Глава 5

Драко несколько мгновений смотрел на Робардса, прежде чем его тренировка дала о себе знать, и он расправил плечи.   — Причина смерти? — спросил он, переводя взгляд на папку с делом на столе главы аврората.   — Пока не установлена, — ответил Робардс, кивая на папку.   Драко пролистал материалы, его взгляд остановился на фотографии мадам Моро, безжизненно лежащей на цветастом персидском ковре.   — Как и время смерти. Хотя создаётся впечатление, что тело пролежало там уже некоторое время.   — Кто обнаружил тело? — спросил Драко, отворачиваясь от снимков.   Абсолютная неподвижность на маггловских фотографиях всегда действовала ему на нервы. — Её садовник нашёл её сегодня утром, — рассеянно махнул рукой Робардс. — Странное имя у парня.   — О’Коннелл, — выдохнул Драко, наткнувшись на отчёт о месте происшествия. — Бальтазар О’Коннелл. Я пытался найти его раньше, сэр…   — Прибывшие авроры на место происшествия уже вызвали его на допрос, — коротко кивнул Робардс.   Драко ощутил всплеск облегчения ровно до тех пор, пока его начальник не продолжил:   — Авроры Поттер и Финниган были первыми, кто получил наводку, и забрали её. Сейчас тело находится на вскрытии в Святом Мунго.   Драко нахмурился, собираясь что-то сказать, но Робардс приподнял брови и продолжил:   — И поскольку мадам Моро являлась фигуранткой уже существующего дела, в котором ты — ведущий аврор, значит расследование будет под твоим руководством. Драко несколько раз моргнул, глядя на начальника, затем взял себя в руки и резко кивнул.   — Спасибо, сэр, — выдавил он из себя, пытаясь справиться с нервозностью.   — Невыразимец Грейнджер, — сказал Робардс, поворачиваясь к Гермионе, и Драко вздрогнул, почти забыв, что она всё ещё в кабинете. — Боюсь, аврору Малфою придётся временно отстраниться от вашего исследования фигурки, пока дело не будет раскрыто.   — Безусловно, — сказала Гермиона, резко кивнув. — Он знает, где меня найти, когда будет готов продолжить.   Драко искоса взглянул на неё, и в мимолётном изгибе её губ было что-то ободряющее.   — Малфой, садовник в комнате для допросов, — сказал Робардс.   — Отлично, — отозвался Драко, захлопывая папку с делом, и вышел из кабинета следом за Гермионой. Он остановился у своего стола, чтобы забрать сумку, а когда поднял глаза, увидел, что Грейнджер всё ещё стоит рядом с ним. Несколько авроров в отделе уставились на них. Драко нахмурился, поворачиваясь к ней. Он достал из сумки книги о цивилизации Долины Инда и протянул ей стопку. — Я найду тебя, когда закончу здесь, — пробормотал он, и Гермиона задумчиво поджала губы. Он смерил её суровым взглядом. — Долина Инда. Если в чём-то Малфой и мог быть уверен, так это в том, что Грейнджер будет копать основательно. — Долина Инда, — повторила она, ещё раз резко и воинственно кивнув. Драко уже не в первый раз задавался вопросом, как в Отделе тайн обучают Невыразимцев. В её напряжённой позе было что-то такое, чего он раньше за ней не замечал. — Малфой, удачи. Возможно, ты узнаешь что-нибудь о фигурке. — Если это вообще как-то связано с ней, — проворчал Драко. — Возможно, — уклончиво ответила Гермиона, и Малфой поднял глаза, уловив многозначительность в её мягком тоне. — Кто-то её искал. Драко моргнул, рассеянно облизывая губы, и уставился на неё. — Да, может быть. Или… может быть, её магия… — Найди меня потом, — повторила она. — Если меня не будет в библиотеке, я буду у себя в кабинете. Драко кивнул и, закинув сумку на плечо, направился в комнату для допросов. При мысли о проведении своего первого расследования его охватило волнение, смешанное с нервозностью. Но, шагая по коридору, Малфой нахмурился, вспоминая яркую, пусть и слегка сумасбродную женщину, с которой разговаривал всего несколько дней назад — женщину, чья душа теперь покинула этот Мир. Теперь именно он должен разобраться в обстоятельствах её смерти, чтобы обеспечить хоть какое-то подобие покоя её семье. — Бальтазар О’Коннелл? — спросил Драко, входя в комнату. Он поморщился, оценивая неопрятного мужчину, сидевшего перед ним. Его подбородок покрывала многодневная щетина, мантия была грязной и слишком большой, а под густыми бровями залегли тёмные глаза. — Да, — проворчал Бальтазар сильным ирландским акцентом. — Вы были садовником мадам Моро, — сказал