Глава 2. Не такие уж и пустоши

Чтобы ты ни было. Держишь подальше. Скоро... Скоро меня поглотит тьма... Поглотят... Они. Ты сильный #@/₽‽#$ Твой род. Более чем. Чистая тьма. Прошу тебя... Бездна увеличивается. Это надо остановить! Кх~ А... Кв@#₽@$. Это ты... Кх.. кх~ Вы все тут. Простите меня. Я не смог вам помочь.

---

Удар Навозного Защитника — нет, Рыцаря — нёсся к голове Призрака с мощью горного обвала. Всего пара сантиметров отделяла латный кулак от его маски. Но вместо того, чтобы отступать, Призрак сделал шаг навстречу. Вспышка. Не ослепительная, а тёмная, поглощающая свет. На миг пространство исказилось, и Призрак, оставляя за собой размытый, растянутый в воздухе тёмный след, прошел сквозь Рыцаря, словно призрак в буквальном смысле. Рыцарь, пробив кулаком лишь пустоту, с изумлением развернулся налево — Призрак уже был там, и его Гвоздь, рассекая воздух, высвободил волну чистой, сконцентрированной тьмы. Жук заблокировал её, скрестив руки на груди с грохотом, но тут же получил в упор заклинание Теневой Души. Чёрный сгусток с силой врезался в его кирасу, заставляя отступить на несколько шагов и прочертить в земле глубокие борозды. Пока заклинание скрывало обзор, Призрак, используя мгновенную передышку, оказался вблизи и нанёс чёткий вертикальный удар, оставив на белоснежной броне длинную, дымящуюся царапину. Рыцарь не рассердился. На его лице расцвела ухмылка — дерзкая, дикая и предвкушающая. –ВОТ ТАК! ВОТ ЭТО ДАЖЕ ЛУЧШЕ, ЧЕМ Я ПОМНИЛ! — его крик был не просто звуком. Ударная волна, порождённая одним лишь голосом, с силой рванула от него, поднимая с земли пыль, камни и обломанные ветки. Призрак рывком отпрыгнул назад, его тело двигалось странно — не так плавно, как раньше. Оно было мощнее, но будто не до конца ему подвластным, и эта нестыковка между волей и плотью тревожила его. Он не мог атаковать с той самой, отточенной до автоматизма точностью. Рыцарь, не дав опомниться, принялся наносить удары по воздуху, посылая в Призрака сокрушительные воздушные волны. Тот ловко увернулся от одной, вторую отразил клинком Гвоздя, звонко звеневшим от удара. Тогда Рыцарь с громоподобным рёвом свернулся в тугой шар и, словно ядро, покатился на противника. Призрак прыгнул вверх, и в пике прыжка использовал заклинание Нисходящей Тьмы, вонзившись в землю прямо сверху на катящегося Рыцаря. Мощный взрыв вдавил жука в грунт, заставив его хрипло кряхнуть от удара. Призрак уже собирался завершить бой, но из облака пыли внезапно вынырнула латная рука и мертвой хваткой вцепилась в его ногу. Следующим мгновением он уже летел в сторону ближайшей стены, подброшенный с невероятной силой. Однако теперь он был не так прост. Перевернувшись в полёте, Призрак встал на вертикальную поверхность словно на землю — под его ногами на мгновение образовались прочные фиолетовые кристаллы. Они продержались не больше двух секунд, но этого хватило, чтобы оттолкнуться и, как тёмная стрела, полететь обратно на поднявшегося Рыцаря. Их столкновение породило новую ударную волну, сотрясшую арену. Началась яростная битва на короткой дистанции. Призрак и Рыцарь обменивались ударами с невероятной скоростью. Каждый удар жука был тяжёлым и ощутимо отдавался в "костях" Призрака, заставляя его мышцы неметь. В очередной раз парировав кулак, Призрак снова использовал свой тёмный рывок, пронзив противника насквозь, и тут же, развернувшись, выпустил очередную Теневую Душу, отбросив Рыцаря на несколько метров. Но тот не упал. Используя инерцию, он снова свернулся в шар и, оттолкнувшись от земли, взмыл вверх, чтобы с большой высоты обрушиться на голову Призрака. Тот встретил удар своим Гвоздём с неестественной, почти нечеловеческой силой, отшвырнув шар ещё выше. И тут Рыцарь, не меняя формы, пошёл на очередную атаку с неба, намереваясь расплющить противника. Это был момент для решающего удара. Призрак вложил в заклинание всю накопившуюся душу. Он использовал Вопль Душ. Древний, пронзительный крик, сотканный из тысячи голосов Бездны, вырвался из него, отбрасывая Рыцаря прочь и нанося ему колоссальный урон. Тот с грохотом приземлился в нескольких метрах, с трудом