл Рудольф - серый и измотанный. Начальник нёс огромную канистру мандаринового сока, плывя сквозь подчинённых; приветствия и беглые указания кончились, когда глазами он поймал ведущего аналитика. - Топаз, доброе утро! Идём-те, у меня к вам разговор, - прошелестел здоровяк и увёл Топаз в свой кабинет. В кабинете было просторнее чем у неё и тут больше было предметов коммуникации ( и здоровенный шкаф с книгами ) чем приборов. Рудольф водрузил канистру на стол и достал откуда-то пару стаканов. Даже не спрашивая, хочет ли она, начальник налил сока и ей тоже, Топаз ухватила здоровенную стекляшку обоими ладонями и села за огромный стол, покорно взирая на начальство. - Побывал в комиссии, съездил в Океан, суматоха и кошмар. Сейчас расскажу, - выдохнуло начальство, отчитавшись перед подчинённым. Топаз ждала. - Нашлась коварная рука Марса. Рудольф пожевал губы, стараясь, видимо, не рассмеяться. Египетские его глаза смотрелись на лице, похожем на кусок белого сыра, наклеенными и какими-то пластиковыми. Ровный и чуть бесстрастный взгляд отливал лунным светом, которого сейчас не было. - Но не там, где ждали, - продолжил он. - Запасайтесь канцелярскими товарами, скоро будут очереди на всю улицу! Это всё равно попадёт в новости, так что я вам расскажу, хотя это с конца. Комиссия была сначала, и она меня отправила в Океан. Хорошо-хорошо, не они меня отправили, я сам отправился. - И очень вовремя, могли попасть в бурю, - мягко сказала Топаз. Рудольф ничего на это не ответил. - Комиссия отвечала перед советом на предмет данных с их стороны. Что у нас творится с этой аномалией. Мы потом обсудили это уже у них в лаборатории. Но в совете они ещё после предыдущего случая докладывали - зафиксировали странное явление. Оказалось - не природное. У нас-то в Неопорте ничего. Но у них же повсюду теперь эти детекторы. У меня такой в игрушке, могу показать потом. - Не надо, - отвечала Топаз. - Всё равно. У нас ничего, зато в Океане, строго с востока на запад, волнами, как офисный сканер, что-то попадает на детектор. Посмотрели откуда летит, а оно как раз лететь перестало. Вы будете смеяться, троянский астероид. Ну, после четырёх последних тому, что они постоянно появляются впереди или сзади, никто не удивляется. Но этот населён - марсианами. У них так: соорудили какую-то машину, которая стала испускать в сторону Земли заряженные нейтрино, или как их назвали в комиссии, «нейтрино с оболочкой». Это очень хитрое приспособление. Нейтрино сами почти не взаимодействуют с материей, зато когерентные оболочки взаимодействуют - и когда натыкаются на материю, отлетают по адресу назад. Туда, на троянский астероид. Как локатор. Только эти просвечивают насквозь всё. Буквально. Они чуть глючат, там на спутнике, когда проходят сквозь лазерную одежду, но это не главное. - А это зачем вообще, - спросила Топаз, пытаясь прикинуть, какая польза может быть от такого сооружения. - Шпионаж... видимо. Только какой-то нелепый. Автомат буквально делает снимки абсолютно всего до какого-то подземного уровня. Глубже они не просвечивали. Зато у них на астероиде оказался гигантский сервер. Ну, по их меркам. Он-то и полетел. Они хотели сделать точную цифровую копию Земли, со всем её содержимым. С каждой страничкой каждого журнала. И сервер не только сохранял это все, но и пытался анализировать и считывать просканированное. Может, искали очень тайные документы. Может, карты, какие бывают только на бумаге. Но сервер умер, переполнившись данными на первом этапе, так сказать, предприятия. Они начали с Океана и хотели просканировать всю землю. В Океане, насколько я знаю, местные те ещё барахольщики, а уж книг-то и журналов, понимаете? Вот вы