Глава 10: Старая и новая дружба

      Фред уставился на карту маггловского Лондона, прикреплённую к стене в подсобке магазина приколов. Он и Джордж искали Гермиону уже несколько месяцев — и всё ещё не продвинулись ни на шаг.       Когда дверь в офис открылась, он сказал:       — Может, нам стоит снова проверить библиотеки, Джордж? Она ведь почти жила в библиотеке в Хогвартсе. Уверен, что сейчас тоже бывает хотя бы в одной.       — Боже мой, Фред, только не библиотеки снова, — отозвался Джордж. — Кстати, смотри, кого я встретил в Косом переулке.       Фред обернулся и увидел, как следом за Джорджем в комнату вошёл Дин Томас.       — Эй, приятель! Давненько не виделись! Магазин выглядит странно, когда закрыт.       — Привет, Дин! — приветствовал его Фред. — Да, немного непривычно, когда тут пусто. Но мы бы не смогли работать допоздна по воскресеньям, не закрываясь на перерыв.       Дин сел в одно из кресел напротив стола, а Джордж устроился рядом. Он поставил на стол пакет с едой на вынос и начал раскладывать обед.       — Мама больше не кормит вас по воскресеньям? — спросил Дин, удивлённо глядя на Джорджа.       — Мы уже давно не бывали на воскресных обедах. Поссорились с Перси пару месяцев назад и с тех пор не ходим. — сказал Фред, садясь за еду, принесённую Джорджем.        Дин поднял взгляд на карту, висевшую на стене, и спросил:       — Вы двое снова ищете Гермиону?       — Да, — тяжело вздохнул Джордж. — И всё без толку. Либо она больше не живёт в Лондоне, либо спряталась слишком хорошо, что мы просто не можем её найти.       — А что заставило вас снова взяться за поиски? — поинтересовался Дин.       — Снова? Мы, собственно, никогда и не прекращали. Просто появилось кое-что, из-за чего теперь это стало особенно срочным, — сказал Фред.       — И что же это такое? — спросил Дин.       — Перси — говнюк и жестокий ублюдок. Он воспользовался своим положением в Министерстве, чтобы поженить Гермиону и Малфоя по Закону о браке. — процедил Джордж, яростно тыкая вилкой в еду.       Фред поднял глаза и увидел, как Дин побледнел.       — Он поставил ее в пару с Малфоем? — прошептал тот в ужасе.       Фред кивнул, наблюдая, как лицо Дина окончательно теряет краску.       Тот закрыл лицо руками и простонал:       — О, боже!       Слова прозвучали приглушённо, но ужас и паника в его голосе были очевидны.       — Знаю, приятель. Именно поэтому мы и ищем её. Она не может выйти за Малфоя. Это будет сущим кошмаром. — сказал Фред.       Дин покачал головой и посмотрел на близнецов.       Он уже начал задыхаться, когда выпалил:       — Нет, ребята, вы не понимаете! Я, кажется, сам помог Малфою её найти!       Фред почувствовал, как по его венам пополз холод, а в груди зародился страх.       — Что ты имеешь в виду, говоря, что ты, возможно, помог Малфою найти её? Каким образом? — спросил Джордж.       — Несколько месяцев назад Малфой пришёл в мой отдел. Он искал список книжных лавок в маггловском Лондоне. Сказал, что ищет кого-то. Когда я спросил, кого именно, он ответил, что не важно, если я не могу искать по имени владельца. Я отправил ему совой список магазинов — и он больше не возвращался за остальными! — в панике сказал Дин.       — Дин, ты можешь достать копию этого списка? — настойчиво спросил Фред.       — Да. Сейчас же аппарирую в офис и вернусь как можно скорее, — сказал Дин и исчез.       Фред и Джордж несколько минут сидели в тишине.       — Как думаешь, если он ее найдет, с ней все будет в порядке? — тихо спросил Джордж.       Фред тяжело вздохнул.       — Не знаю, Джордж, — ответил он тревожно. — Но, я надеюсь, что да.

