Первый день

Приехав в корпус, Лина старалась держаться со всеми и ходила осматривала все подряд. Зайдя в свою новую комнату, она обнаружила, что с ней будет жить еще два человека. Комната была не очень большой, но места должно было хватить. На заправленных кроватях каждого солдата уже лежал комплект формы разведчика. Так как девушка пришла первая, то подумала, что имеет права выбрать кровать. Она так и сделала — заняла кровать слева от окна. Личных вещей у нее было мало так что она сложила их временно под кровать. Это была одна из ее привычек, которая появилась после кадетского училища. Она прятала свои вещи под кровать, чтобы их никто не нашел и не испортил. А ведь ее рубашки частенько рвали просто так. Лина села на кровать. Она была немного жестокой, но в целом приемлемо. Она обратила внимание, что комната идеально чистая. Даже под кроватями и в углах нет пыли. Для нее это было что-то новенькое, она раньше никогда не видела, чтобы комната была настолько чистой. Она подумала, что будет хорошо если соседки попадутся адекватные, ведь она совсем не хотела жить как в училище. Лина еще раз обвела взглядом комнату. Ее кровать слева от окна, напротив еще одна кровать, которую уже совсем скоро кто-то займет. Третья кровать была чуть дальше первой, также прижата к стенке. Рядом со второй кроватью был шкаф разделенный на три секции, очевидно для каждого солдата. Полы деревянные, стены серые и белый потолок. На прикроватных тумбочках стояли масляные лампы, которые сейчас не горели, потому что за окном светило солнце. Лина в прикроватной тумбочке нашла несколько чистых листов бумаги перо и чернильницу. Она не поняла зачем они здесь, но вероятно они были для того, чтобы солдаты иногда писали письма родным. Девушка подумала, что будет использовать их в других целях. В коридоре вдруг послышались шаги. Через несколько секунд дверь в комнату открылась. Лина чуть не подпрыгнула от неожиданности, потому что задумалась о чем-то и не услышала шагов. В комнату зашла девушка с небольшой сумкой в руках. Лина ее видела впервые. Девушка оглядела ее, подошла и села на кровать напротив. Девушка помолчала несколько секунд, а затем немного улыбнулась и сказала: — привет. Ее голос был звонкий, даже веселый, чего Лина совсем не ожидала. Почему-то она подумала, что девушка не будет проявлять доброту при знакомстве. У нее были короткие темные, каштановые волосы, они были распущены и немного взлохмачены. Темные брови сочетались с карими, блестящими глазами. Сама она была, пожалуй, на несколько сантиметров выше Лины. Лина не знала как нужно разговаривать с девушками ее возраста. У нее был один друг — Франц, но он был парнем, а девушки в училище с ней не общались. Она нервно заправила светлую кудряшку за ухо и не смотря девушке в глаза тихо, немного хриплым от долгого молчания голосом сказала: — привет… Девушка хмыкнула все еще смотря на нее в упор. Она закинула ногу на ногу и приподняв бровь вдруг сказала: — ты не стесняйся если что. Меня зовут Алиса, я не обижу тебя. Честно. Лина немного растерялась и наконец посмотрела на нее, сначала как-то недоверчиво. Подозрительно… как это… неужели она и правда не собирается над ней издеваться? Странно. Лина все же взяла себя в руки, тихо вздохнула и сказала: — привет… я Лина. И… спасибо за доброту, но… я не думаю что нам стоит общаться. Прости. Алиса приподняла бровь, а в ее глазах мелькнуло искреннее удивление. — что? Почему это? Лина снова вздохнула и отвела взгляд к окну. Она не доверяла Алисе, боялась. И хотя девушка не выглядела опасной, но Лина выделила для себя главное правило: не доверять никому и никогда. К тому же она совсем не хотела, чтобы у Алисы появились проблемы. Все ведь ее ненавидят, а Алису могут загнобить если узнают, что они дружат. Лина не хотела ей об этом говорить, но по другому не объяснить причину своего