поднимаясь на ноги, опираясь на колени. Но на его лице по-прежнему сияла весёлая, боевая ухмылка, говорящая лишь об одном — он наслаждался каждым мгновением этого боя. – Неплохо... Ох, неплохо! — прохрипел он и с силой ударил кулаками по земле. Грунт вздыбился, и Рыцарь, вырвав два огромных кома, метнул их в Призрака. Тот увернулся от первого, но в его сознании, будто удар молнии, вспыхнуло воспоминание — их первая битва в Сточных водах, эти же самые, отскакивающие от стен грязевые шары. Он резко обернулся, следя за траекторией первого шара. Тот отскочил от стены и несся ему в спину. Призрак развернулся и отразил его Гвоздём. Но в этот миг, пока его внимание было отвлечено, Рыцарь нанёс свой коронный удар — воздушный кулак, невидимая, но сокрушительная сила, ударившая Призрака в спину. Того отбросило вперёд, прямиком под летящий второй шар, который врезался в него с новой силой. Рыцарь, не теряя темпа, завершил комбо, вогнав Призрака в землю одним мощнейшим ударом сверху. Облако пыли окутало арену. Рыцарь, тяжело дыша, всматривался в образовавшийся кратер, пытаясь разглядеть победу. И он увидел. Призрак стоял на ногах. Его плащ был порван, на маске виднелись сколы, но он не был побеждён. Вокруг него медленно вращался тёмный, почти невидимый щит в форме восьмиконечной звезды Затем Призрак склонился. Тьма вокруг него сгустилась, стала почти осязаемой. Видимые раны, вмятины и ссадины на его оболочке начали затягиваться, будто его тело было сделано из жидкой тени. Рыцарь, видя это, с силой ударил по воздуху, пытаясь прервать исцеление. Но Призрак рывком ушёл в сторону, и взмахнув Гвоздём, послал в ответ не волну, а сгусток сплошной тьмы, который Рыцарю пришлось с усилием развеять ударом кулака. – А ТЫ СИЛЬНЕЕ, ЧЕМ Я ПОМНИЛ! — прогремел Рыцарь, и в его голосе сквозь усталость пробивалось искреннее уважение. — ХОТЯ МЕНЬШЕГО ОТ ТЕБЯ Я БЫ И НЕ ОЖИДАЛ! Призрак молча кивнул. Его левая рука предательски дрожала от перенапряжения, но сдаваться он не собирался. В его памяти всплыли уроки Мастера Оро. Рывок вперёд, сокращение дистанции в мгновение ока, и один, но выверенный до миллиметра и вложенный в него всей мощью тела удар. Рыцаря отбросило назад, и он, с неожиданной для его телосложения ловкостью, перевернулся в воздухе, чтобы тут же нырнуть под землю, оставляя за собой лишь гребень вздымающейся почвы. Призрак замер, следя за этим подземным движением. Через мгновение Рыцарь вынырнул прямо перед ним, осыпая его градом воздушных ударов. Призрак сумел парировать несколько, но один пробил его защиту. Он снова использовал тёмный рывок, чтобы выйти из-под обстрела, и тут же выпустил Теневую Душу. Рыцарь, превратившись в шар, пролетел напрямик, разбив заклинание. Но Призрак уже ждал этого. Он снова прошел сквозь шар, оказываясь у него за спиной, и в тот же миг использовал заклинание снова — и на этот раз в Рыцаря полетели сразу две Теневых Души, сшибаясь с ним в мощном двойном ударе. Жука с грохотом впечатало в стену арены, и он, оглушённый, начал медленно сползать вниз. Он попытался подняться, собрав волю в кулак, но не смог. Из теней у его ног выползли чёрные, полупрозрачные щупальца Бездны. Они обвили его руки, ноги и туловище, приковывая к земле с цепкой, неумолимой силой. Он был побеждён. Рыцарь затих, его тяжелое дыхание было единственным звуком, нарушавшим тишину. Он смотрел на подошедшего Призрака, ожидая финального удара. Но тот просто убрал Гвоздь за спину и протянул ему руку. – Хех... — хрипло рассмеялся Рыцарь, принимая помощь и с трудом поднимаясь. — Что ж, реванш за тобой. Признаю. Ты и правда вырос. Призрак снова кивнул. Дрожь в руке постепенно утихала, уступая место странному чувству удовлетворения. Этот бой был ему нужен не для победы, а для чего-то другого. Чтобы почувствовать своё новое тело, его пределы и его силу. Чтобы понять, что он всё ещё жив. – Ладно — Рыцарь отряхнул пыль с доспехов. — С дорогой тебя. А я... я буду держать эти ворота. Как и положено Рыцарю. Призрак в последний раз кивнул своему старому-новому другу, развернулся и направился к открытым воротам, за которыми лежал мост в Грибные Пустоши.

