Часть 11

— Отдать швартовы! — послышался мужской крик, застигший меня на выходе из камбуза, а затем, ему же вдогонку, полетел отборный мат на неизвестном языке, чётко выражавший чувства матросов. — Готовность – минута! Спустя небольшой промежуток времени после того, как помощник увёл профессора, и я успел перекинуться с мистером Сильвером парой слов, прозвучала команда готовности, и судно ожило, выгнав из своих нор полчища матросов, влившихся в работу. — Поднимайте трапы, недоумки! — донеслось до меня уже на палубе, где команда уже вовсю суетилась, готовясь к отбытию, экстренно убирая всё, что можно было скинуть в трюм. — А ты, шкет, не лезь под ноги!.. Бурундук, пихнувший меня в плечо, тут же пропал столь же неожиданно, как и появился, напугав меня... да и хрен бы с ним. Профессор вместе с капитаном виднелись на возвышении у штурвала, а совсем рядом мистер Эрроу подгонял матросов, мило приказывая тем пошевеливаться, не питая к ним особой симпатии. Уроды те ещё, и я не про характер... — Свистать всех наверх! — провозгласил помощник капитана, заставляя ещё больше народу вылезти из своих берлог. Обстановка была скорее неформальная, и чувствовалось, как команда корабля выполняет приказы спустя рукава, нехотя подчиняясь Амелии. — Паруса! По данной команде движок наконец загудел, а несколько матросов начали распускать паруса, чем-то отдалённо похожие на гибкие солнечные батареи, питаемые от энергии. Не слишком плохая и не слишком хорошая технология, просто ситуативная... и определённо дорогая, если учитывать то, что большинство кораблей в порту были максимально дешёвыми консервными банками, попросту распиленными напополам. Сейчас, в космопорту, был солнечный день, что никогда не кончался из-за близости со светилом, и покуда они не отдаляться от моей родной планеты уж очень далеко, «Солнце» всегда будет освещать им дорогу, питая их энергией. Но бывали, если верить профессору, места, где света практически не было, и любая планета на пути могла закрыть вам хоть какой-то источник не только света, но и энергии, на очень длительное время, заводя неудачный экипаж в тупик. Нашему продвинутому кораблю это не грозит, в виду неплохих запасов горючего, но стоит учитывать и такой момент. По крайней мере, если с парусами что-то станется, у нас хотя бы будет шанс и призрачная надежда... если это судно не разворовали, а мистера Делберта не надули, касательно премиальности корабля. Энергия тут же обласкала паруса, наполнив их воздухом, и нас ощутимо дёрнуло, утянув на канатах нескольких бедолаг, неожиданно расправившихся вместе с парусами по ветру, одного из которых за шкирку успела поймать капитан, а второй прилетел прямо в ноги профессору. Птицы нехотя слетали с насиженных мест на мачтах и возвращались в порт, а мы постепенно покидали это место, всё дальше отдаляясь от знакомых пейзажей, видневшихся вблизи родной планеты... теперь впереди нас ждёт только бескрайний и очень непредсказуемый космос, полный различных неизвестных существ, таящих в себе новые опасности. Времени на раздумья будет предостаточно... В моменте, побывав в местном центре жизни, космическом порту, полном изобилия, становится понятно, почему этот мир, вселенная и что бы то ни было... оно очень нескоро изменится, не имея на это никаких ресурсов. Даже если не брать во внимание слова профессора, или мистера Нотча, мастера, побывавшего в разных уголках этого космоса... Самые лучшие города, «столицы», пухнут от населения, которому некуда деваться. Все беженцы хотят лучшей жизни, покидают свои планеты... дармовая рабочая сила, которой все только и рады. Кабала, практически без возможности выхода, пусть и в рамках какой-никакой цивилизации. А с иной стороны – дыры, по подобию нашей планеты. Здесь и порт то бывает раз в несколько месяцев, а билет на челнок – непозволительная роскошь... какие уж тут лазерные пистолеты, продвинутые технологии и современное жильё? Возделывание земли и животноводство, добыча полезных ископаемых и прочий дешёвый труд ради того, чтобы не помереть с голоду - вот наша прерогатива. Прилетели торговцы, задвинули «бусы» местному населению, и уехали, унеся в более продвинутые уголки цивилизации ресурсы, отнятые у местных за три копейки. А этим дикарям, неспособным развиваться самостоятельно, пара «бум-палок» погоды не делает, они что с кинжалами и саблями, что с пистолетами, сделают себе одинаково плохо. Мозгов им это не добавит, а эфемерному правительству этого не надо. Всё производство сосредоточенно в ином месте, так