***

      Был понедельник, и Драко шёл обратно к книжной лавке вместе с Грейнджер. Его рука лежала у неё на плечах, и он улыбался, глядя на неё сверху вниз, пока она оживлённо болтала с ним по дороге из кафе. После Нового года, когда он признался, что она ему нравится, Гермиона стала гораздо более открытой и разговорчивой. Ещё вскоре после Рождества он заметил, что каждый раз, когда Грейнджер почти решалась раскрыться перед ним, она тут же будто спохватывалась и отступала. Его мать сказала, что, возможно, Гермиона боится быть снова раненой — особенно после того, как так много людей в её жизни причинили ей боль. Подумав над этим, он понял, что, вероятно, она боится, будто он изменится после свадьбы. Он и сам слышал достаточно историй о чистокровных мужчинах, которые во время ухаживаний изображали из себя одно, а после свадьбы превращались в совершенно других людей. Он не хотел, чтобы она его боялась. Именно тогда Драко осознал, что ему действительно нравится Грейнджер. Она всё ещё могла быть раздражающей и упрямой, но теперь это не злило его так, как раньше. Его нынешней целью было добиться того, чтобы она достаточно ему доверилась и наконец впустила его в свою квартиру.       Когда они свернули за последний угол и впереди показалась книжная лавка, Драко был так сосредоточен на Грейнджер, что не сразу понял, почему она внезапно замерла и умолкла посреди фразы. Он отвёл взгляд от неё — и увидел двух близнецов Уизли, стоящих у входа в лавку и разглядывающих расписание работы. В груди у него неприятно сжалось. Грейнджер упоминала Перси, Поттера и матриарх Уизли, говоря, что те были с ней жестоки, но ничего не говорила об этих двоих. Если они пришли, значит ли это, что настроены к ней недоброжелательно? Или наоборот?       Грейнджер подняла на него глаза — в её взгляде читалась неуверенность, от которой у него самого усилилось беспокойство. Затем она чуть улыбнулась и, будто ища поддержки, переплела пальцы с его рукой, лежавшей у неё на плече.       — Гермиона! — крикнул один из мужчин.       Они обернулись от двери и заметили их. Грейнджер сделала несколько шагов вперёд, и Драко двинулся за ней, не желая отпускать. Но по её взгляду он понял: она собирается вырваться. Что-то в этом взгляде подсказало ему не волноваться, и поэтому Драко постарался не слишком расстраиваться, когда она высвободилась из его объятий и побежала к близнецам.       — Фред! — радостно воскликнула она, обнимая мужчину, выкрикнувшего её имя. Через мгновение она отпустила его и воскликнула:       — Джордж! — прежде чем броситься обнимать второго, того, у кого, как заметил Малфой, не хватало уха.       Драко медленно приближался, пока не оказался всего в нескольких шагах от Грейнджер, и наблюдал за развитием событий.       — Гермиона! — произнёс безухий близнец, Джордж, отстраняясь и кладя руки ей на плечи. Он внимательно осмотрел её с ног до головы, словно проверяя, не ранена ли она, и спросил с тревогой в голосе:       — Ты в порядке? Он тебя не обидел?       Драко закатил глаза и раздражённо простонал, поняв, что близнецы явились спасать Грейнджер — от него. Он почти не сомневался, что гриффиндорский болван из Министерства, приславший ему список книжных лавок, наверняка передал тот же список и им.       — Я в порядке, Джордж! — сказала она. — И, конечно же, нет!       Второй близнец, Фред, бросил взгляд на Драко, а потом взял Грейнджер за руку и произнёс:       — Послушай, Гермиона, Перси делает это, чтобы причинить тебе боль. Тебе не нужно выходить за него замуж, слышишь? Выходи за меня. Мы с Джорджем всё обсудили — переедем в маггловский мир, будем жить рядом с тобой.       При этих словах в Драко вскипело раздражение и ещё что-то — острое, тягучее чувство, очень похожее на ревность.       