Глава 6 Между двумя мирами

Pow Луис : С тех пор, как я впервые оказался в логове, прошло чуть больше двух месяцев.Иногда мне казалось, что это была вечность — иногда, наоборот, всего лишь один долгий сон, из которого я пока не хочу просыпаться. Теперь мои дни делились на две половины.Утром — школа. Ночью — крыши Нью-Йорка. Школа встречала привычным шумом.Кто-то обсуждал тест по алгебре, кто-то выкладывал сторис с нового кафе. А я сидел у окна, глядя, как первые лучи солнца ложатся на асфальт. И думал: если бы они знали, где я был вчера ночью — Эй, Луис, ты с нами после уроков? — спросил Джейсон, мой одноклассник, подкидывая мяч.— Не, у меня… дела, — ответил я с лёгкой улыбкой. — У тебя всегда какие-то «дела». У тебя там что, тайная миссия? — поддел он. Я лишь пожал плечами. Если бы ты знал, Джей. После школы я возвращался не домой — а вниз, под землю.В логово. Туда, где пахло металлом, пиццей и странным уютом. — Привет, Луис! — первым, как всегда, встретил Майки, выскакивая из кухни с коробкой пиццы. — У нас новая начинка — «три сыра и немного чего-то, что Донни называет органическим протеином». — Майки, — раздался голос Донателло из лаборатории, — если ты опять сунул в пиццу прототип живого теста, я тебя прибью! — Оно вкусное! — радостно отозвался Майки. Я рассмеялся. Да, тут всё было странным, но по-настоящему живым.Донни выглянул из лаборатории в очках, с какой-то светящейся деталью в руке. — Луис, ты вовремя. Мы получили сигнал с третьего детектора мутагена. Ребята уже на вылазке, но мне нужно, чтобы ты помог обработать данные. — Конечно! — ответил я, чувствуя, как внутри всё приятно щекочет от важности. Пока я разбирал файлы и проверял координаты, Донателло шагал по лаборатории с задумчивым видом.— Они вышли на южную часть города. Там могут быть остатки старых каналов футов. Если повезёт — найдут ещё одну канистру. Я посмотрел на карту.— А если не повезёт? — Тогда, возможно, встретят кого-то вроде Брэдфорда.Он сказал это спокойно, но в голосе звучала тень тревоги. — Ты волнуешься за них? — спросил я.— Всегда. Но и горжусь тоже. Это — их путь. Он посмотрел на меня. — И твой тоже, хотя он пока немного другой. Вечером я снова оказался в додзё.Тренировка. После школы, после формул, после уроков — здесь я чувствовал себя по-настоящему собой. Сплинтер наблюдал, как я отрабатываю приёмы с деревянным бо.— Лови дыхание, — говорил он мягко. — Не бей яростью. Бей спокойствием. Я пытался. Иногда получалось. Иногда — нет. Когда Сплинтер отпустил меня отдыхать, я остался сидеть на татами, глядя на свечи.В голове мелькали образы: школьный коридор, смех друзей, крыши города, мутаген, лаборатория футов. Два мира. Две жизни. И где-то между ними — я. Позже вечером Донателло, Лео, Рафаэль и Майки вернулись из вылазки.Они были усталые, грязные, но с блестящими глазами — значит, нашли что-то важное. — Ещё две канистры, — сказал Лео. — Но там было жарко. Футы явно что-то ищут.— Не только футы, — добавил Раф. — Мы видели, как Крэ́нг перемещал технику в старые туннели. Что-то готовят. Донни нахмурился.— Тогда нам придётся ускориться. Он повернулся ко мне:— Луис, завтра после школы помоги мне проверить образцы. Ты справишься? — Конечно, — сказал я.И, впервые за долгое время, почувствовал не страх, а уверенность. Поздно ночью, лежа на своей импровизированной кровати в углу лаборатории, я смотрел в потолок, где тускло мерцали лампы.Иногда я думал, что живу в двух параллельных вселенных: одна — светлая, обычная, где все улыбаются, а другая — скрытая, полная опасностей. Но, может, именно это и есть настоящая жизнь? Баланс между миром света и тени. Я закрыл глаза.