Глава 14: Обещания

      Фред аппарировал в книжную лавку Гермионы вместе с Джорджем в начале второго, во вторник днём. К их удивлению, накануне вечером они получили от неё сову с просьбой встретиться в магазине, и всерьёз занервничали — вдруг что-то случилось с Малфоем.       Однако, едва они появились, изнутри донеслась музыка с радио и смех Гермионы. Фред остановил брата, положив ему руку на плечо, и они оба замерли у входа, прислушиваясь. Этот смех звучал почти непривычно — они не слышали его с довоенных времён.       — Малфой! — услышал Фред смешок Гермионы. — Что ты делаешь?       — Танцую со своей будущей женой, — услышал он голос Малфоя, и Гермиона снова хихикнула.       Фред обменялся с Джорджем озадаченным взглядом — брат выглядел не менее растерянным. Из любопытства они прошли вперёд, к прилавку, и перед ними открылась картина, которую сложно было бы вообразить. Малфой действительно танцевал с Гермионой.       Фред замер рядом с Джорджем, наблюдая, как Малфой держит Гермиону в объятиях и кружит её под маггловскую мелодию, доносившуюся из радиоприёмника. Время от времени он ловко проворачивал её или слегка опускал, и Гермиона смеялась. Улыбка не сходила с её лица, и в его руках она совсем не выглядела зажатой — напротив, казалось, ей весело.       Ещё больше озадачивало выражение лица Малфоя. Тот смотрел на Гермиону с таким взглядом, которому Фред не мог подобрать определение. На ком угодно другом он бы назвал его восхищением.       За все годы в Хогвартсе Фред никогда не видел, чтобы Малфой выглядел так, как сейчас. Он выглядел счастливым, и улыбка на его лице была искренней.       Фред посмотрел на брата и беззвучно произнёс: Что за херня?       Джордж пожал плечами, показывая, что сам не меньше в замешательстве от происходящего. Чувствуя себя неловко, Фред откашлялся, чтобы привлечь внимание Гермионы.       Гермиона вздрогнула прямо в объятиях Малфоя, а тот поднял глаза, выглядя слегка раздражённым из-за близнецов.       — Фред! Джордж! — воскликнула Гермиона, широко улыбаясь. — Вы получили мою сову!       — Хочешь, я схожу за угол и возьму обед? — спокойно предложил Малфой.       Гермиона посмотрела на него и спросила:       — Ты бы сделал это?       Малфой закатил глаза и ответил:       — Да, Грейнджер. Тебе нужно поесть, — ответил он, а потом наклонился ближе и почти шепнул: — Мне нравятся сытые женщины.       Гермиона закатила глаза, глядя на Малфоя, и сказала:       — Мне нравится цыплёнок с кешью из того места.       Малфой чуть отступил, взял её за руку и произнёс:       — Как пожелаете, миледи.       Малфой поцеловал Гермионе руку, подмигнул ей и, отпустив, направился к выходу из лавки.       Когда Малфой скрылся, Фред наконец закрыл рот, который всё это время был приоткрыт, и выдал:       — Что, чёрт возьми, это сейчас было?!       — Что было что? — переспросила Гермиона, глядя на него с искренним недоумением.       — Фините Инкантем! — выпалил Джордж.       Выражение лица Гермионы стало раздражённым, и она сказала:       — Я не под Империусом! Малфой просто проявляет вежливость. Я иногда забываю поесть, а он помогает мне чаще об этом вспоминать.       — А танцы? — спросил Фред.       Гермиона пожала плечами:       — Мы просто дурачились, немного развлекались.       — С Малфоем? — переспросил Джордж.       — Да! С Малфоем! — раздражённо ответила она.       — С тобой всё в порядке, Гермиона? Мы перепугались, когда получили твою сову. Она была такая неопределённая, мы подумали, что ты зовёшь нас, потому что он с тобой плохо обращается. — объяснил Фред.       — О! — воскликнула Гермиона, и её лицо сразу смягчилось. — Нет, нет, всё в порядке! Малфой, наоборот, был очень добр. Я позвала вас, потому что вчера мы закончили период ухаживаний и собираемся официально объявить о нашей помолвке. Я хотела рассказать вам первой — прежде чем вы прочтёте об этом в газете.       — О! — одновременно выдохнули Фред и Джордж.       — Мы всё обсудили и… ну, мы ладим. Так что план Перси, сделать нас несчастными, обернулся против него самого. Когда мы поженимся, никто не сможет бросить ни меня, ни Малфоя в Азкабан, и при этом мы не будем несчастны — потому что, в общем-то, друг другу нравимся. Мы планируем использовать свадьбу, чтобы показать себя единым фронтом. Малфой с матерью собираются сделать из этого светское мероприятие. Я хотела спросить вас, не согласитесь ли вы провести меня к алтарю и выдать замуж. — объяснила Гермиона.       — Если это то, чего ты хочешь, Гермиона… — сказал Фред.       — Тогда, конечно, мы согласны, — закончил за него Джордж.       Широкая улыбка озарила ее лицо, и она подбежала к ним обоим, чтобы крепко обнять их.       — Ты счастлива, Гермиона? — шепнул Фред, крепко прижимая её к себе.       Она отстранилась, подняла на него глаза и ответила:       — Это странно, но… думаю, да. Малфой никогда не станет Роном. Рон сказал, что любит меня, в день, когда умер, — и я держалась за эти слова много лет. Не думаю, что ему бы понравилось, что я двигаюсь дальше… с Малфоем. Но, думаю, он был бы рад, что я счастлива.       — О, Гермиона, я так рад, что он тебе рассказал. Я годами задавался вопросом, представится ли ему такая возможность, — признался Фред.       — Но мы и правда рады, что ты пытаешься идти дальше. Рон бы не хотел, чтобы ты застряла в прошлом, оплакивая его всю жизнь. — продолжил Джордж. — Когда свадьба?       Фред наблюдал, как Гермиона вытирает слёзы рукавом. Он был рад, что она нашла в себе силы двигаться дальше и жить, даже если рядом с ней теперь Малфой. Если честно, Фред всё ещё не знал, что думать об этой ситуации. Малфой, казалось, разительно изменился, превратившись из того ужасного мальчишки, которым был прежде.       — Скоро, — ответила Гермиона. — Совсем скоро вы получите сову с приглашением. Объявление выйдет в Ежедневном пророке в пятницу — там уже будет указана дата свадьбы. Приглашения разошлём в субботу. И да… вы должны знать — остальная ваша семья не приглашена. Как и Гарри. По понятным причинам.       — Отлично, Перси и Гарри стали ещё более невыносимыми за те годы, что ты пропала. Их присутствие испортило бы весь настрой. — сказал Фред.       — А кто приглашён? — спросил Джордж.       — Все члены Священных Двадцати Восьми, кто не сидит в тюрьме за то, что был Пожирателем смерти. Члены Визенгамота, Министр магии, пресса и, в общем, все остальные. — ответила она.       — Перси будет в ярости, — сказал Джордж с усмешкой.       Фред рассмеялся и добавил, в тот момент как в лавке звякнул дверной колокольчик:       — Ещё бы; даже если это ты и Малфой, он взбесится от того, что его не пригласили на событие, где будет столько людей, перед которыми можно было бы выслужиться.       — Отлично, надеюсь, он почувствует себя как следует обойдённым, — сказал Малфой, входя в лавку и ставя пакеты с едой на прилавок. — Что за придурок заставляет семнадцатилетнюю девчонку чувствовать вину за смерть друга?       — Спасибо, что сходил за едой. Пахнет восхитительно, — сказала Гермиона, и Фред заметил, как Малфой в ответ легко улыбнулся ей.       — Для тебя что угодно, миледи, — ответил он и, подмигнув, развалился в одном из кресел у кассы.       Гермиона залилась румянцем от его слов, прочистила горло и повернулась обратно к Фреду и Джорджу.       — Вы же придёте на свадьбу? — спросила она, будто всё ещё не до конца верила, что они согласились.       — Конечно, Гермиона, — ответил Фред. — Ты нам как младшая сестра.       — Мы и представить себе не могли, что пропустим твою свадьбу, даже если это будет свадьба с Малфоем, — добавил Джордж.       — Спасибо! — воскликнула она и снова крепко обняла обоих. Отстранившись она повернулась к Малфою и сказала:       — Я поднимусь наверх за вилками. — Потом снова обернулась к близнецам с широкой улыбкой:       — Я скоро пришлю вам сову! — И, повернувшись, легко взбежала по лестнице в свою квартиру.       Фред проводил взглядом Гермиону, пока она не скрылась наверху, потом повернулся — Малфой всё так же спокойно развалился в кресле у кассы.       — Она что, оторвала вам головы за то, что вы пытались снять несуществующий Империус? — спросил он с ухмылкой.       — Слушай, хорёк, — прорычал Фред. — Я не знаю, что за херня происходит, но она вроде счастлива. Я не видел её улыбающейся и не слышал её смех с довоенных времён, так что вот в чём дело… продолжай в том же духе, и, возможно, ты мне начнёшь нравиться.       — Сделаешь ей больно, и мы навсегда превратим тебя в хорька, — добавил Джордж, доводя угрозу до конца.       Все еще ухмыляясь, он пожал плечами и холодно ответил:       — Можете попробовать… но я не собираюсь ей вредить, так что превращать меня обратно в хорька не придётся.       — Это мы еще посмотрим, — скептически сказал Джордж.       — Увидимся на свадьбе, — ответил Фред, затем аппарировал вместе с Джорджем обратно в магазин приколов.

***

      В четверг утром Гермиона прикрепила записку рядом с табличкой с часами работы на двери лавки. Она решила закрыть магазин на день — утром ей предстояло отправиться за свадебным платьем, а после обеда — в Малфой-мэнор, чтобы сфотографироваться с Малфоем для объявления в газете. Гермиона нервно ёрзала на стуле у прилавка, держа на коленях Живоглота, и ждала Малфоя. Нарцисса Малфой получила разрешение покинуть поместье, чтобы сопровождать её за покупками, а Малфой должен был аппарировать её прямо в лавку. Гермиона не знала, как ей относиться к предстоящей вылазке с будущей свекровью — да ещё и в маггловском мире.       Прошло несколько минут, прежде чем в глубине лавки раздался мягкий хлопок аппарации. Гермиона подняла голову и увидела, как Малфой ведёт свою мать к прилавку. Она облегчённо вздохнула, заметив доброжелательную улыбку Нарциссы Малфой.       Живоглот спрыгнул с колен Гермионы и тут же подбежал к Нарциссе.       Женщина улыбнулась ему и сказала:       — Здравствуй, красавец! Какой же ты чудесный зверь!       К удивлению Гермионы, Нарцисса наклонилась, подняла Живоглота на руки и начала почесывать его за ушами. Кот довольно замурлыкал, уткнувшись мордой ей в шею.       — Я чувствую себя лично оскорблённым, — сказал Малфой коту. — Почему я удостаиваюсь убийственных взглядов, а Грейнджер и моя мать — обнимашек?       — Веди себя прилично, дорогой, — строго одёрнула его Нарцисса. — Это не просто кот. Если я не ошибаюсь, он наполовину книзл. Они прекрасно разбираются в людях, очень умны и ревностно защищают волшебницу или волшебника, которые их выбирают в качестве фамильяра. К тому же у них отличная память. Я прекрасно помню, как Гермиона несла это создание в Хогвартс-экспресс, и тогда я любовалась им издалека. Он, вероятно, помнит твоё отвратительное поведение по отношению к своей хозяйке и до сих пор не простил тебя.       Нарцисса подошла к прилавку и аккуратно поставила Живоглота на него, в то время как Малфой, слегка нахмурившись после выговора матери, последовал за ней. Гермиона прикрыла рот ладонью и притворно кашлянула, скрывая смех, который готов был вырваться при виде выражения лица Малфоя.       — Здравствуй, Гермиона, дорогая, ты сегодня чудесно выглядишь, — поздоровалась Нарцисса. — Как его зовут? — спросила она, продолжая почесывать Живоглота за ушком.       — Спасибо и здравствуйте, Нарцисса, — ответила Гермиона немного смутившись: обращаться к матери Малфоя по имени всё ещё казалось странным, хоть та и настаивала на этом. — Его зовут Живоглот, но иногда я зову его просто Глотик.       — Так где находится магазин, куда мы идём? — спросил Малфой.       — Ты тоже идёшь? — удивлённо спросила Гермиона.       — А почему бы и нет? — ответил он, одарив ее одной из своих кривых улыбок.       — Ах, ну, не знаю, как у вас, но у магглов по традиции жених не должен видеть невесту в платье до самой свадьбы. Считается, что это приносит несчастье, если жених видит невесту в платье до церемонии. — объяснила Гермиона, надеясь, что он не обидится.       — Какая чудесная традиция! — воскликнула Нарцисса. — Это будет приятным сюрпризом для тебя в день свадьбы, Драко.       — Ладно, — сказал Малфой, выглядя немного озадаченным, но приняв объяснение. — Тогда я просто останусь здесь и составлю компанию твоему огромному оранжевому зверю.       Гермиона рассмеялась и сказала:       — Удачи тебе, Малфой.       — Так куда же мы направляемся? — спросила Нарцисса Гермиону.       — Ну… тут в нескольких кварталах есть свадебный салон, — неуверенно сказала Гермиона. — Если вы не хотите идти пешком, я могу вызвать такси.       — Думаю, прогулка будет весьма приятной, — ответила Нарцисса с мягкой улыбкой.       Оставив Малфоя с Живоглотом в лавке, они вышли на улицу и прошли два квартала почти в тишине.       — Как же всё изменилось с тех пор, как я была здесь в последний раз, — заметила Нарцисса, оглядываясь по сторонам.       Гермиона удивлённо подняла голову:       — Вы бывали в маггловском Лондоне?       Нарцисса бросила на неё заговорщицкий взгляд и ответила:       — Да. До того как я вышла за Люциуса, мы с моей сестрой Андромедой тайком сбегали в город. Ходили танцевать и наслаждались тем, что никто нас не узнаёт. Так она и встретила своего мужа. Конечно, когда она сбежала и вышла за него замуж, наши вылазки прекратились.       — О, — только и смогла вымолвить Гермиона, не зная, как реагировать на такое признание.       — Ты ведь встречалась с Андромедой, не так ли? — спросила Нарцисса.       — Один раз, вскоре после войны, на похоронах её дочери, — ответила Гермиона.       — Когда-нибудь я бы хотела восстановить с ней связь. Просто пока не знаю, как.       — Думаю, она будет рада вам, когда вы будете готовы, — мягко сказала Гермиона.       Они шли молча несколько минут, пока Нарцисса не спросила:       — Скажи честно, дорогая, мой Драко хорошо с тобой обращается?       Гермиона удивлённо нахмурилась, не сразу найдя, что ответить.       — Да, на самом деле он был довольно добр ко мне… даже обаятелен, — сказала она после паузы.       — Хорошо, — с улыбкой ответила Нарцисса. — Вначале я переживала, когда он впервые вернулся домой с разбитым носом и прочими… следами ваших ссор. Я надеялась, что воспитала его терпеливее и мягче, чем его отец. Меня всегда тревожило, что он так хотел быть похожим на Люциуса. Люциус был настоящим джентльменом и очень меня любил, но его чувство долга мешало ему стать хорошим отцом. Драко любил его, но Люциус слишком редко давал ему одобрение, которого тот так жаждал. Возможно, он не тот мужчина, которого ты бы выбрала при других обстоятельствах, но знай: я действительно учила его быть добрее, чем его отец. Он не повторит ошибок Люциуса.       — Думаю, именно я всё усложнила, особенно в начале, — призналась Гермиона. — Он пытался со мной разговаривать, а я… я так долго была одна, что, кажется, забыла, как это — вести нормальный разговор с другим человеком. Я до сих пор не уверена, что он полностью понимает, почему я решила отказаться от магии, но он понимает многое из того, чего другие бы не поняли. Он рассказывал вам про мою руку?       — Да, — грустно ответила Нарцисса. — Я знала, что тот кинжал, которым она воспользовалась, был пропитан тёмной магией, и что рана не заживёт, когда нас заставили смотреть. Я надеялась, что вместе с ней погибла и эта магия. Мне очень жаль, что это оказалось не так.       — Малфой дал мне мазь, которую он сам сделал, когда получил Метку на шестом курсе. Это единственное, что помогает, когда она снова начинает болеть.       Нарцисса с гордостью улыбнулась и сказала:       — Мне приятно это слышать. Я очень горжусь тем, каким человеком он становится.       — Он сильно изменился со времён школы.       — Но ты всё ещё боишься, — заметила Нарцисса.       — Меньше, чем раньше, но да, — призналась Гермиона. — Больше всего я боюсь, что однажды он позволит мне упасть и не поймает.       — Я рада, что ты меньше боишься выходить замуж за моего сына. И это нормально, что ты пока не смогла полностью ему открыться. Главное, чтобы он продолжал заслуживать твоё доверие. Я верю, что со временем ты поймёшь: он всегда будет рядом, чтобы поймать тебя, когда тебе это нужно.       Они остановились у входа в свадебный салон. Нарцисса обернулась к ней и добавила:       — И запомни, Гермиона, лучшая месть — особенно в твоём случае — это просто жить счастливо.       Гермиона кивнула и, одарив Нарциссу застенчивой улыбкой, они вместе вошли в свадебный салон.       — Добро пожаловать! Чем я могу вам помочь? — приветливо обратилась к ним женщина за стойкой.       — Я выхожу замуж и хотела бы примерить несколько платьев, — робко сказала Гермиона.       — Хм, — женщина оценивающе осмотрела её. — И какой у вас бюджет?       Гермиона знала, что этот вопрос обязательно прозвучит — она читала об этом заранее, — но тон, с которым его задали, и насмешливый взгляд ясно дали понять, что её присутствие здесь не особенно приветствуется.       — У неё его нет, — вмешалась Нарцисса, не дав Гермионе ответить. — Что бы она ни выбрала, она это получит, независимо от цены. Это моя будущая невестка, и если вы не способны обеспечить ей должное обслуживание, мы обратимся в другой салон.       — О! Хорошо. Проходите, я отведу вас в примерочную и подберу для вас несколько платьев, — сказала женщина за стойкой, и её тон моментально стал гораздо дружелюбнее.       — А нет ли здесь кого-то ещё, кто мог бы нам помочь? — спросила Нарцисса.       Женщина помолчала и сказала:       — Уверяю вас, я вполне квалифицированный специалист.       — Правда? — надменно спросила Нарцисса. — Потому что, по-моему, вы едва взглянули на мою невестку и сразу решили, что она не подходит для вашего магазина. К тому же вы до сих пор не соизволили обратиться к ней как следует.       Гермиона застыла на месте, не в силах пошевелиться, пока Нарцисса Малфой отчитывала женщину. Разговор между ними продолжался, но Гермиона уже не слушала. Она осмотрелась и вдруг остро почувствовала, насколько чужой она здесь выглядит. Вероятно, ей стоило пойти в небольшой бутик, а не в элитный свадебный салон.       — Гермиона, — сказала Нарцисса, отворачиваясь от продавщицы и обнимая её за плечи, — пойдём, мы найдём другое место, где можно потратить состояние моего сына.       Ошеломлённая, она посмотрела на продавца, которая теперь откровенно сверлила её взглядом, и кивнула, позволяя Нарциссе вывести её из магазина.       В итоге они оказались в салоне, который оказался ещё дороже предыдущего, но здесь их приняли гораздо приветливее с самого начала. Гермиона сразу уточнила, что платье должно быть с длинными рукавами, которые не просвечивают, но при этом сказала, что готова примерить разные фасоны.       Нарцисса оказалась чудесной спутницей для шопинга. У неё был отменный вкус, и она не уставала говорить Гермионе, как прекрасно та выглядит в каждом платье, которое её заинтересовало.       Когда Гермиона наконец вышла из примерочной в платье, в котором почувствовала себя собой, Нарцисса сказала, чтобы она больше ничего не мерила, и сразу купила его — вместе с несколькими другими вещами.       