Часть 18

— На прорыв! — Громогласный голос помощника капитана заставлял даже самых боязливых матросов хвататься за дело, не сомневаясь в правильности выбранного пути. Слаженная работа в команде сейчас была нужна как никогда. — Полный вперёд! ВАРП шторм, бушевавший прямо перед нами, если верить словам мистера Делберта, должен был перенести нас прямиком внутрь законсервированной системы, сделав своеобразный подкоп, минующий местные сигналки, если таковые были. Прыжки на звездолётах и так были занятием не самым безопасным, а уж подобные фокусы... явно не для нашего ряженого судна, которым только и красоваться. Так-то оно так, но не слишком практично. — Парень, я подстрахую, лезь скорей! — Сильвер, выполнявший свои обязанности наравне с остальными, подбежал и ко мне, в два маха обматывая верёвку вокруг моего пояса, толкая меня на мачту, закидывая меня как обезьянку наверх. — Нет времени думать, действуй! Живо, живо! — Есть, сэр! — ответно выкрикнул я, пытаясь услышать хоть что-то из-за буйства за кораблём, что заглушало все звуки, не давая разобрать в паре метров происходящее перед глазами. Руки действовали привычно, и в считанные секунды я уже оказался наверху, действуя ловчее обезьянки-матроса в нашей команде, с которой я частенько работал, вынимая фиксирующее крепление, прыгая на канат всем весом, пытаясь растянуть парус настолько, насколько это было возможно. — Ребята, взяли! — донёсся чей-то крик, когда кто-то наконец-таки схватился за другой конец, возвращая меня на землю вместе с канатом резким рывком, впечатывая в промокшую палубу. Вся команда уже завершала приготовления, паруса были расправлены на полную, а каждый член экипажа два раза перемотал себя верёвками, лишь бы не улететь за борт, дополнительно вцепившись во всё, что было приколочено к судну. Есть у меня чуйка, что трясти будет столь сильно, что наше судно станет напоминать тот самый ручной барабанчик со шнурками, которые то и дело трясутся по поводу и без. Только болтаться будем мы за бортом на страховке, выбивая своими головёшками борт корабля. — Что думаете?.. — спросил я Сильвера, на четвереньках подбираясь к коку, что обнимал мачту двумя руками, пытаясь не улететь за борт. Нас уже ощутимо трясло, а грохот из трюма был такой, что убираться там придётся... мама дорогая. — Сэр?! — Дерьмо!.. — недовольно прокричал кок мне прямо в ухо, хватая меня за шкирку и подтягивая к себе, только сейчас заметив меня рядом с собой, щуря глаза от непогоды. — Не нравится мне всё это, Джимбо! Нас то и дело тягало из стороны в сторону, унося порывами ветра, а судно с таким натяжным усилием пыталось залезть в этот шторм, что даже максимальная мощность движка не справлялась с тем, чтобы протолкнуть нас вперёд, то и дело уступая природе, сдавая обороты. — Держитесь! — Амелия обратилась к команде с небольшой надстройки, держа штурвал, и видимо, ей это всё крайне надоело... — Полная мощность! Включить резерв!.. — Ну не-е-ет!.. — подал я голос через слёзы, понимая, к чему это приведёт, как можно сильнее цепляясь за повара, молясь на то, чтобы он не раздавил меня во время прыжка. — Опять работа-а-а!.. В прошлый раз, когда мы тщательно избегали метеоритных дождей, механическая часть корабля настолько вышла из строя, перегревшись во время манёвров, что нам целые сутки пришлось дрейфовать в космосе просто так, пока мы наконец-таки не починили хотя бы малую часть жизненно важных устройств.