А где-то далеко наверху за окном шумел город, которому я теперь принадлежал — и как ниндзя, и как мальчик, который всё ещё учится быть храбрым. Школьные дни редко бывают интересными.Всё казалось обычным: звонок, толпа у шкафчиков, запах пыли и бумаг, приглушённый гул голосов, как шум города, пробивающийся сквозь бетон. Я шел по коридору, держа в руках учебник по физике, больше думая о формулах мутагена, чем о предстоящем уроке. И вдруг — свист.Что-то чёрное пролетело у меня перед лицом, отразилось от двери шкафчика и с глухим стуком упало к ногам. Хоккейная шайба. Я моргнул, глядя на неё, а потом — на парня, который стоял метрах в пяти.Высокий, широкоплечий, в чёрной куртке и джинсах, с растрёпанными тёмными волосами, выглядывающими из-под чёрной шапки. В руках — клюшка, на лице — самодовольная ухмылка. — Ха! — сказал он, поднимая бровь. — Неплохие рефлексы, малыш. — Катать шайбы в школьном коридоре не самое безопасное занятие, — ответил я, поднимая шайбу. — Мистер…? — Кейси Джонс, — усмехнулся он, опираясь на клюшку. — А ты, видимо, мастер уклонений. — Луис Адамс, — представился я. — И советую тебе тренироваться где-нибудь подальше от шкафчиков. Они мстительные. Кейси рассмеялся — громко, искренне.— Смелый парнишка. Ладно, не буду мешать твоей учёбе, профессор. Он махнул рукой и ушёл, покачивая клюшкой.Я же смотрел ему вслед, не зная, что это знакомство ещё сыграет важную роль в моей жизни. Следующая встреча произошла на большой перемене.Я сидел у окна, ел бутерброд и пытался не заснуть. Вдруг услышал громкие голоса у шкафчиков — Кейси снова был в центре внимания. На этот раз он что-то страстно объяснял девушке — старшекласснице с аккуратной косой и книгой в руках. — Ну пожалуйста, всего пару занятий! — умолял он. — Мне нужна помощь по геометрии и физике, а то тренер выкинет меня из команды! — Кейси, ты получил три двойки за неделю, — холодно ответила она. — Я не волшебница. — Но ты же говорила, что хочешь помогать людям! — Людям, а не катастрофам, — сказала она и ушла, хлопнув дверцей шкафчика. Я усмехнулся, подошёл ближе. — Неудачный день для репетиторов, да? Кейси повернулся, заметив меня, и хмыкнул.— О, привет, Луис. Что, решил посмеяться? — Нет. Решил помочь.Если хочешь — я мог бы позаниматься с тобой сегодня вечером. В парке. Он прищурился.— Ты? Ты ведь пацан. Тебе сколько, восемь? — Почти девять, — ответил я спокойно. — И я уверен, что смогу объяснить тебе физику лучше, чем любая из твоих «репетиторш». — Ха! — Кейси усмехнулся. — Да ты наглец. — Просто реалист, — сказал я. — Если не исправишь оценки, вылетишь из хоккейной команды.И судя по твоему лицу, спорт для тебя важнее алгебры. Он почесал затылок под чёрной шапкой.— Ну, не поспоришь… — Тогда договорились. Сегодня вечером, в парке. Я всё объясню понятно и коротко. Твоя задача — слушать и не отвлекаться. — А если я ничего не пойму? — Тогда попробуем ещё раз. — Я улыбнулся. — В конце концов, я терпеливый человек. Кейси рассмеялся, протянул мне кулак.— Ладно, умник. Договорились. Сегодня в восемь. — Только не забудь учебники по физике и геометрии, мистер Джонс, — ответил я, стукнувшись с ним кулаками. — Посмотрим, чему ты сможешь меня научить, профессор Луис. Позже, уже в метро, я смотрел в мутное окно вагона, и в отражении мелькала моя собственная улыбка.В Кейси было что-то… яркое. Слишком живое, будто он не мог сидеть на месте, будто всё вокруг было для него ареной — или льдом хоккейного поля. Он напоминал мне Рафаэля: тот же дух бунтарства, вспышки гнева и верности. Может, поэтому мне сразу захотелось ему помочь. Когда поезд вошёл в тоннель и свет на секунду погас, я поймал себя на мысли, что день, начавшийся с летящей в меня шайбы, может стать началом новой дружбы. И почему-то в груди стало немного теплее. Вечер был тёплым и тихим.