>>Третья по счёту катастрофа

Что не встретили даже хорошо. Подумайте, какая сложность - найти здание филиала агентства, на крыше которого красовалась необъятная антенна и куча аппаратуры в довесок, плёвое дело. Топаз вышла на связь с дамой, которая была чем-то вроде местного Рудольфа, когда уже подходила к ним, и та сообщила: да, окружного менеджера, который должен был её провести, встретить, убедить с ними работать и вообще, галантно сопроводить, сегодня нет и не предвидится. Но вы проходите, мы давно вас ждём. Топаз пожала плечами - местные тёрки видимо, по этому самому менеджеру тут никто не скучает. Внутри всё чем-то напоминало тетрадь в клетку и миллиметровую бумагу - очень строго и просторно. Одесса, та самая, с которой она связалась, сразу повела её наверх, где у них зал, а Топаз разглядывала её, даже чуть покраснела - красивая, и фигура такая выразительная. Одесса красовалась в чем-то в черно-белую продольную полоску и носила за ухом крошечный фиолетовый цветок, тёмная лоснящаяся кожа почему-то наводила на мысли о ртути. В зале оказалось пусто, там имелась сцена, на которую поднялся мужик в очках, в которых мелькало что-то, похожее на синюшные чертежи, а на самой сцене сгрудилась куча приборов - да ещё этот, как оказалось, местный главный аналитик ( коллега, значит ) приволок что-то, что Топаз стала задумчиво разглядывать. Она села, как вежливая школьница, в первый ряд, рядом примостилась Одесса и они принялись слушать главного аналитика, за спиной которого зажглись экраны с данными и что-то ещё, типа местной оси. Топаз старалась особо не разглядывать заранее, сосредоточившись на внезапной лекции. Аналитик, которого, как оказалось, зовут Лемель, бегло озвучил заранее припасённые статистические данные, деликатно прошёлся на тему местной климатической специфики, для неё, значит, провёл ликбез, и вывел на экран нечто, что гораздо меньше было в реальности и стояло в данный момент перед ним, вместо трибуны. - Если мы рассмотрим эти глобулии... - с жаром произнёс он и, на секунду оторвавшись от изучаемого объекта, увидел на вежливом лице Топаз выражение, скажем, озадаченности. - Да! Глобулии! Так вот, тут у нас генератор, который держит в подвешенном состоянии... Посмотрим, тут у нас образцы капель воды с высоты в полтора километра, прошлогодние. Мы не позволяем им выпариться, понимаете? Топаз вежливо кивнула, пожевав губы. Ну да, в каждом филиале своя этика, тут, видимо такая. - Мы настроили генератор так, чтобы он детектировал и держал небольшие частицы неорганического материала. Вот эти являются ядром кристаллов льда с высоты чуть выше, здесь такие же, но новее. Вот эти вынуты с высоты в прошлом месяце. Посмотрите внимательно! Топаз и смотрела, хотя Лемелю явно нравилось любоваться ими больше. - Видно, что с начала прошлого месяца часть неорганическая стала крупнее. Это повлияло и на динамику образования капель воды на высоте... видимая корреляция в динамике... - Вы хотите сказать, что это как-то связано с аномалией? - Спросила Топаз, которая начала догадываться, к чему всё это. Самое интересное, что девушка чем больше слушала, тем сильнее хотела повозиться с этими данными в личных целях, но ах, кто-то прошёл примерно тот же путь и без намёка на, скажем так, социальные цели. - А органика? Вы смотрели органику в частицах?.. - Да, но она не меняется. А какая органика вам там нужна? В лучшем случае, микроорганизмы, ну, это нас не интересует. - А неорганика? Состав? - Вот! - Поддакнула Одесса. - Сразу видно, что вы гораздо серьёзнее к вопросу готовы подойти. Мы выведем список и вам выдадим. И место выделим. Но... - Но всё равно, какая связь с аномалией-то? Градиент вызывает укрупнение частиц льда, что ли? - Как раз наоборот! - С жаром отвечал Лемель, но его перебила Одесса. - Дело в том, что забор частиц мы проводили для плановых исследований