разрисовывали учебник в пятом классе и закинули его на чердак. Совершили, таким образом, полезное дело: застопорили работу марсианской проглядки, так как добавили данных им к работе. Вот я и говорю, скоро будут расхватывать канцтовары. Мы им такое нарисуем, если будут опять смотреть! - Это безумие, а совет, к слову, как-то на это ответит? - Ну, та часть, которая осталась от дворца, сообщила им, что хочет гейт в их сеть. Официально, для всей Земли. Марсиане отказались. Но видно, что они не ожидали такого провала. Их же поймали на том, что они высадили бригаду ремонтников на астероид. Аккурат тогда, когда и комиссия, и астрономы на астероид смотрели пристально. Помахали им туда ручкой, на Марс. Вот объявят в новостях и будет потеха. Дело о шпионаже открыли в полиции, следовательно сейчас всё огласят. - А вы в марсианском посольстве не были? Говорят, очень интересно. Вот где гейт точно есть. - Не догадался напроситься, - выразительно посмотрел Рудольф на Топаз, как-то боком. - Могли сказать, не моя специальность... Так вот, по поводу аномалии. В комиссии установили, что она исходит вовсе не из Средиземного моря, а идёт дальше в Африку, в Континент. Там у них свои филиалы агентства и между нами сейчас начнётся активный обмен данными. Аномалия к работе марсиан отношения не имеет, как и было установлено. Но чем она является, комиссия не понимает. Как не понимает, почему сейчас. Про это самое «сейчас» мы с ними долго беседовали и я совершенно не могу понять, почему их так волнует это время. Что у нас такого сейчас? - Политика, - кротко ответила Топаз. - Совет расширяется, королевство улетает, но остаётся. Кадровые подвижки. Я так понимаю, какую-то группу подвинули. - Там всё ещё хуже. Был захват заложников, впервые за добрые лет пятьдесят. Захватывали целиком здание с хранилищем предметов искусства и, заодно, протезированными людьми. - А кто захватывал? - С этим сложнее. Тут некоторая неясность. Ну, нас это сейчас не касается. У меня для вас поручение. Вернее, вопрос: как вы относитесь к командировкам? - Хотите на Марс меня отправить? - Брякнула Топаз первое, что пришло в голову. Ну, почти первое. - Зачем на Марс? На Континент. В этот их филиал агентства. Топаз хотела бы удивиться, но как будто забыла, как это делается. - Когда? - Раз вы согласны, - Рудольф сделал паузу и, видя что Топаз ничем отказа не проявляет, продолжил: - через неделю примерно. Или, вернее, через десять дней. Там будет работать от комиссии группа. И вы - от нас. От пострадавших, таким образом, вы одна. - Вот уж кто теперь получит мест в совете, - не удержалась девушка. Начальство как будто было готово к этому комментарию. - И вовсе нет. У них на пять мест больше. Зато теперь из комиссии выделится уже ещё один орган - они будут смотреть в сторону Марса и подозрительных небесных тел. Я уж слишком стар, чтобы предлагать свои услуги. Совет ежедневно отправляет и на Марс, и в посольство запросы о гейте. Может, и продавят. Марсиане закисли совсем. Не сдюжили Океан. Ну, а вечером, как раз тогда, когда ЙеО и товарищи обсуждали во всех деталях маршрут будущего путешествия, Топаз и Пульхерия в тесном кругу пили чай. Балкон обдувал прохладный ветерок. Балкон тут был квадратный, уголком к стене дома. И уютно, и всё видно. Словно собирает в себя тепло и шум города, чтобы сохранить. Пульхерия зарылась носом в пар от чая, прикрыв глаза. На лице покой, по красивому лицу блуждает отречённая улыбка. - Я даже не понимаю, как и почему. Бывают такие совпадения, но я и вправду не хотела. - Скажи мне прямо, чего бы ты хотела вообще. - Нет, я же не следила за ним. Это вышло случайно. Ну, один раз. Приблудился ко мне какой-то мальчик. Я