Глава 12. Смена плана

      Тепло. Самая идеальная температура, при которой сложно отделить своё тело и окружение, а ощущения сливаются во что-то единое, очень мягкое, словно невесомые объятия. Весь шум, противные голоса, крики, неприятные разговоры где-то там, далеко-далеко, сюда они не доходят. Ничего не болит, ничего не беспокоит. В голове полная пустота, никакие тревожные мысли её не терзают. Это такое естественное состояние сродни утробе матери. Здесь безопасно. Здесь спокойно.       Где-то снаружи раздаются голоса. Всё ближе и ближе. В голове вновь появляются мысли. Конечно, в этом состоянии нельзя остаться навсегда. Как минимум, не сейчас. Ведь есть важное дело, которое нужно завершить, разве нет? И вот у тела вновь «отрастают» конечности: появляются ощущение кожи, мышц, даже костей. Грудь сдавливает от какой-то тяжести и отсутствия воздуха. Глаза открываются и свет тут же бьёт по ним. Увы, пришла пора возвращаться. Толчок ногой, вперёд, к свету…       И Хисока делает жадный вдох. Воздух тут же своим холодом ложится на лицо и плечи, проникает в лёгкие и больно колет изнутри. Но от этой боли дышать становится только проще.       — Закончим на сегодня, Комаэда-кун. Сделай кружок в свободном темпе и можешь выходить.       Слова тренера всё же дошли до слегка помутнённого сознания Хисоки и он неспеша поплыл вдоль бортика.       Над поверхность. воды стелился прохладный воздух, который встретил Комаэду, когда тот выныривал. От того выходить наружу не хотелось ещё больше. Взяв всю волю в кулак, Хисока резким движением выскочил из воды, точно дельфин. И тут же весь скукожился. «Да что не так здесь с кондеем?! Это же настоящая пытка!», — возмущался он в своих мыслях, пока крепко укутывался в полотенце, прежде чем отправиться в душ.       Смыв с кожи всю хлорку, Хисока натянул на себя одежду, пытаясь спрятаться в ней как в коконе. Он оставил шапочку и очки для плавания, закрыл свой ящик на ключ, перекинул через плечо родной любимый рюкзак и поспешил по лестнице вниз. Когда он добрался до дверей, табличка над которым высвечивала надпись «Тренажерный зал» — там уже его ждала Теруко. Стукнув кулаками, они вдвоём вышли из здания, оседлали мотоцикл и помчались по магистрали.       Чем дальше они ехали, тем заметнее современные высотки, символизирующие эру науки и технологий, сменялись старыми, дешёвыми, повидавшими жизнь домами. А рядом с ними уже и промышленная застройка. Грязная и грубая. И всё это не так уж и далеко от центра города.       Впереди показались мерцающие знаки-голограммы, целиком перекрывающие дорогу. Теруко пришлось остановиться. Мост, по которому они собирались проехать, оказался закрыт.       — Да какого хера?! — взорвалась Датэ. — Перекрыть единственный мост в округе, вы издеваетесь?!       — Видимо, его решили отремонтировать перед тем, как будут расширять Жёлтую зону. Давай на повороте свернём налево и поедем по низу через жилой район.       — Да ни за что! Это ещё плюс двадцать минут в лучшем случае!       — Кажется, крылья своему верному скакуну ещё не сделала, — нахмурился Хисока на её возмущения. — Так что поехали.       Теруко недовольно бухтела, пока поудобнее бралась за руль. Они развернулись и поехали в объезд.       В конце концов им удалось благополучно добраться до огромного склада. На вид самая обыкновенная «коробка»: лишь одна дверь и ни одного окна. Место, где располагался склад, конечно, обитаемое, но совсем близко начиналась нежилая, Оранжевая зона, которую уже несколько лет пытались привести в порядок. Крайне лениво и неохотно. Так что эта территория всё ещё оставалась законсервированным во времени кусочком Трагедии. Кивнув друг другу, Хисока и Теруко направились к воротам склада, которые были приоткрыты.       