Часть 8

Примечания переводчика: В этой главе качество должно быть получше чем в предыдущих.

***

Я аппарировал к дому на Гриммо, и еще до того, как мои ноги коснулись земли, я услышал небольшой хлопок, и передо мной появился Кричер. —Молодой господин, — сказал он спокойным тоном. —Могу я чем-нибудь помочь? — Привет, Кричер, как твои дела?— Спросил я. Прежде чем он ответил, его глаза слегка увлажнились. —Я в порядке, молодой господин, спасибо—. Я легко мог понять причину: насколько мне известно, Регулус был единственным «респектабельным» волшебником, проявлявшим хоть какую-то доброту. Видеть меня, чистокровного наследника с хорошей репутацией, показывающего то же самое, пытаясь завершить миссию Регулуса, должно быть, было для него волнительным. — Мне нужна твоя помощь, Кричер, — сказал я. —Мне нужно посетить библиотеку, но твоему хозяину и его рыжеволосому другу нет нужды тревожиться из-за моего неожиданного визита, поэтому лучше, если они меня не заметят—. Кричер кивнул и исчез, оставив меня еще раз удивленным глупостью большинства волшебных семей. Домашние эльфы были умными и злобными существами, и они были более чем готовы действовать против своего хозяина, если бы у них была хотя бы такая возможность. Как сейчас, когда Кричер легко принял участие в нелепой пьесе, а я был всего лишь гостем. Я завернулся в мантию-невидимку, прежде чем спуститься с чердака в сторону библиотеки. Пока я хотел навестить Гермиону, мне также нужно было поискать в библиотеке несколько экзотических книг. Книги, о которых я узнал только благодаря каким-то отсылкам в библиотеке Малфоев. Не бывает мало заклинаний,зелий и других способов противостоять и влиять, на людей, которые могли бы доставить мне проблем в моей жизни. Не бывает мало заклинаний,зелий и других способов противостоять и влиять, на людей, которые могли бы доставить мне проблем в моей жизни. Помня об этом, я прокрался в библиотеку только для того, чтобы услышать голос, подозрительно похожий на стон. Я подошел к источнику, моя палочка уже была в руке, и в моем сердце пылала ярость. Я хорошо догадывался, кому мог принадлежал этот голос, и ничего хорошего того, кто осмелился трогать то, что я считал своим, то что они об этом не знали не имеет значения. Затем я свернул и увидел очень приятный вид, который полностью изменил мое отношение. Судя по всему, я был прав лишь наполовину. Гермиона была одна, спрятанная в скрытом уголке библиотеки, но ее руки были заняты массажем груди вместо того, чтобы держать книги, грудь обнажена, рубашка призывно расстегнута. Я ухмыльнулся, забыв про свой прежний гнев. Передо мной сидело доказательство того, что мои заклинания были сильны. Разочарование ясно читалось на ее лице, даже когда одна из ее рук пробралась под юбку, потирая себя, чтобы достичь оргазма, который не хотел наступать, достижение первого заклинания, которое я наложил на нее. И тот факт, что она была одна, несмотря на жгучее желание, которое легко читалось на ее лице, показал, что заклинание, удерживающее ее от Поттера и Уизли, работало просто прекрасно. Иначе зачем бы она была там, пытаясь скрыться, несмотря на то, что спала под одной крышей со своим парнем? Некоторое время я просто наблюдал, обхватив рукой свой член, чтобы усилить удовольствие, как она стянула лифчик, обнажив моему взгляду свои впечатляющие холмики. Одна из ее рук жадно сжимала их, проникая глубоко в ее плоть в надежде вызвать кульминацию, которой не было. Усилия другой ее руки, играющейся с ее клитором безумным массажем, также не изменили стабильности ее положения, в котором она оказалась. Я решил быть джентльменом. Сначала я наложил на нее слабый конфундус, который убедил бы ее, что она во сне, а также замедлил время ее реакции. Обычно она была слишком волевой и умной, чтобы быть взятой под контроль даже с помощью бузинной палочки. Но, к счастью для меня, в этот момент она