нашего аналитика, и как раз тогда, когда в наших краях в первый раз было зафиксировано сжатие. Мы так это называем, сжатие! - Это мусор - просто сообщил главный аналитик. - В частицах льда откуда-то взялось большее количество мусора, чем обычно. Это и вызвало гораздо более разрушительные явления, опосредованно. И тут Топаз, которая только-только начала проникаться местной атмосферой, почувствовала как внутри что-то стремительно падает вниз, прям, наверное, как тот транспорт, с которого Лемель, возможно лично, возможно, натянув на голову старомодный шлем кожаный и гогглы, собирал, ловя в стаканчик, свои нежно любимые кристаллы. Ох. Топаз помотала головой, прогоняя видение. - Лемель настоящий гений! - Уверенно произнесла местная начальница. - Он моментально нашел причину явления и она как нельзя лучше ложится на данные из его профильных работ. Но есть ещё кое-что... - Мне кажется, - поелозив на стуле, произнесла Топаз ( когда совещание закончится, интересно, и чем? ) - что такая корреляция несколько притянута за уши. Разброс в атмосферном давлении, и то, что области его перепадов стали ощутимо ближе друг к другу, едва ли как-то связан с укрупнением кристаллов льда и, кхм, неорганикой в их сердцевине. Это разные вещи. Мне кажется, это базовое что-то. - Мы поднимались на большую высоту, понимаете? И дело в том, что над континентом атмосфера земли несколько вырасла. Это могут быть сейчас буквально сотни метров, но судя по образованию кристаллов и датчикам, это так, - проговорила Одесса, видимо, то, что давно хотела озвучить. ( Земля это линза! - сразу вспомнила Топаз, как тот парень чудной орал на конвенте, и снова помотала головой ). - Атмосфера выборочно расширилась? - Поинтересовалась Топаз, припомнив и свои манипуляции с одиноким локатором, и что он пытался показывать, когда она выкрутила высоту на максисмум. - Едва ли выборочно, но над нашими участками, хоть это и не очень сильное расширение, это так. У нас нет возможности замерить над чужими городами а управление аэронавтики нас особо не слушает. Объясните вашим, что это важные данные и это нужно проверить! - Атмосфера изменилась, это и вызвало аномалию, - уверенно говорил Лемель, изучая кристаллы льда, которые висели себе в безвоздушной среде в контейнере, как и капли воды, почти невидимые даже с увеличением, в соседнем. - А что вызвало само это увеличение? И из чего тогда состоит более верхний слой? Тут вопросов больше чем ответов, да и ответы так себе. - У нас нет возможности так высоко подняться, а зонд быстрее проскакивает нужный участок, чем приборы успевают сработать. Что до верхнего слоя, ну, это очень размытый участок... - Теперь уже Одесса преподавала ей азы, весьма дружелюбным тоном, впрочем. - Почему аномалия возникла над средиземным морем? А не над вашим, внутренним? - Над ним и возникла, просто никому не было дела. А у нас уже два раза не по плану были сильнейшие ураганы и каждый раз они сопровождались этим вашим градиентом, - уверял её Лемель, ткнув пальцем в глаз на экране за собой. Он покинул сцену, а на экранах вместо данных появились глаза теперь уже везде - стилизованные, мультяшные, графические, иконки глаз всех родов и мастей. Топаз уже стала поглядывать на них, а Одесса поднялась. - Вы будете работать с нами? - Я, конечно, остаюсь, - проговорила брюнетка. - Но, к слову, у нас есть группа, которая на индивидуальных началах исследует аномалию, и они считают, что корни, если хотите, этого явления могут быть под землей... - Ну а какая тут может быть связь? Земля не наша область! Топаз коротёхонько изложила коллегам суть изысканий Спарка на предмет дырки в Африке ( ноль эмоций, ну и ладно ) и общие спекуляции о неучтённом факторе и гипотетическом веществе. Топаз подняла и тему гелия, который быстро исчезает из атмосферы, уходя в космическую пустоту. Коллеги пожимали