Часть 6

Галадриэль давно так сладко не спала, как в эту ночь. Вернувшись вечером в комнату, она сразу забралась в кровать с твердым намерением дать себе только две минуты на блаженство, прежде чем заняться рутинным раздеванием и плетением волос в тугие косы. Однако, коварное блаженство подвело ее, заманив в ловушку приятных грез. Неизвестно, что было тому причиной в большей степени – хрустящее ли от чистоты постельное белье, удушающее ли тепло мягкой перины, или ее маленькая победа над надменным обладателем серо-зеленых глаз – это не имело значения! Удовольствие навалилось на нее приятной истомой, заставив на одну-единственную ночь забыть о цели своего путешествия и причинах ее нахождения здесь. Она проснулась поздно от осторожного, но настойчивого стука в дверь. Солнце уже отчаянно отплясывало на покрывале, мечтая ослепить ее заспанное лицо своим блеском. Поморщившись от яркого света, Галадриэль юркнула в сторону двери и осторожно приоткрыла ее. За ней ожидал Амдор. – Доброе утро, леди Галадриэль! – вежливо отчеканил он. – Лорд Келебримбор приглашает вас составить ему компанию за завтраком! Озадаченная, Галадриэль захлопнула дверь прямо перед носом юноши и судорожно заметалась по комнате. Владыка Эрегиона производил впечатление добропорядочного и простодушного человека. И все же… она не могла себе позволить явиться перед ним с помятым от долгого сна лицом и спутанными волосами. – Дайте мне пять минут! – крикнула она ожидающему молодому человеку и яростно схватила гребень, пытаясь уложиться в собственный срок. Предвкушая куда более разговорчивого собеседника, нежели Аннатар, она скакала по узкому пространству комнаты как сайгак, натягивая сапоги, поправляя волосы на затылке и приглаживая складки платья, в котором она так неуместно проспала всю ночь. Через короткое время она уже стояла перед Амдором и очаровательно улыбалась, смущая молодого человека своей невинной красотой. К ее удивлению, юноша проигнорировал вчерашнюю залу, где проходил ужин, и бодро прошагал во внутренний двор, скрытый от посторонних глаз каменными громадами домов. Увиденное поразило ее. Перед ней предстал небольшой аккуратный сад, затерянный между широкими улицами и величественными строениями. В центре участка стояла небольшая белая беседка с такого же цвета круглым каменным столом и несколькими резными стульями. Вокруг беседки росли пышные, аккуратно остриженные кустарники и несколько невысоких плодовых деревьев. Вдоль стен, сохраняя симметрию, расположилось множество цветистых клумб. Все это великолепие интенсивно цвело, наполняя пространство причудливым благоуханием. Лорд Келебримбор скромно сидел за столом в беседке, держа в руках дымящуюся чашу ароматного травяного напитка. Он выглядел безмятежно, наслаждаясь редкой минутой покоя. Галадриэль невольно остановилась на небольшом расстоянии, не желая прерывать его мечтательного настроя. Однако, услышав шаги, мужчина проворно развернулся и расцвел в теплой улыбке. – Леди Галадриэль! – мягко поприветствовал он ее. – Рад вас видеть! Он быстро поднялся со стула и отставил чашку в сторону, стремясь засвидетельствовать свое почтение гостье: – Прошу к столу! Келебримбор отодвинул один из стульев, приглашая девушку сесть напротив него. – Могу ли я поухаживать за вами? – скорее для формы уточнил он и уже потянулся к одному из серебряных кувшинов, чтобы налить своей гостье ромашковый отвар. Внушительный стол был скромно сервирован двумя парами приборов, свежим хлебом и небольшими глиняными емкостями с вареньем. Из чего Галадриэль сделала вывод, что других гостей за завтраком не ожидается. – Я хотел поболтать с вами в непринуждённой обстановке и без свидетелей, – виновато объяснился мужчина. Почему-то при этих словах он воровато оглянулся. Галадриэль, повинуясь инстинкту, тоже огляделась. Часть ее, маленькая и глупая, надеялась увидеть за завтраком Аннатара, не потому что странным образом соскучилась по нему. Нет! Исключительно ради того, чтобы еще раз засвидетельствовать вспышку немой злобы в его глазах и ощутить это заманчивое чувство торжества. Но другая ее часть, сознательная, тут же фыркнула от негодования. Не пристало молодой незамужней девушке думать о каком-то постороннем мужчине! Даже