Уже с порога гостей встречал страшный бардак. Огромные непонятные металлические конструкции в разных углах. Наполовину разобранный автомобиль посредине помещения. Куча шин, деталей, инструментов. При этом совершенно никакой системы. Конечно, возможно, для хозяина этого безобразия держать всё в разнобой и было своей продуманной системой, но это — просто самообман, чтобы не заниматься уборкой груды мусора. У Теруко в гараже тоже был рабочий хаос, но он не шёл ни в какое сравнение со здешним. В конце-концов в «секретной лаборатории» Датэ всё красиво обрамляла подсветка, на стенах висели плакаты, а инструменты всегда аккуратно разложены по своим местам. Она относилась к своему рабочему пространству с большим вниманием. Ну и любила добавить немного эстетики. В отличие от здешнего хозяина, чей эстетикой, видно, был апокалипсис.       Пусть ворота и были открыты, внутри никого обнаружить не получалось. Оно и не удивительно, ведь пространство здесь попросту огромное. Наверняка обитатель этого места не раз сам терялся в таком лабиринте. Теруко набрала в грудь побольше воздуха, что оказалось ошибкой, ибо она тут же разразилась тяжёлым хриплым кашлем.       — Мог бы уже и пылесос себе собрать, кретин! — выругалась она, но ответа так и не последовало.       Теруко собиралась было попытаться крикнуть во второй раз, но Хисока похлопал её по плечу. Он показал на наушники, которые надел, и Датэ без лишних вопросов плотно заткнула свои уши руками. Тогда Хисока взял с пола ржавый ломик, подошёл к длинной полой трубе, уходящей в глубь склада. Замахнулся. И со всей силы вдарил по ней. По всему помещению раздался оглушительный скрипучий гул, от которого мозги могли вытечь прямо из ушей. Когда он стих, послышался топот и вскоре из-за столба шин выскочил мужчина. Его рабочий комбинезон был весь в грязи и машинном масле. Из-под шапки торчали тёмные взъерошенные волосы. Мужчина с огромным гаечным ключом наперевес в ужасе уставился на нарушителей порядка.       — Здрасьте, — выплюнула Теруко, пока Хисока за её спиной лениво помахал рукой.       — …Какого чёрта?! Вы зачем так пугаете?!       — Я говорил, что пора уже дверной звонок установить, — пожал плечами Комаэда. — Чтобы хотя бы сделать вид, что к вам ходят в гости.       — Да кто в здравом уме сунется в эту дыру «в гости»?! — рявкнула Теруко.       — Мы.       Датэ и Комаэда многозначительно переглянулись, после чего Теруко недовольно сдула челку с лица несколько раз, что не особо помогало, так что ей пришлось убрать её за ухо. И всё это время мужчина недоумённо смотрел на своих «гостей».       — Короче, — наконец-то повернулся к нему Хисока, — давно не виделись, Сода.       Казуичи почесал голову и вздохнул.       — Вы хоть не разбомбить всё сюда пришли? — бросил он недоверчивый взгляд на Теруко, которая с презрением осматривала мотоцикл у стены.       — За неё — не ручаюсь, так что приглядывайте за ней. А я хотел узнать, не найдётся ли у вас одной полезной вещицы.       — …Какой полезной вещицы?       Сразу было видно, насколько сильно напрягся Казуичи в этот момент. От дуэта Хисоки с Теруко ничего хорошего ждать не приходится. Но Комаэду это нисколько не смущало, наоборот, такая реакция казалась довольно забавной, когда два подростка могут вызывать у взрослого бородатого мужика нервный тик.       — Автоматический краскораспылитель, — спокойно объяснил Хисока.       — А-а-а, — протянул Казуичи и облегчённо улыбнулся. — Для школьного проекта какого?       — В том числе, да. Но и дома думал немного попользоваться, пока будет возможность. Так что, найдётся у вас такое?       — Спрашиваешь ещё! Сейчас схожу возьму его!..       Его энтузиазм гас на глазах. Сначала он довольно уверенно шагнул в сторону полок, но задумчиво замер, покрутился в разные стороны, неловко почесал бороду. Было очевидно: он забыл, где оставил краскораспылитель.       — Эм, вы ведь никуда не торопитесь? — улыбнулся он. — Я им недавно пользовался и, видимо…       — Да в таком бардаке удивительно, что ты вообще что-то найти можешь! Приведи уже мастерскую в порядок, это настоящее позорище! — разразилась громом Теруко.       — Эй, можно же и помягче! И вообще, что за отношение к такому священному месту?!       — В каком месте оно «священное»?! Скорее уж проклятое на десять поколений вперёд!       — Много ли ты знаешь о проклятых местах!       — Много, благодаря тебе, старик!       — …Мы поможем найти краскораспылитель.       