была далеко не в лучшем состоянии, движимая вкусной смесью замешательства и возбуждения. Второе заклинание было нацелено на окружающую среду, создавая иллюзию и превращая пространство в библиотеку Хогвартса, а также визуальный фильтр, который делал эффект более мечтательным. Затем я превратил свою одежду в форму Слизерина со значком старосты. Я снял плащ и подошел к ней. — Что тут происходит, префект Грейнджер? — проревел я. Она в панике подпрыгнула, отчего ее груди привлекательно покачивались. «Что», - сумела пробормотать она, не в силах справиться с ситуацией из-за неудовлетворенного возбуждения, заглушающего ее мысли. —Это я должен задать вопрос, мисс Грейнджер. Одна из лучших учениц школы, бесстыдно играющая сама с собой в месте, куда может зайти каждый первокурсник, позор.— «Но…» начала она, но потом не смогла ничего сказать и в шоке огляделась вокруг, словно птица, плененный фарами приближающейся машины. —Это не то, на что похоже, — пробормотала она в конце концов, пытаясь натянуть свою одежду, но попытка полностью провалилась, поскольку конфундус взял верх. В сочетании с приливом адреналина этого было достаточно, чтобы нарушить ее координацию, ее пальцы пьяно возились. —Правда?,— спросил я. —Это твоя история, верно?.— Она кивнула, и я продолжил говорить, приближаясь к ней. —Может быть, нам стоит спросить у профессора Дамблдора?, — сказал я, даже положив руку ей на щеку, наслаждаясь тем, как она беспомощно дрожала под моим прикосновением. —Нет, — добавил я после секунды. —Профессор Дамблдор слишком занят для такой мелочи.— Она расслабилась, пока я не опустил руку на ее шею, нежно лаская. —Может быть, профессор МакГонагалл?— На ее лице был ощутим страх. —Нет, пожалуйста, только не профессора МакГонагалл. Я улыбнулся. —Вы правы, в этом случае у нее больше шансов получить сердечный приступ. Профессор Снейп лучший вариант.— На этот раз ее страх был почти физической сущностью. Я наклонился и тихо прошептал. —Мисс Грейнджер, желаете ли вы присутствовать при моём разговоре со Снейпом? Я намерен рассказать ему, как я обнаружил вас в библиотеке, когда ваши прелести соблазнительно покачивались, словно маня к себе. Что вы умоляли меня обратить на них внимание, как на изысканное лакомство, выставленное на обозрение любого кто придет.— Я чувствовал, как она дрожит под моим прикосновением, как возбуждение быстро нарастает, отгоняя ее страх. — Или, — прошептал я, на этот раз мои губы коснулись ее ушей. —Мы можем придумать наказание, чтобы уладить это между собой.— Мои руки, скользнувшие к ее груди и массирующие ее мягкую плоть, не оставили никаких сомнений в том, о чем я говорю. Она кивнула, и это было все, что мне нужно. Я сжал ее плечи, заставляя сесть. —Держи свою прекрасную задницу приклеенной к этому стулу, — приказал я, только чтобы получить еще один робкий кивок в ответ. —Хорошая девочка, — сказал я, когда мои руки скользнули к ее груди и начали массировать ее грудь поверх одежды. —Что ты делаешь?, — смогла спросить она через несколько секунд, каждое слово прерывалось глубокими стонами. —Если у тебя с этим проблемы, — сказал я, скручивая ее соски, чтобы вызвать вскрик. —Мы всегда можем пойти к Снейпу, как ты думаешь?— «Нет», - воскликнула она в панике, пытаясь в панике подпрыгнуть, что не получилось, поскольку я держал ее соски. —Хорошая девочка, — одобрил я, мои прикосновения снова стали мягкими. Она беспомощно заскулила, но в ее тоне все же больше присутствовало возбуждение. Я массировал ее тело некоторое время, пока не почувствовал, как она расслабляется под моими прикосновениями, зная, что слишком сильное подталкивание приведет только к неприятным последствиям. Удивительно, но потребовалось меньше минуты, чтобы её напряжённые всхлипы сменились на удовлетворённое, сдержанное мурлыканье. Это ясно говорило о том, что мой быстро придуманный план оказался чрезвычайно успешным. Конечно, это