из спесивого желания насладиться своим триумфом она не должна о нем думать! Никак! Никогда! – Вы хорошо спали? – перебил ее размышления тихий голос Келебримбора. Галадриэль благодарно улыбнулась в ответ. – Лучше, чем во многие дни прежде, – путано пояснила она. Было видно, что владыку Эрегиона что-то терзает: какая-то неопределённая мысль, которую он не решается высказать открыто. – Полагаю, Мордор ожидают перемены, – он начал издалека, не зная, как подступиться к предмету его тревог. – Правда? – Галадриэль непроизвольно наклонилась ближе к своему собеседнику, когда поняла, что грядущая беседа может пролить свет на многие вопросы. – Мне стыдно признаться, – неловко начала она, – но я мало что знаю про эти земли! Келебримбор даже приосанился, когда понял, что может быть полезен своей гостье. – Неудивительно, – добродушно начал он, – теперь эти территории окутаны множеством тайн и легенд, а ведь я знал их другими! – Какими? – Галадриэль была настолько заинтригована, что забыла про ароматный напиток в своих руках и неловко плеснула горячую жидкость на каменную столешницу. – Я вижу, вы любознательная леди! – Келебримбор весело рассмеялся и осторожно забрал чашку из ее рук. – Когда-то их называли Южными землями… – мужчина на секунду замер, собираясь с мыслями. –Ничем не приметный край… Маленькое королевство во главе с очень педантичным королем… Он усмехнулся каким-то своим, известным только ему воспоминаниям. – Молодой, красивый, амбициозный! – глаза Келебримбора затрепетали теплом. – Он хотел процветания для своих земель. Многое делал сам, рядом со своими людьми, не чурался никакой, даже самой грязной работы…. Галадриэль невольно представила себе этого человека, расхаживающего по вспаханному полю широкими шагами, с испачканным лицом и мокрыми от пота волосами. – Все хвалят мое кузнечное искусство, – с горькой усмешкой продолжил Келебримбор, – но мало кто знает, что я многому обязан владыке Мордора, как его любят называть в миру. Мы вместе стояли у истоков многих амбициозных проектов… – Лорд Аннатар говорил мне о чем-то подобном, – Галадриэль не могла не вспомнить, как ее заносчивый спутник восторгался мастерством человека, сидящего перед ней. – Правда? – голос мужчины дрогнул. – Он говорил вам обо мне? На секунду Галадриэли показалось, что уголки глаз владыки Эрегиона стали слегка влажными. Очевидно, высокая оценка Аннатара имела для него особое значение. – Так что же произошло? – нетерпеливо воскликнула Галадриэль, увлеченная рассказом о истории Мордора. – Извержение вулкана! – с грустью подытожил Келебримбор. – Плодородная земля иссохла под слоем пепла. Уже много лет на этих территориях не было полноценного дождя. И как иссохла трава без благословения небес, так же иссох характер короля Южных земель… Келебримбор устало покачал головой: – Уже много лет он не может думать ни о чем другом, кроме как о возвращении благодати на свои земли…, и я не могу его за это винить... Он задумчиво потер лоб и протяжно вздохнул, скользя рассеянным взглядом по саду. – Вы видите, как процветают мои земли сейчас, но…, если бы случился катаклизм... – он сделал выразительную паузу и продолжил с чувством. – Я предпочел бы погибнуть вместе с моими людьми, чем посыпать голову пеплом, сидя на руинах былого могущества… Галадриэль почувствовала, как к ее горлу подступил ком. Теперь холодность и отстранённость Аннатара нашли свое логичное объяснение. Она представила его мальчишкой, беззаботно играющего в салки, на фоне мирно спящей горы. А потом – уже повзрослевшего, с растерянным лицом взирающего на странные клубы дыма, идущие из жерла проснувшегося вулкана, и отчаянный стон земли, содрогнувшейся в немой боли. Затем она вообразила себе жуткого Некроманта, бывшего когда-то молодым и амбициозным королем, а теперь ставшего одержимым безумцем. Она могла поклясться, что слышит в своей голове его горький крик, пока жизнь вокруг него обращается в прах. Между собеседниками ненадолго воцарилась тишина. Галадриэль отчаянно хотела узнать еще какие-нибудь подробности о владыке Мордора или Аннатаре, но не знала, как спросить, чтобы не выглядеть слишком заинтересованной. – Если быть честным, – Келебримбор первым прервал их неловкое молчание, – я был