Драко, приподняв бровь. — Да, — повторил мужчина, нахмурившись. Малфой шумно выдохнул и пробежался глазами по досье. — Сегодня утром Вы нашли мадам Моро мёртвой. Где Вы были прошлой ночью? — Дома, а где ж ещё? — ответил садовник, цокнув языком. Драко закатил глаза. — Кто-нибудь может это подтвердить? — Нет, — фыркнул садовник. — Я её не убивал, если Вы к тому клоните. — Хорошо, — пробормотал Драко, решив зайти с другой стороны. — Упоминала ли мадам Моро при Вас небольшую фигурку, которую считала проклятой? Она похожа на бикорна… — Она проклята, — проворчал Бальтазар, и выражение его лица изменилось. — Её это тревожило. Наверное, эта штуковина её и убила. Драко взглянул в тёмные глаза Бальтазара, его губы приоткрылись:   — Вы когда-нибудь прикасались к ней?   — Да, — Бальтазар скрестил руки на груди, откинувшись на спинку стула.   — Когда мадам Моро впервые заговорила с Вами об этой фигурке? — спросил Драко, едва осмеливаясь дышать.   — Наверноеее, неделю назад.   — Неделю назад, — повторил Малфой. — И Вы брали её в руки.   Он опустился на стул напротив О’Коннелла, и, достав из сумки перо и пергамент, сделал несколько заметок.   — Да, — снова сказал Бальтазар, закатывая глаза.   — Как часто Вы бывали в поместье мадам Моро? — спросил Драко, поднимая взгляд.   — Три раза в неделю, — пробурчал мужчина, глубже вжимаясь в стул.   — Вы знаете, где она нашла эту фигурку? — снова задал вопрос Малфой, чувствуя, как бешено колотится сердце в груди. — Без понятия, — ответил Бальтазар, пренебрежительно сдвинув брови. — Она всегда путешествовала. Могла найти её где угодно. Говорила, что это семейная безделушка, но нет, это было не так, — он пожал плечами. — Статуэтка была у неё всего месяц, пока не началось что-то странное. — Странное, — повторил Драко, нахмурившись. — Я не могу это объяснить, — Бальтазар покачал головой. — Ощущалась тьма. Почти как тёмная магия, но не совсем. От неё веяло древностью. — Да, — сказал Драко, кивая. Мысли метались, вопросы роились, закручиваясь беспощадным водоворотом, и он не мог ухватиться ни за одну из них достаточно долго. — Как древняя, традиционная магия. — Ага, — согласился Бальтазар. Рука Драко рассеянно зависла над пергаментом, голова разрывалась на части.

***

Гермиона оторвала взгляд от своих записей, услышав громкий стук в дверь. Она разложила книги аккуратной стопкой и откликнулась: — Войдите! Дверь распахнулась, и Малфой стремительно вошёл внутрь. В уголках его глаз застыло напряжение; он снял сумку и опустился в кресло напротив, проведя рукой по волосам. Гермиона отметила, что при нём не было его привычного бумажного стаканчика с чаем. — Пожалуйста, скажи, что ты вчера узнала что-нибудь полезное, — бросил он вместо приветствия. — Я весь день занимался расследованием смерти Моро. — Я так и подумала, — сказала Гермиона, протягивая ему скреплённую степлером стопку заметок, которые она собрала накануне о цивилизации Долины Инда, пока он был занят. — Здесь краткое изложение по Долине Инда. — Краткое? — переспросил Малфой, уставившись на толстую пачку заметок. — Я почти не спал, можешь рассказать мне самое основное? — Хорошо, — Гермиона едва заметно улыбнулась. — Итак, как ты и говорил вчера, Долина Инда была одной из трёх древнейших цивилизаций в колыбели цивилизации; две другие — Древний Египет и Месопотамия. Из этих трёх долина Инда была самой крупной: было обнаружено более тысячи поселений, два самых значимых — Хараппа и Мохенджо-Даро. Она заколебалась, взглянув на него. — Это было общество бронзового века, сформировавшееся вокруг рек Индас и Сарасвати на территории современных Индии и Пакистана. Цивилизация Долины Инда сформировалась как общество уже около 3300 года до нашей эры, а её расцвет пришёлся на период с 2600 по 1900 годы до нашей эры. Гермиона посмотрела на Малфоя — он кивал, с рассеянным выражением лица.   Она продолжила:   — Судя по всему, это было невероятно интересное общество. Их язык нам до сих пор неизвестен, однако они торговали печатями с символами вроде твоего быка, даже с Месопотамией. Также есть основания полагать, что они обменивали ткань на бронзу.   Гермиона сделала паузу, ожидая, что Малфою станет скучно, но его взгляд был напряжённым и сосредоточенным, пока он пристально смотрел на неё.   — Люди Долины Инда использовали сложные дренажные и канализационные системы, с хорошо построенными многоуровневыми домами, а самым крупным сооружением в городе Мохенджо-Даро был не храм и не дворец, а общественные бани, — Гермиона в изумлении покачала головой. — Они были поразительно миролюбивыми: не было найдено никаких признаков оружия или какой-либо военной силы. — Так вот что с ними случилось? — спросил Малфой, моргая и задумчиво прикусил костяшку указательного пальца. — Их уничтожила какая-то противоборствующая сила?   — Это одна из теорий, — продолжила Гермиона. — Проблема в том, что на самом деле никто не знает, потому что мы не можем расшифровать их язык. Всё, что известно, это то, что большинство их городов были покинуты к 1700 году до нашей эры. Их могли вытеснить индоевропейские племена. Другая теория заключается в том, что они столкнулись с засухой или землетрясениями, которые высушили речные системы, и от которых они так сильно зависели из-за сезонных наводнений, и людям пришлось уйти.   Малфой сжал губы и нахмурил брови.   — А что насчёт, — начал он, сделав неопределённый жест рукой, — какой-нибудь традиционной магической практики? Чего-нибудь, что могло бы объяснить странную магию этой фигурки?   — К сожалению, пока ничего нет, — ответила Гермиона, возвращаясь к своим записям. — Я как раз пыталась детальнее с этим разобраться, когда ты пришёл. Не зная, к чему относятся печати и письмена, историки могут лишь строить догадки, но, по-видимому, существуют свидетельства того, что в Долине Инда существовало политеистическое общество, а также практиковалось обожествление растений и животных.   — Хорошо, — сказал Малфой, проведя рукой по волосам. — Итак, теперь мы знаем о самой цивилизации, но ничего больше об этой фигурке, или о том, почему она обладает магией, или о том, как она оказалась здесь.   Гермиона вздохнула и сказала:   — Да. В целом ты всё правильно понял. Но есть и другие источники, до которых я ещё не добралась.   Драко просто кивнул, убирая её пачку заметок в сумку.   — Что ты узнал от садовника? — спросила она, прикусив губу.   — Очень мало, — ответил Малфой, и Гермиона подумала, что это объясняет его измученный вид и полное отсутствие язвительных выпадов. — Мадам Моро рассказала ему о фигурке за неделю до того, как внезапно умерла без видимой причины, если верить отчёту о вскрытии. — Я подумала, что, возможно, магия фигурки и убила её, — сказала Гермиона, задумчиво покусывая кончик пера. — Какая-то отсроченная порча. — Садовник думал так же, — пробурчал Малфой. — Я не исключаю версию убийства, и садовник всё ещё остаётся подозреваемым, но я не думаю, что это был он. И если это как-то связано с фигуркой, то это уже совсем другой вопрос, — он поднял взгляд, встречаясь с ней глазами. — О’Коннелл сказал, что она могла приобрести статуэтку во время путешествий. Как ты думаешь, она могла наткнуться на неё в одной из современных стран, расположенных на территории бывшей Долины Инда? — Возможно, — сказала Гермиона, удивившись тому, что он вообще поинтересовался её мнением. К тому же она не могла вспомнить, чтобы он до сих пор отпустил хотя бы одну колкость. Должно быть, Малфой очень устал. — Это всего лишь теория… но если магия фигурки подействовала на мадам Моро — при контакте или, может быть, при длительном воздействии, — как думаешь, подействует ли она и на садовника? Брови Малфоя взлетели вверх, когда он скорчил гримасу. Думаю, мы со временем это узнаем, так ведь? — Скорее всего да, — ответила Гермиона, а её разум уже лихорадочно перебирал возможные варианты. — Я продолжу это исследование и попробую выяснить, существовали ли в Долине Инда какие-нибудь традиционные формы культурной магии. — Ладно, — пожал плечами Малфой, — нам с Робардсом нужно съездить к коронеру, и проверить ещё пару версий, но если ничего не прояснится… Драко встретился с ней взглядом, и Гермиона заподозрила, что понимает, к чему он клонит. Её взгляд невольно упал на упакованную фигурку, стоявшую на краю стола. В тот же угол посмотрел и Малфой. — Что-то должно получиться, — сказала Гермиона, пожав плечами. — Дашь мне знать, если что-нибудь узнаешь?   Малфой поднялся на ноги и снова перекинул сумку через плечо.   — И ты тоже.   Резко кивнув, он покинул её кабинет.  

