Часть 25

Утро выдалось тихим. Необычно тихим для дворца, где обычно с рассветом разносился звон колоколов и шаги слуг в коридорах. Сквозь занавески пробивался мягкий золотой свет. Пахло медом, свежими цветами и чем-то… домашним. Влад медленно открыл глаза. Несколько секунд он просто лежал, не двигаясь, слушая, как рядом спокойно дышит Айрин. Он провёл ночь с женщиной. Её волосы рассыпались по подушке, блестя в лучах солнца. Он смотрел на неё — и не мог поверить, что всё это действительно происходит с ним. Когда-то он просыпался в тесной квартире, под гул электрички за окном, опаздывал на пары, пил дешёвый кофе. Там, в другой жизни. Но всё это казалось сейчас чем-то настолько далеким, будто это был не он. Будто студент Влад — просто сон. А этот мир… стал реальностью. Он впервые за всё это время не чувствовал тревоги. Ни страха, ни холодной ответственности, ни тяжести короны. Только тёплое спокойствие. Дом. Он действительно чувствовал себя дома. Айрин шевельнулась, потянулась и приоткрыла глаза. — Уже утро? — прошептала она, всё ещё сонно, и улыбнулась, заметив его взгляд. — Да, миледи, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Гмм, не привыкла просыпаться так рано, — ответила она, хихикнув, пряча лицо под одеяло. Влад усмехнулся. — Тогда король будет считать это приказом? — Пусть будет так, — ответила она, выглядывая из-под одеяла. — Но только если он не забудет поцеловать меня перед тем, как начнет день. Он наклонился, легко коснувшись губами её лба. — Ассара свидетель, — прошептал он, — я мог бы привыкнуть к такому утру навсегда. Айрин улыбнулась, но в её взгляде мелькнула тень тревоги. Он заметил это. — Что тебя тревожит? — Просто… иногда я всё ещё не верю, что это правда. Что ты — рядом. Что всё это не исчезнет, — сказала она тихо. Он взял её за руку. — Ничего не исчезнет. Не со мной. Она кивнула и снова прижалась к нему. Влад смотрел в потолок, слушал её дыхание и думал: Похоже, я и правда начинаю привыкать. Даже слишком. Мир, где он родился, казался всё дальше. Там остались интернет, Москва, шум метро, университет… но образы уже тускнели, как старые фотографии. Здесь же — всё было живым. Реальным.

***

Прошло три месяца. Каждое утро начиналось с тренировок. Ричард не знал пощады. Меч — утяжелённый, до дрожи в руках. Щит — давящий на плечо, как каменная глыба. Влад падал, вставал, снова падал. Кровь, пот, земля. Вечером мышцы горели так, что казалось, тело раскалывается. Но именно в этом было странное удовольствие. Он чувствовал, как становится другим. С каждым днём движения становились точнее, удары — резче, шаг — увереннее. Он научился держать равновесие в седле, натягивать тетиву лука, ловить меч Ричарда на клинок, не отступая. Иногда, глядя на себя в зеркале, он не узнавал отражения. Плечи стали шире, руки покрываться мышцами, взгляд — спокойнее. От прежнего студента Владислава оставались лишь редкие вспышки мыслей. Всё чаще он ловил себя на том, что думает, как король, а не парень из XXI века. Айрин была рядом всё это время. Она часто встречала его после тренировок, приносила воду, спрашивала, не устал ли он, и просто садилась рядом. Иногда они сидели на террасе, глядя на закат, молча. Иногда говорили обо всём подряд — о детстве, о любимых блюдах, о том, как смешно ведут себя придворные советники. Жизнь шла как в сказке. Но всё сказки заканчиваются, и он знал — впереди будет новая буря.

***

Это произошло два дня назад. Он собирался в новый поход, когда Айрин вошла к нему. Она была в простом голубом платье, без украшений, но в её глазах было что-то необычное. — Сизиран, — произнесла она, тихо закрыв за собой дверь. — Что-то случилось? — он сразу почувствовал тревогу. Айрин подошла ближе, положила руку на его грудь и слабо улыбнулась. — Случилось… хорошее. — Что же? Она замялась. — Я… ждала подходящего момента. Не знала, как сказать. — Её голос дрогнул. — Айрин, — он взял её за руки. — Что такое? Она подняла взгляд и прошептала: — У нас будет ребёнок. Мир будто остановился. Он смотрел на неё, не веря, не дыша. — Что?.. — Ты услышал правильно, — сказала она, нервно улыбаясь. — Я ждала подтверждения от лекаря. Он сказал — всё верно. Влад опустился на колени перед ней, коснулся её живота и просто… рассмеялся. От счастья. — Ассара… — прошептал он. — Это… это чудо. Айрин улыбнулась, но в её глазах появилась влага. — А теперь ты уезжаешь. И я боюсь, что… вдруг ты не вернёшься. Он встал, прижал её к себе. — Я вернусь. Клянусь тебе, я обязательно вернусь. — Обещаешь? — Обещаю. И когда вернусь — отпразднуем это так, что весь Ластериан будет слышать. Она рассмеялась сквозь слёзы. — Только возвращайся. Он поцеловал её лоб. — Вернусь. У меня теперь есть причина сильнее любых войн.

***

…и вот теперь он сидел в тени леса. Холодная роса блестела на ветвях, где-то кричала ночная птица. Перед ним, внизу, раскинулся лагерь мятежника Грата Хольдерна — сотни палаток, огни костров, шум пьяных голосов. Люди смеялись, не подозревая, что в темноте, всего в нескольких сотнях шагов, их окружили вооружённые бойцы Влада. Он держал в руках меч. Смотрел на отблеск огня на лезвии и думал — как всё изменилось. Ещё недавно он боялся даже подержать клинок. Теперь он был готов вести в бой тысячу человек. В груди сжималось. Он думал об Айрин. О её голосе. О словах «у нас будет ребёнок». Каждое воспоминание согревало, но делало и больнее. Он знал — этот бой может стать решающим. Я вернусь. Я должен вернуться. — повторил он про себя. И сжал рукоять меча крепче.