плечами, а зато подвели её к уединённому столу, под чуть покатой крышей, куда вела лесенка в несколько ступеней. - Тут вам будет удобно? - Поинтересовалась Одесса, Лемель сообщил, что принесёт некоторые распечатки и ушёл. Топаз врубила местный, массивный компьютер и дождалась, пока загрузится ось. Глазики. - Глаза - это наше наследие, - сладенько протянула Одесса склонившись над Топаз, как та недавно нависала над ЙеО. - Это архивы данных, есть даже такие, которые мы бережно храним с доураганных времён. Вот данные об атмосфере, но главное... - Но главное, попытаться выявить, кто мусорит, - убеждённо проговорил Лемель, положив перед Топаз на стол солидных размеров папку - видно, что заранее подготовил. - Неопорт совет послушает. Кто нам в атмосферу выбрасывает вот это? Песок! Кремний! Почему этого стало значительно больше? Это могут быть, и скорее всего ими и являются, какие-то сезонные корреляции, подумала Топаз, но промолчала. Сначала изучим всё сами, поподробнее. За окнами на её верхотуре начал накрапывать местный дождик, пара ушла, а Топаз не торопилась пока знакомиться с местными коллегами, погрузившись в данные. Хорошо, что нашла себе заранее гостиницу с сетевым кафе, и там сдают в наём очки и клавиатуру, вечером стоит сбросить и стресс, и сутолоку в голове от всего этого местного и глобального. Устройство, то что с волосом Топаз, сработало несколько раз, и при том всё настойчивей. А барометр, который она дала в дорогу уверенно показал «небольшой шторм». Разумеется они опять забыли про регистрацию и разумеется вспомнили о необходимости проходить непонятную процедуру неразбери где аккурат перед воротами на въезд во второй сад. Там, правда, гуськом въезжала толпа туристов на куче легковых машин и равнодушный клерк пускал их одну за другой. Пустил и «Титан». Сад, полный аграрки, оказался совсем не таким тоскливым, как предостерегала Инна. Шоссе петляло, местность становилась всё более холмистой и справа от них коротко-стриженное поле поросло чем-то салатово-нежным. Это потому, сообщила Инна, что один урожай успели снять и тут же принялись растить другой. Шоссе вильнуло, ненадолго разлучив их с рекой ( там слева возник холм, густо чем-то засаженный ) и группа изучила, идя медленно-медленно, череду толстых, как несущие колонны, деревьев с крошечными, будто обрубленными, веточками. Эти, по сообщению Инны, нужны для того, чтобы напитывать почву полезными для рассады веществами и удерживать влагу. Тут пустился в объяснения уже Спарк, чьи родители годы назад получили заказ на геологоразведку местных полостей в грунте - менеджмент хотел, да со временем, и использовал их, для подводки воды. - Так что пещер мы много увидели. И пресловутая дырка вернее всего тоже затоплена - правда она, как я думаю, находится гораздо южнее, по ту сторону гор, и сейчас над ней местное озеро. Спросить бы гидрологов, почему они не ищут следы океанской воды в Африке. Она же вся разная... ну, тогда эту тему тут поднимал только я, а меня особо не слушал никто. Молодого, несолидного... - Так и сейчас не слушают, и солидности не прибавилось, - подтрунивала над ним Инна. - Без разницы. Я так понимаю, вода в полости не мешает распространению этих колебаний. Может даже, как-то способствует. Да и вода там миллионы лет. А вот колебания возникли недавно. Через некоторое время машина совсем встала и Кана изъявила желание позагорать на крыше, где немилостивое солнышко коварно приварило к фургону ламинат с натриевым «языком». Загорание продлилось считанные мгновения и разозленная, как вымытая кошка, Кана, спустилась с крыши, держа в зубах браслет - выплюнула и коротко и довольно грубо охарактеризовала свое непродолжительное приключение. - Вот доедем до городской полосы, и будем загорать на местном пляже, - обнадёжила её Момидзи. - И на балконе отеля, как ты любишь, - улыбнулась Инна. Машина