Спокойный и несколько давящий тон Хисоки вынудил этих двоих остановить перепалку. Что не помешало им продолжить прожигать друг друга взглядами, так что Комаэда оттащил свою подругу за плечо в одну сторону склада, после чего Казуичи двинулся в противоположную.       — Держи себя в руках, — шепнул ей Хисока. — Мы хотели сделать всё тихо, помнишь?       — Помню я, помню! Но не могу я спокойно смотреть на эту свалку, которую он зовёт «мастерской»! Ты видел тот мотоцикл у входа? На него же жалко смотреть! Такую технику хранить в таких условиях должно быть запрещено на законодательном уровне! Он ведь бывший Абсолютный Механик, как можно с таким прошлым так отвратительно обращаться с современной техникой?!       — Теруко.       — Ладно-ладно! — закатила она глаза и глубоко вдохнула. — Я буду держать себя в руках. Напомни-ка ещё раз, как выглядит та штука, которую мы ищем?       — Похожа на спичечный коробок, есть маленькая лампочка и экранчик, на липучке скручены кабели для подключения.       — Маленькая, невзрачная, неприметная, ага, вас поняла. Мы можем тут вечность проторчать в её поисках, ты это понимаешь?       — Мы проторчим тут меньше вечности, обещаю.       — Нихера не успокаивает.       С таким боевым настроем они отправились исследовать шатающиеся от тяжести стеллажи, старые пыльные коробки, и отдельные кучи из запчастей и недоделанных приборов. Даже залезли в полуразобранную машину, но ничего, кроме пары белых фантиков в красный горошек не нашли. Какое-то время Теруко шарилась в одной из коробок, пока задумчиво не достала оттуда провода, долго смотрела на них и остальное содержимое, и заключила:       — Из этого можно собрать бомбу.       — Прикольно, — не отвлекаясь от исследования полок, ответил ей Хисока. — Хочешь сделать это сейчас?       — Было бы славно разнести это место к чертям.       — Тогда ты потеряешь очень ценный источник барахла.       Теруко надулась, убрала провода в коробку и отложила её прочь. С другого конца склада послышался грохот и визг. Сложно было поверить, что такой звук был способен издать мужчина за сорок, но вариантов больше не было. Так как Теруко не горела особым желанием рыться дальше, она поднялась и отправилась проверить, цел ли там вообще Казуичи. Хисока, тем временем, приметил его рабочий стол, всё также заваленный кучей вещей.       — Как ты только умудрился… Неважно, — послышался голос Теруко, а далее, судя по звуку, она что-то подняла с пола.       — Да кто ж знал, что оно всё разом свалится, когда я захочу нижний ящик проверить?!       — Вот поэтому нормальные люди и наводят порядок, — крикнул из своего угла Хисока, осматривая поверхность стола.       — И почему ты говоришь как Махиру?!       У Хисоки дёрнулась рука и он раздражённо фыркнул. С одной стороны забавная ремарка, а с другой… Комаэда решил не думать об этом. Бесполезное занятие. Теруко тем временем принялась помогать Казуичи выбраться из образовавшегося завала, ни на минуту не прекращая своих перепалок. Хисока же принялся исследовать ящики стола.       — Кстати, а чего Нагито в последнее время ко мне не заглядывает? — после небольшой передышки в ругани с Теруко, спросил Казуичи. — Ему нужно протез обслуживать раз в полгода хотя бы…       — А в последнее время я ему протез помогаю подлатать, — не дожидаясь ответа Хисоки, гордо заявила Датэ. — Всё равно ж в гости к ним заглядываю, можно решить две проблемы разом. Ещё и в эту дыру ехать не нужно, одни плюсы.       — Эй, не отнимай у меня ещё и постоянных клиентов! — обиженно возмутился Сода.       «Так он же всё равно тебе не платит…» — завис Хисока, вздохнул, и вновь вернулся к рытью в ящике стола.       — У меня услуги стоят дешевле, а делаю я качественнее! И в современной технике я разбираюсь получше твоего! Ты только и знаешь, что со столетней рухлядью работать.       — Это называется «нестареющая классика»!       — Рухлядь она и есть рухлядь. Прям под стать тебе.       — Хисока-а-а, ты так и позволишь ей издеваться надо мной?! — взвыл Казуичи. — Я ведь тебя с пелёнок растил, а ты оставляешь меня на съедение!       — В споре с Теруко каждый сам за себя. Я вам тут не защитник.       Пока Казуичи продолжил канючить, Хисока вышел к ним с краскораспылителем в руках.       — Отлично, мы нашли что искали, давай сваливать! — радостно подскочила Теруко и пулей умчала со склада.       — Я верну его где-то через месяц, — сообщил Хисока. — Это не проблема?       — В целом — можешь забрать его себе, если нужно в хозяйстве. У меня на работе штука помощнее есть, чтоб машины да всякое такое красить. А с этой можешь развлекаться, сколько душе угодно!       Казуичи широко улыбнулся во все свои «акульи» зубы. «Он очень старается быть хорошим надёжным взрослым, да?» — промелькнула мысль у Хисоки.       — Спасибо. Я позабочусь об этом.       Вдохнуть свежего воздуха после пыльного грязного склада было настоящим блаженством. И Теруко вовсю наслаждалась почти чистым воздухом на улице. Хотя не сказать, что во время работы её мастерская будет сильно отличатся от склада Казуичи.       — Итак, мы здесь закончили, верно?       Хисока достал из кармана тот самый «коробок с проводами», про который говорил ранее.       — Мы получили всё и даже больше, — показательно тряхнул он краскораспылителем, который затем убрал в свой рюкзак.       — Значит, это и есть та самая «отмычка», ха? — разглядывала маленький прибор Теруко. — Как по мне — трата нашего времени. Она ведь взламывает только двери с электронным замком, к тому же ещё и только десятилетней давности в лучшем случае. Мог бы воспользоваться нормальным хакерским оборудованием, знаешь ли.       — Я не программист и не хакер. Конечно, твои методы более эффективны, но эта штука, — Хисока подкинул её в ладони, — создана для чайников в этом деле. Можешь посмотреть у себя дома, на что она способна? При желании доработай на свой вкус.       Он кинул прибор в руки Теруко, на что она фыркнула.       — А если потом старик обнаружит пропажу, а затем и то, что его чудо техники кем-то перепрошито?       — Вряд ли он вообще помнит, что эта штука всё ещё есть у него. Ну, и к тому же, ты же профессионал. Сделай красиво. Если, конечно, тебе это по силам.       — Так, слушай сюда, наглый ты засранец. Я делаю всё красиво. И эту херню я могу превратить в произведение грёбаного искусства, благодаря чему даже «чайнику» вроде тебя не составит никакого труда пролезть хоть в места государственной важности. Понял?       — Понял-понял, поехали уже обратно, — он вальяжно пошёл к мотоциклу.       — Сразу, как только я надеру твой костлявый зад, так что стой на месте!       После того, как он получит по заслугам, Хисока добрался до дома без особых проблем. Если Теруко быстро управится с «отмычкой», то можно попытаться совершить повторную вылазку уже через неделю. Конечно, придётся как-то проскользнуть незаметно мимо учителей… Может, попытаться погостить у кого-то из общажных и, дождавшись вечера, уже отправиться делать свои тёмные дела? Ага, кто только согласиться принимать Хисоку как гостя?       Размышления о новом плане прервались на следующее утро тем, что у ворот Комаэду встречала пара охранников.       — Разрешите взглянуть на ваш пропуск?       Хисока достал электронную карточку из сумки, после чего его пропустили на территорию школы. Тогда он обнаружил, что охранников куда больше, чем двое. Что за чертовщина?       — Эй, Номура, — догнал его Хисока. — Что за сходка наметилась в школе?       — Т-ты об охране? Её поставили в-вчера. Никто т-толком не объясняет, в чём д-дело, говорят только об усилении б-безопасности, но…       Хисока молча ожидал продолжения этого «но», так что Ичиро вздохнул, понизил голос до шёпота и добавил:       — Я с-слышал, что кто-то п-пробрался на территорию а-академии и п-проник в закрытые корпуса…       На мгновение тело Хисоки окаменело. Все органы напряжённо замерли. Зато мозг осмыслял всё с такой скоростью, что почти начала кружиться голова.       — Кто-то… Проник? Как вообще про это узнали?       — Кто-то из учителей после п-педсовета в-видел что-то странное и попросил охранника п-проверить. Д-дверь чёрного хода заброшенного здания б-биологии оказалась открыта…       Вот как. Он настолько сильно был ошарашен обнаружением подвала, что совершенно забыл закрыть грёбаную дверь.       — Ставить дополнительную охрану и ничего не объяснять ученикам, позволяя распространяться слухам, конечно, не самая удачная стратегия на мой взгляд. Напряжение так и висит в воздухе со вчерашнего вечера.       Хисока дёрнулся, когда рядом с ним заговорил Окимо. Когда он успел подойти, что Комаэда этого не заметил? Или кто-то в последнее время просто слишком рассеянный, чтобы заметить?       — Для академии это — обычное дело, — успокоившись и вздохнув, бросил Хисока.       — Правда? О чём это ты?       Заинтересованный взгляд Окимо вынудил Хисоку отвести глаза. Опять с языка сорвалось. Ему стоит уже избавиться от рефлекса комментировать всё, связанное с академией, а то он точно сам себя закопает.       — Т-ты ведь не про тот с-случай с извращенцем?.. — тихо спросил Ичиро.       — Что за случай, Номура-кун? — повернулся к нему и поправил очки Окимо.       — Н-ну, это был инцидент ещё до Трагедии. В школу п-проник какой-то неизвестный, украл к-купальник одной из учениц, был з-застан врасплох за этим и убил с-свидетеля — другую у-ученицу. Б-бедная девушка…       «Младшая сестра Кузурю — Нацуми, — сразу вспомнил Хисока. — Точно, это дело же прикрыли извращенцем. А появление затем второго трупа никто не потрудился объяснить. Наверняка просто не хотели иметь дел с якудза».       — Вот как. Надеюсь, в этот раз академия примет более действенные методы, чтобы обезопасить учеников.       «Надейся», — Хисока шмыгнул носом и оставил Ичиро с Окимо обсуждать дело почти тридцатилетней давности.       И сколько времени будет действовать усиленная охрана? Как надолго откладывается решение загадки подвала? Хисока не знал. Что ж, видимо, придётся погрузиться в обычную школьную жизнь, чтобы отвести от себя любые возможные подозрения. И действовать сразу, как только появится возможность…       Если уж прикидываться порядочным учеником, стоит уменьшить число прогулов. Хотя бы попытаться. Так что Хисока героически отсидел урок математики. Ровно перед тем, как он собирался покинуть класс, Тадаши вежливо попросил его остаться. Показательно недовольно вздохнув, Хисока подошёл к учительскому столу.       — Я очень рад снова видеть тебя на занятиях, Комаэда-кун, — вполне себе искренне сказал Куроамэ. — Полагаю, я сильно обидел тебя своими словами в тот наш с тобой разговор.       «Да в целом мне уже плевать, отпустите только», — придержал эти слова Хисока.       — Я бы хотел извиниться перед тобой.       Что?       — С моей стороны это было совершенно непедагогично ограничивать тебя и требовать решение, к которому я сам привык.       Это галлюцинации? Да, наверное, именно они.       — Твой способ решения действительно выглядит довольно удобным, я бы хотел побольше почитать про него. Можешь ли порекомендовать мне учебники, по которым ты это изучал?       Нет, даже для галлюцинаций это уже перебор. Хисока в ступоре смотрел на мягкую, приятную улыбку Тадаши, от которой у него создавался образ доброго мудрого старца. Другой вопрос, что Комаэда этому образу совершенно не верил.       — …Мне нравится пособие университета Фукуоки, — глухо ответил Хисока. — Последнее переиздание пять лет назад включает в себя несколько новых глав. Мне оно кажется самым полным, если говорить о современной математике.       — Вот как. Я знаком со старым изданием и не удосужился прочесть новое. Стоит написать моему знакомому, чтобы приобрести себе экземпляр. Большое спасибо, Комаэда-кун, я постараюсь больше не падать в грязь лицом из-за своего невежества.       Хисока кивнул и поспешил покинуть класс. Диалог ощущался невероятно странным, нереалистичным, совершенно не объяснимым. Хисока точно с пришельцем в контакт вступил. Может, тело Тадаши на самом деле занял пришелец? Это бы объяснило такую резкую смену настроения. Но это теории для Умеко. Хисока же просто чувствовал себя… Неловко. И, пожалуй, напрягся только ещё больше в отношении учителя.       