Часть 10-Словно после шторма

Холодный ветер обдал лицо Мэй. Она резко распахнула глаза — дыхание сбивалось, грудь судорожно поднималась и опускалась. Иллюзии исчезли. Перед глазами вновь была пещера — тёмная, влажная, пахнущая сыростью и гарью. Под пальцами — камень, твёрдый и реальный. Слева от неё, тяжело дыша, сидел Кадзу. Его волосы прилипли ко лбу, руки дрожали, а взгляд был отрешённым. Он будто всё ещё был там, в пламени прошлого, откуда только что выбрался. Несколько мгновений они молчали. Не было крика, не было споров — только тишина, в которой звучали их дыхание и стук сердец. Что-то изменилось. Мэй первой нарушила молчание. Голос её был хриплым, будто она кричала во сне: — Ты… тоже видел? Кадзу медленно кивнул. — Это было… — она замялась. — Прошлое? Он снова кивнул. И только спустя несколько секунд тихо выдохнул: — Их цель была не просто сломать. Они хотели, чтобы мы увидели, что прячем. Что боимся даже вспомнить. Мэй отвела взгляд. Слова ударили точно в цель. Всё, что она скрывала, всё, что она прятала глубоко в себе— всплыло. Обнажилось. И уже не исчезнет. Она поднялась, тяжело опираясь на руку, и подошла ближе. Села рядом, не глядя на него. — Нам надо идти, — сказала она глухо. — Но, наверное, теперь мы… Она не договорила. Слова повисли между ними. Кадзу впервые повернул голову к ней и тихо закончил: — …уже не одни. И в этот раз она не возразила. Они медленно поднялись, ноги гудели от усталости, но теперь шаги казались легче — словно тяжелый груз немного спал с плеч. В воздухе по-прежнему висела сырость, но теперь она уже не казалась такой удушающей. Вдруг Мэй остановилась и указала на неровную стену — там едва заметно мерцал слабый свет. Кадзу подошёл ближе и увидел вырезанный на камне знак — древний, сложный, с плавными изгибами, похожий на пламя, обвивающее хвост лисы. — Это… — прошептал он, — знак кицунэ. Мэй кивнула, глаза загорелись новой решимостью. Кадзу посмотрел на неё — впервые без тени вражды. Он сделал шаг ближе к знаку, провёл пальцами по камню — и вдруг поверхность дрогнула. Мерцание усилилось, словно откликнувшись на его прикосновение. Камень с тихим, протяжным звуком начал сдвигаться в сторону, открывая узкий проход, ведущий куда-то вниз. Изнутри повеяло холодом и странным запахом — смесью гари и сырости. — Не нравится мне это, — прошептала Мэй, вглядываясь в темноту. — Но мы сюда пришли не за тем, чтобы отступать. Он усмехнулся  — пушистая, ты удивительно хорошо научилась говорить моими словами. — Не льсти себе. Мэй первой шагнула в проход. Кадзу последовал за ней, и камень за их спинами медленно закрылся, отрезая путь назад. Тишина внутри была вязкой. Стены светились едва заметным светом.  — Что бы это ни было, — прошептал Кадзу, — оно ждало нас. — Надеюсь, это что-то не голодно.