крайне удивлен, когда увидел лорда Аннатара в компании молодой девушки. – Почему? – опасливо поинтересовалась Галадриэль. Она почувствовала, как разговор плавно переходит в более личное русло и инстинктивно насторожилась. Ее руки нелепо вцепились в стол, как будто ответ на этот вопрос мог сбить ее с ног. – Я и мое ближайшее окружение, – с улыбкой объяснился мужчина, – уже и не надеялись побывать в Мордоре на каком-нибудь празднике. Но теперь, я полагаю, торжество не за горами… Галадриэль подскочила на месте, как будто на нее плеснули кипятка. Нелепое предположение Келебримбора обескуражило ее, выбив из легких воздух. Ее рот судорожно открылся и замер в этом нелепом положении. Она смотрела на мужчину перед собой, застыв в оцепенении, не в силах вернуть контроль над собственным телом, как будто на нее наложили злые чары, превратившие ее плоть в бревно. – Лорд Келебримбор? – молодой высокий мужчина в кузнечном фартуке некстати вынырнул из-за угла. Он встревоженно покосился на Галадриэль и обратился к владыке Эрегиона: – Извините за беспокойство, но лорд Аннатар просит вашего присутствия. – Конечно, конечно, – Келебримбор слишком явно засуетился и выразительно посмотрел на девушку перед собой. – Простите старого дурака за прямоту, леди! – сконфуженно пробормотал он. – Приятно было провести с вами время! Он поспешно ретировался, оставив Галадриэль в ошеломленном одиночестве. Жалость к своему проводнику до Мордора мгновенно схлынула с ее сердца, сменившись яростной злостью. Так вот кем ее считают! Его невестой! Если бы Аннатар имел неосторожность заглянуть в сад прямо сейчас, то об его голову легко могла бы разбиться маленькая глиняная чашка. Галадриэль крепко сжала кулаки и пошла скорее прочь. Ей нужно было выкипеть, подобно воде, чтобы снова вернуть себе контроль над своими эмоциями. Как ни хотела Галадриэль скрыться на некоторое время от посторонних глаз в уединении гостевой комнаты, судьба похоже имела на нее свои планы. Прямо под дверью ее поджидал визитер. Мирдания. Она, как ни странно, была одета в рабочий фартук, а на ее лице красовались характерные следы черной сажи, как будто все в этом странном королевстве рождались с молотом и клещами в руках. Удивление на некоторое время перекрыло клокочущее негодование, и уступило бразды правления здоровому любопытству. – Только не говори, что ты тоже кузнец? – Галадриэль не смогла удержаться и решила сразу же расставить точки в этом вопросе. – Я подмастерье, – робко ответила блондинка. Она все также излучала волны неуверенности и плохо скрываемого волнения. – Значит, ты работаешь с лордом Келебримбором? – Галадриэль воинственно сложила руки на груди и привалилась спиной к двери своей комнаты. – Так точно, – подтвердила девушка, – у вас есть для меня минутка? Она сказала это таким жалобным тоном, что даже если бы Галадриэль и имела дела первостепенной важности, то не смогла бы отказать этим щенячьим голубым глазам. Если честно, ее даже стало немного забавлять, как она за считанную ночь превратилась из грязной беглянки в важную персону, в аудиенции которой, казалось, нуждался каждый второй житель Эрегиона. Галадриэль согласно кивнула и уже хотела открыть дверь в комнату, но Мирдания остановила ее. – Лучше прогуляться, – тихо возразила она и быстро заскользила по коридору, выманивая Галадриэль за пределы каменного укрытия. Выйдя на улицу, Мирдания некоторое время потопталась на месте, а затем нерешительно направилась в противоположную от владений Келебримбора сторону. Галадриэль с любопытством шла рядом с ней, не понимая причин такого странного поведения. – Ты что-то хотела узнать? – наконец не выдержала она. Терпение не было сильной стороной ее натуры. – Вы рано покинули ужин, – медленно, словно сама с собой, рассуждала Мирдания, – естественно, ваше отсутствие побудило невежливые и горячие умы задать лорду Аннатару кое-какие вопросы… – С чего же? – Галадриэль ощетинилась на столь явный скабрёзный намек. – Не принимайте это на свой счет! – поспешила оправдаться Мирдания, увидев, как нахмурились брови ее собеседницы. – Лорд Аннатар – признанный одиночка! Его редко можно застать в компании других людей. Блондинка мечтательно прикусила губу, как будто вспомнила о чем-то