Луна, застывшая над верхушками деревьев, отбрасывала серебряные полосы света на асфальт парковой дорожки. Я сидел на скамейке, листая учебник по физике, и ждал. Через несколько минут послышались шаги — лёгкие, чуть рассеянные, и характерный стук хоккейной клюшки по скамейке. — Ну что, профессор, готов к великому уроку для отстающих? — усмехнулся Кейси, бросив рядом рюкзак и опустившись на скамью.На нём была та же чёрная шапка, под которой выбивались тёмные пряди, и куртка с разодранным рукавом. — Готов, — ответил я, не поднимая взгляда от страницы. — Вопрос в том, готов ли ты. — Я вообще всегда готов, — уверенно заявил он. — Это посмотрим. — Я повернулся к нему. — Начнём с простого. Закон Ньютона. Кейси изогнул бровь.— Это который… про яблоко? — В целом — да, — вздохнул я, открывая тетрадь. — Только теперь представь, что вместо яблока — шайба. Это сработало. Его глаза вспыхнули интересом.Я объяснял, а он слушал — поначалу лениво, потом всё внимательнее, задавая вопросы, даже споря, если не понимал. Постепенно между цифрами, формулами и смехом разговор перешёл на другое. — Слушай, Луис, — сказал он, задумчиво вращая клюшку, — а чего ты вообще торчишь в школе по ночам? Мог бы, не знаю, играть, гулять, делать хоть что-то, кроме учёбы. — Потому что для меня это тоже бой, — ответил я. — Только не на льду и не с шайбой.Учёба — мой способ выжить. Если я не научусь думать — не смогу защитить себя и других. — Звучит по-взрослому, — усмехнулся он, но в голосе прозвучало уважение. — А не страшно вообще, быть таким… не как все? Я пожал плечами.— Страшно всегда. Даже когда стараешься не показывать. Но если позволить страху управлять собой — он победит. Кейси замолчал, опустив взгляд.— Наверное, ты прав, малой. Иногда я тоже боюсь. Только виду не подаю. — В этом и разница между смелостью и безрассудством, — ответил я. — Смелость — это когда боишься, но действуешь. Он посмотрел на меня, и вдруг улыбнулся.— Ты знаешь, Луис… Ты не просто профессор. Ты, чёрт возьми, настоящий друг. Мы хлопнули кулаками, и я почувствовал, как внутри стало тепло.Может, впервые за долгое время — по-настоящему. На следующий день я долго колебался — идти или нет.Но в итоге, когда часы показали девять вечера, я направился к центральному катку. Воздух был холоден, пах льдом и ночным городом. На льду, в одиночестве, катался Кейси. В форме хоккеиста — с шлемом, налокотниками, на коньках.Он закручивал шайбу, бил по воротам, резко тормозил, оставляя за собой снежную дугу. — Эй, профессор! — крикнул он, заметив меня. — Решил проверить, не забыл ли я формулы? — Просто хотел посмотреть, как ты тренируешься, — ответил я, подходя ближе. — И убедиться, что ты не превращаешь физику в оружие. Он рассмеялся, оттолкнулся и, сделав круг, подъехал ко мне.— А зря. Иногда физика и есть оружие, если знать, как её использовать. — Вот только не в коридоре школы, — парировал я. Мы оба рассмеялись. Но вдруг лёд за спиной Кейси треснул — тонкий звук, будто кто-то прошёлся по стеклу.Я обернулся. Тени. Из темноты выбрались силуэты — десяток фигур в чёрных костюмах. Футы. Сердце застучало. Я машинально потянулся к запястью, активируя мини-коммуникатор — устройство, которое мне дал Донателло.Тихий сигнал — и всё. Теперь оставалось лишь дождаться. Кейси, заметив ниндзя, поднял клюшку.— Эээ… Луис? Это кто такие? — Они… за мной, — выдохнул я. — В плохом смысле? — В очень плохом. — Ясно. — Он крепче сжал клюшку. — Ну что ж… бежать — не мой стиль. — Кейси, не надо! — Не обсуждается! Первый фут бросился вперёд — Кейси поднырнул под удар, с разворота выбил клюшкой ноги противнику.