отказа. — извини, я просто не хочу, чтобы у тебя появились проблемы из-за меня. Повисла пауза ровно на три секунды, после чего Алиса с чего-то рассмеялась. Лина перевела на нее удивленный, даже немного испуганный взгляд. Алиса смеется? Что смешного она сказала? Но этот звонкий смех не был похож на тот ядовитый, который она слышала в училище. Однако, она не могла быть уверена, что Алиса смеется не над ней. Лина сидела молча и ждала, пока девушка успокоится и перестанет смеяться. Алиса, сидя на своей кровати, потихоньку успокоилась, но все еще посмеиваясь вдруг сказала: — ты уж извини… но на самом деле это так глупо… ну я про то, что у меня будут проблемы из-за дружбы с тобой и все такое. Если честно, мне вообще плевать на мнение чужих. Пусть думают что хотят, а я буду дружить с тем, с кем мне нравится, понимаешь? Брови Лины поползли вверх. Она совсем не ожидала такой открытости и доброты от новой соседки. На несколько мгновений она и вовсе потеряла дар речи, абсолютно растерявшись и не зная, что сказать. В конце концов, она спросила: — ты это серьезно? Ты правда… правда хочешь дружить со мной? Меня все называют странной… и никто со мной не общается… а ты вот так просто… Язык не слушался, голос дрожал, а слова путались. Она искренне не понимала такого доброго жеста по отношению к себе от чужого человека. Она уже и забыла каково это — доброта. В последний раз о ней заботился только Франц. Алиса еще раз хихикнула. Потом вдруг встала, за два шага подошла к ней и села рядом с Линой на ее кровать. Лина вздрогнула от внезапного движения и инстинктивно отодвинулась немного. Алиса осталась сидеть на месте по доброму улыбаясь. — успокойся. Я не считаю тебя странной. Пока что. — Алиса опять хихикнула и добавила — мне кажется с тобой можно о чем нибудь поболтать. Лина повернула голову и посмотрела прямо на нее. Алиса улыбалась по доброму сидя неподалеку от нее, даже не пыталась над ней пошутить или побить. Лина тихо вздохнула, а в ее взгляде на секунду дрогнуло тепло. — тогда… будем подругами? — в голосе звучали тихие нотки надежды, а взгляд робко был устремлен прямо на Алису. Пальцы, которые лежали на коленях, от нервов слегка дрожали. Алиса положила свою теплую руку поверх ее холодных дрожащих пальцев. Это движение было… успокаивающим? Да. Определенно. Алиса кивнула и сказала всё также тепло улыбаясь: — да. Будем подругами. Лина смотрела на ее улыбку и блестящие глаза. Ей вдруг самой захотелось улыбнуться. Это желание было таким сильным, что уголки ее губ медленно поползли наверх в робкой, маленькой улыбке, которую она не позволяла себе очень долго. На душе стало немного теплее. Алиса улыбнулась еще шире, потому что у нее получилось ее расшевелить. Она искренне обрадовалась тому, что девушка улыбнулась. — о у тебя такая милая улыбка! Тебе идет очень. — она говорила это так искренне, что Лина заулыбалась еще больше, а глаза блеснули впервые за долгое время не страхом, а теплом. — спасибо… ты хорошая. От такого комплимента Алиса широко улыбнулась. Лина поймала себя на мысли, что это первая в ее жизни подруга. Она точно сделает для нее все, нет, даже больше. Конечно, доверия у нее пока было мало, но его было явно больше, чем к кому либо еще. А это уже прогресс. Вечером девушки уже во всю хихикали с каких-то шуточек и ходили везде вместе. Они шли по коридору корпуса, при этом пытались не заблудиться и не забыть где расположена их комната. В широком коридоре почти никого не было, только несколько человек ходили туда сюда, а у окна стояла небольшая компания парней, которые разговаривали между собой, не обращая внимание на проходящих девушек. По разговору Лина быстро поняла, что Алиса не из робкого десятка. Она явно любила шутить, смеяться, а еще она была из тех проблемных солдат, по вине которых в корпусе мог случиться настоящий хаос. Они вышли на улицу, во двор