Часть 88

Повозка медленно катилась по широким каменным улицам Гаарда, и каждый стук деревянных колёс о неровные плиты отдавался в груди Лианы так, будто кто-то ударял прямо по её сердцу тяжёлым молотом. Она сидела рядом с Рейном, слегка пригнув голову под грубым капюшоном простой гаардской накидки, и её пальцы всё ещё сжимали край его рукава — так крепко, словно если она хоть на мгновение отпустит, мир вокруг разорвётся и проглотит её. Они были внутри. Внутри города. Внутри столицы Гаардской империи. В самом сердце страны, которую она долгие годы проклинала в своих молитвах. Города её кошмаров. И первое, что ударило по ней — был звук. Гаардская речь. Она была везде. Она лилась из лавок, из трактиров, с рыночных рядов, от телег, от солдатских патрулей, от крестьян, спорящих о цене зерна, от кузнецов, перекрикивающихся через улицу, от женщин, торгующих овощами. Тот самый грубый, гортанный язык, который она слышала бесчисленное количество раз в темных коридорах дворца, где её держали, где её унижали, где над ней смеялись. Лиана невольно вздрогнула. — Не смотрите так напряжённо, принцесса — тихо сказал Рейн, едва шевеля губами, не поворачивая головы. — Вы слишком выдаёте себя. Она медленно вдохнула. Но воздух в этом городе казался тяжёлым. Чужим. Будто даже ветер здесь принадлежал небу Гаарда. Она всё-таки подняла взгляд. И увидела город. Гаард был огромным. Гораздо больше, чем она представляла. Высокие каменные дома с тяжёлыми тёмными крышами поднимались над улицами, словно крепости. Между ними тянулись узкие переулки, где пахло дымом, хлебом, конским потом и сырой древесиной. По улицам непрерывным потоком двигались люди — ремесленники с инструментами, крестьяне с корзинами, солдаты в тяжёлых тёмных доспехах, торговцы, кричащие на всю площадь, дети, бегущие между телегами. И везде — солдаты. На каждом перекрёстке. У каждой башни. У ворот. У рынков. Их доспехи она узнала бы даже во сне. Те же самые тёмные плащи. Те же металлические наплечники. Те же красные знаки империи. Её сердце болезненно сжалось. Это были они. Люди, которые когда-то пришли в её дом. Люди, которые убили её мать. Которые убили её брата. Которые смеялись, когда маленькую девочку в грязной одежде заставляли чистить туалеты дворца. Она резко опустила взгляд. Повозка свернула на широкую улицу, и впереди открылось пространство большой площади. И именно там Лиана увидела это. Клетки. Железные клетки, выставленные прямо на площади. Они стояли в ряд. Несколько. Внутри них сидели люди. Измождённые. С грязными лицами. С порванной одеждой. Некоторые лежали, почти не двигаясь. Некоторые сидели, опустив головы. Некоторые смотрели на толпу с пустыми глазами. Лиана сначала просто смотрела. Потом её дыхание прервалось. Она узнала одежду. Ластерианские цвета. Её народ. Её люди. Её подданные. Пленные. Выставленные на показ. Как животные. Как трофеи. Толпа проходила мимо. Кто-то смеялся. Кто-то бросал в клетки куски хлеба. Кто-то плевал. Лиана резко отвернулась. Но было уже поздно. Её глаза наполнились слезами. Она быстро опустила голову, чтобы никто не увидел. — Рейн… — её голос едва слышно дрогнул. Он мгновенно понял. Он даже не посмотрел на клетки. Он смотрел только вперёд. Но его рука тихо накрыла её пальцы. Тёплая. Твёрдая. Надёжная. — Я вижу, — тихо сказал он. Лиана с трудом прошептала: — Это… наши… Её голос сломался. — Да. Повозка продолжала ехать. Медленно. Слишком медленно. Лиане хотелось закричать. Остановиться. Открыть клетки. Вытащить их. Сказать им, что всё будет хорошо. Что их принцесса здесь. Что она пришла за ними. Но она не могла. Она не могла сделать ничего. Её пальцы задрожали. — Что я за принцесса… — прошептала она, глядя в колени. — Если я даже… не могу помочь им… Слеза скатилась по её щеке. Она быстро вытерла её рукавом. — Они страдают… а я просто… проезжаю мимо… Повозка слегка качнулась. И вдруг Рейн тихо сказал: — Посмотрите на меня. Она подняла глаза. Он наконец повернул голову. Его взгляд был серьёзным. Спокойным. И очень тёплым. — Лиана, — тихо сказал он. Он впервые назвал её по имени прямо здесь, в Гаарде. И это прозвучало почти как защита. — Вы живы. Она смотрела на него. — И именно поэтому у них есть шанс, — продолжил он тихо. — Потому что если бы вы погибли тогда… если бы они сломали вас… тогда всё действительно было бы кончено. Он чуть крепче сжал её руку. — Но вы здесь. Он кивнул в сторону города. — В самом сердце их империи. Её дыхание дрогнуло. Он тихо добавил: — И вы всё ещё их принцесса. Лиана смотрела на него, и её глаза снова наполнились слезами. Но на этот раз в них было не только отчаяние. Там было что-то ещё. Надежда. — Мы поможем им, — тихо сказал Рейн. Она почти шёпотом спросила: — Как…? Он посмотрел вперёд, на огромный город, раскинувшийся перед ними. — Сначала мы найдём вашего отца. Повозка медленно двигалась через шумный рынок. — А потом… — тихо добавил он. И в его голосе появилось что-то холодное. Что-то опасное. — Потом этот город ещё пожалеет, что когда-то тронул принцессу Ластериана. Лиана смотрела на него. И вдруг её рука чуть крепче сжала его пальцы. Потому что среди этого огромного, чужого, враждебного города… Среди солдат. Среди людей, говорящих на языке её кошмаров. Было одно место, где она всё ещё чувствовала тепло. Рядом с ним. И пока он был рядом… Она всё ещё могла дышать.