снова тронулась в путь и как раз тут уловитель подал целую череду сигналов. Спарк и ЙеО моментально приросли к мониторам и Кана бойко натянула на голову наушники - слушать приближающуюся грозу по радио, используя великодушно предоставленную Спарком языковую антенну. Вся ушла в себя... Небо выбросило вниз похожие на щупальцы медузы молнии и по серозелёному небу пронеслось бледное сияние. Гроза налетела очень быстро, пошевелила одну рассаду, полила густой стеной другую ( Кана, ещё глядя из окна, говорила, что похоже на шахматную доску. Как по ЙеО, так больше походило на полигоны доураганной видеоигры, где кто-то скупо расставил недорисованные деревья, странные вышки, ангары с техникой и окрасил всё в ровные, неестественные цвета ). Гроза так же быстро унеслась и не принесла ни прохлады, ни влаги. - Знаете, мне кажется, как биологу, что если эта штука есть, она, наверное, действительно чего-то ждёт, - мечтательно говорила Момидзи, а к ним, маяча на горизонте, белой точкой на гнутой дороге, приближался пункт входа в следующую полосу. - Просто по аналогии. Мои малявки как будто ненадолго замирают, Иннины цветики собираются с мыслями ( Инна хихикнула ) и, наверное, все эти ваши колебания в момент своего напряжения, ждут. Перемен, вот чего хочет ваше отрицательно колебание. Каждый раз, когда собирается гроза, что-то ждёт перемен и наслаждается движением времени. Ожидание... Фургон пустили и на этот раз, так как на въезд в сад стояла череда тяжелейшего грузового транспорта, и сад впускал в себя их мерно и торжественно. Местным было чем заняться с ними и на них просто махнули рукой. Они и въехали. - Ну, что сначала? - Вопрошала Инна, с покорностью всевластного доки поглаживая руль. - Пляж? Гостиница? Местные наши коллеги? Победу одержал неожиданный финалист. Фургон встал и группа долго смотрела на часть местного городского пейзажа неподалёку от приглашающе-худосочного заборчика, отделяющего дорогу от долгого и гладкого пляжа. Тут стояли жилые здания и в частности жители пары местных высоток развлекали себя перекидываясь огромным, в несколько этажей диаметра, мыльным пузырём. Тот не лопался, и курсировал от одного здания к другому и обратно. На балконах его встречали люди и какими-то манипуляторами отправляли соседям. Длилась забава долго и группа исследователей, которые никогда ничего подобного не видели, с интересом, завороженно даже, любовались медленной игрой. Но так или иначе пузырь лопнул, обдав часть фасада мыльной водой, и пострадавшая сторона вытащила некое приспособление, чтобы выдуть новый. А группа насмотрелась вдоволь и стала обсуждать, куда двигаться дальше. Несколько улиц неподалёку была забита пробками, и торчать в них, как бы оправдано это не было, никто не захотел, так что машина поползла по относительно свободным проулкам - вдаль от реки. - Конечно, найдем следующую в списке гостиницу, а потом, мне кажется, нужно будет заехать в местное метеорологическое агентство, - проговорил Спарк рассудительно, верхними глазами изучая канину карту, а своими конвенциональными поглядывая на Момидзи. - На их странице нет адреса подходящего формата и я не вижу смысла отсылать на Неопортовский сервер наши данные отсюда, чтобы они отправляли их обратно сюда. Заедем, узнаем, если примут наши данные, то выдадут подходящий адрес сервера. Есть же тут волонтёры, как-то они это делают. ЙеО подумал, что Топаз, наверное, уже побывала в агентстве и что, быть может, они с ней пересекутся. Вот доедут до гостиницы и он с ней свяжется... там, наедине с собой. - Гостиница отсюда в десяти минутах езды, - снисходительно сообщила Инна, будто рассекать по незнакомым улочкам незнакомого города уже вошло у неё в привычку. Машина двинулась в нужном направлении, как вдруг с шоссе стремительно сошёл весьма странный на вид субъект и встал чётко перед ними, разведя руки в