дало мне возможность продвинуться дальше, чем я планировал изначально. —Это позор - оставлять свою грудь обнаженной на всеобщее обозрение, нам нужно прикрыть ее, — сказал я, прежде чем полностью накрыть ее. Но учитывая, что я использовал свои руки как импровизированный бюстгальтер, было сомнительно, насколько это было эффективно с точки зрения моей заявленной цели. Я позволил своим пальцам скользить по ее груди, воспринимая их как самые загадочные сгустки напряжения, с которыми мне когда-либо приходилось сталкиваться. Именно тут мой план едва не потерпел крах. В ее сдержанном состоянии стимуляция от моих прикосновений оказалась слишком сильной, для магически усиленного возбуждения, и ее начало трясти в кресле, на котором она сидела, и ее глаза закатились. Я, конечно, не собирался оставлять её одну в такой ситуации, особенно после того, как она так эффектно смогла привлечь моё внимание. Я держал одну руку на её груди, осторожно массируя её тело, стараясь не оставить следов. Другой рукой я проник ей под юбку, и она даже не сделала попытки остановить меня. Я ощущал ее страстное возбуждение, которое концентрировалось вокруг моих пальцев. Влага, смешанная с ее теплом, усиливала это ощущение. Ее рот был приоткрыт, издавая стоны удовольствия. Мне хотелось прикоснуться к этим губам, прежде чем толкнуть в неё свой член, ощущая, как её тело ломается под волной наслаждения. Но к сожалению такие резкие движения могли разрушить иллюзию, которую я так старательно создавал. Тем не менее, ничто не мешало мне наклониться вперед, пока мои губы не коснулись ее шеи, мягкое всасывание, которое я произвел, еще больше усилило ее удовольствие. Вскоре она вздрогнула во второй раз, на этот раз выкрикивая мое имя. В тот момент я не смог устоять перед искушением. Я запечатлел мягкий, долгий поцелуй на ее губах. «Чудесно», — подумал я, оглушив ее маломощным ступефаем, а затем осторожно положил ее голову на стол в позу сна. Я не стал приводить в порядок ее одежду. В конце концов, когда я пришел, она уже была в беспорядке. Затем я засунул ее руку под трусики, отменил заклинания, которые использовал, чтобы сделать иллюзию библиотеки Хогвартса, прежде чем начать просматривать полки в поисках полезных книг. Охота за книгами была гораздо веселее, учитывая, что у меня было приятное зрелище, за которым можно было наблюдать, когда мне было скучно. Уставший после приключения, я сразу же пошел спать и провел утро, сосредоточившись на занятиях магией. Мои магические способности росли с впечатляющей скоростью, может быть, из-за эффекта двух разных точек зрения, может, из-за Бузинной палочки, но, тем не менее, мне удалось выучить множество скрытой магии из библиотеки Малфоя и Блэка, выучив их сразу после пары попыток, несмотря на то, что большинство из них требуют месяцев обучения для обычного волшебника. Проклятия и заклятия разного разрушительного потенциала беспрепятственно лились из моей палочки, почти не истощая мою силу. Тем не менее, я не был уверен, что смогу сражаться против Воландеморта. По крайней мере, в честном бою, в который я не собирался вступать. Поскольку большая часть моих планов была отложена, следующий день прошел точно так же, только с небольшим перерывом, когда я отправил Флер сегодняшний вечерний наряд. Когда часы пробили семь, я уже был в гостиной загородного дома, ожидая прихода Флер. На этот раз ее не ждало зелья, я хотел проверить пределы ее обучения. Когда она прибыла, на ней была самая громоздкая мантия, которую я когда-либо видел, ее руки были обернуты вокруг, чтобы обеспечить дополнительную защиту. Этот вид меня скорее взволновал, чем разочаровал. В конце концов, была причина ее очевидной уязвимости, вероятно, тот факт, что то, что скрывалось под ней, сильно отличалось от ее обычного стиля одежды. Она вошла внутрь нерешительными шагами. —Почему бы тебе не снять пальто и не