Часть 13

Глава — “Бал шестидесятых. Когда маски падают”

После того как мы договорились с Еленой, я, Бонни и Деймон аккуратно закрыли Кэтрин в одной из комнат. Бонни провела заклинание — теперь она не могла выйти, даже если очень захочет. Спокойствие… на минуту. И вдруг дверь постучалась. Я осторожно открываю — на пороге стоит Стефан. — Привет! — говорю я. — Ты вернулся! Как твои дела? Елена бросилась к нему — облегчение и радость смешались в её глазах. — Ты вернулся… — шепчет она. Он улыбается — идеально, как Стефан. Но в этой улыбке не было тепла. Только расчет и… тайное удовлетворение. Деймон внимательно наблюдал за ним. Его братское чутьё работало лучше любой магии, но даже он списал изменения на Елену. На боль. На усталость. — Надеюсь, хоть скажешь, где шлялся? — бурчит Деймон. — Там, где нужно, брат, — отвечает он. Голос… чуть глубже. Чуть холоднее. Я смотрю на него — и внутри у меня лёгкий, почти незаметный удар тревоги. Может, потому что я чаще видела Стефана настоящего, чем многие? Но я уговариваю себя: Он просто пережил слишком многое. Мы обменялись короткими приветствиями, улыбками, лёгкой неловкостью. Елена наблюдала, как мы общаемся, а Кэтрин молчала в углу, будто ждала своей очереди. Когда все успокоились, Деймон начал рассказывать: — Нам нужно договориться с Клаусом. Ситуация… сложная. Я кивнула, добавляя: — Он согласится. У нас отличная сделка. Обе стороны получат то, что хотят. Это победа для всех. Стефан кивнул, слушая, но никто ещё не догадывался, что Клаус может быть куда ближе, чем мы думаем. — Отлично, — сказал Деймон с лёгкой улыбкой. — Тогда действуем. Мы понимали: впереди ещё много работы, но первый шаг был сделан. Мы договорились, и теперь каждая сторона знала свои границы. Возвращение Стефана было как глубокий вдох после долгого удержания воздуха. Дом будто снова стал домом. Елена впервые за много дней улыбалась настоящей улыбкой. Деймон явно скрывал облегчение, как всегда — сарказмом. Только я… я смотрела внимательнее. Стефан отвечал на объятия Елены привычно, но его плечи остались напряжёнными. Его смех был чуть громче, чем раньше. А глаза… иногда вдруг становились темнее, чем должны были быть у того, кто вернулся домой. Но я не хотела ломать момент. Мы все заслуживали хотя бы иллюзию безопасности. ⸻ Три дня до танцев. Мы готовили защиту для Елены. План. Запасной план. И план на случай, если запасной провалится. Кэтрин всё ещё под магическим замком. И её реакция на возвращение Стефана была слишком… резкой. Когда она услышала его голос за дверью, её глаза расширились — не от радости. От ужаса. — о нет… — прошептала она. Едва слышно. Мне тогда показалось — я ослышалась. Разве не так? За два дня до бала Стефан внезапно вспомнил: — У меня же день рождения скоро. Деймон удивился: — Да неужели? Память освежилась вдруг? — Ну… бывает, — отмахнулся Стефан. Слишком просто. Его движения стали ещё более уверенными, шаги — бесшумными, а взгляд — изучающим. Каждый раз, когда его глаза задерживались на мне… я ощущала холодок под кожей. Не страх — предчувствие.

***

Школьный зал украшали винтажными постерами, неоновыми лампочками и блестящими завитками серпантина — атмосфера 60-х. Музыка The Temptations, The Supremes, Elvis… Смех, музыка, платье-качели. Кэролайн носилась туда-сюда, как генеральный продюсер всего мира: — Всё должно быть идеально! Сегодня мы забудем про всю драму! Я улыбнулась. Хотелось в это верить. Моё платье — кремовый футляр с открытыми плечами, словно созданный для праздника. Лента в волосах — с серебристым блеском. Взгляд — уверенный. Хотя сердце… нет. Когда Стефан появился в зале — все взгляды повернулись к нему. Он смотрел, как король, наблюдающий за своими владениями.

***

— Амелия… — он подошёл ближе. Слишком близко. — Разрешишь пригласить тебя на танец? Я почувствовала холод от его пальцев, когда его рука коснулась моей талии. Не обычный вампирский холод — Холод безжизненности. Музыка лилась как мёд, но его голос резал: — Шестидесятые… слишком много иллюзий. Наивные мечты о мире, о любви. Он смотрит прямо в глаза. И там — ни крупицы боли Стефана. Только превосходство. — Мне ближе сороковые. Когда люди знали цену крови. Смерти. Страху. Меня будто ледяным дуновением пронзило. — Звучит… жестоко, — прошептала я. Он улыбнулся: — Мрак — естественная среда обитания для таких, как мы. Не так ли, Амелия? Я отвела взгляд, и дыхание сбилось. Почему он знает, как это сказать?

***

Двери — с хлопком. Свет. Энергия. Живость сама. — Стеф! — Лекси бросилась ему на шею. Он задержал объятие на секунду и… остался неподвижен, словно статуя. Лекси отстраняется. Её лицо — каменеет. Её глаза расширяются. — …Это не ты. Тишина. Музыка всё ещё играет, но люди словно не слышат. Деймон первый делает шаг: — Что значит «не он»? Кэролайн прикрыла рот рукой. Елена напряглась и прижалась к Деймону — впервые. Все ждут ответа. Лекси резко толкает его к выходу: — Нам нужно поговорить, именинник. Все идут за ними, потому что доверять нельзя никому. На улице холодный ветер. Полная луна. Сильный контраст празднику. Лекси прижимает его к стене — быстро, сильно, как только лучший друг может: — Где чёрт возьми Стефан?! Стефан — не сопротивляется. Он только медленно поднимает взгляд. И взгляд — не Стефана. Улыбка — хищная, опасная, торжествующая. — Не ожидал что ты настолько хорошо знаешь Стефана, Лекси, Даже родной брат не догадался — говорит он. — Амелия а ты почему не поверила в свое чутье— ухмылнулось он Элайджа появляется из тени — серьёзный, мрачный: — В твоём стиле, брат. Медленно. Театрально. Эффектно. Брат. Моё сердце бьётся в висках. Я шепчу — едва слышно: — Клаус… Он чуть наклоняет голову: — Умница, Амелия. Деймон и Елена в один голос: — Где Стефан?! Клаус отталкивает Лекси как лёгкую тряпичную куклу и отвечает: — Там, где я его оставил. И скоро… Станет таким, каким я всегда хотел его видеть. Сильнее. Свободнее. Беспощаднее. И — тьма. Настоящая. Елена делает шаг вперёд, но Элайджа удерживает её за плечо: — Не сейчас. Клаус смотрит на всех нас — и наслаждается нашими лицами. — А теперь… — он улыбается ещё шире —расскажете про договор—улыбчива спросил он добавив —начнётся настоящая игра.