Я бросился к другому, увернулся, схватил его за запястье, и, вспомнив приём Сплинтера, направил инерцию против него самого — фут рухнул на лёд. — Для восьмилетнего ты неплохо дерёшься! — крикнул Кейси, отражая удар. — Учитель — мастер ниндзюцу, — ответил я, перекатываясь и уворачиваясь от сюрикена. — Что?! — Потом объясню! Но времени на объяснения не было — новые футы высыпали из переулка.Слишком много. Мы отступили к краю катка. И тут — шум. Глухой удар, треск металла.С тёмной арки спрыгнули четыре тени. — Донни! Майки! Раф! Лео! — вскрикнул я, облегчённо выдохнув. — Прости за опоздание, — сказал Донателло, держа бо в руках. — Похоже, ты устроил себе ночные приключения. Кейси, переводя взгляд с меня на черепах, моргнул:— Гигантские черепахи. Мутанты. Ниндзя. Роботы. Этот день становится всё интереснее. — Кейси, они со мной! — сказал я, поднимая руки. — Подожди, хочешь сказать, что эти черепахи — твои друзья? — Именно. Тот в фиолетовой — Донни, в оранжевой — Майки.Те двое — тоже мои друзья, просто… они осторожны. Рафаэль фыркнул:— Осторожны — мягко сказано. — Потом познакомимся, — сказал Лео, перехватывая катану. — Сейчас — бой. Мы встали плечом к плечу — я, Кейси и черепахи.Лёд под ногами скрипел, футы наступали. — Ну что, профессор, — сказал Кейси, ухмыляясь, — готов к контрольной? — Всегда готов, — ответил я и активировал импровизированный шокер Донателло. — Только на этот раз оценка — по ударам. Футы атаковали.И бой начался. Первый фут бросился вперёд, размахнувшись мечом, — и я даже не успел подумать.Инстинкт. Чистый, выученный за недели тренировок. Я уклонился, скользнув по льду, ударил ногой в колено, выхватил выпавший клинок и отшвырнул его в сторону. — Луис, берегись! — крикнул Донателло. Я повернулся — позади уже надвигался ещё один фут.Удар пришёлся бы прямо по мне, если бы в тот момент Кейси не метнул свою клюшку. Та с хлёстким звуком врезалась в маску нападавшего. — Ассист засчитан! — крикнул он, скользя мимо. Я не удержался и улыбнулся. Даже в драке он не терял юмора. Но врагов становилось всё больше. Они окружили нас, словно чёрная волна.Леонардо стоял впереди, катаны сверкали в лунном свете. Рафаэль крутил сайи, в его взгляде — та же ярость, что и всегда.Майки, танцуя между футами, смеялся, словно всё происходящее — просто игра. А Донни — мой наставник, мой друг — держал строй, прикрывая нас. — Луис, за мной! — крикнул он, перехватив бо. Я кивнул и побежал, пригибаясь под ударами футов.Донни развернулся, ударил бо по полу, и лёд треснул, сбивая врагов с равновесия.Я прыгнул, ухватившись за его плечо, и, используя инерцию, скользнул вперёд, ударив ближайшего противника в живот. — Отлично! — успел крикнуть Донни. — Только не лезь в гущу! — Не обещаю! — ответил я, уворачиваясь от сюрикена. Кейси, тем временем, схватил обломок клюшки и использовал его как дубинку.Он двигался грубо, без техники, но с бешеной решимостью. И это работало — каждый его удар был точным, выверенным. — Эй, профессор! — крикнул он, выбивая футов на лёд. — Думаю, я начинаю понимать законы физики на практике! — Главное — не сломай себе что-нибудь! — ответил я, парируя удар. — Поздно! — рассмеялся он, оттолкнув очередного футбота. Металлические футы выдвинулись из переулка — футботы, с горящими красными глазами.— Отлично, теперь ещё и роботы! — пробормотал Кейси. — Донни, они усилили отряд! — крикнул я. — Вижу! — ответил он. — Отступаем к выходу с катка! Но путь преградили двое футботов с энергетическими копьями.