***

— Джимми, проснись... мальчик мой, не смей умирать, слышишь меня? — Делберт, чуть ли не целуя меня, тряс меня за грудки и смотрел прямиком в глаза, пытаясь уловить во мне хоть капельку осознанности, успев залить меня целой флягой драгоценной воды. — Боже... что же я скажу Саре?! — Профессор, успокойтесь!.. — с нажимом, через силу попросил я, аккуратно спихивая с себя мистера Доплера, чтоб он не перекрывал мне кислород, которого мне так не хватало. — Что случилось? — Что случилось?! — удивлённо воскликнул профессор, обводя пространство вокруг руками, не понимая, шучу ли я. Я лежал среди ещё десятка таких же бедолаг на подстеленных простынях на голой земле, а разбросанные вокруг инструменты доктора, в использовании которых он был ближе всех к истине, говорили о заботах Делбрерта. — Мы потерпели крушение! Шторм утянул нас в сторону, мы отклонились от курса и попали прямиком на планету, где когда-то располагался имперский форпост! Пространство вокруг и впрямь было незнакомым... непривычные тёплые летние деревья, без излишней засушливости, густая трава и яркое светило в небе. Совсем не такое унылое как у нас, где из растительности зачастую были только сорняки, против которых была бессильна даже природа, выжигая подчистую вообще всё, кроме надоедливых торчащих палок из земли. Чувствовалась и влажность, приносимая ветром, дарующая ощущение лёгкости, бьющее прямо в голову из-за переизбытка кислорода. Не было желания поморщить нос или прикрыться, из-за жгущего ощущения при дыхании, что преследовало меня дома. — Это... плохо? — с задержкой спросил я, перестав разглядывать массивные деревья в лесу неподалёку от нас, чувствуя едва уловимый дискомфорт. Судно село прямо на этот самый лесок, визуально ничего себе не повредив, кроме, разве что, самолюбия капитана. Но, я верю, что Амелия переживёт этот ужасающий инцидент, а мы быстро всё решим и как можно скорее покинем эту планету... просто ради нашего же блага. — Эм... — Профессор о чём-то глубоко задумался, а затем и вовсе примолк, перестав мычать, с запозданием подавая мне руку, помогая подняться на ноги. — Ну, если судить с чисто технической стороны, то ничего серьёзного не произошло... — То есть, никаких проблем? — переспросил я, глядя на кипящую в округе работу. «Наследие Стивенсона» было в полном порядке, а растрёпанные паруса на судне уже успели поправить, вновь аккумулируя драгоценную энергию. Было видно, как вдалеке мельтешили матросы, что-то перенося поближе к кораблю, вероятно, вылетевшие за борт припасы и прочую мелочёвку. — Весь экипаж цел, но... — Делберт в очередной раз задумался, смотря на растопыренную аптечку на земле, а затем вновь переводя взгляд на меня, что-то сопоставляя у себя в голове. — Да, всё в порядке, Джимми. — Замечательно, — уверил профессора я, успокаивая его, видя, что он ощутимо нервничает. Паника профессора за мою милую душу постепенно спадала, и теперь он был куда более уверенным в себе, наконец-то вернув себе прежнее самообладание, перестав трястись. — Меня никто не искал? — Те женщины, с которыми ты работаешь, и впрямь искали тебя... — сказал Делберт что-то припоминая, наверняка уже и позабыв, о чём его просили, полностью окунувшись в заботу о раненых. Хотя... пара синяков и вывихов, у одного виден закрытый перелом – жить будут. — Но это было два часа назад. — Я проверю их, мистер Делберт, а затем сразу же вернусь к вам. Передайте капитану, что нам стоит поговорить, — обозначил свои намерения я, быстро хватаясь за дело. Следовало как можно скорее внести свой вклад в общеспасательные работы, а затем уже решать, как продвигаться дальше... Вдвоём мы быстро управились с разложенным имуществом профессора, и, как только мой дражайший спутник был упакован, занявшись другими пациентами, я направился к кораблю, испытывая не самые приятные чувства от верёвки, сброшенной с двадцатиметровой высоты, если не учитывать путь на кроны деревьев, в которых увязло судно. Лишь бы показалось, лишь бы показалось... Планета, на которой мы встряли, явно не была заброшенной, как уверял нас профессор перед нашим авантюрным прыжком. Всюду виднелась жизнь, и совсем не такая, которую смогла бы создать наша шайка оборванцев за пару часов кораблекрушения, причём не самого масштабного. Вырубленные как с пару недель подсушенные деревья, расчищенные от кустарников тропки и какой-то мусор, зарытый в земле и всё ещё торчащий на поверхности. Даже какие-никакие бытовые удобства в виде поваленных брёвен, зачищенных от сучьев, и почти незаметные кострища, небрежно присыпанные