Глава 16

Pow Луис : Прошло чуть больше двух недель после нашей последней встречи со Шредером.Рука всё ещё в гипсе, но, если честно, я уже привык. Главное — снова чувствовать себя частью команды, даже если пока не выхожу на миссии. Донни, конечно, постоянно следит, чтобы я «не перенапрягался», но как тут сидеть без дела?По утрам я всё ещё выбираюсь в школу — надо же когда-то закончить этот семестр. Да и Кэйси не даёт расслабиться: то контрольная у него, то тренировка с его новой клюшкой, то ещё какая-нибудь «гениальная идея», как «прокачать координацию через хоккей». Иногда я думаю, что он просто ищет повод устроить потасовку, но — в хорошем смысле. Школа. День, когда всё вроде как шло по плану. Я только-только успел занять своё место в классе, когда кто-то хлопнул меня по плечу.— Эй, ты Луис? Обернувшись, я увидел девочку лет десяти — рыжие волосы, взгляд уверенный, даже дерзкий. — Эм… да, а ты?..— Сьюзан Джонс. — Она гордо улыбнулась. — Сестра Кэйси. Я чуть не поперхнулся водой.— Подожди… у тебя есть сестра? — Ага, — она ухмыльнулась. — И, судя по всему, я теперь тоже должна терпеть твои «гениальные» советы по математике. Кэйси сказал, что ты помог ему вытянуть контрольную. — Ну… я просто объяснил ему формулы, — смущённо пожал я плечами. — Формулы, формулы… — передразнила она. — Главное, что он не завалил тест. Так что спасибо. Она сказала это легко, по-детски, но с таким же огоньком, как и её брат. Удивительно, насколько они похожи: та же энергия, та же уверенность, тот же стиль «иду напролом, а там разберёмся». Вечером, в убежище Я как обычно помогал Донни в лаборатории. Рука болела, но я не показывал. В конце концов, если хочешь быть частью семьи — приходится терпеть.Когда всё было готово, мы с Донни пошли в зал — там уже собрались остальные: Микки тренировался с нунчаками, Рафаэль спорил с Лео, а Сплинтер с Караем наблюдали за всем с привычной усталой мудростью. В этот момент появился Кэйси.— Эй, ребята, у меня идея! — О, нет, — вздохнул Рафаэль. — Каждый раз, когда Джонс говорит «у меня идея», кто-то потом чинит потолок. — Очень смешно, красный, — ухмыльнулся Кэйси. — На этот раз всё мирно. Просто… я хотел познакомить вас с одной особой гостьей. Он отступил в сторону, и за ним показалась Сьюзан.Маленькая, в кепке, с глазами, полными любопытства и немного — шока. — Вау… — только и сказала она, когда увидела Черепах, Карая и Сплинтера. — Это… это реально вы?! Микки первый подскочил и махнул лапой.— Да, это мы! Ниндзя, мутанты и просто красавчики! Сьюзан засмеялась.— Ого! А вы и правда не шутите. Кэйси рассказывал про вас, но я думала, что он всё выдумал. — Поверь, — буркнул Рафаэль, — иногда мы тоже так думаем. Сплинтер подошёл ближе, слегка поклонившись.— Приятно познакомиться, юная мисс Джонс. — Ага, — кивнула она, рассматривая его. — Ты типа их учитель, да? — И наставник, и отец, — ответил он спокойно. Карай, стоявшая рядом, тихо усмехнулась.— Вот теперь я вижу, что вы и правда брат и сестра. Оба — энергия в чистом виде. Сьюзан гордо выпятила грудь.— Конечно, мы Джонсы! Мы не боимся приключений. Кэйси рассмеялся, обняв её за плечи.— Вот видите? Я ж говорил, характер у нас семейный. Я не удержался и улыбнулся.Да, теперь было очевидно — одно лицо, одно сердце. И где-то глубоко внутри я почувствовал, что всё-таки жизнь, несмотря на все сражения, снова идёт своим чередом. Прошло уже три недели с того дня, как я окончательно снял гипс. Правая рука больше не болела, только иногда немного ныла после долгих тренировок с нунчаками. Я снова вошёл в привычный ритм — школа, лаборатория у Донни, помощь Кейси и его младшей сестрёнке Сьюзан с контрольной. Сьюзан оказалась удивительно сообразительной — и упрямой, как и её брат. Иногда она заглядывала в убежище черепах, приносила мне йогурт, пиццу или фрукты из пиццерии «Антонио».— Тебе нельзя напрягаться, — говорила она с самым серьёзным видом, кормя меня с рук. — Я и сам могу съесть кусок пиццы, — пробовал я возразить. — Нет уж! Ты и так помогаешь мне и Кейси разбираться в формулах. Теперь моя очередь о тебе позаботиться. Она улыбалась, и я не мог спорить.