Один метнул копьё — я успел пригнуться, и оружие пронеслось прямо над головой, оставив в воздухе след из голубого света. Рафаэль рванул вперёд, крикнув:— Осторожно, мелкий! Он врезался в футбота всем телом, отбросив того на лёд.Лео прикрыл нас, рубанув второго по руке, и металл со звоном отлетел в сторону. — Все целы?! — спросил он. — Почти! — отозвался Майки, вытягивая руку с нунчаками. — Я, кажется, заморозил ногу! — Майки, ты на коньках? — Нет, но стою очень эффектно! Даже посреди битвы я не смог сдержать улыбку.Вот что отличало нас от футов — мы могли смеяться даже тогда, когда стояли на грани. Взрыв позади — Донни активировал дымовую шашку.Белое облако заполнило каток. — Луис, ко мне! — услышал я его голос. Я нащупал его руку в дыму. Рядом оказался Кейси, всё ещё держащий клюшку. — Это было безумие, — выдохнул он. — Но крутое безумие. — Добро пожаловать в мою жизнь, — ответил я. Мы рванули прочь через служебный выход катка, нырнули в переулок.Там уже ждали остальные. Лео прикрыл отход, Рафаэль помог нам спуститься в люк, ведущий в канализацию. Мы добрались до логова ближе к полуночи.Я был вымотан, руки дрожали, колени царапались об металл. Кейси стоял посреди зала, озираясь, будто попал в другой мир. — Так вот где вы живёте? — произнёс он, глядя на стены, увешанные оружием и экранами. — Необычно… но круто. — Кейси, — сказал Донни, — ты неплохо держался для новичка. — Спасибо… эм… Донни? Так тебя зовут, да? — Верно. — Тогда взаимно. — Кейси усмехнулся и кивнул. — Хотя, если честно, я до сих пор не верю, что разговариваю с черепахой. Из тени вышел Сплинтер.— И не просто с черепахой, юный человек, — сказал он спокойно. — А с семьёй воинов. Кейси вздрогнул.— Ох ты ж… крыса ещё и говорит?! Я не удержался и рассмеялся.— Кейси, это наш сенсей. Его зовут Сплинтер. Кейси, к моему удивлению, немного поклонился.— Эм… рад знакомству, мистер Сплинтер. Вы, эм… крутая крыса. В хорошем смысле. Сплинтер лишь слегка улыбнулся.— Я вижу, ты друг Луиса. И сегодня ты помог ему в бою. Это заслуживает уважения. Кейси слегка покраснел и почесал затылок.— Та ну, просто не люблю, когда на друзей нападают. — В таком случае, — сказал Сплинтер, — добро пожаловать, Кейси Джонс.Ты можешь считать этот дом своим — пока не сломаешь ничего ценного. Майки прыснул.— Сенсей, вы всегда так гостеприимны! — Только к тем, кто проявляет храбрость, — ответил Сплинтер. Я посмотрел на Кейси — он улыбался, но в его взгляде была серьёзность.И я понял: теперь у меня есть не просто друг. А тот, кто станет рядом, если снова начнётся бой. Конец Pow Луис : Pow Микилянджело : Йо, народ, всем шеляпы вверх! Это снова я, Микеланджело — мастер веселья, пиццы и эффектных падений на скейтборде (иногда специально, иногда не совсем).Но сегодня всё было немного иначе. Последние дни стали какими-то… ну, серьёзными. Донни весь в экспериментах с ретро-мутагеном, Лео гоняет нас по тренировкам, Раф постоянно ворчит (ничего нового), а Луис теперь не просто малыш-гений — у него появился новый дружбан. Кейси Джонс. Тип паренька, который с первого взгляда кричит: «Я неприятность в кедах!»Чёрная шапка, клюшка на плече, ухмылка, будто он только что вышел из драки, где победил… всех. И, надо сказать, этот парень идеально вписался в нашу безумную компашку. Пока мы с парнями проводили разведку в промзоне, Луис и Кейси решили патрулировать верхние улицы Нью-Йорка.— Типа, просто посмотреть, всё ли спокойно, — сказал Луис.Ха! С ним и Кейси спокойно не бывает. По рации я слышал их переговоры:— Вижу подозрительного парня у магазина, может, просто ждёт автобус?— Кейси, у него три сумки и татуировка клана Фут. Автобус вряд ли идёт в логово Шреддера.