***

 На следующий день, во время обеда, Гермиона натянула на лицо улыбку, когда Дафна Гринграсс опустилась на стул рядом с Гарри в столовой министерства.   Поттер широко улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать Гринграсс в щёку и она ответила ему сдержанной, но тёплой улыбкой.   — Привет, Дафна, — сказала Гермиона, внезапно почувствовав себя неловко. Дафна Гринграсс была воплощением стиля и грации, её длинные светлые волосы были идеально уложены, а наряд представлял собой элегантное сочетание моды и деловой строгости.   — Гермиона, привет, — поприветствовала она в ответ, поворачиваясь к ней и посмотрела на неё своими ярко-зелёными глазами и широкой улыбкой. — Так приятно тебя видеть.   — Взаимно, — ответила Гермиона, хотя ещё не до конца решила, действительно ли это так.   — Даф уезжает на несколько дней в Беларусь, и я подумал, что она может пообедать с нами, — объяснил Поттер, с нежностью глядя на свою новую девушку.   Гермиона прикусила губу, сдерживая улыбку. Гарри, без сомнения, был сражён наповал, и она была этому рада.   — Конечно, без проблем. Что происходит в Беларусии?   — Белорусское Министерство проводит кампанию, чтобы их национальная команда по квиддичу была зарегистрирована в международной лиге, — объяснила Дафна, аккуратно откусывая сэндвич. — Делегация из Отдела международного магического сотрудничества, а также из Отдела магических игр и спорта поедет в Минск на переговоры с их министерством.   — Звучит заманчиво, — сказала Гермиона, подув на ложку супа. — Гарри, тебе стоит поехать с ней.   — Я пытался, — усмехнулся Поттер. — Но, увы, у меня нет повода, да и Отдел магического правопорядка нуждается во мне здесь.   Он повернулся к Гермионе, и его лицо стало серьёзным.   — Кстати, что вообще происходит с той фигуркой, которую изучает Малфой? Женщина оказалась мёртвой, и…   — Мы в полной безопасности, — перебила его Гермиона, подняв руку. — Фигурка обладает какой-то неизвестной магией, и Малфой пока не установил, являлась ли она непосредственно причиной смерти мадам Моро, но ни один из нас к ней не прикасался и никак с ней не контактировал. — Я не за Малфоя переживаю, — проворчал Гарри, за что получил удар локтем под рёбра от Дафны. Гермиона хихикнула, проглатывая суп. — Честно говоря, я тоже не слишком за него переживаю, — призналась она, бросив украдкой взгляд на Дафну. — Но мы с ним ведём это расследование вместе, несмотря на то, что это ситуация, в которой я ни в коем случае не хотела разбираться и уж точно не могла предвидеть. И если бы он подвёргся воздействию, значит, скорее всего, и я тоже. — Малфой — чёртов таракан, — заявил Гарри, не обращая внимания на то, как Дафна закатила глаза. — Так что с тобой всё будет в порядке.