стороны - тормозите. Последний, как ЙеО заметил из окна, уже довольно давно наблюдал за ними и вроде как маячал рядом, когда они смотрели на полёты мыльного пузыря. Фургон притормозил и этот самый тип руками стал показывать - съезжайте на обочину. Машина втиснулась на тесноватую выемку слева от шоссе и тип встал рядом, ожидая, что к нему выйдут. Первой вышла Кана, она влезла на капот и встала таким образом точно напротив неожиданного препятствия, лицом к «лицу». Остальные вышли за ней и стали разглядывать того, кто их так жестко тормознул. Песочного цвета штаны поначалу никто и не разглядел, странного вида рубашка, покрытая оранжевыми цветами, кому-то из группы показалась несколько агрессивной. Зато все разглядели ладони мужика, похожие на здоровенные чёрные хоккейные краги, густо покрытые морщинами и мозолями. Голова же индивида, и это ещё из фургона бросалось в глаза, сверху прикрывалась чем-то вроде сплошного шлема с прорезями для глаз. Глаза ничего не выражали. Шлем, изготовленный из весьма старых газет, закрывал даже подбородок. - «13-е ноль четвёртое двести десятого, сегодня на цветущей полосе открывается станция широкополосного телевидения, посетил мероприятие и...», - прочла вслух Кана. - Ты вообще кто? - Это Тайка, - ответил ей какой-то добродушный прохожий, словно речь шла о бродячем коте или чем-то вроде локальной знаменитости. - Окружной менеджер! Сообщив это, прохожий улыбнулся и ушёл. - Добрый вечер, очень приятно, - донеслось из-за газеты. - Мы вас чем-то напрягли? - Спросила Инна, встретив в свою сторону взгляд индивида. Теперь уже Спарк изучал верхними глазами содержание газеты на голове местного менеджера а тот, осмотрев Инну, принялся рассматривать ЙеО. Потом Кану, потом Момидзи, и её даже дольше, чем остальных. Одновременно с этим странным действом Тайка сообщал: - Да... нет... дело в том, что вы не регистрировались на въезде. И мне теперь необходимо понять, что вы такое. Это очень важно. - У нас в Неопорте обычно так не делают да и тут, насколько я видела, это, я бы сказала, отживающая своё формальность, - пробормотала Инна, коль скоро она штурман. - Он только что это сочинил, - сварливо проговорила Кана. Девочка слезла с капота и стояла рядом со всеми, скрестив руки на груди. - Мы были во дворце, и там нам ничего не говорили о необходимости согласовывать проезд. Мы, можно сказать, с ними это заранее обговорили, - сумрачно отвечала Момидзи, но как раз в этот момент человек-с-газетой-на-голове отвернулся от неё и встретился глазами со спарковыми верхними гляделками, и те поморгали в ему ответ. Возник зрительный контакт, а группа, получается, сама того не желая, обступила местного менеджера, словно взяла в плен. Тайка уже не мог отвести глаз от круглых шариков над головой учёного и говорил куда-то под них, чуть задрав для этого голову. - Дворец. Ну, это, конечно, сейчас не очень важно... это они вас сюда направили? - Мы думали, это они вас к нам направили, - тихо проговорил ЙеО, хотя, наверное, так думал только он. - Конечно, нет, - ответил на это Тайка - но Спарку. - Если это настолько серьёзная проблема, - попытался тот насколько мог проникновенно и спокойно говорить с менеджментом, всё-таки положение лидера обязывает. - То давайте это и сделаем. Можно это сделать сейчас, с вами? - Нет, понимаете... сначала мне необходимо будет всё внимательно осмотреть... там! - Рука, покрытая мозолями, указала пальцем на фургон. - Да! Надо всё осмотреть. Тайка вышел из круга и направился к машине, заглянул в окно и подошёл к двери, которую обитатели фургона так и оставили открытой. Заглянул вовнутрь, за спиной в нерешительности сгрудились исследователи. - Как у вас тут много техники. Это всё нужно будет осмотреть, проверить и открыть. - Ну вот это уж дудки, - неожиданно громко и строго ответил на это ЙеО. Полезет в барометр, который Топаз