9. Воспоминания Киры

— Проснись, Кира, прошу тебя, я так скучаю, — Игорь взял её руку в свою. Она была холодна, как у мертвеца. Кира лежала в обитом изумрудным бархатом гробу, она посмотрела на мужа, но вместо карих глаз зияли пустые глазницы…        — Не-ет! — закричала она.        …И проснулась. Она дышала часто и рвано. Что ей снилось? Что за жуткий образ? И больше ни одного воспоминания из прошедшего сна. Она повернула голову. У лежал на своей стороне кровати, закинув руки на подушку. Он был такой тёплый, такой уже родной. Кира перебралась на его половину и прижалась к нему спиной, тело знобило. Весельчак, не просыпаясь, повернулся в её сторону, сграбастал в свои объятья, бросил тройку поцелуев ей куда-то в шею, и зарылся носом в гриву волос.        — Я люблю тебя, малышка, — невнятно пробормотал он, не открывая глаз. Она просветлела.        «Это всего лишь сон, страшный сон, — Кира пыталась себя успокоить. — Мы вместе, мы живы, всё будет хорошо. Он не даст меня в обиду, однажды он пожертвовал своей жизнью ради меня. А сейчас мы всё равно вместе, я обманула время. Мы будем жить долго и счастливо. Успокойся, успокойся. Фу-ух!»        Она глубоко дышала, чтобы привести нервную систему в норму, но сердце продолжало биться в груди испуганной птичкой. Чтобы отвлечься, попыталась вспомнить их вторую встречу через полгода после первой. Бредовей не придумаешь — показательные поединки между заключёнными и агентами Альянса. Начальство требовало хлеба и зрелищ. Поскольку пираток было очень мало, а девушек в Альянсе много, то некоторые пираты бились сразу с двумя-тремя бойцами женского пола.        Молодому агенту Селезнёвой пал жребий сойтись врукопашную одной из трёх в поединке с мужчиной. Она разминалась перед тем, как выйти на ринг. Две другие девушки стояли рядом и шушукались, посмеиваясь над её формой новичка и непослушными волосами. Обе, похоже, были намного опытнее, ещё и «затюнингованы» по полной.        Зайдя в небольшой зал, они рассредоточились по краям. Она пробежалась взглядом по трибунам и судейской скамье. Вывели заключённого, сердце её ухнуло в пятки и не собиралось подниматься назад. Это был Весельчак, со своей фирменной самодовольной ухмылочкой и дерзкими глазами, хотя по карточке он числился как «заключённый А-25-01». Окинув ленивым взором своих боковых «соперниц», ни секунды не останавливаясь на них, он всецело устремил своё внимание вперёд, на Киру, которая стояла, не зная, куда деть руки, сердце всё ещё отказывалось возвращаться обратно. У наклонил голову и осклабился.        — Какая встреча! Помнишь меня, малышка? — чувственно произнес он. Девушки в театральном недоумении уставились на новенькую. Не хватало ещё тупых сплетен.        Защитных браслетов у них не было, поэтому схватка предстояла или очень быстрая, или очень долгая, но кровопролитная. Но Кира не собиралась сдаваться, ещё чего! Мало ли чего он там напридумывал в своих больных фантазиях! Злость помогла взять себя в руки. Все трое стали наступать на У, который не переставал скалиться, даже хохотнул от предвкушения.        — Эти — лишние! — он вырубил смазливых девиц практически сразу, что было совершенно ожидаемо. Ей оставалось с ужасом смотреть, как их бесчувственные тела уносят с ринга.        — Ну, а теперь самый сок, — пошло улыбнувшись, взглянул он на Киру. — Подходи, детка. Хочешь меня завалить? Поцелуешь — не буду сопротивляться.        Кира с отчаянным криком бросилась прямо на него. Начался поединок. Она ловко уворачивалась от его кулачищ. Один раз ей удалось даже зарядить ему по физиономии.        — Отлично бьёшь, — сказал он, стирая синюю кровь. — Жаль, как девчонка.        Киру это задело. Он постоянно пытался схватить её под зад, чтобы поднять на руки и стреножить в таком положении или уронить на пол подсечкой. Но она вырывалась или быстро вскакивала на ноги. Он дрался грязно, хоть и красиво. Движения его были грациозны, о правилах боя этот бандит и знать не хотел. Но бил тихо, у Киры практически сразу создалось впечатление, что он не способен причинить ей боль. Столько народу вокруг, почему он не боится выдать себя? Или ему тотально наплевать на всех? На всех, кроме неё. У играл с ней, как большой кот с мышонком, что распаляло его ещё больше.        «Как извращённая прелюдия перед сексом», — подумалось ей, но она моментально выгнала эту мысль из головы, стараясь сосредоточиться только на поединке.        Ему тоже доставалось, всё-таки Кира не была слабачкой, а тренировалась каждый день после работы, за что всегда получала свежую порцию гневных тирад от Игоря на ужин. Но, похоже, А-25-01 был очень даже не против схлопотать по лицу или какой другой части тела. После каждого удара он, словно подбадривая её, выдавал что-то вроде «Вот так, малышка» или «Да, детка, так мне тоже нравится», тряс головой и бросался на неё, как тигр, с новым запалом.        