Не успев себя остановить, он рявкнул:       — Эй! Найди себе свою назначенную Министерством жену, Уизли! Грейнджер — моя! — и, резко протянув руку, притянул Гермиону обратно, обнимая её скорее собственнически, чем защитно.       Грейнджер удивлённо подняла на него глаза — и, если уж на то пошло, он сам был не меньше поражён тем, что только что сделал.       — Она тебе, блядь, не принадлежит, хорёк! — зарычал Фред.       Драко уже открыл рот, чтобы огрызнуться в ответ близнецу Уизли, но Грейнджер опередила его — и, к его удивлению, высказалась куда мягче, чем он собирался.       Она легонько коснулась его бока и, подняв на него взгляд, произнесла тихо, примиряюще:       — Всё в порядке, Малфой. Я всё равно выйду за тебя замуж.       — Правда?! — переспросил Драко, почти опасаясь, что неправильно расслышал.       Оба Уизли воскликнули хором:       — Что, правда?!       — Да, Фред. Спасибо за предложение, но я выйду за Малфоя. Он принёс мне копию закона. Когда я увидела, что Перси был тем, кто его предложил, я пришла к выводу, что нас с ним подобрали специально — в наказание для нас обоих.       — Но, Гермиона, это же Малфой! — воскликнул Джордж. — Он тебя ненавидел! Годами обращался с тобой, как с грязью! Чёрт, он стоял и смотрел, как тебя пытали, и ничего не сделал!       Драко, на мгновение ослабив объятие, снова сжал Грейнджер, когда безухий Уизли выпалил обвинение о том, что он стоял и смотрел, как её пытали, и ничего не сделал.       — Джордж Уизли, я прекрасно осознаю своё прошлое с Малфоем. — прорычала она и вырвалась из хватки Драко.— Но иногда люди меняются. Он извинился за прошлое, и мы пытаемся двигаться дальше. Мы предполагаем, что Перси рассчитывал, что он меня не найдёт — и его отправят обратно в Азкабан. Он предстал перед судом и отсидел свой срок за совершённые преступления. Он не заслуживает ещё двадцати лет там только потому, что Перси так решил!       Грейнджер остановилась, делая несколько глубоких, прерывистых вдохов. Когда заговорила снова, голос дрожал, в нём прорывались слёзы:       — Если хочешь знать, он добр ко мне. Я была несчастна с тех пор, как закончилась война! Иногда я ложусь спать и надеюсь, что утром не проснусь, потому что, когда не цепенею, больно каждую секунду! Сначала было неловко, но он мне нравится, и я ему нравлюсь, и впервые за долгое время я счастлива, и не ложусь спать, надеясь, что не проснусь. Когда я с ним, боль притупляется. И мне кажется, что, может быть, она не будет длиться вечно.       Драко смотрел на Грейнджер, поражённый её признанием перед близнецами. Он и сам чувствовал нечто похожее — боль становилась слабее, когда она была рядом. В её присутствии он находил странное, тихое утешение, которого не мог найти больше нигде, особенно после выхода из Азкабана. По совету матери он подружился с ней — и именно в этой дружбе обрёл покой, о котором уже давно перестал мечтать после войны и заключения. И теперь, услышав, что она тоже нашла покой рядом с ним, он почувствовал, как в груди разливается тёплое, светлое чувство.       — Мерлин, Гермиона, прости, — наконец произнёс Фред после паузы. — Когда мы узнали, что Перси поставил вас в пару, мы искали тебя как сумасшедшие.       — Мы всё это время тебя искали, — добавил второй. — С тех пор, как ты сбежала, мы пытались найти тебя.       Грейнджер помолчала минуту, прежде чем призналась:       — Я не хотела, чтобы меня нашли, Джордж. Я специально сделала так, чтобы это было невозможно. Единственная причина, по которой Малфой меня отыскал, — он знал, где был дом моих родителей во время войны, и случайно наткнулся на девушку, с которой я когда-то дружила. Она рассказала, что я мечтала о книжной лавке, а он пошёл в Министерство и достал список всех таких магазинов.       Между ними повисло напряжённое молчание.       