расслабиться, — предложил я, уверенный, что она достаточно умна, чтобы распознать приказ. Она не разочаровала меня: дрожащими шагами она подошла к вешалке, ее руки заметно дрожали, когда она расстегивала халат. Затем она сняла его, обнажив свое тело, облаченное в мой подарок. —Чудесно!, — воскликнул я, медленно проведя взглядом снизу вверх. На ней были высокие кожаные сапоги чёрного цвета, доходившие до середины бёдер. Их задача заключалась в том, чтобы прикрыть сетку колготок, хотя и не совсем успешно. Мой взгляд скользнул вверх, остановившись на её ягодицах, которые были почти полностью обнажены благодаря выбранному мною фасону стрингов. Эти чёрные стринги идеально сочетались с остальной её одеждой, которая тоже была чёрной. Ее живот был скрыт кожаным корсетом, который заканчивался на уровне груди, оставляя задачу сокрытия ее тела на кружевном бюстгальтере, который, как и тонкие стринги, не справлялся с этой задачей особенно хорошо. Завершающим штрихом ее образа было лицо, выглядевшее эротично, несмотря на нерешительность, с темно-черной помадой, гармонировавшей с остальной одеждой. Я подозвал ее ближе движением пальца, пока она не оказалась передо мной, затем я сделал круг. Ее румянец усилился, но она, тем не менее, сделала вращение, показав моему взгляду все свое тело. —Красиво, просто изысканно, — сказал я. Она ничего не сказала, но улыбка, которая расцвела на ее лице, несмотря на все ее усилия скрыть это, выдавала ее удовлетворение. —Почему бы тебе не присесть, — сказал я, и она подошла к сиденью рядом со мной, но остановилась, когда я похлопал себя по коленям. Ее румянец усилился, но она все равно села мне на колено, подальше от моей промежности. Это была ситуация, в которой я не собирался терпеть, поэтому я обвил рукой ее прикрытый корсетом живот и притянул, наслаждаясь ее извивающимися движениями, когда ее задница скользила по моему члену, уже стоящему благодаря прекрасному виду, созданному ею. — Итак, — пробормотал я ей на ухо, ее спина прижалась к моей груди. —Тебе понравился мой подарок?— Она еще немного пошевелилась на своем месте, ощущая дискомфорт из-за допроса, но я не дал ей уйти от ответа, крепко сжав ее бедро. «Мне понравилось», едва слышно прошептала она. —Хорошая девочка—, - сказал я, похлопывая ее по ноге в знак одобрения, что интересно, это заставило ее сесть прямее. —Итак, расскажи мне, что ты чувствуешь, одетая в эту одежду?— Ответ пришел с задержкой, но после того, как я слегка усилил давление на ее ногу, на этот раз ближе к ее интимной зоне. -Это… приятно-. Прошептала она. —Расскажи мне более подробно, - сказал я, когда моя рука, до этого сжимавшая её ногу, скользнула к внутренней стороне бедра и начала мягко поглаживать. Она тихо простонала, заставив меня удивиться тому, как много может изменить правильно подобранный наряд. — Сначала я чувствовала себя неловко, словно была обнажённой. Но, продолжая смотреть на своё отражение в зеркале, я начала ощущать гордость, открывая в себе ту сторону, о которой раньше даже не подозревала. — Она на мгновение замолчала, глубоко вдохнув. — И это было замечательно, как будто я наконец-то обрела целостность…— Этот момент нельзя было упускать, и мои пальцы медленно поднялись, пока не коснулись края ее нижнего белья. Она издала стон, настолько громкий, что даже сама удивилась, и ее рука инстинктивно потянулась к моей, словно пытаясь остановить меня.— Нет, — прошептал я ровным голосом, главным образом для того, чтобы проверить, насколько она подчиняется моим командам. Она бы выполнила любой четкий приказ, но этот тихий, почти незаметный комментарий был чем-то совершенно иным. Тем не менее она отдернула руку.