Были сделаны все необходимые договорённости: платье, туфли, нижнее бельё и фата должны были быть доставлены в книжную лавку на следующий день. Платье оказалось чуть длинновато, но Нарцисса заверила, что у неё есть отличная портниха. Когда наряд прибудет в лавку, она настояла, чтобы Гермиона приехала в поместье, чтобы подогнать платье по фигуре.       Остаток пути до книжной лавки они провели, обсуждая предстоящую свадьбу. Нарцисса задавала множество вопросов, на большинство из которых Гермиона не знала, что ответить, и в конце концов просто сказала, чтобы та полагалась на собственное суждение.       Когда они вернулись в лавку, Гермиона расхохоталась при виде сцены, которую застала. Малфой сидел в кресле и играл в гляделки с Живоглотом.       — Что ты делаешь? — спросила она, едва сдерживая смешок при виде того, как серьёзно Малфой смотрит на кота.       — Тсс! — Малфой отмахнулся от неё, не отрывая взгляда от Живоглота. — Мы достигаем взаимопонимания.       Гермиона взглянула на Нарциссу, и они обе разом рассмеялись. Когда Глотик наконец спрыгнул с прилавка и подошёл к хозяйке, Малфой повернулся к ним с самодовольной улыбкой.       — Удалось договориться? — спросила она, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.       Малфой поднялся и, подходя к Гермионе, ответил:       — Да. Он торгуется как профессионал, но мы пришли к соглашению.       Гермиона и Нарцисса снова рассмеялись, а Малфой что-то проворчал себе под нос про то, что, по крайней мере, ему не расцарапают глаза во сне. Через несколько минут все трое направились вглубь лавки, где Нарцисса первой аппарировала в поместье.       — Хорошо провела время? — спросил он, когда мать исчезла.       — Да, вообще-то. И спасибо, кстати. Твоя мама сказала, что ты настоял на том, чтобы оплатить платье.       — Не за что, Грейнджер. Я знал, что ты можешь позволит купить себе что-то хорошее, но мне хотелось, чтобы у тебя было самое лучшее, что только можно купить за деньги.       — Что ж, уверяю тебя, платье действительно очень красивое, — сказала она. Потом глубоко вздохнула, положила ладонь ему на грудь и, встав на носочки, прошептала на ухо: — Я ещё купила пару очень красивых вещей, которые будут под платьем.       Руки Малфоя скользнули к её талии, обвивая её, и он, глядя сверху вниз с приподнятой бровью, хрипловато произнёс:       — Ты намекаешь, что я, возможно, увижу, что у тебя под платьем в нашу первую брачную ночь?       — Может быть, — прошептала она в ответ с озорной улыбкой.       Улыбка расплылась по лицу Малфоя, когда он крепче обнял её за талию и прижал спиной к книжным полкам. Затем он наклонился к ней, его губы почти касались её уха, и дыхание скользнуло по коже, заставив Гермиону невольно задержать дыхание.       — С нетерпением жду этого, — прошептал он и едва заметно коснулся губами и языком участка кожи прямо за её ухом.       Если бы он не держал её, она подумала, что растеклась бы лужицей на полу от одного его поцелуя в это место. Его горячие, раскрытые поцелуи скользнули вдоль её челюсти, пока он не добрался до её губ. Он на секунду замер, почти касаясь их, а затем наклонился и поцеловал её так, как её никогда раньше не целовали. Его губы разомкнули её, язык встретился с её языком, и этот поцелуй буквально лишил её дыхания. Гермиона не понимала, как и зачем вообще сопротивлялась ему раньше, если всё это время они могли делать это. Когда он наконец отстранился, их лбы соприкоснулись, и она, тяжело дыша, пыталась прийти в себя.       — Репетиция, — прошептал он ей в губы. — Того, что я собираюсь сделать с тобой в нашу брачную ночь, когда ты окончательно и бесповоротно станешь моей.       Гермиона не нашла слов, не смогла придумать, что ответить на его заявление. С дьявольской ухмылкой он крепко обнял её и аппарировал вместе с ней в Мэнор.