Первым тишину нарушил Фред:       — Рад снова видеть тебя, Гермиона. Я всё это время волновался за тебя. Рад, что ты в порядке.       Грейнджер улыбнулась близнецам и ответила:       — Я тоже рада видеть вас обоих.       Когда они наконец всё прояснили, Гермиона пригласила близнецов зайти в лавку и немного поболтать. Всё это время Драко держался рядом с ней, не зная толком, что сказать или как себя вести. В какой-то момент она села рядом с ним и взяла его за руку. Она не отпускала её до самого конца визита Уизли, и Драко чувствовал себя куда спокойнее, пока её ладонь оставалась в его. Он слушал разговор вполуха, играя её пальцами и лениво рисуя узоры на её предплечье другой рукой.       Примерно через полтора часа близнецы попрощались и ушли, пообещав, что сохранят тайну её местонахождения.       Грейнджер проводила их взглядом, закрыла дверь и повернула ключ в замке.       Драко, стоявший у кассы, спросил:       — Ты действительно имела в виду всё, что сказала обо мне?       Она повернулась и одарила его одной из своих застенчивых улыбок, ответив:       — Да.       Он слегка улыбнулся ей в ответ и сказал:       — Хорошо. Это… хорошо.       После этого они отправились в продуктовый магазин и вернулись к той же непринуждённой беседе, которая длилась до того, как их прервали близнецы Уизли. Когда они вернулись, Драко с помощью магии отпер дверь магазина и открыл её перед ней.       Войдя внутрь, она подняла взгляд на часы над кассой и немного грустно сказала:       — Похоже, на фильм мы сегодня уже не успеем.       — Это очень плохо, — отозвался Драко.       Она остановилась у лестницы, ведущей наверх, и какое-то время смотрела на него задумчиво.       — Хочешь подняться?       — Ты уверена, Грейнджер? — уточнил он, желая убедиться, что она действительно этого хочет.       — Я совершенно уверена.       — И ты не попытаешься убить меня по-маггловски, если я поднимусь? — с усмешкой сказал он.       Она захихикала, услышав его упоминание о той ночи, когда он впервые к ней подошел.       — Обещаю, убивать не буду, — сказала она и начала подниматься по лестнице.       Через пару секунд Драко последовал за ней. Любопытство пересилило осторожность — слишком уж интересно было взглянуть, как она живёт. Добравшись до верха и войдя внутрь, он усмехнулся. Пространство было небольшим, но удивительно уютным. Квартира не казалась захламлённой, хотя полки вдоль стен были заставлены книгами. Гостиная, кухня и столовая сливались в одно помещение, разделённое только мебелью и стойками. Всё выглядело открыто и обжито, хоть и было гораздо меньше любого места, где ему доводилось жить.       Справа он заметил приоткрытую дверь, сквозь щель которой виднелась ножка кровати. Гермиона в это время раскладывала покупки, а её кот лениво обвивался вокруг её ног.       — Глотик! Вот почему я постоянно на тебя наступаю! — укорила она зверя. Кот сел и посмотрел на неё с видом, полным ожидания. — Ты же знаешь, что я всегда ужасно себя чувствую, когда наступаю на твой великолепный хвост!       Хотя Драко и находил странным, что Грейнджер разговаривает со своим котом, он молчал, напоминая себе, что кот был единственным, с кем ей приходилось общаться годами. Как и многие его механизмы преодоления трудностей, он полагал, что разговоры с кошкой вслух – это глубоко укоренившееся поведение.       Грейнджер на миг прекратила раскладывать покупки, открыла контейнер, зачерпнула из него что-то и высыпала в небольшую миску рядом с водой. Кот тут же бросился к миске и начал с жадностью есть. Она подняла взгляд на Драко и робко улыбнулась.       — Можешь присесть, если хочешь, — пригласила она, указывая на стулья у маленького обеденного стола и на диван.       