— Хорошо, только никому ни слова. Если Кейси узнает — я труп. — Договорились, — кивнула она. — Это будет нашим маленьким секретом. Однажды вечером, после долгих уроков, мы решили прогуляться. Город ночью выглядел спокойнее обычного — дождь только что закончился, и улицы блестели в свете фонарей. Мы шли без особой цели, просто наслаждаясь тишиной, пока Сьюзан вдруг не остановилась. — Луис, смотри, — прошептала она и указала на здание напротив.Я проследил за её взглядом — и сердце ухнуло вниз. К ресторану с приглушённым светом подъехал чёрный лимузин. Из него вышли Шредер, Мона, Тигриный Коготь, Ксевер и Бредфорд. Все в полном вооружении. — Отлично, — пробормотал я. — Только этого не хватало.— Хмм… тот в шлеме — это и есть Шредер? — спросила Сьюзан. — Кейси пару раз упоминал его.— Да. И если он здесь, значит, ничего хорошего не жди. Нам лучше уйти. — Или остаться и узнать, что он задумал, — возразила она. Я посмотрел на неё так, будто передо мной стояла вторая версия Кейси — только в миниатюре.— Ты хочешь пробраться в ресторан, где сидит сам Шредер и его мутанты? — Ага. — Сьюзан, это безумие. — Зато интересно! Признай, тебе нравится во мне эта черта. Я закатил глаза.— Безумная. — Зато ты не скучаешь, — подмигнула она. — К тому же, мы войдём через чёрный ход и прикинемся официантами. — У нас нет ни формы, ни плана!— Зато есть решимость, — улыбнулась она. — Как говорил Сплинтер: «Ниндзя всегда готов».— Поправка: мы с тобой не ниндзя. — Тогда будем притворяться. Я вздохнул.— Донни меня убьёт… Чёрт, ладно. Я в деле. — Вот и славно, — радостно сказала она. — А братец говорил, что я никого не умею убеждать. Мы вошли в ресторан через чёрный ход. Кухня была пуста — только шум посуды и запах подогретых блюд. Быстро схватив подносы, мы выскользнули в зал.Шредер и его люди сидели за длинным столом напротив толстого мужчины лет пятидесяти. Он был похож на огромную свинью в костюме гангстера — это, без сомнения, был сам Дон Визиоссо, глава мафии. Мы с Сьюзан тихо подавали им блюда и вино, стараясь не смотреть в глаза ни одному из мутантов.— Жуткие времена для бизнеса, — сказал Визиоссо, чавкая спагетти. — После крэнгов дела идут паршиво. Но такие моменты бывают выгодны для людей вроде нас.— Нас? — холодно произнёс Шредер. — Не льсти себе, Визиоссо. Власть в этом городе принадлежит мне. Я поставил перед ним тарелку, стараясь не дрожать.— И что ты имеешь в виду, «власть»? — спросил дон, откинувшись на спинку стула. — Сказать по буквам? — произнёс Шредер, и воздух словно сгустился.— Да будь добр, я не силён в чтении, — лениво ответил Визиоссо.Мона злобно усмехнулась: — Оно и видно. Свиньи редко любят шевелить мозгами. Секунда — и всё замерло. Я уже был уверен, что сейчас начнётся драка, но Шредер лишь поднял руку, и его подручные остановились. То же сделал и Визиоссо.— Я уже контролирую русскую мафию через Стеренко, азиатскую банду через Хана, южноамериканцев через Ксевера, — холодно сказал Шредер. — Остался только ты. Признаешь ли ты моё верховенство… или мне повторить? Он выдвинул лезвия из своих перчаток и одним движением разрезал вилку Визиоссо пополам. Тот побледнел.— Чем могу быть полезен? — выдавил он. — Мне нужен доступ к химикатам. Один проект требует особых ингредиентов. — Я уже рассказал тебе о грузе в доках! Что ещё ты хочешь? — задыхался Визиоссо.И тут Шредер резко повернулся… и схватил меня за ворот. — Кто вас сюда подослал? — его глаза сверкнули под шлемом. — Говори, мальчишка, если не хочешь стать свидетелем смерти своей подруги! Я увидел, как Мона удерживает Сьюзан, обвив её шею хвостом. Сердце застучало как бешеное.— Мы не шпионы! Мы просто… подрабатываем здесь официантами! — выкрикнул я. Некоторое время Шредер молча смотрел на нас. Потом медленно отпустил.— Убирайтесь. И чтобы я вас больше не видел. Мы не стали ждать повторного приглашения. Выбежав на улицу, я жадно вдохнул холодный воздух.— Я думала, он нас прикончит, — прошептала Сьюзан. — Я тоже, — ответил я. — Но зато теперь мы знаем, что он что-то готовит. Проект, химикаты… это явно не просто бизнес. Мы переглянулись.— Пора домой, — сказал я. — Донни должен об этом узнать. Так закончилась ночь, начавшаяся с прогулки. И хотя рука моя зажила, я впервые понял: шрамы бывают не только на теле — некоторые остаются внутри.