что побороть искусственные ограничения практически невозможно. Вот так и получается, что пиратство, практически единственный выход, который видит перед собой молодой представитель своего вида. Не важно, женщина или мужчина, но желание попытать удачу присутствует у всех... Кто-то с головой на плечах, хоть бы и как я, ещё мог бы чего-то добиться, но вот остальные... не в обиду чьей-то расе, но, если их предел есть козюли и собирать мох с деревьев – вряд ли они далеко пойдут, оставаясь заложниками малой и убогой планеты. Кто обычным матросом заделается, кто просто осядет на простой планете, а более авантюрный народ подаётся в пираты, правда не сопоставляя риски с выгодой, зачастую лишаясь головы ещё до назначения за неё награды, впустую пытаясь захватить защищённое торговое судно. — Гравитация! — прикрикнула капитан Амелия после небольшого и плавного набора скорости, держась вместе с помощником за поручни, пока профессор пролетал над штурвалом, пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь, вереща о помощи. — Джимми!.. — донёсся до меня возглас профессора тогда, как только я обратил на него внимание. Вот мы уже и вышли за пределы порта, и теперь вынуждены использовать собственные устройства для поддержания жизнеспособности в космосе, что и служит одним из ограничителей для желающих бороздить просторы космоса. А потребность в том, чтобы дышать и не улететь в далёкие дали – первостепенна, даже важнее еды и воды, что автоматически делает её невероятно ценной, чем не стесняются пользоваться производители соответствующих безделушек. Всё стоит денег, причём очень больших... Впрочем, как говорит профессор, очень нередки и такие виды, что подобной нужды не испытывают, порой набирая целые команды из подобных себе, становясь ещё более нищей и специализированной бандой оборванцев-пиратов. Специальная смазка на коже, присоски или просто игольчатое покрытие на теле... я как-то пытался сделать нечто похожее, но ничего стабильнее обычных креплений на моём солнечном сёрфере так и не вышло, раз за разом выдавая осечку из-за моих недоработанных идей. Тут либо дала тебе природа такой шанс, либо нет... иного не дано, как и та же возможность задерживать дыхание, обходясь без кислорода длительный промежуток времени. Прирождённые моряки – самая главная проблема среди пиратов... — Гравитация! — в ответ донёсся крик матроса вместе со звоном колокола, во время которого вся команда ещё сильнее вцепилась во все доступные места, лишь бы не улететь, а затем последовал жёсткий рывок, впечатавший всех вниз, дарящий непривычную гравитацию. Стоит пару секунд попарить в воздухе, и ноги совсем забывают о земле... как ступить после долгой и холодной зимы, полной льда и снега, вновь на мягкую почву. Незабываемое чувство весны, которое недоступно жителям большинства планет. Необжитые и бедные, часто располагающиеся в отдалённых и опасных местах... какая уж там система регуляции климата, когда собственная жизнь каждый день на волоске? — Джимми-и-и! — неожиданно резко донеслось сверху, и практически сразу же в мои руки упал профессор, невозмутимо поправляя очки, будто изначально собирался сделать всё именно так. — Уф, ты меня спас... могли бы и предупредить, знаешь ли! А если бы я вылетел с корабля?! — Да ладно вам, док, вы вполне неплохо летаете... — подшутил над профессором я, опуская того на землю и придерживая за талию, чтобы он не потерял равновесие. — Но посадку ещё потренируйте, а то было бы плохо, если бы вы сломали себе что-нибудь. — Полный вперёд, держим курс на систему Линалии!.. — Амелия вновь озвучила команду, а затем рулевой бодро сделал несколько оборотов штурвалом, уводя судно в сторону, позволяя тому набрать скорость с расправленных парусов, уже вовсю горящих ярким солнечным светом. — Готово, капитан! — ответил грубый мужской голос, принадлежавший такому же здоровяку, как и сэр Эрроу, что крутил штурвал своими массивными руками. Сам штурвал был минимум на высоте двух метров, да и я сильно сомневаюсь, при всём уважении к капитану, что она бы осилила повернуть его столь же легко, как и эта груда мышц. Гидроусилителей здесь нет, а дрянные передаточные механизмы имеют свойство ломаться, если за ними не следить... — Тогда, всем приготовиться! — озвучила команду Амелия, натягивая улыбку и хватаясь за поручень, чуть оттопыривая ногу. — Прыжок! Нарастающий гул в ушах, уже почти пропавший из видимости космопорт и... хлопок, впечатавший всю команду в пол, а затем пространство открытого космоса, давящее