Драко выбрал один из стульев в обеденной зоне — так ему было проще разговаривать с ней. Осматриваясь, он отметил, что в квартире не видно ничего особенно опасного. Он подумал, не блефовала ли она в ту ночь, когда угрожала ему через дверь.       — И что же ты собиралась со мной сделать, если бы я тогда всё-таки прорвался через дверь? — спросил он с любопытством.       Она взглянула на него и ухмыльнулась.       — У меня был нож, — ответила она и, открыв ящик на кухне, достала крупное лезвие.       — Значит, ножевое ранение — это магловский способ убийства. Приятно знать, — прокомментировал он. — И ты бы правда меня пырнула, если бы я вошёл?       — Может быть, — сказала она, пожав плечами. — А что бы ты сделал, если бы тогда действительно вошёл?       — Не знаю, — признался он. — Я не особо продумал этот момент. Ничего физического или жестокого, если ты об этом.       — Тогда я в этом не была уверена, — ответила она спокойно. — А теперь знаю. Я не боюсь.       Они замолчали, пока Грейнджер раскладывала последние продукты по местам.       Когда она закончила, Драко прочистил горло, чувствуя лёгкое волнение, и сказал:       — Раз ты меня теперь не совсем ненавидишь, думаю, нам стоит обсудить кое-что.       Грейнджер подошла к столу и села напротив него.       — Ладно, — сказала она немного настороженно.       Драко не любил подобные разговоры, но понимал, что это нужно. Лучше сказать всё сейчас, чем позволить ей узнать в последний момент и разрушить всё то хрупкое доверие, что между ними уже начало формироваться.       — Насколько хорошо ты знаешь, как устроены браки у чистокровных? — спросил он, заранее понимая, что вряд ли она знает много.       — Недостаточно, — призналась она. — Я пыталась изучить культуру чистокровных, когда училась в Хогвартсе, чтобы понять, почему меня выделяли из-за происхождения. Но текстов на эту тему было очень мало. То, что я нашла, меня несколько обеспокоило. Всё выглядело очень традиционно: мужчины имели полную власть, а женщины существовали в основном для того, чтобы рожать наследников.       — Что ж, это довольно точное описание того, как обычно выглядят браки, — признал он, не желая отрицать более уродливые аспекты своего воспитания.       — Так ты думаешь, у нас будет так же? — тихо спросила она, и Драко уловил в её голосе скрытое волнение.       — Нет, Грейнджер. Я говорил серьёзно, когда сказал, что никогда не заставлю тебя лечь со мной, если ты не захочешь. Я придерживаюсь вполне современного мнения: секс должен быть чем-то большим, чем просто способом размножения, и он должен приносить удовольствие. Секс не может быть удовольствием, если его хочет только один.       — Ладно, — только и ответила она.       — Дело в том, — продолжил он спустя паузу, — что, скорее всего, рано или поздно этот закон отменят. И тогда многие, думаю, захотят развестись. Но я хочу быть с тобой откровенным — у нас такой возможности не будет.       Ее брови сошлись на переносице в замешательстве, пока она переваривала то, что он ей сказал.       — Почему?       Драко глубоко вдохнул и объяснил:       — Потому что во многих чистокровных семьях, включая роды Блэков и Малфоев, действует древняя кровная магия, которая гарантирует, что после заключения брака его нельзя будет расторгнуть. Когда-то это заклинание накладывали, чтобы укреплять союзы между родами. Для чистокровных браки — это способ объединить состояние и влияние, а не выражение любви. Короче говоря, нам придётся пройти обряд связывания магических ядер — ритуал, который необратим и делает развод невозможным.       — О, — только и произнесла она, и этот ответ Драко показался ему крайне тревожным.       Через минуту она спросила:       — А как мы вообще свяжем наши магические ядра, если у меня нет палочки?       — Ну, было бы проще, если бы ты просто сходила в Косой переулок и купила новую, — ответил он. — Но если ты не хочешь, есть другой способ. Он немного варварский, но работает. Несколько веков назад Малфои похищали своих невест. Ритуал связывания магических ядер включал пролитие крови невесты в пределах защитных чар поместья. Предполагаю, чаще всего это была девственная кровь. Но я почитал — оказывается, это не обязательно, и для первой связи нам не нужно заниматься сексом. Небольшого пореза на руке будет достаточно. — Он закончил и постарался не поморщиться от собственных слов.       Она несколько минут сидела в полном шоке, глядя на него.       — Это ужасно! — наконец выдохнула она, найдя в себе голос.       — Согласен, — признал он. — Но, если быть справедливым, я не собираюсь тебя похищать. Я думал, что в ближайшее время мы выберем вечер, и я просто аппарирую тебя в свой дом на территории поместья. Мы проведём ритуал, а потом ты переночуешь в одной из гостевых комнат. Нужно оставаться внутри защитных чар какое-то время, чтобы связь закрепилась. А утром я аппарирую нас в Министерство, и мы завершим остальную часть церемонии.       Грейнджер кивнула, переваривая услышанное. Драко подумал, что она воспринимает это удивительно спокойно — он ожидал скандала, когда она узнает, что их связь будет необратимой.       — Ты сказал, что нам не обязательно заниматься сексом, чтобы установить связь. Что именно ты имел в виду? — осторожно спросила она.       Драко простонал. Конечно, именно на этом нюансе она и зацепилась.       — Ну… это значит, что пока связь не будет полностью завершена, она будет ощущаться незавершённой, — объяснил он. — Нас это не ранит, если оставить всё как есть, но это может немного ослабить силу нашей магии. При этом это никак не будет действовать на нас, как зелье любви или похоти, и не будет заставлять нас тянуться друг к другу или принуждать к завершению ритуала, — быстро добавил он. — Честно, Грейнджер, я действительно не собираюсь заставлять тебя делать что-то против твоей воли.       Грейнджер кивнула и тихо сказала:       — Хорошо. — После этого она снова замолчала.       Через несколько минут Драко спросил:       — Ты в порядке, Грейнджер? Честно говоря, я ожидал, что ты скажешь больше. Если откровенно, твоя тишина меня немного пугает, учитывая тему разговора.       — Я просто… не знаю, что сказать. Но спасибо, что рассказал мне сейчас, — тихо ответила она. — Я пока не готова говорить о дате, хотя понимаю, что это нужно сделать как можно скорее.       — Всё в порядке Грейнджер. Я просто хотел, чтобы у тебя были все факты. Извини, что держал это при себе так долго — хотел сначала наладить отношения между нами, — объяснил он.       Грейнджер ухмыльнулась и сказала:       — Возможно, я и правда воткнула бы в тебя нож, если бы ты рассказал мне это в первую ночь, когда пришёл.       Драко рассмеялся и кивнул.       — Ты не злишься? — спросил он.       — Немного, но не на тебя. В основном на твоих предков. Я не думаю, что брак с тобой будет чем-то плохим, Малфой, но всё же хотелось бы, чтобы у нас был выбор.       — Ну, значит, нас двое. По всем пунктам, — согласился он. — Кстати, мне нравится твоя квартира, — добавил он, пытаясь немного разрядить обстановку.       Она улыбнулась его комплименту и ответила:       — Маленькая, но своя. И главное — здесь я чувствую себя в безопасности.       — Вот и всё, что имеет значение, Грейнджер, — сказал он. — Ничего, если я зайду завтра?       — Не вижу причин отказывать, — ответила она.       — Ну… я просто не был уверен, захочешь ли ты немного побыть одна после всего, что я рассказал.       — Мне нужно немного времени, чтобы всё это уложилось в голове, но я в порядке, Малфой, — ответила она спокойно.       — Хорошо. Тогда увидимся завтра, Грейнджер.       Она улыбнулась ему и сказала:       — Увидимся завтра, Малфой.