— Хорошая девочка, — прошептал я, наклоняясь к ней и легко касаясь губами ее шеи. Ее дрожь была слаще любого нектара. На мгновение мы замолчали, мои пальцы скользили по краю ее нижних губ, а ее рот был занят нежными, едва уловимыми стонами. Она напоминала тонко настроенный инструмент, отзывающийся на малейшее изменение ритма. То, что за четыре сеанса она так сильно изменилась, казалось настоящим чудом, что усилило мое желание оставить ее себе навсегда. Она была драгоценным шедевром, который не стоило отдавать такому глупцу, как Уизли, явно не способному оценить ее по достоинству. Кто в здравом уме позволить оставит такой драгоценный цветок несорванным, встречаясь в течение двух лет? Резкий стон вернул меня в реальность, напомнив, что нужно приложить больше усилий. Я провел рукой по ее плечу, затем вниз, пока не наткнулся на застежку бюстгальтера, которая легко расстегнулась от одного прикосновения. Она даже не заметила этого. По крайней мере, пока я не поднял руку и не посмотрел в ее удивительные глаза, в то время как ее лифчик медленно сползал вниз.— Что ты делаешь? — воскликнула она, внезапно очнувшись от транса удовольствия. По крайней мере, на короткое время. — Ты отлично поработала над нашей сделкой, поэтому я решил тебя поощрить, — мягко произнес я. Мои пальцы погрузились в ее влажные складки, после того как я отодвинул края ее стригов, открыв ее киску для моего взора,всего лишь прикосновения было достаточно чтобы она мгновенно вздрогнула от удовольствия. — Но если ты этого не хочешь, я могу остановиться. Прошло несколько секунд, прежде чем она ответила, и я смог полностью погрузиться в исследование ее тела, доводя ее желание до пика. Но я стремился не просто к ее молчаливому согласию. Мне было важно, чтобы она сама попросила об этом, возможно, даже умоляла, если это будет в ее силах. Поэтому я остановился, лишь для того чтобы когда ее голова повернулась ко мне настолько резко, что я почувствовал легкий удар хвостом.— Хочешь, чтобы я продолжил? — прошептал я, почти касаясь ее губ своими. Она быстро кивнула, но я не спешил.— Я хочу услышать это из твоих прекрасных уст, — добавил я, глядя ей прямо в глаза. Ее щеки внезапно вспыхнули ярким румянцем, вызванным комплиментом, несмотря на обстоятельства, в которых мы оказались. «Да», — сумела едва слышно прошептать она. —Извини, я не расслышал, что ты сказала, — сказал я, когда мои руки зависли прямо над ее чувствительными местами. —Пожалуйста продолжай, — повторила она, отводя взгляд. Я задумался о том, чтобы заставить её посмотреть в мои глаза, но потом передумал. Не хотел торопиться и прерывать её, рискуя потерять достигнутый прогресс. Вместо этого я снова положил руки на её грудь, возобновляя эротический массаж. Её стоны стали громче и более интенсивными. Через мгновение я продвинулся дальше, сняв с неё шорты и нижнее бельё, и мой член оказался между её булок. Её единственной реакцией было повернуться ко мне с выражением паники в глазах, но я ускорил ласки её киски, и её страх быстро утонул в волне удовольствия. Она начала дрожать, ее соки свободно хлынули. В ответ на это я ускорил темп своего движения, одна из моих рук терзала ее грудь и скручивала соски, а другая агрессивно исследовала ее вход. Ее голова повернулась назад, чтобы еще раз встретиться со мной взглядом, ее рот открылся, чтобы просить о пощаде, ее губы, накрашенные черной помадой, сияли от возбуждения. Я не был идиотом, поэтому наклонился и поймал ее губы, украв ее первый поцелуй. На мгновение она напряглась, что меня совсем не удивило. Мы сегодня многое сделали вместе, но поцелуи представляли собой другой уровень близости, уровень, который она не собиралась обеспечивать… Ей не хватало силы воли чтобы противостоять своим желаниям, особенно когда она все еще ощущала последствия предыдущего оргазма, погружаясь в мучительное удовольствие, о котором раньше и не подозревала. Ее губы начали двигаться хаотично, смущенно, но все же отвечая на мои прикосновения, и мы слились в поцелуе, пока не наступил следующий оргазм, достаточно мощный, чтобы погрузить ее в бессознательное состояние.