На неделе начались дожди, частые и затяжные. Тренировки пришлось переносить со стадиона в спортивный зал. Изучи, несмотря на свой невысокий рост, нависала над Миюмэ и Норио и очень внимательно следила за их техникой выполнения упражнений.       — Ямаюки-кун, следи за дыханием внимательнее, — строго произнесла она. — Если будешь на тренировках вечно в облаках летать, то можешь и травму получить.       Миюмэ ничего на это не ответил. И дыхание его всё также не шло в темпе упражнения. Так что Изучи подошла к нему со спины, взяла за плечи, с тихим хрустом выправила их ему. От неожиданности он охнул.       — И спину прямо держи. Лыжник ты или креветка, в конце концов? Теперь давай — вытяни руки и вдохни. — Миюмэ послушно сделал, что сказано. — Задержи дыхание. Медленно опускай. Выдыхай. Ещё раз. Вдохни…       Она заставила его выполнять задание под диктовку ещё около минуты, только после этого отпустила и позволила делать самостоятельно. Когда Изучи зыркнула на Норио, тот недовольно выпрямился и сделал всё, как полагается.       — Бестолочи. В спорте нельзя пренебрегать техникой выполнения упражнений. Если делать их неправильно, то в лучшем случае от них просто не будет эффекта. А в худшем можно себя покалечить! Ладно Шуго-кун, он не спортсмен, но ты, Ямаюки-кун, меня своим подходом разочаровываешь!       Однако Миюмэ уже смотрел куда-то в сторону. Изучи собиралась вновь взять дело в свои руки, но из интереса взглянула туда же.       — К-Комаэда?! Что у тебя за привычка молча стоять и пялиться! — взвизгнула она от удивления.       — Люблю подглядывать.       Его невозмутимое лицо выводило Изучи из себя, не говоря уже о таком вульгарном заявлении.       — Бессовестный!       — Так и есть.       И показал ей язык. И Изучи затряслись руки от переполняющего праведного гнева.       — Чё пришел-то? — влез Норио, который тоже был не в восторге от заявившегося гостя.       — Сказал же — подглядывать.       — Ты из этих, что ли…       — Из тех самых, ага.       На лице Норио отразилось глубокое презрение и омерзение. Но он ничего не успел сказать, так как в зал вернулся Даичи.       — Как успехи, народ? О, Комаэда-кун! Какими…       — Как раз ты мне и нужен. Пошли.       С этими словами Хисока вышел. Даичи озадаченно похлопал глазами, неловко усмехнулся и поспешил за ним.       — А, так он всё же не подглядывать пришёл, — произнёс Миюмэ, прежде чем вернуться к упражнению.       Норио и Изучи ещё какое-то время просто молчали.       — Он меня бесит.       — Солидарна.       Даичи вышел в коридор, всё ещё не до конца понимая, зачем его позвал Хисока. Тот без комментариев достал из школьной сумки пластиковую папку, на которой Ватари смог разглядеть минималистичные рисунки рыб. Внутри лежал лист, к которому были прикреплены образцы ткани, какие-то украшения и блёстки. До Даичи наконец дошло.       — Ты сделал эскиз оформления концертного зала! — широко улыбнулся он, беря эту красоту в руки. — Я думал, это будет просто грубый набросок, а ты всё так детально продумал!       — Я ходил на склад посмотреть, какие есть материалы в школьных запасах, так что всё это безобразие — вполне реализуемо в текущих условиях.       — Ты даже об этом позаботился! — удивлённо вздохнул Даичи. — Комаэда-кун, спасибо огромное, ты просто лучший! Я знал, что на тебя можно положиться!       Пусть энергичность Ватари порядком выматывала Хисоку, всё же, нельзя было не признать, что получить такую похвалу — чуточку приятно. Ну и наконец-то этот квест был выполнен. Наградить за него, конечно, можно было и более щедро.       Уроки подошли к концу. Пока Хисока убирал вещи, к его парте подошла Теруко.       — Я привела твою штуку в работоспособное состояние, — тихо произнесла она, а затем продолжила уже обычным голосом. — Как насчёт сегодня заскочить ко мне в гости?       — Звучит отлично, я «за».       — Жрать дома, если что, нечего.       — Я закажу.       Теруко удовлетворённо улыбнулась, и в этот момент перед электронной доской вышел Даичи.       — Друзья, могу я вас попросить задержаться буквально на несколько минут? — в классе наступила тишина. — Спасибо большое. Я хотел бы ввести что-то вроде классных собраний после занятий, чтобы обсуждать вместе насущные вопросы. Пока не знаю, будет ли такое регулярным или только по мере необходимости… Посмотрим, как оно лучше приживётся. А пока сегодня я хотел поднять вопрос, с которым обратилась Асано-сан.       — Можно просто «Умеко», — с тёплой улыбкой поправила его она.       — Хорошо, Умеко-сан, — улыбнулся ей Даичи, — повторишь для остальных свой вопрос, пожалуйста?       Все с интересом повернули головы назад, уставившись на последнюю парту, где сидела Умеко.       — Я понимаю, что немного рановато задумалась об этом, но меня стал беспокоить профильный экзамен. Я ведь учусь как Абсолютный Везунчик, так что не совсем понимаю, как мне его сдавать. Я всего лишь выиграла в лотерее…       Часть класса зашумела. Вопрос ведь хороший, в конце концов. Одно дело — экзамены по общим предметам, но вот профильные напрямую зависят от таланта. Взглянув на ребят, можно было заметить, что особенно озадаченным в этот момент выглядел Ичиро. Рука Изучи взмыла в воздух и Даичи кивнул ей.       — Ватари-кун, почему ты не отправил Асано-сан с этим вопросом к учителям? — очень строго спросила Амэки. — Невозможно, чтобы Асахина-сенсей не знала бы ответа.       — Конечно, мы к ней подойдём после этого, — не смутился Даичи. — Но я подумал, что эту тему неплохо будет поднять для всего класса, чтобы каждый озадачился этим вопросом заранее, а не в конце триместра.       На лице Изучи отразилось одобрение такого подхода.       — Насколько я знаю, — неожиданно заговорила Минами, — экзаменами везунчиков полностью заведует Наэги-сан. Он единолично их принимает.       — Погоди, тот самый Наэги? Который «Абсолютная Надежда» и вот это всё? — с недоверием переспросил Норио.       — Вполне логично, что экзамен принимает он, — поправила чёлку Рин. — Он ведь сам был принят в класс семьдесят восемь как Абсолютный Везунчик.       — В этом есть какая-то романтика, не находите? — сложила пальцы Минами.       — О, значит, мне нужно подойти к Наэги-сенсею, чтобы узнать про мой экзамен? Спасибо большое за помощь! — расцвела Умеко.       — Не иди прямо к нему! Он же важная шишка! — тут же встрепенулась Изучи. — Сначала поговори с Асахиной-сенсей, слышишь? Никакой самодеятельности!       Умеко явно не очень поняла, что такого будет в том, если она подойдёт к Макото самостоятельно.       — Не слушай Амэки, — шепнул ей Хисока. — Можешь подойти к Наэги сама, он будет только рад.       После небольшой паузы, Умеко радостно улыбнулась и кивнула. Не хватало ещё, чтобы кто-то боялся подойти к Макото. У этого мужчины сердце подобного отношения просто не выдержит.       — Хорошо, тогда с этим решили! — вернул к себе внимание Даичи. — Может, кто-то ещё не знает, как будет сдавать профильный экзамен?       Сколько бы Ватари не смотрел на Ичиро, тот продолжал настойчиво разглядывать свои ботинки под партой.       — Ла-а-адно, тогда все уже это знают?       — У меня в декабре соревнования, так что я воспользуюсь этим, — ответила Изучи.       — Моё издательство планирует выпустить сборник зимних сказок, — следующим выступил Окимо. — Думаю, это тоже должно засчитываться.       — В конце ноября большой съезд молодых учёных, — после недолгих раздумий, также подала голос Теруко. — Вроде как выступление там подходит, чтобы закрыть экзамен?       — …Я предоставлю все отчёты по своей работе за текущий триместр, — вздохнув, под взглядом Даичи всё же ответила Рин.       — П-понятно. Рад слышать, что все подготовились! Тогда, полагаю, на сегодня всё. Большое вам спасибо за участие, хорошего вечера!       Ребята стали потихоньку расходиться. Даичи, правда, выглядел более подавленным, чем до этого собрания.       — И чё это с ним? — вскинула брови Теруко.       — Очевидно — он без понятия, как «капитан футбольной команды» должен сдавать профильный экзамен, — пояснил Хисока. — Вот и пытался получить идеи во время собрания.       — А, понятно с ним всё.       И Теруко закинула руки за голову и вышла из класса. Хисока перед уходом видел, что Ичиро всё же подошёл к Даичи и о чём-то тихо с ним разговаривал. Что ж, видимо, эту проблему они будут решать вдвоём.