***

— Что, во имя Мерлина, ты имеешь в виду, говоря, что не знаешь, как умерла моя мать? Драко уставился на разъярённого мужчину, сидевшего напротив него в комнате для допросов и, прежде чем отложить перо, раздражённо цокнул языком. Жерар Моро ворвался в Отдел магического правопорядка несколько минут назад, требуя разговора с ведущим аврором, расследующим смерть его матери, мадам Моро. За этим последовал хор смешков и закатываний глаз, когда коллеги-авроры Драко были счастливы отправить мужчину прямиком к его столу. — Я имею в виду, что в отчёте о вскрытии всё чисто, — объяснил Драко, встречаясь с его взглядом. — У неё было отличное здоровье, никаких травм или ушибов, и не было никаких магических признаков, указывающих на то, что она подверглась магическому нападению. — Тогда как ты объяснишь её смерть?! — закричал мужчина, всплеснув руками. — Меня выдёргивают с отдыха с женой и детьми новостью о том, что моя мать мертва, и я имею полное право получить ответы! Драко был уверен, что этому человеку нужно разобраться в своих приоритетах. — Расследование продолжается, мистер Моро, — невозмутимо ответил Малфой. — И на данный момент у нас нет этих ответов. Как только они появятся, я обязательно Вас проинформирую. — Этого недостаточно! — процедил Моро. — Почему смерть моей матери не расследует более старший аврор? Ты выглядишь так, будто только что закончил школу. Я хочу поговорить с твоим начальством! Драко подавил желание закатить глаза. — Уверяю Вас, я полностью квалифицированный аврор, — процедил он сквозь зубы. — Но хорошо. Я посмотрю, свободен ли аврор Робардс. Он направился к двери, собираясь привести начальство, но Жерар Моро рванул вперёд, вылетев за пределы защитных и конфиденциальных чар комнаты для допросов прямо в главный зал аврората. Несколько авроров подняли головы на шум, когда Драко последовал за разъярённым мужчиной к кабинету Робардса. Робардс моргнул, когда вошёл в отдел и столкнулся лицом к лицу с Моро. — Я могу чем-то помочь? — спросил он, бросив взгляд на Драко. — Да! — воскликнул Моро, его плечи заметно напряглись. — Этот мальчишка-аврор заявил мне, что понятия не имеет, как умерла моя мать! Возможно, его стоит заменить! — Это расследование продолжается, и на данный момент ответы о происшествии пока неизвестны, — спокойно сказал Робардс, и его мягкий тон резко контрастировал с напористой яростью Моро. — Аврор Малфой дипломированный специалист и способен возглавить это расследование.   Драко почувствовал прилив благодарности в груди, несмотря на сложившуюся ситуацию. Но это чувство, правда, оказалось недолгим.   — Малфой! — взревел мужчина, снова поворачиваясь к Драко, с покрасневшим лицом. — Вы что, поручили расследование кончины моей матери дракклову Пожирателю смерти?! Да что здесь вообще происходит?!   Лицо Робардса окаменело.   Краем глаза Драко видел, что авроры вокруг наблюдают за происходящим, посмеиваясь и перешёптываясь между собой. Его рука с палочкой дёрнулась, и он стиснул челюсти, чтобы не сказать лишнего.   — Мистер Моро, — отчеканил Робардс, сдержанным, но уверенным тоном. — Вы либо понизите голос, либо покинете мой отдел. Аврор Малфой сообщит Вам, когда установит причину смерти Вашей матери. — Возмутительно! — выкрикнул Жерар. — До чего докатилось это министерство! Пожиратели смерти работают аврорами! Поручите это дело кому-нибудь другому, или я прекращу свою финансовую поддержку! Губа Драко дёрнулась, когда он уставился на мужчину, мечтая лишь о том, чтобы проклясть его к чёртовой матери, но это стоило бы ему карьеры. Глаза Робардса сузились, и он указал на дверь. Он ответил мягким, но ледяным тоном: — Нам не нужна ваша поддержка. Убирайтесь. Мужчина возмущённо фыркнул, его грудь раздулась, руки сжались в кулаки, но он вылетел из Отдела магического правопорядка, не оглянувшись. Драко взглянул на Робардса, который посмотрел на него в ответ с гримасой. — Он ещё вернётся, — коротко бросил он, брезгливо сморщив нос. Драко сжал губы и тяжело выдохнул. — Спасибо, сэр. — Я знаю твоё прошлое, Малфой, — сказал Робардс. — Мы все его знаем. Но таким, каким ты стоишь здесь сегодня, ты такой же Пожиратель смерти, как и я. И я не потерплю, чтобы с моими аврорами обращались подобным образом. Драко снова почувствовал, как у него на мгновение сдавило грудь, и он кивнул своему начальнику. Малфой открыл было рот, чтобы что-то сказать, но затем закрыл его, увидев изумлённые лица остальных авроров, слонявшихся по отделу и уставившихся на него так, будто он заслуживал насмешек. Как будто они хоть что-то о нём знали. Челюсти Драко сомкнулись с тихим щелчком. Он повернулся к своему столу, надеясь вернуться к работе, но тут увидел Грейнджер, стоявшую у самого входа в аврорат, а рядом с ней Поттера. Она нахмурила лоб и уставилась на него, приоткрыв рот. В её взгляде мелькнуло что-то похожее на жалость, и это обожгло Драко до глубины души, вызвав всплеск злости и унижения, горячей волной поднявшихся в груди. Он схватил свою сумку, и, усмехнувшись ей на ходу, покинул отдел.