землёй, давали сигналы о том, что здесь был чей-то лагерь. А сделали это явно не государственные служащие империи, которые наверняка обладают более современными инструментами, чем криво-косо наточенные топоры, оставляющие столько небрежных, дилетантских следов. Пираты?.. возможно, но даже они бы действовали осмотрительнее, скрываясь от розыска. — Мистер Хокинс, вы в порядке? Мы долго не могли вас найти. Капитан переживала о вашем здоровье. — обратился ко мне помощник капитана, что под кронами деревьев разбил импровизированный лагерь, с парой матросов штопая один из солнечных парусов, который успело потрепать во время крушения. Полезность действия минимальная, но хотя бы распоротый парус не разойдётся ещё сильнее, что было вполне логично. В целом, подобной логике следует вообще весь ремонт, который мы проводим на корабле... лучше сделать что-то, чем не делать ничего. — Вполне. Только, видать, головой приложился... ничего не помню после прыжка, — исповедовался мистеру Эрроу я, потирая ещё звенящую голову, где уже назревала шишка. — Профессор передал мне, что механики искали меня, верно? Думаю, по той же причине, что и госпожа. — А ещё мистер Сильвер хотел тебя видеть, — добавил помощник, кивая на импровизированную лестницу за собой, которая вела прямиком на самую крупную ветвь, уходящую в небеса, если смотреть прямиком из-под кроны. — Так что осмотрись на судне. Сегодня твой звёздный час, парень! — Благодарю! — Махнул я мужчине, резво поднимаясь сначала по лестнице, а затем и находя канатную лестницу, сброшенную с судна. Интересно, как они спустили профессора на землю?.. Морф, во время прыжка крутившийся около меня и запрятавшийся в кармане, куда-то пропал, а искать его у меня не было никакого желания. Вот о ком уж точно не стоит переживать, так это о куске слизи, которой всё нипочём. Наверняка где-то откисает, забившись меж щелей, подслушивая чужие разговоры. — Хватайся, — произнёс Сильвер, уже встречающий меня на судне, подавая свою руку, быстрым движением выкидывая меня на палубу с полрывка. — То-то... глаз алмаз, Джимбо, заприметил тебя ещё пять минут назад. А говорят – старею! Как пить дать – пиз!.. — Я должен вас похвалить? — задал вопрос довольному повару я, прежде чем он начал меня забалтывать, мельком оглядывая состояние палубы. Визуально всё было достаточно грязным и потрёпанным, но при детальном рассмотрении было видно, что почти всё осталось нетронутым, а пострадали лишь неубранные с палубы ящики, что не успели закинуть в трюм, да чья-то одёжка, разбросанная повсюду. Раз пострадавших нет, значит и страховка отработала на все сто, изрядно помотав экипаж по палубе, но всё-таки выдержав, пусть и потерей части исподнего команды. Это радует... не придётся задерживаться здесь больше положенного. — Нет... но благодарность была бы не лишней, — нагло заявил Сильвер, в один момент оскалившись на матроса, что отлынивал в стороне, тут же призвав его вернуться за работу своим суровым взглядом. — Живой хоть? А то тебя так унесло, мама дорогая!.. — Живой, — повторил я, столь же нагло улыбаясь в ответ, смотря на довольного повара. — Вашими молитвами, мистер. — Раз есть силы язвить, значит дуй в машинное отделение! Меня эти твои бабищи чуть живьём не съели, выясняя, где же их Великий Джеймс Хокинс! — с насмешкой выговаривал кок, то и дело косясь на вход в нижнюю часть корабля, не желая пересекаться с дамами вновь. — А именно я вылавливал твою болтающуюся тушу за бортом, как только мы приземлились, Я! — Ещё раз покорнейше благодарю! — вполне серьёзно ответил Сильверу я, отвешивая признательный поклон, заставляя того расплыться в простенькой улыбке. — Тогда замолвлю за вас словечко перед дамами! Может, они уймут вашу тягу к... — Они не в моём вкусе, — слегка брезгливо бросил повар, едва заметно для меня потряхивая плечами, сбивая мурашки. Видимо, эти женщины и впрямь были с ним не слишком милы... впрочем, как и со всеми членами команды. — Дуй давай, а то они опять придут жаловаться! Следуя совету своего «учителя», я незамедлительно отправился туда, куда меня послали - в машинное отделение. Внутри корабля ситуация выглядела чуть хуже, чем снаружи, но всё же и здесь не было ничего критичного. Вывернутые гамаки и улетевшие с мест подушки, изодранные спальники и просто разбросанные повсюду личные вещи, завалившие узкие проходы ещё сильнее. Но, максимум час-два совместной уборки, которая уже идёт полным ходом, и всё будет лучше, чем прежде. А ещё, чем дальше я углублялся внутрь судна, погружаясь на дно, тем громче становились звуки тяжёлых ударов и отборного мата, всё ещё звучащего нечленораздельно, но очень угрожающе. Бесконечные споры... — Что ты делаешь? Совсем дура?! — одна из медвежатниц кричала на другую, а затем поток ругани менял местами отправителя и получателя, звуча в обратную сторону. — ...