Часть 65

День начинался с багрового рассвета. Небо над Ластерианом будто истекало кровью — тяжелое, давящее, полное пепла. Тишина, предшествующая крику, висела над столицей. Но в этой тишине уже слышался отголосок — топот, гул земли, будто сама земля знала: приближается смерть. В тронный зал вбежал гонец, бледный, мокрый от дождя и пота, глаза — как у человека, увидевшего ад. — Мой король! — выдохнул он, падая на колени. — Они… они уже в дне пути от столицы! Гаардцы взяли Вирен, замок пал этой ночью! Лорд Харин погиб, удерживая мост! Их тараны разорвали стены, как ткань! Наши катапульты… наши укрепления… — голос его сорвался, — они не смогли ничего сделать! Зал погрузился в гробовую тишину. Влад стоял у стола с картой. Руки дрожали. На карте — десятки отметок, красные линии, что теперь протянулись почти до самого сердца королевства. Он чувствовал, как холод медленно сползает по спине. — Вирен… — тихо прошептал он. — Мы держали его триста лет… Главнокомандующий, бледный, как смерть, шагнул вперёд. — Мой король, враг идёт стремительно. Их кавалерия прорывается по тракту, за ней идут тысячи пехоты. Они сжигают всё. Города, деревни, посевы. Люди бегут к столице, дороги забиты. У ворот уже толпы. Гаардцы сметают всё. Мы не успеваем даже отступать. В зал влетел ещё один гонец, без шлема, на его плаще — кровь. — Мой король! — выкрикнул он. — Они уже у Истарских ворот! Наши линии разрушены! Мы потеряли треть армии! Люди бегут! — голос его дрогнул, сорвался. — Они не просто идут… они будто сама смерть! — Замолчи! — закричал кто-то из советников. — Не паникуй, солдат! — Я вижу, что паникует не только он! — оборвал Влад, стукнув кулаком по столу так, что карта содрогнулась. — Мы не можем… мы не имеем права терять разум! Но даже в его голосе слышалась дрожь. Они в день пути. Один день. Один день до столицы. Мастер над разведкой, седой и хриплый, поднялся. — Их командующий… Герцог Мальверн, — сказал он глухо. — Говорят, он не берёт пленных. С каждым городом он прибавляет к армии новых рабов. Он идёт сюда не просто победить, он хочет стереть Ластериан с карты. Слова его повисли в воздухе, как приговор. Влад почувствовал, как по телу пробежала дрожь. Стереть… нас… Он шагнул к окну. С высоты замка виднелись улицы — хаос, паника. Люди бежали, тащили детей, громоздили телеги, гвардия пыталась их удерживать. Крики женщин, плач младенцев, звон колоколов — всё смешалось в одну сплошную какофонию страха. — Мой король, что нам делать? — спросил кто-то тихо, почти шепотом. Влад не ответил сразу. Он видел дым на горизонте — дым, который уже приближался. Он чувствовал, как внутри всё холодеет. — Мы будем драться, — сказал он наконец. Хотя сам уже не до конца верил в эти слова. Все их попытки были лишь укусом комара для орды, идущей сюда. Он не знал, что делать, но пытался удерживать уверенность всей силой. Иначе страна падет. Голос сорвался. — До конца. Каждый дом станет крепостью. Каждый меч — последней надеждой. Айрин подошла к нему, положила ладонь на руку. — Сизиран… — тихо. — А если они прорвутся? Он посмотрел на неё, и впервые за долгое время в его глазах мелькнул настоящий страх. — Тогда… тогда я сам сожгу этот город, чтобы он не достался им, — сказал он почти шёпотом. — Пусть возьмут пепел. Не Ластериан. Молния вспыхнула за окном, ударила где-то вдали. Гул гремел над землёй, будто сама буря, предвещавшая конец. В этот миг Влад понял: они больше не сражаются за победу. Они сражаются, чтобы умереть стоя.