думала, сообразительный. Пусть заходит иногда. Откуда мне было знать, что это он? Получается, я за ним шпионила! Пульхерия захихикала. - Игры это, всё-таки, для тех, кому скучно в реальной жизни. Чтобы на других отыгрываться за свои беды и бедки. - Ерунду говоришь! Попробуй сама, тогда суди. В «Полтергейсте...» интересно, плюс, это не та допотопная дворцовая игрулька, которую они везде пропихивают. Если взаимодействие с детекторами и туда добавят, я буду там люлей направо и налево раздавать всем, за кем это замечу! Уж это я могу! Война в цифровом мире это тоже война. Нужно готовиться к этому и запасаться цифровыми силами. - Хорошо, я попробую... как-нибудь. Топаз допила чай из чашки и сумрачно взирала на печенье, выбирая то, что на вид покислотнее и где глазурь поярче. Чайник покорно ждал на столе. - Вот ты, ты его убеждала выбрать метеорологию? - Нет, - отрезала Пульхерия. - И не препятствовала всем этим глупостям с «Титаном». Это его дело, не моё. Хотя поездка в Антарктику это ерунда, по-моему. Им надоест ещё где-нибудь в порте№7. Наверное. - Угадай, куда меня отправляют в командировку? Туда, к морю. - А чья это идея? - Топаз почувствовала, то Пульхерия впервые за вечер немного напряглась, как будто увидела какую-то цель. - Рудольфа. Он мне предложил. - А ему кто? Надо было поинтересоваться. - Рудольф такие решения принимает сам. И это было предложение. Могла и отказаться. - Ты бы не отказалась. Ну да и ладно. Представляешь, они доберутся до внутреннего моря, и ты - там. Это даже весело! - Это совпадение! - Отчаянно провыла Топаз. - Думаю, впрочем, что ваша встреча почти невозможна, учитывая масштабы Континента. - Понимаешь, - сказала Топаз, которую задел и ветерок, и пробежавшее облако. - Мне даже в школе не было страшно. А тут вдруг я поняла, что такое страх. И иногда он возвращается. Утро следующего дня, такое же холодное и стылое, только более белое, застало «Титан» и Топаз на восточной границе второго округа. Всё вверх и вверх на множестве уровней города шли монорельсы и поезда. Раньше их вели сюда, к Совету и прочему, что образовывалось рядом. Теперь уже невозможно было понять, куда и что ведёт. Все вокруг бежало, но фургон пока ждал своего часа. Топаз возникла перед фургоном, чёрной фигурой и в несколько обвинительной позе стояла она, ожидая когда ЙеО откроет дверь и выйдет к ней. - Признаю, что я накосячила, - вместо приветствия сообщила она, хотя звучало так, будто провинился ЙеО. Парень молчал. Топаз вытащила из кармана маленькую чёрную коробочку и протянула её на открытой ладони пацану. - Это карманный барометр. Личного изготовления, - сквозь зубы сказала Топаз. - Тебе, в дорогу. По-моему, вы занимаетесь ерундой. Ни при каких обстоятельствах... Топаз придвинулась почти вплотную и смотрела в глаза. - ... ни при каких обстоятельствах не открывай коробку. Даже один. Это понятно? - Так точно! - Отвечал ЙеО на манер доураганных времён. - И вовнутрь не смотри. Барометр работает, это главное. Лучше убеди своих друзей вернуться. Так они попрощались и, так ЙеО в этот раз и не узнал, что имела Топаз, когда что-то ставила себе в вину. Фургон завёлся. Внутри стояла благоговейная тишина, которую холодили стёкла машины. Утро, ни одно из них не бывает приятным и часто они липнут к окну, но иногда даже отшатываются от окна, словно сторонятся тебя. Перед машиной вереницей шли машины другие, улица перед ними изгибалась полукругом, подныривая слева и прямой стрелой выгибаясь перед ними, чтобы повести вперёд. Всё ждали и ждали, и машинам небыло конца. Масштаб дороги, которую предстояло проделать в этот момент первого шага гипнотизировал, завораживал, и как будто выжидательно молчал.