Часть 4

      – Я знаю, что многие из вас привыкли в той или иной степени полагаться на информацию, представленную в Акаше. Но новые реалии диктуют нам новые правила, и поэтому я призываю вас как можно скорее адаптироваться к альтернативному формату работы с данными…       Голос лектора монотонно и размеренно лился где-то на периферии сознания, не препятствуя особо изучению официальных бумаг, пока в него не вклинился другой отвлекающий фактор.       «Эй, слышь, что мы тут забыли? – раздался в меру раздосадованный шёпот с одной из задних парт. – Тут вроде как школьников хотели собрать».       «Да-а, – подхватил второй. – С последней пары сняли. Вот и сколько часов тут теперь торчать? Жрать охота…»       «Вы про наводнение в Порт-Ормосе не слышали, что ли? Сейчас сюда не добраться. Вот только столичные и дошли».       «А всё равно, почему мы должны?»       Студенты пылко шушукались между собой, а между тем сводчатый потолок Дома Даэны совершенно не способствовал сохранению их маленьких секретов. Жаль только, им самим это было невдомёк. Хайтам оторвался от бумаг, повернув голову набок, то ли нарочно пытаясь обратить их внимание на себя, то ли в непроизвольном стремлении прислушаться к звуковому сигналу, вклинившемуся в его мысли.       – На текущий момент в фондах Академической библиотеки хранится более 47 миллионов книг и документов. До недавнего времени свободный доступ к этим материалам имели только работники Академии, которые занимались структурированием данных и занесением их в Акашу. Но сейчас решением, принятым главой Академии и малой властительницей Кусанали, студенты могут беспрепятственно запросить доступ к печатной версии любого документа для продолжения своей научной деятельности…       «Жуть», – резюмировал кто-то из болтунов, впрочем, весьма резонно.       Отключение Акаши ударило по всем жителям Сумеру, но по студентам больше всего. Они лишились своего самого верного и надёжного источника информации. А без него – без него они были как без рук. Сложно представить себе те далёкие времена, когда самые первые мудрецы вместе с Дендро Архонтом только создавали Акашу: из ничего, с нуля, не имея таких богатых запасов упорядоченной информации. «Но раз смогли они, значит, сможем и мы, да? – думал Хайтам. – Но путь это будет далеко не из самых лёгких». Попробуйте дать людям технический прогресс, а потом в один миг отобрать его. Привыкаешь к хорошему гораздо быстрее, чем отвыкаешь обратно. Тем более когда этот технический прогресс был с тобою с самого твоего рождения. Архонты! И как только его угораздило оказаться во главе Академии в такой момент?       «У меня и в прошлом-то году были проблемы с курсовой. А теперь, кажется, вообще нет ни одного шанса, что я её доделаю. Столько лет горбатился, а всё равно не закончить мне учёбу тут…»       «Не зарекайся. Ещё не всё потеряно. У нас хотя бы библиотека осталась».       «Ха! Эти бумажки? И сколько лет нужно на то, чтобы их перебрать?»       О, поверьте, по этому вопросу у вас голова болит далеко не так сильно, как у некоторых. Хайтам, наконец, закончил читать подсунутый ему немногим ранее отчёт о первом тестировании нового мини-терминала наподобие Акаши. Без подпитки божественной силой властительницы Кусанали всё устройство планировалось запустить посредством совершенно другой энергии в сотрудничестве с учёными-техниками из Фонтейна. Оно будет меньше, проще и без возможности работать за пределами Академии, но это уже что-то, с чего можно было бы начать.       «Я вот только одного не пойму: как Архонт могла допустить такое? Это такой вопиющий откат назад!»       Хайтам захлопнул папку с документами и обратил этим на себя внимание студентов. Обнаружив его в лекционном зале, они моментально затихли и перестали наконец перемывать косточки верхушке Академии, в чьих решениях они, разумеется, сомневались, будучи молодыми страждущими умами. Сомневался ли сам Хайтам в принятом относительно Акаши решении? Да, сомневался, но не в Нахиде, а в своей способности оценить эту ситуацию. Желала ли она в самом деле такой судьбы для своего творения? Или поступила бы иначе, будь у неё до сих пор сердце бога Дендро Архонта?       – На этом предлагаю прерваться и продолжить лекцию через 15 минут. Если у вас есть вопросы, можете найти меня в холле или сохранить их до совместного обсуждения, – подвёл тем временем логическую черту своей речи лектор.       «Ура, еда!» – мигом воспряли духом студенты и повскакивали со своих мест, чтобы побыстрее занять местечко у столов, накрытых для кофе-брейка в коридоре.       Хайтам только покачал головой в ответ на их прозаичные желания и понял, что сам в общем-то не лучше. Весь рабочий день прошёл, как в тумане: за насущными проблемами Академии, идущими нескончаемой чередой, у него даже не было минутки спокойно вздохнуть и нормально поесть. Тело ломило от усталости, а голова раскалывалась. Нет, так дальше продолжаться не может. Глава он Академии или нет, но это не его стиль работы и не в его правилах поступаться собственным комфортом ради чужих интересов.       Хайтам поднялся и вышел из аудитории, слившись с толпой оживлённо галдящих людей. Под полукруглым сводом библиотеки их голоса растворялись друг в друге, превращаясь в неразборчивый гул. Молодой человек подобрался к столам с едой и, взяв в руки чашку, наполнил её ароматным дымящимся кофе из автомата. Он поднёс её к губам, сделал глоток и тут же поморщился от чрезмерной горечи напитка. Оглядевшись вокруг в поисках чего-нибудь, что могло бы хоть сколько-то улучшить этот вкус, он не нашёл ничего: ни молока, ни сливок, ни даже сахара. Но по довольным мордашкам студентов было ясно, что никого больше это обстоятельство не смутило. Странно. Хайтам вернул чашку на стол и поспешил убраться из центра скопления людей, где вдруг стало как-то душно. Он отошёл и встал немного поодаль, прикрыв глаза и лениво прислушиваясь к разговорам.       – Вы уже слышали новость?! – мимо пронёсся один из студентов, выводя сознание из вялого оцепенения своим громким голосом. – Очередная трагедия в Порт-Ормосе!       Вокруг тут же собралась взбудораженная толпа, и Хайтам напрягся.       – Арочный мост! Арочный мост в Порт-Ормосе – разрушен! – будто эхо, пролетело по залу дурное известие.       Во всём Сумеру было сложно найти человека, который бы не знал о легендарном Арочном мосте. Перекинутый между двумя частями многовекового дерева, уникальным образом сочетающий в себе функциональность и эстетику, он уже давно стал визитной карточкой южного портового города и был вторым по значимости строением после Фаросского маяка. Именно по нему поднималась и транспортировалась большая часть грузов с кораблей. А несколько лет назад обветшавшая и устаревшая транспортная система была реконструирована и усовершенствована настолько умело, что принесла славу не только самому Порт-Ормосу, но и молодому архитектору, трудящемуся над её реставрацией.       «Кстати, – однажды в разговоре с путешественником Кавех затронул эту тему. – Я тут нашёл один старый набросок в книге. Взгляни, тебе ничего не напоминает? – он протянул ему листок и, встретившись с непониманием, переадресовал свой вопрос Хайтаму: – Только не говори, что даже ты не в курсе!»       «Я? – усмехнулся Хайтам. – Меня не спрашивай. Ты же давно ждал такой возможности похвастаться. Так что вперёд, не стесняйся».       «Ты!.. – Кавех забавно захлебнулся в возмущении на секунду, а потом, проигнорировав провокацию, продолжил спокойную беседу с путешественником. – В таком случае позволь объяснить. Хотя этот набросок немного абстрактный, по планам дорог ясно видно, что это была оригинальная концепция расширения Порт-Ормоса».       «А ещё по этим тонким карандашным линиям, – Хайтам очертил рукой границы рисунка, – мы видим, что дизайнер был большим поклонником этого замечательного проекта и любит говорить о нём почти так же сильно, как об Алькасар-сарае».       «А если я не буду говорить о своих замечательных проектах, как люди вообще смогут узнать, что я их делал? – парировал Кавех. – Да и я же не безосновательно хвастаюсь. Насколько я помню, в процессе строительства не возникло ни одной проблемы: сроки соблюдены, нормы безопасности выполнены, и заказчик остался доволен».       «И то правда, – согласился Хайтам. – Проект без жалоб – это действительно достижение».       «Видишь? А я что говорил!» – блеснул улыбкой в ответ Кавех. – Ужасная ошибка архитектора! – голос студента вернул Хайтама из воспоминаний в реальность. – Говорят, в проекте реставрации не были учтены экстремальные погодные условия. Из-за дождей и подмывания грунта постройка осела и в результате обрушилась.       – А жертвы есть? – спросил кто-то.       – Есть, – переведя дух, сообщил студент. – Деформацию в конструкции обнаружили слишком поздно. Мост-то вчера закрыли, но внизу было несколько торговых рядов и территория корабельной верфи. Он обрушился, когда там ещё оставались люди. Два человека погибли на месте, ещё несколько получили ранения.       «Кавех…» – тревога разлилась по телу, как электрический разряд. Хайтам знал: трагедия такого масштаба не могла по нему не ударить.       – А ещё… – где-то на фоне этой мысли продолжал говорить студент. – Сам архитектор сегодня найден на месте происшествия. Мёртвым.       Кровь резко прилила к голове, и весь мир поплыл перед глазами, будто земля начала уходить из-под ног.       – Что?! – не отдавая себе отчёт в том, что творит, Хайтам схватил рассказчика за воротник и потряс в воздухе. – Как это мёртвым?       – А вот так, не знаю, – испугано пролепетал парень, схватившись за сжимающую его руку. – Его нашли недалеко от места трагедии. Говорят, он разбился насмерть, спрыгнув с моста.       – Этого не может быть! – закричал аль-Хайтам в ответ на очевидную ложь и сам не заметил, как ещё сильнее стиснул руку. – Не может!       «Архитектор Кавех? Наш старший сокурсник?»       «Он что, из нашего даршана?»       «Это его первый проект после выпуска из Академии».       «Кто бы знал, что он на такое способен?»       «Покончить с собой, чтобы избежать правосудия?».       «Тогда он точно виноват».       – Сэр, отпустите!       «А я считал его достойным человеком, образцом для подражания».       – Вы делаете ему больно, отпустите!       «Кто бы знал…»       – Сэр!       Хайтам пришёл в себя, когда кто-то сильно потряс его за плечо, заставив разжать пальцы и выпустить испуганного, съёжившегося студента. Кажется, это был кто-то из коллег.       – Сожалею о вашей утрате, – сказали ему. – Вы были знакомы?       – Да нет, вы не понимаете, – Хайтам резко скинул с себя дотронувшуюся до него в утешении ладонь. – Это не может быть правдой. Он не мог совершить такое. Уж точно не умышленно. И не мог так глупо умереть. Он был таким живым ещё вчера вечером, когда мы разговаривали. Он был…       «Это я виноват… – внезапно понял аль-Хайтам. – У него что-то случилось. Что-то плохое. Это же было очевидно! Почему, почему я его не выслушал? Всё могло бы быть иначе, прояви я хоть немного участия…»       Хайтам сорвался с места и опомнился, только оказавшись на пороге своего дома. Неслушающейся рукой он отворил дверь ключом и ворвался внутрь, глубоко внутри себя надеясь и уповая на то, что всё это окажется ложью и что Кавех останется жив. Внутри было темно и тихо. Не было ни одного признака возвращения Кавеха домой. Лишь коробка с его вещами по-прежнему стояла на столе.       Отбросив ключи в сторону, Хайтам зажёг свет и бросился к ней, как будто она могла дать ему ответы. Он доставал одну вещь за другой в поисках чего-то. Вдруг удастся обнаружить чертежи того самого проекта? Вдруг окажется, что Кавех работал над ним с кем-то ещё? Может, пострадал не он, а кто-то другой? Найти бы хоть что-то. Подтверждение? Опровержение? Господи! Да хоть что-нибудь!       Хайтам в запале оттолкнул коробку от себя, потому что не был в состоянии прочесть ни предложения. Чёртово зрение! Да что такое? Почему текст расплывается перед глазами? Молодой человек протёр глаза, потом ещё раз, но так и не смог сфокусироваться на листе бумаги. Всё, что он видел, – лишь расплывчатое белое пятно. Это было странно, потому что все остальные вещи и детали на них он видел превосходно. Вот мягкая игрушка, вынутая из коробки – та самая, которую он видел вчера. Вот книги на полке и названия, которые он столько раз перечитывал. А вот стрелка часов и вполне явственный циферблат на них…       – Я сплю? – внезапно возникший в голове вопрос ввёл Хайтама в замешательство, затмить которое смог только последовавший за этим ответ: – Да.