---

Эхо его шагов по металлическому настилу разносилось далеко вокруг, смешиваясь с тихим попискиванием споринков — грибных шариков, лениво плавающих в воздухе благодаря легковоспламеняющимся газам внутри. Когда-то они были опасны, сейчас — лишь часть пейзажа. Пройдя мост, он вышел в обширную, залитую тусклым биолюминесцентным светом пещеру. Казалось, здесь никого не было, лишь гигантские грибы колыхались в такт невидимому дыханию земли. Но его чутьё, отточенное в бесчисленных боях, напряглось. Он замер, сузив бездонные глаза. Внезапно, с одного из сталактитов, свисавших с потолка, сорвалась тёмная фигура. Она падала бесшумно, как тень, и лишь в последний момент, прямо над его головой, взметнулась, превратившись в молниеносный удар. Это был богомол-разведчик, с перепончатыми крыльями и огромными, заострёнными, как бритвы, предплечьями. Призрак не стал отскакивать. Он повернул корпус влево с минимальной амплитудой, и лезвие, способное разрезать панцирь, со свистом прошло в сантиметре от его маски. В то же мгновение его собственная рука, быстрая, как удар кобры, метнулась вперёд и с силой сжала узкое, хитиновое горло нападавшего. Богомол захрипел, беспомощно дёргаясь в железной хватке, его шипастые конечности бессильно царапали воздух. Когда он наконец успокоился, поняв тщетность усилий, Призрак разжал пальцы. Богомол рухнул на землю, откашлялся и, ощетинившись, прошипел: –Мерзкий жук, что тебе на... — его голос оборвался, когда взгляд скользнул по острым рогам, тёмному плащу и бездонным овалам глаз. Он замер, вглядываясь, и его агрессия мгновенно сменилась осознанием. Он вскочил на ноги и, с непривычной для его вида неуклюжестью, склонился в почтительном поклоне под углом в девяносто градусов, прижав лапу к груди. Больше он не произнёс ни слова. Будь то страх, уважение к силе или негласный закон племени, Призрак не знал. Не теряя времени, он развернулся и двинулся дальше, вглубь владений богомолов. --- По пути он встречал всё больше воинов. Некогда враждебные, теперь они, завидев его, замирали на своих постах, а затем склоняли головы или отдавали ему честь, скрещивая лезвия над головой. Их деревня, прежде скрытая и аскетичная, разрослась. Дома, свитые из шёлка, хитина и живых грибов, теперь висели не только в глубине, но и на стенах пещеры, образуя многоуровневый лабиринт. Воздух гудел от сдержанной активности. Пройдя через это оживлённое гнездовье, он вышел к знакомому спуску вниз. Без раздумий он шагнул в пропасть, плавно спланировав на дно. Вот он. Сердце владений Богомолов. Четыре ритуальных столба, три из которых венчали величественные троны. Его взгляд скользнул по четвертому, разрушенному — тому самому, что когда-то принадлежало Беглому Богомолу, возжелавшему силы Заразы и павшему от её безумия. Он пал не от его руки, а от дубины маленькой, но отважной Тряпочки. Призрак тряхнул головой, смахивая набежавшие воспоминания. Сейчас было не до них. Он поднял голову. На него смотрели те, кто правил этими землями. Три Лорда Богомола. Три сестры, воплощение воинской доблести и гордости. Они восседали на своих тронах неподвижно, как изваяния, но их пронзительные, холодные взгляды были живы и тяжелы, будто ощупывали каждую трещинку на его маске, взвешивая каждую частицу его существа. Он стоял, ожидая. Церемония требовала инициативы от гостя. Он развернулся, чтобы пройти в проход, ведущий к Глубинному Гнезду. В тот же миг с оглушительным лязгом перед ним опустилась массивная металлическая решётка, преграждая путь. Выбора не оставалось. Ритуал должен быть соблюдён. Он медленно повернулся к правительницам. Без суеты, почти с каким-то фатальным спокойствием, он извлёк из-за спины свой Гвоздь. Лезвие, тёмнее ночи, описало в воздухе плавную дугу, рассекая тусклый свет. Он не атаковал. Он бросал вызов. Молчаливый и неоспоримый. Как в старые времена. И они ответили. Как по тайной команде, все три сестры поднялись со своих тронов. Их движения были идеально синхронны, полны смертельной грации. Сзади и по бокам с грохотом опустились остальные решётки, наглухо запирая площадку, превращая её в священную арену для поединка. Призрак издал короткий, едва слышный вздох, который затерялся в настороженной тишине зала. Его тело приняло низкую, собранную стойку. Гвоздь был нацелен вперёд. Он был готов. Первой двинулась старшая. Её гвоздевая палка сверкнула ярким металлическим блеском.