приятном. Ее лицо просветлело на краткий миг, но затеи снова стало серьезным. – Вот как! – Галадриэль криво ухмыльнулась, почувствовав явное противоречие увиденному накануне. Аннатар определенно не чурался определённой компании, а именно молодых и красивых девушек! И за вчерашним ужином он был более чем красноречив в своих действиях. Почему-то воспоминания о его гадком поведении, вызвали злость у Галадриэли. – То есть, – прошипела она, нагнувшись к самому уху Мирдании, – вчера за столом я неправильно поняла намерений Аннатара на твой счет? Блондинка отшатнулась от этих слов как от невидимого удара. Ее грудь затрепыхалась от волнения, а на глаза навернулись слезы. – Лорд Келебримбор уверен, что он очарован вами… – жалобно промямлила она. – Я хотела узнать прямо: так это или нет! Мирдания пытливо уставилась на нее, как будто от ее ответа зависели чьи-то жизни. Галадриэль поняла, что закипает. Она с силой зажмурилась, прикрыв руками глаза, пытаясь удержаться от неосторожного слова или грубости. Они уже никуда не шли, и теперь нелепо стояли посреди просторной многолюдной улицы, мешая проходившим мимо людям и, особенно, проезжающим повозкам, запряженным лошадьми. Стараясь не привлекать ненужное внимание, Галадриэль легонько толкнула Мирданию в грудь, понуждая ее отступить с дороги в тень ближайшего здания. – Можешь забрать его себе! – хмуро процедила она сквозь зубы, грубо прижав девушку к стене, желая испепелить не только Мирданию, но и весь Эрегион, мечтающий сосватать ей Аннатара. – Мне он без надобности! Последнюю фразу она произнесла угрожающим шепотом, дерзко уставившись на незадачливую собеседницу. Мирдания в ответ захлопала глазами, пытаясь скрыть глупую улыбку, неожиданно расползшуюся по ее лицу. Натиск Галадриэли должен был ее напугать или обескуражить, но вместо этого взгляд блондинки сквозил неподдельным облегчением и радостью, как будто ее самый большой ночной кошмар только что обратился в пыль, истлев на солнце. – Извините, – Мирдания ловко вывернулась из тисков своей соперницы и пустилась в откровенное бегство. Стройные ножки беспечно засеменили по широкой булыжной улице. Казалось, девушка сейчас взлетит, такой парящей и непринуждённой вдруг стала ее походка. Галадриэль во второй раз за день почувствовала себя странно. Как будто она бежит за собственной тенью и никак не может ее догнать. Что-то ускользало от нее, от ее восприятия. Какая-то важная деталь. Она растерянно осмотрелась по сторонам и медленно побрела в обратную сторону. Она могла сколько угодно злиться на бестактность людей, но не могла больше отрицать очевидного. Вопросы об Аннатаре задевали ее, и это было плохо. В идеальном мире ей должно было быть все равно, но ей не было. Ее состояние напоминало болезнь, к которой она отнеслась слишком легкомысленно и беспечно, и теперь эта зараза разрушала ее сердце и разум, пробивая брешь в доселе размеренном существовании. Вернувшись к себе в комнату, она упала на единственный оплот спокойствия в этом мире – на мягкую кровать. Она вспомнила Финрода и ощутила знакомый трепет. Он любил подшучивать над ней, мягко, с неизменной нежностью в голосе. Его образ в голове вспыхнул ярким всполохом, унеся ее разум в приятные воспоминания, кажущиеся теперь такими далёкими и нереальными. – Ты распугала всех мальчишек в округе! – увещевал он ее в очередной раз, после того, как обнаружил свою неугомонную сестру, грозно восседающей на дереве с самодельным луком. – Так им и надо! – самодовольно буркнула Галадриэль, внимательно следя за ним из своего укрытия. – Неужели тебе совсем не хочется с ними подружиться? – Финрод умел быть настырным. – Нет! – категорически заявила она. – У меня есть ты, Аэгнор и Ангрод! Зачем мне кто-то еще? Юноша примирительно рассмеялся в ответ: – Твое сердце может с тобой не согласиться, сестренка! – Любой, кто захочет его завоевать, – самонадеянно заявила она, – вначале познакомится с моим кулаком! Финрод рассмеялся еще громче, чем заслужил неодобрительное фырканье Галадриэли: – Кулаки – слишком ненадежное оружие, сестренка! Помни об этом! Теперь, находясь в тишине своих покоев она могла бы с ним согласиться. Кулаки, как оказалось, не могли защитить ее от очень многих вещей: от разочарований, от