велела не открывать... полезет в уловитель и всё там раскурочит. - Нет, с какой стати? - Уже не скрывая антипатии проговорила Инна. - И что на счёт этой регистрации? Мы собирались ехать в гостиницу, это тоже с вами надо согласовывать? Тайка вынырнул из фургона, где ничего не тронул и, видимо, даже не нашёл, на чем сосредоточиться первом, и опять стал рассматривать Спарковы очи - те хмуро взирали на него, как на нашкодившего ребёнка. - Н-нет, в гостиницу... это согласовывать не надо. Но в гостиницу вы не поедите. - А на пляж? Это тоже вы пускаете? - Тихо, как отдалённый гром, прошелестела Момидзи. - Сначала следовало бы всё там осмотреть, - скорее самому себе говорил Тайка. - Но лучше вот что... давайте мы пройдем вот туда и поговорим. Теперь уже другой рукой менеджер указал на белую стену здания ( в неровных пупырышках, на которых местами лежали песок и пыль ) и явно собирался отвести исследователей куда-то во двор. - Ну хорошо, давайте поговорим, - сухо сказал Спарк и группа побрела за местным менеджером в патио, где плитка тёмно-красных цветов формировала причудливый узор. На скамейке сидел один какой-то мужик и глядя себе под ноги дымил трубкой. Тайка неодобрительно как-то боком к нему повернулся, стараясь теперь в одиночку окружить своим присутствием группу. Те молчали. - Дело в том, что вы не отметились и никак не указали зачем вы здесь. В наших краях. - Мы это вполне можем объяснить вам, почему нет. Непонятно только, почему так, и почему тут. Спарк старался звучать как можно более солидно и ответственно, отчего-то решив что тон голоса поможет решить непонятную эту проблему. - Мы у вас не задержимся, - проговорила Момидзи. - Мы едем на юг и, передав данные в метеорологическое агентство, можем сразу покинуть вашу полосу. - Нет, вы, конечно, не сможете проехать сквозь южные ворота, - ответил на это менеджер. - Вы нас не выпустите, что ли? - Вы не проедите на юг. - Мило, тогда мы можем двинуться на запад и проехать южнее, но не через этот округ. Если это такая проблема. - Как вы собираетесь это сделать? - Поинтересовался глухо Тайка. - Да как все, наверное, - ответил ЙеО. - Мы можем вернуться на север и ваш округ объедем стороной. Так нам, видимо, лучше сделать. - Нет, вы не проедите через северные ворота. - Так, ничего себе! - Надулась Кана и Инна зашипела, встав в позу: - По-моему тут кому-то надо проветрить голову. - Сначала вы изложите зачем вы здесь и я тщательно осмотрю весь ваш транспорт. - Один ты там рыться год будешь, - отвечала ему Кана и тот повернулся к девочке, отчего-то показав ей указательный палец, сунув прямо под нос. - Если понадобится, буду и год. Сколько времени понадобится... - Что ты там найти-то хочешь? Менеджер распрямился и как-то неловко повернулся на каблуках, словно чучело. - Словом, мы сейчас едем в гостиницу, ваше агентство наши данные будет получать через наше, и мне хотелось бы посмотреть, как вы нас остановите, хоть сейчас, хоть на этих ваших воротах, - огрызнулась Инна. - В фургон мы вас не пустим. Испортите ещё чего. - Вот-вот! - Поддакнул ЙеО. - Наверное, нам лучше действительно поехать на запад, в соседний округ. Там нет ворот. Но имейте в виду, что мы сообщим в городской совет о ваших странностях, - строго сообщил ему Спарк. - К западу мосты, - шевельнулась газета. - Там тоже просто так не проедете. - Идёмте отсюда, - резюмировала Момидзи. Группа и собиралась уже покинуть патио, но тут на глаза всем попалась гайка. Оранжевая пластиковая гайка, от детского конструктора, свисала перед всеми ними откуда-то, болтаясь на чёрной толстой нитке. Группа подняла головы, и менеджер с ними, тоже. На балконе второго этажа, вальяжно сидя на парапете, расположился пухлый парень с палкой, к которой и была привязана верёвка с гайкой. Парень помахал в ответ свободной рукой, в которой, впрочем, был зажат кусок картона. - У