Часть 12. Дело закрыто

Я торопился на вершину замка Лу Грэм, куда отправился Гидеон. Ночь подходила к концу, и каждая секунда была на счету. Уж слишком много времени ушло на чтение письма Фаир. Гидеон, как и я, пребывал в полном неведении, думая, что Лу — несчастная жертва, потерявшая и оплакивающая сестру. Я же теперь прекрасно понимал: она и ее ручной громила прикончат моего сира, не моргнув и глазом. Вот бы был способ передать ему в голову всю информацию прямо сейчас, чтобы он унес оттуда ноги! Лифт, естественно, решил поиздеваться: кнопка пентхауса упрямо не реагировала, а кабина ползла вверх так медленно, будто кто-то тянул ее вручную. Я почти пробил дырку в полу, постукивая ногой и перебирая варианты диалога, когда застану эту парочку над телом Гидеона. Зверь навострил свои мохнатые уши и приподнялся, натягивая цепь. Это заставило меня собраться и мысленно глубоко вдохнуть, а затем так же выдохнуть. На удивление, помогло. Когда я вышел на этаже и распахнул двери, все оказалось не так, как я ожидал. Лу стояла недалеко от лестницы на второй этаж и спокойно разговаривала со своим кровожадным прихвостнем. Оба удивились резкому появлению и уставились на меня. — Доброй ночи, Фабиан… Надеюсь, у тебя очень веская причина для столь бестактного визита? — строго спросила Лу. Я на мгновение опешил: я был готов увидеть все что угодно, кроме нормальной картины. Лужи крови, например. Или пирамиду из оторванных голов. Да своего павшего сира, в конце концов. Вероятно, Гидеон спокойно покинул Лу и отправился в Маком ждать меня. А я ворвался сюда, словно безумец. Принц сверлила меня взглядом из под черной траурной вуали. Тут же вспомнились ее рыдания у тела Розалинды в Новый год. Ха! Я почему-то не сомневался: Фаир дала ей пару уроков. Меня разрывало от злости и нетерпения увидеть истинное лицо Лу Грэм, когда я сорву с нее эту паршивую маску. — Я нашел убийцу. — Неужели? — Тон Лу стал мягче, игривее. Она вальяжно подошла ко мне. — Внимательно слушаю вас, детектив. — Убийца дышит, не боится солнца, мужчина, сильный настолько, что отрывает головы голыми руками. Это описание подходит гулю, — начал я. — Также он с легкостью обнаруживал и подбирался к своим жертвам. Значит, он был хорошо со всеми ними знаком. И только у одного гуля был мотив убить беременную от него девушку. Кэмпбелл и есть Арматурщик. Я бросил взгляд на Джея за спиной принца. Он стоял неподвижно, но его голубые глаза под широкими бровями внимательно изучали меня. Холодные, как лед. Неудивительно, что Виллем особо отметил их, когда описывал убийцу. Тогда я не предал этому значения, но теперь понимал его. — Фабиан, если бы гули могли так легко убивать сородичей, — мягко начала Лу, — мы бы не держали их рядом с собой. Да ты и сам свидетель того, как быстро охотник уничтожил мою сестру, — она отвела взгляд, словно ей тяжело говорить. — Ни я, ни Джей не обладаем подобной скоростью. И уж тем более ни один гуль не справился бы с Гектором. Он стал шерифом неслучайно. — Почему же? — я вытащил конверт. — Оказывается, если кормить своего гуленыша нужной кровью, он вполне может справиться со всеми этими задачами. — Что это? — Доказательство того, что Арматурщик — ваша с Фаир афера. Напускная добродушность на лице принца исчезла мгновенно. Уголки ее губ, еще секунду назад расслабленные в почти снисходительной улыбке, медленно выпрямились. Взгляд стал тяжелым, оценивающим, внимательным. И, когда она чуть подняла подбородок, то возвысила себя над всеми в комнате. Лу как-то умудрялась смотреть на меня свысока, хотя ростом была ниже. — И что же ты намерен с этим делать? Кому покажешь? — Она говорила со мной так, будто перед ней стоял не раскрывший ее преступление детектив, а глупый ребенок. И ведь была права: в спешке я так и не продумал, куда идти, и есть ли тот, кто стоит над Лу. Может совет какой или судьи? Или надо сразу к священникам и высшим силам обращаться? Пока я пытался найти ответ, Джей молниеносно подошел, врезал мне под дых, грубо заломил руки за спину, вырвал у меня конверт и передал его своей госпоже. Попытка освободиться не увенчалась успехом. Не то что бы я считал себя сильным, но у человека не могла быть такая железная хватка! Невозможно! — Значит, теперь вы убьете и меня, — прокряхтел я, глядя на Лу. — Нет, детектив, — она бегло ознакомилась с содержимым письма и повернулась ко мне. — Какой смысл быть принцем, если в городе никого не останется? Я вдруг почувствовал неладное. Попытался отвести взгляд. Закрыть глаза. Дернуться. Ничего. Ничего не сработало! Лу смотрела прямо в меня, в глубину моего сознания. — Вот как мы поступим, детектив…