корпуса. Несколько солдат покосились на их хихиканье, но ничего не сказали. Алиса, будучи на веселе предложила подшутить над кем-нибудь. Лина скептически приняла эту идею, опасаясь, что их выгонят в первый же день. — Алиса, а вдруг нас выгонят? Что тогда? Алиса хихикнула: — да ладно тебе, все будет нормально. Не думаю, что наша шутка будет криминальной, а даже если выгонят, то нам же лучше. Зато хоть не умрем. Лина хмыкнула. Конечно, перспектива быть выгнанной ей была не по душе, но с другой стороны… почему бы и нет, верно? Не выгонят же их из-за какой-то безобидной шутки. Они с Алисой прошлись по двору корпуса и неподалеку, на тренировочном поле заприметили парня. Черные короткие волосы на затылке выбритые, немного вспотели. Рукава его белой рубашки были закатаны, а на спине было прозрачное, мокрое пятно от пота. Серые штаны, коричневые сапоги до колена, а неподалеку на скамейке лежала его короткая, форменная коричневая куртка. Он отжимался не обращая внимания на проходящих мимо солдат и вообще не смотрел ни на кого. Девушки не знали кто он. Впервые видели. Алиса хихикнула. — гляди какой красавчик, а? Давай над ним подшутим? Лина нахмурилась. Парень до сих пор отжимался и выглядел сильным. Если он откажется плохим человеком, не таким, как например Алиса, у нее точно будут проблемы. Он может ее до полусмерти избить не прилагая особых усилий и даже бровью не поведет. Это не немного напугало, но уверенность подруги немножко, совсем немного давала смелости. Они кинули жребий и по иронии судьбы идти на разговор должна была именно Лина. Она умоляюще посмотрела на Алису — Алиса… может не надо?.. что-то у меня плохое предчувствие… Алиса хихикнула — да ладно тебе, не будь занудой. Все будет хорошо, обещаю. Тем более шутка-то безобидная. Сердце начало стучать бешено, Лина кое как взяла себя в руки и очень медленно пошла в сторону отжимающегося парня. Ладошки от страха вспотели, лицо немного побледнело, а вся уверенность испарилась. На пол пути она даже остановилась, чтобы уйти. Но заметив взгляд подруги передумала. Она очень тихо и медленно подошла и остановилась в метрах 4 от него. Тот даже не обратил на нее внимания, продолжая отжиматься как ни в чем не бывало с серьезным лицом. Лина переминаясь с ноги на ногу тихо прокашлялась, чтобы обратить на себя его внимание. Тот даже бровью не дернул и продолжал игнорировать ее. Лина уже несколько раз пожалела, что вообще сунулась в это дело. Пришлось выдавить из себя тихое, испуганное: — п…привет… Парень остановился и медленно повернул голову. Его холодные, серые, острые глаза уставились на нее с нескрываемым раздражением от того, что она отвлекла его от подхода. Он молча смотрел на нее и явно ожидал продолжения. У Лины еще сильнее побледнело лицо, она даже сделала шаг назад от такого злого взгляда. Руки начали предательски дрожать, но убегать было уже поздно. За спиной вдалеке послышался смешок Алисы. Шутка была в том, чтобы задать этому парню такой глупый вопрос, какой только можно придумать в этой ситуации. Лина собрала всю волю в кулак, глубоко вдохнула и выпалила: — почему ты отжимаешься? Парень зло сверкнул глазами и медленно, словно хищник выпрямился. Он встал на ноги и очень, очень раздраженно смотрел на нее. У Лины по спине побежали мурашки. Она даже невольно сделала маленький шаг назад. Теплый ветерок подул с востока и шевельнул ее светлые кудряшки и прямые, черные волосы парня. Тот очень долго молчал, только зло смотря на нее. А затем, наконец сказал: — тебе что, жить надоело? Его голос звенел холодом и нескрываемым раздражением. Лина вздрогнула и испуганно посмотрела на него. Шутка явно не удалась и она уже в сотый раз пожалела об этом. Парень хмуро смотрел на нее в ожидании ответа. Ее пальцы сжались, в попытке унять дрожь. Это было реально страшно. Она едва смогла выдавить из себя дрожащим от страха голосом: — н.