голода и холода, от злых намерений других людей, и, конечно, они не спасали от странного противоречивого чувства, застрявшего в ее груди болезненным осколком. У него еще не было точного имени и каких-то характерных черт, оно не имело точных границ и размеров, но уже врастало в ее тело, заполняло собой пустующее пространство, парализуя и внушая страх. Это раздражало и манило одновременно, тревожило и умиротворяло, это было ново и непривычно, и в то же время знакомо и узнаваемо. Это была неизбежность, помноженная на вековые инстинкты и устои, зашитая в самую сущность человеческого существа. День только набирал обороты. Из окна был слышен оживленный гомон будничной жизни, а Галадриэль все продолжала лежать на кровати, позволяя жалости обернуть ее своим саваном из теней. Она вспоминала дом, семью, свои прогулки и чувствовала себя необычайно одинокой. Наверное, что-то подобное ощутил и Некромант, когда вся его прежняя жизнь оказалась погребена под толстым слоем пепла. Она задумалась о том, каким он был? Теперь ей стало очевидно, что сказки Финрода не далеки от реальности. Возможно, его лицо пострадало при извержении, поэтому его описывали как обезображенного человека без век. Однако, если верить словам лорда Келебримбора, когда-то владыка Мордора был красив. Она представила его, сидящего на троне, усталого, сгорбленного печалью, возможно, сломленного, и он больше не казался ей чудовищем. Она складывала в своей голове фрагменты и обрывки фраз, пытаясь собрать истинную картину вещей. И, если с образом Некроманта, все стало более-менее понятно, то личность Аннатара так и осталась окутанной тайной. Он был из Мордора. Это был факт! Он работал вместе с лордом Келебримбором над каким-то проектом. Это был второй факт. Однако, до сих пор оставалась неясной его роль в одержимых планах владыки Мордора. Действовал ли он сам, потому что переживал за родные земли, или по настоянию Некроманта? Кем он был в этом пепельном королевстве? Ученым? Правой рукой? Наместником? Галадриэль почувствовала легкое волнение. Почему, обладая властью, он путешествовал один? Где его свита или сопровождающие? Аннатар не производил впечатления легкомысленного человека. Однако, из оружия при нем был только меч, который он ни разу не достал из ножен. Шокирующая беспечность для такого осторожного существа! Еще одним нервирующим белым пятном были странные ожидания свадьбы Аннатара. Зачем лорду Келебримбору так переживать об этом? Из дружеского участия? Галадриэль знала, что браки часто становились способом решения многих проблем: финансовых, имущественных, репутационных. Было наивно полагать, что владыка Эрегиона давно не пил дармового эля или соскучился по жарким пляскам с молодыми селянками. Его королевство выглядело цветущим, вряд ли здесь существовал дефицит свадебных торжеств. Что тогда? Все ее размышления так или иначе заходили в логический тупик. Она слишком мало знала о Мордоре и его обитателях, чтобы ее суждения могли быть хоть сколько правдивы. В конце концов, мысли о царстве пепла и его обитателях порядком утомили Галадриэль. Чувствуя беспокойство, она встала с кровати и вышла на свой маленький балкон. Суета улиц вдохнула в ее истерзанный разум будничное умиротворение. Облокотившись на перила, Галадриэль с любопытством разглядывала снующих внизу людей, крепостную стену с часовыми по периметру и соседние дома. Вот какой-то мальчишка, лет двенадцати, уронил тяжелую корзину с фруктами, рассыпав по дороге сладкое содержимое на радость другой детворе. Вот командир на стене рьяно распекал другого воина, энергично размахивая руками прямо перед носом незадачливого подчиненного. Вот парочка влюбленных мирно прогуливалась по улице, беспрестанно смеясь над какими-то им одним известными шутками. Кипящая повсюду жизнь, такая естественная и многообразная, невольно вызвала у Галадриэли улыбку. Она беззаботно переводила взгляд с одного объекта на другой, пока какое-то движение в доме напротив не привлекло ее внимания. В отличие от ее скромного убежища конструкция соседнего здания представляла собой полноценную галерею, на которую выходило как минимум две двери и несколько окон. Еще днем раньше девушка с любопытством рассматривала эти покои, гадая, кто