***

— Я уезжаю из города, — тихо сказала Сафийя. Она глядела на меня тем самым разочарованным взглядом, который встречался мне в зеркале последние месяцы. Еще бы. Первое же дело в качестве детектива-сородича я полностью провалил и закрыл за отсутствием подозреваемых. Охотник зверски вырезал половину двора и исчез. А я только начал привыкать к своим новым собратьям: мягкой и элегантной Розалинде; красавчику Айзеку; боссу, наставнику и товарищу Гектору. И к Гидеону — моему сиру и любви Сафийи. Я не смог даже обнаружить тело последнего и стоял перед его пустой могилой, поросшей яркой весенней травой. — Ты же вернешься? — спросил я без малейшей надежды. — О да! Однажды я вернусь в Сиэтл. Ее ответ удивил меня. Еще больше поразил ее тон. Он был таким… решительным? Словно в ее голове уже был план, как и где найти ответы на наши общие вопросы. Сафийя была умной, и я не сомневался, что она действительно что-то придумала, только не говорила мне. Доверия между нами сильно поубавилось в последнее время. И все же ее настрой встряхнул меня. Если она отправлялась искать ответы вне Сиэтла, я обязан был искать их здесь. Попытаться снова. Еще раз. — Я отыщу убийцу Гидеона к твоему возвращению, обещаю. Она холодно и презрительно оглядела меня сверху до низу. А потом сказала то, что сказала: — Прощай, Фабиан. Жаль, что ты не такой хороший детектив, каковым себя считаешь. — До встречи. Сафийя подняла саквояж с земли и растворилась в ночи — еще один сородич покинул город. Можно было бы сделать то же самое: собрать вещи, взойти на корабль и уплыть куда подальше. Но я твердо решил, что не покину Сиэтл, пока не раскрою тайну этих убийств. Я попрощался с Гидеоном и спешно направился к воротам кладбища. В глаза бросилась могила, заваленная яркими букетами цветов, и я остановился. При попытке прочитать имя, мой язык мысленно споткнулся о зубы. Ну и имечко… Опустив взгляд на эпитафию, я кивнул сам себе. Сразу вспомнился несчастный случай из квартального отчета: местная театралка сгорела в кровати из-за непотушенных свечей. Смерть от угарного газа и пламени. Ироничная смерть для женщины, чей творческий псевдоним был созвучен со словом «огонь». Я поправил шляпу и двинулся в участок. Нужно было еще раз вывернуть дело наизнанку: документы, допросы, экспертизы, улики, поговорить с Виллемом. Сделать все, что уже делал, но иначе. Идеальных преступлений не бывает — я что-то да упустил. Было чувство, что разгадка уже в моей голове. Нужен был лишь крючок, чтобы за нее зацепиться.