— Ха! Тогда пора размять руки! Они работали как слаженная пара. Кейси — грубая сила, клюшка, шайбы, и непоколебимая уверенность.А Луис — мозг и реакция. Он замечал то, чего никто бы не увидел. Пока Кейси отвлекал врага, Луис подкатывался сзади и выключал ниндзя одним ловким движением. Я, глядя на них с крыши через бинокль, не удержался и пробормотал:— Малой растёт прямо на глазах… Тем временем в нашем логове шла другая движуха. Сплинтер снова тренировал Луиса.Я, конечно, иногда подглядывал (чисто из интереса). — Ты должен научиться слушать не только ушами, но и сердцем, — говорил сенсей.Луис стоял с закрытыми глазами, держа в руках деревянные палки. Я видел, как он сосредоточен, как каждый его вдох был точен и размерен. Внезапно Сплинтер атаковал — тихо, как тень.Но Луис уклонился. Не идеально, но уклонился! Я едва не вскрикнул: — О, да! Это было круто! Сенсей покосился в мою сторону.— Микеланджело, если ты наблюдаешь — делай это без комментариев. — Простите, мастер, — ответил я, пряча пиццу за спину. А теперь — про промзону.Мы с братьями шли по крышам, когда Донни вдруг остановился. — Парни… смотрите. Внизу, между старыми складами, двигались футы. Много футов.Грузовики, ящики, металлические контейнеры. — Что-то мне это не нравится, — пробормотал Лео. — Похоже, они снова готовят что-то крупное, — сказал Донни, доставая свой сканер. — Энергоподпись мутагена. — Мутагена?! — я чуть не уронил нунчаки. — Мы же собрали почти все колбы!— Почти, — нахмурился Донни. — Видимо, не все. Рафаэль, как обычно, не стал долго размышлять:— Может, просто вломимся туда и разнесём всё к черепам? — Нет, — ответил Лео. — Сначала узнаем, что они делают. Мы наблюдали с крыши.В одном из ангаров футы разгружали контейнеры с какими-то прозрачными цилиндрами. И там же, среди них, я заметил знакомый блеск металлического экзокостюма. — КРЭНГ, — прошептал Донни. — Он снова в деле. Внутри всё похолодело. Крэнги и футы вместе — плохой знак.Очень плохой. Когда мы вернулись в логово, Донни сразу начал анализировать собранные данные. Луис и Кейси уже были там — вернулись с патруля.Кейси с гордостью рассказывал, как они «уложили троих футов и сбили четвёртого шайбой в лоб». Рафаэль слушал, ухмыляясь.— Ну ты, парень, дерзкий. Мне нравится. — Взаимно, красноголовый, — отозвался Кейси, и они обменялись взглядами, как два кота, решивших, кто из них главный. Донни тихо вздохнул:— Отлично. Похоже, у нас теперь два Рафаэля. Я рассмеялся так громко, что даже Сплинтер улыбнулся. — Ну что, — сказал Лео, глядя на всех нас, — похоже, пора готовиться.— К чему? — спросил Кейси. — К тому, что Футы снова что-то задумали, — ответил Донни, глядя на экран с картой промзоны. — И на этот раз, боюсь, всё может быть гораздо хуже, чем мы думаем. Я сжал нунчаки.Смех и шутки остались позади. Пахло настоящими неприятностями. Конец Pow Микилянджило : Pow Кейси : Когда я согласился тусить с гигантскими черепахами-ниндзя, я думал, что худшее, что может случиться — это получить по башке от очередного мутанта. Но, как оказалось, у жизни свои приколы. Ночь. Нью-Йорк тих, но это обман.Там, где обычные люди видят лишь огни заводов и дым из труб, — мы видим следы врага. Донателло держит перед собой какой-то прибор — мигалки, цифры, всё светится. — Источник сигнала мутагена где-то под промышленной зоной, — пробормотал он.— А я думал, подземелья — это наше всё, — буркнул Рафаэль. Микки хихикнул:— Эй, может, там пицца-мутаген? Я шёл рядом с Луисом. Малец выглядел нервным, но держался.