нет… прости… я… я больше не побеспокою, клянусь. Она развернулась в ужасе и только хотела начать убегать, то услышала холодный, злой голос позади: — стоять. Она застыла с поднятой ногой и медленно в ужасе обернулась. Тот смотрел на нее исподлобья, уничтожающим взглядом и сказал: — какое право ты имеешь говорить мне «привет»? Ты что, настолько тупая, что не знаешь о фамильярности? Лина побелела как бумага, едва не рухнув в обморок от его тона. В голове как будто что-то щелкнуло. Неужели это не обычный солдат, а один из капитанов? Если это так, то она точно серьезно влипла. Он всем своим видом показывал свое недовольство. Этого ей еще не хватало. Первый день в корпусе, а она уже нарвалась на злость капитана. Это было плохо. Нужно было как-то выкручиваться, но что вообще надо делать в такой ситуации? — простите… я не знала… вы… вы капитан? Парень нахмурился еще сильнее. Голос все еще звучал холодом смешанной с яростью. Он явно был не в духе, а она его только что разозлила еще больше. Теперь он точно был в бешенстве, но держал себя в руках. Он не ответил на ее вопрос, зато озвучил наказание, тем самым подтверждая теорию девушки. — за нарушение фамильярности немедленно десять кругов бега вокруг корпуса. Исполнять. Лина вздрогнула. Десять? Он что с ума сошел? Корпус не маленький, а десять кругов она будет бегать до вечера. Возражать не хотелось, но в то же время она оторпело смотрела на него, будто ожидая, что он смягчится. Неожиданно, он резко сделал шаг вперед, а затем еще один. Он сократил это расстояние пары метров за несколько шагов и с силой схватил ее за шиворот. Его голос понизился и стал опасно тихим. — я сказал исполнять. Он хоть и был ненамного выше Лины, однако сейчас, он навис над ней сверля ее своими ледяными серыми глазами. У Лины задрожали колени от страха. Капитан, не прилагая особых усилий, швырнул ее в сторону. Девушка не удержала равновесия, споткнулась о собственную ногу и рухнула на землю, лицом в пыль. Капитан только цыкнул и отвернулся. Под нос сам себе сказал: — бестолочь. Схватил со скамейки свою куртку и с серьезным лицом двинулся к корпусу. Через несколько метров он остановился и снова повернулся. Его желваки начали дергаться от злости. — встала и пошла бегать. Я слежу. Если не выполнишь, то вылетишь из корпуса сегодня же. И снова отвернувшись пошел в корпус. Лина в ужасе вскочила на ноги, не обращая внимания на содранный локоть. К ней подбежала Алиса, но на ее лице не было улыбки и веселья, как десять минут назад. — ты в порядке?! Боже, что он за тип? Лина тяжело дышала и смотрела вслед капитану, который уже давно скрылся в корпусе. — Алиса… он капитан. И у меня похоже будут проблемы… он сказал бегать десять кругов вокруг корпуса в наказание… если не выполню, то меня выгонят. Подруга ужаснулась и схватила ее за плечо. — о боже, прости меня! Это ведь я тебя послала… я буду бегать с тобой. И мне все равно, что ты будешь отказываться. Я ведь виновата, а получила ты… Лина немного улыбнулась. Все таки Алиса хорошая, но немного странная. Хотя кто не странный? Солнце начало садиться и закат окрасил небо в желтые, красные и розовые тона. Их тени стали темнее и длиньше. Они начали бегать вокруг корпуса, параллельно тихо обсуждая произошедшее. Воздух был теплый, вдалеке слышались голоса дозорных, а со стороны леса звучало пение птиц. Леви находился в своем кабинете. Хмурый, недовольный и без настроения он стоял у окна пристально наблюдая, как две девушки бегают вокруг корпуса и разговаривают. Он не мог слышать их разговор, но они, очевидно, были немного встревожены. Нетрудно было догадаться, что они обсуждают его. Он смотрел то на одну, то на вторую. Он пока что не знал их имен, но завтра у них должна быть первая тренировка, а значит завтра он это узнает. А пока, он смотрел на светлые кудряшки этой странной