Поединок длился мучительно долго, секунды растянулись в минуты, Кира начала уставать, спрятаться было некуда, свистка тоже не было. Судьи что там, умерли, или они получают кайф от того, что здоровый мужик мутузит девчонку, которая явно слабее его? Отбегать на расстояние уже не было сил, поэтому они находились близко друг к другу, сейчас она видела только его глаза, горящие огнем и какой-то неприличной алчностью, его губы, чуть открытые в полуулыбке, и две большие руки, постоянно пытающиеся её поймать. А вдруг эти инопланетяне в случае победы жрут своих жертв?        В какой-то момент У одним низким прыжком бросился на Киру и, схватив её, плотно прижал к себе, полностью обездвижив и подняв над землёй. Она извивалась, как уж, и вырывалась, как могла, но куда там! Сил почти не осталось, этот здоровяк был ей не по зубам.        Потом она посмотрела ему в глаза, замерла и пропала: в них не было ни капли алчности или самодовольства, только огонь желания и что-то еще… нежность? Такие невозможно красивые серые с синевой глаза, прозрачные, как умытое весной небо. Он был в потрёпанной одежде, грязный, как бездомный кот, а глаза такие светлые и такие добрые. Его терпкий мужской запах разгорячённого тела был настолько сильным и, на удивление, приятным, что её ноздри непроизвольно расширились. Это не ускользнуло от внимания заключённого, он дёрнул левой бровью и загадочно улыбнулся. А ещё, как назло, его амуниция сильно упиралась ей в ногу. Стоп, по условиям боя все были без амуниции, вот чёрт!        Резкий свисток судьи оборвал это долгое мгновенье. Весельчак опустил свою соперницу на пол и слегка склонившись к ней, шумно втянул воздух в районе шеи.        — Всё равно будешь моей, — прошептал он. — Без судей и без драки. Только ты и я.        Судья хлопнул его по спине, схватил за руку и задрал вверх, но У были безразличны и очки, и выигрыш в поединке. Сегодня он одержал другую, пусть маленькую, но гораздо более значимую для себя победу. И Кира тоже это знала. Её поражение по очкам было небольшим, а в целом — катастрофическим. У бросил на неё последний грустный взгляд, и его увели, а агент Селезнёва с ужасом осознала, что, похоже, будет скучать. Нет, дома её ждёт Игорь и больше никаких мыслей о пиратах и небесных глазах!        «Знал ли Весельчак тогда, что я стану его безраздельно? — думала она сейчас, лежа в его постели. — Или просто верил?»        Нестерпимо хотелось кофе. Кира аккуратно высвободилась из объятий и пошла на кухню, чтобы незамедлительно его сварить. Она запахнулась в очень красивый шёлковый халатик. Теперь у неё был новый гардероб, более женственный и чувственный. На столе стояло глубокое блюдо с яблоками. Весельчак явно был их поклонником, он постоянно доставал непонятно из какого кармана спелый фрукт и откусывал сразу половину. Кира улыбнулась, её папа тоже любил яблоки. Говорят, это признак сильных и надёжных людей, способных защищать своё и любить безмерно.        — Не пугай меня так, малышка, — произнес У, стоя в дверном проёме и привалившись плечом к косяку. — В который раз просыпаюсь, а тебя нет рядом. Что же я буду делать, если когда-нибудь не найду тебя в своём доме?        — Ты думаешь, в какой-то прекрасный день я исчезну из твоей жизни?        — Только земляне могут назвать такой день прекрасным, — буркнул он.        — Неужели будешь скучать? — Кира обняла его одной рукой за шею и протянула чашку кофе. У поблагодарил и сделал пару глотков.        — Мне кажется, я и так слишком долго скучал, поэтому просто не отпущу тебя никуда. Ну, и, на всякий случай, — у тебя внутри чип. Так что…        Её глаза на мгновение расширились. А Весельчак хохотнул с явным удовольствием, за что тут же отгрёб, но перехватив её руку и прикрыв глаза, поцеловал запястье с мини-созвездием. Он допил кофе и с явным интересом воззрился на любимую.        — Классный халатик, а что под ним? — он развязал пояс (как только ему это удавалось всегда так быстро?) и прицокнул языком, увидев такое желанное обнаженное тело. — Как красиво!        Кира даже не успела покраснеть. Он взял её за талию и приподнял на кухонный островок, стоящий посередине комнаты. Спустив брюки, он вошёл в неё нежно и уверенно. Она обвила руками его шею и запустила пальцы в непослушные волосы. Он целовал её грудь и чувственно ласкал кожу, пропуская разряды тока по всему телу. Она откинулась на стол и погрузилась в тягучее наслаждение, её рот приоткрылся, издавая сладкие стоны. Блюдо опрокинулось, и яблоки живописно раскатились по столу вокруг головы и рассыпавшейся гривы медных волос.        «Если грехопадение Евы было таким, — подумал У, — я бы тоже обрёл веру».