вали, держать не буду! Истерить будешь дома! Выждав ещё минуту у двери, ютясь на маленькой лестнице перед входом, я подождал пока конфликт уж точно сойдёт на нет, и, судя по звукам, одна из сестёр всё же ушла куда подальше, следуя посланию, заставив этот бессмысленный спор угаснуть. — Кхм-кхм!.. — Я набрал побольше воздуха в грудь, мысленно помолился и сделал несколько коротких ударов по двери, заходя внутрь, предварительно привлекая к себе ещё больше внимания. Да, уже бывали инциденты... — Ну наконец-то! — по-доброму, с теплотой обратилась ко мне медвежатница, завидев меня в дверях. Немного странная любовь огромной медведицы к маленьким человеческим мальчикам, но, думается мне, это просто из-за моей природной очаровательности. — Проходи, Джимми, я тебя заждалась. Ну, и моя сестра тоже... почти. — Какие-то проблемы, Наэ?.. — но, заметив, как лицо девушки тут же нахмурилось, я поспешил исправиться, виня себя за то, что всё ещё путал этих двух похожих друг на друга девушек. — Арахан. — Как да-а-ам в глаз, щ-щенок! — серьёзно, сквозь зубы прошипела девушка, демонстративно замахнувшись кулаком, ударяя по торчащей рядом трубе, вызывая далёкий гул. — Мне не нравятся людские имена, но я же вас не путаю. Будь так добр, научись нас различать, хорошо? — Прощу прощения, — сказал я, отпуская на шаг ради собственной безопасности, что было абсолютно бессмысленным. Разница в размерах раза в два, а то и три, делала данный жест чисто символичным. — Вы такие красивые, что я постоянно... — Не смеши меня, мальчик. — Механик отмахнулась от моих слов, таки подзывая меня к себе пальчиком, намереваясь показать что-то на полу, присаживаясь на карачки, сдвигая разбросанные инструменты в сторону. — Я и она, это как небо и земля. Это как твой дружок-киборг, от которого осталась только половинка... неплох, конечно, но целеньким был бы лучше. — Как скажете, миледи, — любезно согласился я, предварительно оглядевшись, чтобы рядом не оказалось второй сестры. — Обязательно передам ему ваш комплимент. Так, в чём загвоздка? Что-то повредили? — Просто проверяем герметичность подачи топлива. На одних парусах нам не взлететь, а если чего-то отошло... мы, конечно, взлетим, и даже на воздух, но совсем не так, как того хотела бы капитан. — Намёк был предельно ясен. Следует взять в руки инструмент и проверить всё, до чего дотянутся руки... — А ещё эти матросы-идиоты наверняка напрятали своего барахла туда, куда не следовало, точно что-то повредив. — Можно не торопиться? — решил уточнить я, прежде чем приступить к нудной и очень неудобной работе. Всегда ненавидел корячиться хрен знает где, ползая по полу или сидя в такой позе, что натирание полов кажется раем, а чистка лука – даром Божьим. — Или?.. — Зависит от твоего желания убраться с этой планеты, — вполне чётко пояснила женщина, подтягивая болты на одном из разболтавшихся хомутов, что был размером чуть ли не с мою голову. — Но капитан уже в курсе о проблеме, так что не советую отлынивать. Она очень настойчиво просила тебе передать, что рассчитывает на тебя. — Так бы сразу и сказала. — Я спокойно принял свою судьбу, разводя руками в стороны, и подхватив ближайший чемодан с инструментами, решил подобрать себе наиболее удобное место, думая, куда же направится. — Я пойду навстречу, начну с движка и панели управления под главной мачтой. — Давай. И знаешь... не нравится мне здесь, Джимми. Дурная какая-то планета, есть в ней что-то... — женщина осеклась, зашевелив своими ушами, а затем вновь вернулась к работе, не став продолжать фразу. — Чуждое? — подобрал слово я, продолжая фразу. — Может и так. Похоже на колонию, где заключённые живут на свежем воздухе. — Медвежатница поморщилась, презрительно хмыкнув, а затем, выпустив коготь, срезала кусок изоленты, перематывая расхлябанный ключ. — Сверху всё видно... дурное это место, и здесь точно кто-то живёт. Капитан Амелия права – нужно скорее отсюда уматывать. И ещё, не води дружбу с матросами. Они те ещё подонки, подставят только в путь. — Понял-понял, потороплюсь! — согласился я, не желая оставаться на неизвестной планете неизвестно с кем, рискуя своей единственной и неповторимой тушей. Каждый со мной был солидарен, и наверняка старался в меру своих сил, желая убраться отсюда подальше.