девушки, которые при закате сейчас выглядели особенно красиво. В его груди кроме раздражения не было ничего. Почти. С одной стороны, по его выводам из того разговора, девушка не блистала ни умом, ни какими то физическими способностями, чем только сильнее пробуждала его раздражение к ней. С другой стороны, он подумал, что это еще обычные кадеты, которые только только поступили в корпус и много от них ждать не стоит. Они еще не опытные, слабые, а глаза у них еще горят. Леви перестал считать их круги и только хмуро наблюдал. Девчонка испортила его настроение еще сильнее. А эта вторая ее подруга, похоже прицепились бегать с ней. Он закрыл окно и повернулся к нему спиной оглядывая взглядом свой кабинет. Кровать стояла в дальнем, темном углу. Свет заката на нее не попадал. На столе лежала аккуратная стопка бумаг, которые ему предстоит подписать, чистое перо и баночка с чернилами. Шкаф плотно закрыт, а поверхности остальных предметов блестели от чистоты и света заката. Леви зажег масляную лампу и принялся заполнять документы, при этом все еще находился не в духе. Тем временем, Лина и Алиса закончили бег. Солнце уже село, а на улице стало немного прохладнее. До невозможности уставшие, девушки поплелись в корпус. Ноги ныли, дыхание было тяжелым и прерывистым. Горло жгло от недавнего бега, а спина вспотела. Выглядели они обе весьма потрепанными. Они шли к своей комнате молча, хотя обе мысленно проклинали капитана за такую жестокость в первый же день. Они зашли в комнату. Третья кровать была до сих пор пуста. Видимо, девушки будут жить вдвоем, пока что. Это не могло не радовать. Лина достала из-под кровати свою сумку, открыла ее и достала полотенце. Алиса немного удивилась, что ее сумка была под кроватью, но ничего не сказала, потому что просто устала и сил говорить много больше не было. Девушки взглядами молча договорились и пошли вместе в душевые. Там было совсем немного человек. Они разошлись по разные стороны в тишине. Очень сильно вымотались. Лина начала мыться холодной водой, смывая весь пот, пыль и усталость с себя. Содранный локоть немного щипал, но в принципе, это были мелочи. Могло быть и хуже. Из головы не вылезало лицо капитана и его ледяной, серый взгляд. Пока она мыла голову, то вспомнила слова Алисы о том, что он красивый. И действительно, острые черты лица, серые глаза и короткие черные волосы делали его лицо красивым. Лина сразу же от махнулась от этих мыслей. Не стоило ей вообще думать о его лице. Он просто капитан, не более. Она стала думать о завтрашней первой тренировке. Что если этот капитан возьмет ее отряд? Что если он возненавидел ее? Что если он теперь будет издеваться над ней? Эти мысли бросали в дрожь. Что же теперь делать? Как они с Алисой не догадались, что он мог быть капитаном? Это была, пожалуй, ее самая большая, фатальная ошибка. Покончив с душем, она подождала Алису и они в такой же тишине поплелись обратно в комнату. Обе слишком сильно устали, чтобы что-то говорить. Ноги ныли, а голова была тяжелой. Они зашли в комнату и разлеглись по кроватям. Алиса потушила масляную лампу и пробормотала уже засыпая: — доброй ночи. Лина не стала задерживаться и тоже потушила свою лампу. — доброй ночи. Она укрылась одеялом почти с головой и повернулась на бок. Что ж, первый день прошел не так удачно как планировалось. Они даже не успели поужинать из-за того, что бегали. Но сейчас это было уже не так уж и важно. Она заснула быстро и с пустой головой. Усталость все же взяла свое. Честно говоря, Лина даже забыла про еду. Главное было выспаться перед завтрашней тренировкой. Она спала без снов. Подвеска от Франца до сих пор висела на ее шее. Она не забывала о нем, конечно же, а подвеска грела ее душу ежедневно. Завтра будет первая тренировка, первые знакомства со старшими и новый день. И завтра точно нельзя будет позориться перед капитаном.