же в них живет. Они были слишком роскошны для простого жителя Эрегиона, но при этом выглядели странно пустынно и заброшенно. Галадриэль могла поклясться, что со вчерашнего дня не замечала ни малейшего движения жизни в этом помещении. Шторы на окнах были безжизненно задернуты, а двери закрыты, пряча от любопытных глаз не только детали интерьера, но и информацию о возможном обитателе этого пространства. Однако, сегодня что-то переменилось. Одна из дверей, ведущих на просторный балкон, была распахнута настежь. Галадриэль инстинктивно вытянула шею, ожидая, наконец, раскусить таинственного жителя этих покоев. Но увиденное превзошло ее самые смелые ожидания. Прямо за дверью, лицом к балкону, стояло высокое деревянное кресло. На нем, широко расставив ноги, сидел Аннатар. Абсолютно голый! Его голова была неестественно запрокинута назад, обнажая взволнованное подергивание кадыка. Он бессовестно стонал, хотя шум с улицы и скрадывал любой непристойный звук. Одна из его рук лежала на подлокотнике, крепко обнимая массивное дубовое полотно. Другая – удерживала на уровне паха красивую светлую головку, которая ритмично покачивалась взад-вперед. Галадриэль тихонько ахнула, когда поняла, что это за девушка. На ней была все та же одежда и рабочий фартук, как будто ее притащили сюда прямиком из кузницы. Волосы, еще недавно собранные на затылке в причудливые косы, были взлохмачены и расплетены. Мирдания еле держалась на коленях, упираясь руками в бедра Аннатара, словно искала дополнительные точки опоры. Зрелище было отвратительным! Галадриэль почувствовала легкий спазм в желудке и рвотный рефлекс, но у мужчины в кресле, конечно, было иное мнение. Галадриэль видела, в каком блаженстве он закатывал глаза, как он морщился от удовольствия, как широко и нелепо раскрывался его рот, пока Мирдания продолжала интенсивно работать головой. Почувствовав горечь во рту, Галадриэль неловко попятилась назад, не в силах оторвать взгляда от этого жуткого в своей простоте действия. До спасительного выхода с балкона оставалось совсем чуть-чуть, когда глаза Аннатара неожиданно нашли ее. Пока на ее щеках расцветал стыдливый румянец, на его лице расползалась самодовольная торжествующая ухмылка. Он, словно паук, поймал ее и запер в липких сетях собственного удовольствия. Она увидела, как он содрогнулся всем телом, как волна блаженства разлилась по нему – он крепко зажмурился, утратив на считанное мгновение контроль над собственным телом. Уже обе его руки крепко прижимали лицо Мирдании к области паха, пока он отчаянно поднимал бедра вверх. Девушка совсем обмякла в его руках и теперь напоминала тряпичную куклу, которую он беспардонно терзал. Однако, чтобы он ни делал, его глаза не переставали следить за девушкой с балкона напротив. И на секунду, на самую маленькую ее долю, Галадриэль обнаружила себя с ним. Это она стояла перед ним на коленях! Это она подчинялась его воле! Это она пила его сок как самый сладкий из нектаров Средиземья. Это ее голову он сжимал в своем судорожном экстазе! Это ее имя слетело с его губ! Это она заслужила благодарность и похвалу… Вздрогнув, она наконец опомнилась от наваждения и скрылась за спасительными стенами комнаты. Оказавшись в безопасности, Галадриэль нырнула под одеяло, но это не помогло. Ее трясло от странного противоречивого ощущения – тепло и волнение разлилось под ее кожей, вызывая попеременно то жар, то озноб. Ее нутро ныло от незнакомой боли, в то время как во рту нарастало чувство горечи. Это было похоже на падение в грязь. Жирная масса земли расползлась по ее венам, наводнив разум мерзкими образами. В них везде был он. Голый, одетый, стонущий, злорадствующий. Он подмигивал ей своими серо-зелеными глазами, он протягивал ей руку, он звал ее за собой. Галадриэль прикусила до крови губу, пытаясь вырваться из этих странных уродливых фантазий. Это помогло. Железный привкус во рту вернул ее в суровую действительность. Она вылезла из-под одеяла и решительно вернулась на балкон. Соседняя галерея снова пустовала. Никаких признаков жизни, никакого движения. Чья-то хитрая иллюзия, умело сотканная из ее страхов и тайных желаний. Галадриэль непроизвольно сжала кулаки. Возможно, настало время кое-кого с ними познакомить!