меня такой конструктор был, когда совсем малявкой была, - не сдержалась Инна. - Добрый день, клюёт? - Поинтересовался Спарк. - Сегодня ни капли, - отвечал воображаемый рыбак. - Выловил пару сапогов и железную цепь от трактора. Рыбы - нет! Рыбак категорически махнул картоном. Гайка заболталась от этого и рыбак подсёк, поймав её. - Ну вот, опять сапог! - Посетовал он, делая запись на куске картона. - Один мой товарищ выловил шкатулку драгоценностей, вы не поверите! С этими словами рыбак нажал пальцем на один из глазиков, которыми была покрыта его гавайская рубашка, и тот пополз по руке на ладонь. Рыбак свернул удочку и показал своей ладони картон. - Скажите, вы знаете этого товарища? - Момидзи показала на Тайку. - Впервые его вижу, неизвестная красавица, - улыбнулся рыбачок и пот блеснул на тёмной коже, на пухлых щеках. - Я... менеджер нашего округа... - О, надо же! Я вас не видел никогда! Вот вы какой. - Так, всё понятно. Пойдём-те отсюда. Тайка теперь как примагниченный следил за рыбаком, внимательно разглядывая его рубашку, а тот покинул балкон и скрылся в доме. - Гражданин, всего доброго! - Ответили «Титаны» и пошли назад к фургону. Тайка отмер и двинулся следом. - Вы никуда не поедите! Сейчас мы переберём ваши девайсы. - В твоих мечтах, - отвечала Кана спиной. Группа вошла в машину, кто куда, и дверь перед носом Тайки захлопнулась - тот, впрочем, и не собирался первым лезть в машину, а опять встал перед лобовым стеклом и раскинул руки. И тут с неба стали падать крупные, как стекляшки, капли дождя. Инна через лобовое стекло видела, как в замедленной съёмке, что субъект поднял голову, вглядываясь в небо, а в ответ дождик начал мять его газету. Бумага стала темнеть, терять форму, и вслед за этим Тайка опустил руки и начал пятиться, а затем повернулся к фургону спиной и побежал. - Он ушёл. Ну что, куда едем? - В гостиницу, - упрямо прошипела Момидзи. - В неё, тут без вариантов. А там посмотрим, - отвечал Спарк. - Можем, всё-таки заглянем потом в агентство? - Поинтересовался ЙеО. - Просто надёжно закроем фургон. - Я обязательно иду на пляж. И вас с собой потащу, - заверила Кана. - Ну всё понятно, - отозвалась Инна, у которой от этих речей как-то сразу отлегло от сердца и стало легче. Фургон двинулся вперед, гостиница вроде бы находилась недалеко. Дождь крупными каплями сбрызнул землю и затих. Зато небо, которое группа не видела, стало пепельным с малахитовым отливом, и быстро-быстро, как струны, которые сжал кулак, побежали по нему молнии. В фургоне ожили приборы. - Да-а, задача, - протянул Спарк. - Я не ожидал радушного приёма, но про такое не слышал никогда. Прозвучал гром. И вслед за ним шквал ветра обрушился сверху на пыльную землю. Сила ветра выросла так быстро, что неподготовленные люди повалились на асфальт, кто-то упал с балкона и воздушных дорожек между этажами и крышами. Стихия словно взорвалась. - Тут даже спрятаться негде, - проговорил Спарк. - У нас есть камера на крыше, смотрите, что снаружи, - сказала Кана. Монитор вывел вензель из облаков, который угрожающе вращаясь маячил между крыш. Слышно было как снаружи гудит абсолютно все, как скрипят здания и монитор послушно показывал их изгибы и поклоны. - Опуститься хочет, но не может, - проговорил ЙеО. - И двигается на север, - поддакнул Спарк. Фургон встал, чтобы не попасть самому под метущийся транспорт и не наехать случайно на кого-то из тех, кто, придавленный ветром, не мог подняться с пола и, верно, не мог даже дышать. Звук снаружи, тот, что принесла внезапная стихия, походил на мотор, который пытается завестись, но глохнет. И так же внезапно, как всё началось, всё и закончилось. Тишина, словно по ушам ударили, и снаружи на улицах остался такой вид, будто нанесли шлепок. Следовало выйти наружу и хоть кому-то помочь, но не очень ясно, как. Ритм отмер, и жизнь снова двинулась.