своей тишиной, вперемешку с лёгким, разряженным шумом судна. Космос - это практически вакуум, и это ощущается несколько особенно... сразу создаётся ощущение, словно ты словно в ином мире. В каком-то запертом аквариуме или изолированной комнате, может подземной пещере или ещё каком необычном месте, где звуки искажаются, полностью меняя восприятие... Света практически не было, и всё, что дарило хоть какое-то ощущение пространства - это лишь далёко мерцающие звёзды, отражающие голубоватые оттенки, напоминающие летнее закатное небо. Никаких шумящих птиц или летающих в небе странных существ, которым место в морях и океанах, что облюбовали местный космопорт... — Вот это да, космос не перестаёт удивлять!.. — озвучил свои мысли доктор, вылезая из бочки рядом со мной, вновь пролетев половину палубы из-за своего пренебрежения к словам капитана, только сейчас возвращаясь ко мне. — Уж не думал, что наш путь начнётся именно так, Джимми... — Будьте сдержаны, доктор, экипаж смотрит на вас, — раздался голос капитана у нас под ухом, что силой оттянула Делберта от края палубы, забирая у профессора фотоаппарат, всё это время висевший в сумке на плече учёного. Бедолага не успел сделать даже одного снимка... — Вы здесь – не туристы. Мне ведь не нужно следить за вами каждые несколько минут, верно?.. и, кстати говоря, будьте готовы к ещё одному прыжку. Если вас не научили этому до меня, то, так уж и быть, я покажу вам, каково это – путешествовать на высококлассном судне. Не будем терять времени, нас ждёт ещё долгий путь. Заговорила с нами Амелия, решив просто из прихоти вмешаться в разговор, чтобы тут же оставить нас в тишине, удаляясь по своим делам. Команде не было до нас никакого интереса, вопреки словам капитана - у них хватало и своих забот, а вот мистер Доплер был озабочен тем, что капитан уже который раз за эти сутки отчитывала его, успев свернуть всю кровь. А если такой невинный и милый человек как доктор начинает закипать... — Не злитесь на неё, — попросил я профессора, похлопывая того по плечу, предлагая присесть на лавку неподалёку, пока на судне было относительно спокойно. — Вы ведь и сами понимаете, что капитан права. Амелия строгая, но вы же осознаёте, что это ради нашего блага? — Джим, ты не понимаешь!.. — возмущённо начал профессор, тяжело дыша и злобно осматриваясь по сторонам, следя за тем, как бы Амелия вновь не оказалась у него за спиной. Страх она ему уже привила... хотела она того или нет. — Она - женщина! — И что?.. — спросил я, искренне улыбаясь над негодованием профессора, едва ли не рассмеявшись тому в лицо. Пёс боится кошку... — Это её работа, профессор, и здесь не играет роли... — Вот-вот!.. Джимбо, ничего-то ты не понимаешь, капитан – женщина, и это в корне меняет всё! — раздался озорной голос Сильвера прямо под нами. Повар виднелся прямо меж решёток, где была одна из запасных лестниц, ведущих в трюм. — Ну что, джентльмены, проголодались? — Не сильно... — мягко отказался профессор, периодически сдерживая накатывающий на него рвотный позыв из-за космическо-морской болезни. С непривычки от такого прыжка любого скрутит, хотя, местным работникам, видно, всё нипочём, и они скачут по палубе как ни в чём не бывало. — Аппетита нет. — Ерунда, доктор... — понимающе сказал кок, пытаясь приободрить профессора, играючи подтягивая и выбрасывая себя своей кибернетической рукой на палубу. Мужчина подошёл к профессору, и пока тот ослабил бдительность, что-то вкинул тому в рот, схватив Делберта за щёки и как следует взболтав тому голову, чтобы он уж точно проглотил содержимое. — Лекарство от всех бед во время путешествий... видно, вас не предупредили о прыжке? Лицо у вас больно бледное... — Нет, — ответил за профессора я, наблюдая, как тот позеленел, а затем и вовсе закинул глаза к небу, начав громко дышать с выкинутым языком. — Хотя было бы неплохо... — Тогда ничего удивительного в том, что доктору поплохело... — недовольно сказал Сильвер, роясь в фартуке с множеством карманов, подавая свою флягу с водой профессору. — Неподготовленным людям подобные нагрузки противопоказаны. А ты, Джимбо? Ничего не болит? — Вроде нет, — честно ответил я, с облегчением выдохнув, как только профессору полегчало и естественный цвет лица вернулся к нему, а сам Доплер задышал полной грудью. — Вот и славно, но, если что – сразу обращайся ко мне или капитану. Местные балбесы себе и руку не перевяжут, так что их можешь и не спрашивать... — Махнул рукой на проходящего мимо волка Сильвер, что с своим недурным слухом явно