— Всё в порядке, парень? — спросил я, чуть приглушив голос. — Да. Просто… чувствую, что сегодня случится что-то важное. Он говорил серьёзно, не по-детски. И в его глазах было то, чего я не ждал увидеть у восьмилетнего мальчишки — решимость. Мы добрались до массивных ворот с эмблемой футов. Донни возился с замком, Микки прикрывал.— Готово, — шепнул Донни. Ворота скользнули в стороны, и мы вошли. Лаборатория внутри выглядела, как сцена из научного кошмара: стеклянные колбы, в которых бурлила жидкость, роботы-футы, стоящие по стойке «смирно». На платформе — громадная фигура из металла и проводов. — Это… — начал я.— Экспериментальный прототип, — закончил Донни. — Робот-ниндзя. Судя по записям, крэнги создали его для Шреддера. — Отлично, — пробормотал Рафаэль. — У нас теперь есть ТЕРМИНАТОР-НИНДЗЯ. Но прежде чем кто-то успел пошутить, из тени вышла она. Высокая, стройная, в чёрных доспехах. Катана за спиной, взгляд — холодный, режущий, как сталь.— Добро пожаловать, — произнесла она. — Вы нарушили территорию Шреддера. — Карай, — произнёс Леонардо.В его голосе звучало что-то большее, чем просто узнавание врага. Она чуть улыбнулась.— Лидер черепах. Всё ещё играешь в героя? Сплинтер шагнул вперёд.— Карай… — голос его дрогнул. — Нет… Мива…Она замерла, словно удар молнии прошёл по телу. — Не смей произносить это имя, — ответила она ледяным тоном. — Мива, это я, Хамато Йоши. Твой отец.Карай на секунду опустила взгляд, но тут же собралась. — Мой отец — Шреддер. И его воля — закон. Она подняла руку, и в тот же миг ожил робот-ниндзя. Металл заскрежетал, глаза вспыхнули красным.— Уничтожить их. Захватить мальчишку. Бой начался. Рафаэль с ревом бросился вперёд, Микки крутился в воздухе, как юла, Лео схватился с Карай, а я отбивал футботов клюшкой. Донни прикрывал Луиса, который пытался взломать систему управления. — Луис, быстрее! — крикнул я, отбивая удар робота.— Почти готово! — ответил он, сжимая зубы. Но робот был слишком силён — его клинки мелькали, как вспышки света. Сплинтер сражался с Карай. Их движения были зеркальны, каждый удар — отражение прошлого.— Ты — моя дочь! — выкрикнул он. — Ты — мой враг! — ответила она, отбивая посох катаной. Она была быстрой. Слишком быстрой. В этот момент робот отбросил Рафаэля, шагнул к Луису и метнул сеть.— Нет! — закричал я, бросаясь к нему, но не успел. Сеть сомкнулась, и мальчик оказался связан. Карай подошла к нему.— Шреддер будет доволен.Луис пытался вырваться, но напрасно. — Отпусти его, ведьма! — выкрикнул я. Она глянула на меня спокойно. — Ты смелый, Джонс. Но смелость — не спасёт его. Она подала сигнал. Футботы окружили её, и вместе с роботом они исчезли в яркой вспышке телепорта. Тишина. Только гул генераторов и тяжёлое дыхание. — Чёрт! — выругался Рафаэль. — Они забрали Луиса!Донни метался у консоли. — Я пытаюсь отследить телепорт, но сигнал скачет. Им удалось замести следы. Микки стоял молча, стиснув нунчаки. Сплинтер не двигался. Его взгляд был потерянным, полным боли.— Я видел её глаза, — произнёс он тихо. — Там была Мива. Моя дочь. Я поднял с пола клюшку, глядя на всех.— Ладно, значит, они забрали нашего друга. Тогда мы идём за ним. Рафаэль кивнул.— Да. Мы вытрясем из них всё. Я посмотрел на Сплинтера.— Сенсей… я не знаю, что между вами и этой Карай, но она не остановится. И если Луису что-то сделают… я не прощу. Он медленно закрыл глаза.— Мы спасём его, Кейси. Обязательно. Но ты должен понять… битва теперь не только за мальчика. Она — за душу моей дочери. Когда мы вернулись в логово, никто не произнёс ни слова.Лишь эхо шагов, капли воды и где-то в темноте — тихий звук падающей капли. Я стоял у прохода, глядя в темноту города.Луис был где-то там, один. Но не надолго. — Держись, парень, — прошептал я. — Мы идём за тобой.