понял, про кого шла речь, встречно огрызнувшись, скаля клыки. — А на счёт женщин – к ним нужен другой подход. Одно дело, когда капитан - мужчина, и совсем иное, когда женщина... — Кхм-кхм. Не помешаю, джентльмены? — Присоединилась к нашей беседе Амелия, сверля нашу тройню очень неприятным, отцовским взглядом. — Вижу, вы нашли себе дружков, Сильвер? А вы, профессор? Две минуты назад я ясно выразилась, чтобы вы нашли себе менее примечательное занятие. — Простая дружеская беседа, мэм, — уклончиво ответил кок, перехватывая инициативу, одним глазом следя за нами, желая выгородить нас с профессором. — Приглядываю за новичками, как вы и хотели, а профессора укачало – только и всего. Никаких глупостей... впрочем, если позволите... — Я вас слушаю, — недовольно произнесла Амелия, потирая переносицу и жмуря глаза, раздражённая поведением повара, что пренебрегал её авторитетом куда больше, чем недогадливый доктор. Тот хотя бы делал это из чистейшей и невинной глупости. — Повеселите меня как следует, иначе я отзову матросов с продовольственного склада и отправлю лично вас перебирать гнилые овощи. — О-о-о, мэм! Такая красотка сама почтила меня своим присутствием и!.. — льстиво заговорил Сильвер, ещё больше натягивая свою ехидную улыбку до ушей, покорно кланяясь капитану. — Каждая наша встреча, как истинная награда для меня... — Оставьте эту дешёвую лесть вашим девушкам на суше, кок! Возможно, ваши слова им будут как раз кстати. Но, хочу признаться, вы умеете поднять мне настроение своими глупостями... — усмехнулась в ответ Амелия, запустив в повара снятой с помощника треуголкой, закрывая тому его не слишком симпатичное лицо. — Так-то лучше. А теперь марш за работу, и ещё... не заставляйте меня за вами следить. Я повторяю это в последний раз каждому из вас. Амелия поочерёдно обвела нас взглядом, словно строгий учитель, и пригрозила пальцем, держа губы в тонкой линии, чуть прикусывая их. Профессор был на взводе, но старался не подавать виду, а мы с Сильвером оценивающе кивнули головами в сторону капитана, переглянувшись между собой. — Обижаете, капитан... — наигранно сказал кок, возвращая треуголку метким броском прямо на голову помощника, где прямо сейчас расположился ещё и Морф, приняв вид гиганта, столь же строго осматривая местность. — Все мои слова – истинная правда, готов поклясться... — Мистер Сильвер, в момент нашей первой встречи вы клялись мне своими зубами... а затем улыбнулись, — насмешливо произнесла капитан, прикрыв рукой чрезмерно издевательскую улыбку, которую она непроизвольно показала. — Надеюсь, в числе тех зубов, что вас лишили, не было того, который был обещан мне? — Ну что вы!.. — Почтительно поклонился Сильвер, убирая улыбку с лица, намереваясь закончить представление. — И в мыслях не было лгать вам, капитан. — Я вам верю... пока-что. Как я вижу, вы закончили свою работу, раз вы и ваш юнга свободно гуляете по палубе? — деловым тоном уточнила капитан, удостоив меня своим жёстким взглядом, не забыв укорить и повара. Что ж, видимо, ссоры не избежать... не зря же она так старательно цепляется именно к нам с профессором. — Мне придумать вам новую работу, или вы справитесь сами? — Минутная заминка в перерыве между работой, мэм... — прошипел кок, с ядовитой улыбкой смотря на меня, взглядом показывая мне попятиться назад, чуть заигрывая бровью. — Мы сейчас же займёмся делом. — И кстати говоря, я ведь ясно помню, что... — медленно заговорила капитан, о чём-то вспоминая, в порыве раздумий отводя взгляд, чем мгновенно воспользовался повар. — Нам пора, — выкрикнул Сильвер, резко хватая меня за шкирку и бросая в трюм, прыгая вслед за мной. — Хе-хе-хе... учись, молодёжь. — Это было обязательно? — невозмутимо спросил я, пусть и с проскакивающим на лице недовольством, отряхиваясь от вспылившего мешка, в который я уткнулся головой. — А ты так сильно хотел работать? — удивлённо уточнил повар, смотря на меня, как на дурака, пару раз стукнув себя по голове, откуда раздался гулкий звук. — Если хочешь – могу выдать швабру. — Не хочу, — быстро ответил я, с дрожью вспоминая уборку таверны. Это всегда воспринималось как наказание, уже навсегда оставив на моей душе детскую травму из-за вонючей грязной тряпки... — Вот и всё, салага... ещё успеешь попасть под горячую руку капитана, а сейчас пошли, пора накрывать столы. — Сильвер поманил меня вперёд, и по-дружески схватил за плечо, потрепав меня за голову. — Впитывай опыт бывалых матросов, Джимбо! — Есть, сэр! — серьёзно прикрикнул я, подыгрывая коку.