Глава 15. Кофе и сэндвичи

На выходные Роксана всё-таки вывезла Елену в Лондон — официально ради подготовки к Святочному балу, потому что Елена уже несколько недель ныла про платья, туфли и «ужасную несправедливость» того, что ей совершенно нечего надеть. Аврора же буквально вцепилась в них следом, заявив, что не упустит шанс провести пару дней вне Хогвартса и заодно посмотреть, как именно маглы готовятся к Рождеству. До самого праздника оставалась ещё почти неделя, но в Лондоне уже вовсю горели гирлянды, витрины были забиты сладостями и украшениями, а снег медленно ложился на крыши домов и машины. Аврора, конечно, прекрасно знала, как устроен магловский мир, но некоторые вещи всё равно приводили её в совершенно искренний восторг — особенно огромный торговый центр и бесконечно движущийся эскалатор, на который она сперва посмотрела с подозрением, а потом призналась, что это «одна из самых ленивых и гениальных вещей, придуманных человечеством». Елена с удовольствием таскала профессора по магазинам, заставляя примерять платья и спорить о том, какие туфли лучше подойдут к балу, а сама Роксана в основном наблюдала за ними со стороны — усталая, всё ещё не до конца пришедшая в себя после Визенгамота, но почему-то спокойная. Они пили кофе на ходу, гуляли по заснеженному Лондону, сидели в кафе с огромными кружками какао, а потом Аврора неожиданно заявила, что Рождество без ёлки — это почти преступление. Роксана пыталась напомнить, что в этом доме она бывает в основном только по выходным и вообще не видит смысла украшать его ради нескольких дней, но против Авроры и особенно Елены шансов у неё не было. В итоге домой они возвращались уже с коробками украшений, пакетами покупок и большой искусственной ёлкой, которую еле запихнули в машину. Когда они подъехали к дому, снег уже заметно усилился, а сосед Роксаны как раз расчищал дорожку возле своего крыльца. Заметив их, он поднял голову и улыбнулся, а Аврора, вылезая из машины, машинально помахала ему пальцами и неожиданно слегка покраснела, когда мужчина улыбнулся ей в ответ. Роксана только тихо усмехнулась, заметив это краем глаза, но ничего не сказала. Вечером они втроём наряжали ёлку под старые красивые песни, сидели у камина, пили вино, пока Елена грела руки о большую кружку горячего ванильного молока, и болтали обо всём подряд — о бале, студентах, преподавателях и о том, как быстро в Хогвартсе разлетаются любые слухи. А потом выходные закончились так же внезапно, как и начались, и уже через несколько дней они снова возвращались в Хогвартс, потому что бал балом, а рабочие будни, уроки и преподавательские обязанности никто не отменял. Понедельник после выходных встретил Хогвартс будничным шумом, запахом черныл и ощущением надвигающейся суеты. Турнир Трёх Волшебников продолжался, ученики постепенно сходили с ума перед Святочным балом, а Северус Снейп с самого утра чувствовал лишь одно — метка снова жгла. Особенно сильно её дёрнуло прямо посреди второго урока у Слизерина. Так, что на секунду даже потемнело в глазах. Он даже не изменился в лице, продолжая объяснять состав зелья, но внутри всё неприятно похолодело. Это происходило всё чаще. Тёмный Лорд набирал силу. Северус пока ничего не знал наверняка. Ни где он. Ни насколько далеко всё зашло. Но он слишком хорошо помнил это ощущение. Опасность приближалась. И хуже всего было то, что Дамблдор тоже это понимал. К обеду Снейп чувствовал раздражение уже буквально ко всему вокруг. К студентам, к шуму... К газетам, в которых до сих пор печатали лицо Роксаны Уайт чаще, чем результаты Турнира. К самому факту того, что весь магический мир теперь обсуждал какую-то маглку так, будто она лично спасла Британию. Нет, Северус не считал её дурой. Более того — он прекрасно понимал, что Сириус Блэк действительно оказался невиновен. Понимал мотивы Дамблдора. Но это совершенно не мешало ему считать её выскочкой. Слишком громкой и заметной выскочкой. И почему-то абсолютно уверенной, что ей есть место в мире, к которому она вообще не принадлежала. Снейп надеялся только на одно — что в какой-то момент очередной выпуск «Ежедневного пророка» наконец перестанет пихать ему в глаза её лицо. Именно с этим раздражением он и направился в учительскую. Он планировал быстро зайти, забрать нужные вещи и уйти. Когда он вошёл, внутри уже сидели Роксана и Аврора Синистра. Их столы стояли друг напротив друга возле окон, а между ними оставался узкий проход к высоким стеллажам с журналами и учебными материалами. Роксана что-то рассказывала, негромко смеясь, а Аврора слушала с живейшим интересом. Снейп даже не посмотрел на них толком. Собственно и они, увлечённые болтовнёй, совершенно не обратили на него внимания. Он молниеносно прошел мимо их столов и скрылся за стеллажом. Как оказалось, в учительской была ещё и Трелони. Она в этот момент копалась возле полок, поправляя огромные очки и прижимая к груди какие-то журналы. Увидев Северуса, она заметно напряглась, неловко зацепила локтем агрессивный цветок Помоны Спраут и поспешила к выходу. — Ох… прошу прощения… Цветок возмущённо щёлкнул листьями ей вслед. Снейп начал искать то, за чем пришел и именно тогда он услышал голос. Знакомый голос. — Мерлин, да здесь совершенно ничего не изменилось за столько лет. Северус замер. Медленно поднял взгляд сквозь просвет между книгами. Сириус Блэк. Свободный и улыбающийся во весь рот так, будто никогда в жизни не был в азкабане. Или может это ему лишь показалось. Он выглядел… хорошо. Намного лучше. Всё ещё худой и лицо в морщинах, но уже не болезненно. Волосы были убраны назад, одежда нормальная, дорогая и чистая. И это почему-то раздражало Северуса почти сильнее всего. — Мистер Блэк! — Аврора тут же расплылась в улыбке. — Поздравляю. Правда. Мы все ужасно рады вас видеть. — Неужели? - укоризненно хмыкнул Блэк. Роксана хихикнула в ладонь. — Что? — тут же насторожилась Аврора. — Ничего, — совершенно невинно ответила Уайт, делая глоток кофе. — Просто удивительно наблюдать, как быстро некоторые люди меняют мнение. Аврора мгновенно вспыхнула: — Между прочим, я имела полное право считать его страшным человеком! В газетах писали, что он массовый убийца! — Всё в порядке, профессор Синистра, - успокоил Блэк, - честно признаться, в какие-то периоды я и сам начинал верить. Он посмотрел на Роксану долгим взглядом. Она ему улыбнулаь. — Очень хорошо выглядишь. — Спасибо. — Как себя чувствуешь? Блэк присел на край стола Авроры, вытянув длинные ноги и глубоко вдохнул и выдохнул. — Свободно. Снейп с неожиданным раздражением отметил, как Синистра буквально светится рядом с ним. Ну разумеется. Это же Блэк. — Вообще я пришёл навестить Гарри, — лениво сказал Сириус. Северуса прям таки переклинило. Он прислушался. — Уже навестил. А потом вспомнил, что здесь работает ещё один… уж очень дорогой мне человек. Роксана чуть откинулась на спинку стула и уточнила: — Дамблдор? Его вроде сегодня нет в школе. Сириус сначала даже опешил от такого предположения, а потом коротко фыркнул себе под нос. — Дамблдор? — Сириус театрально поморщился. — Нет уж, спасибо. Я сюда пришёл не ради седобородых мужчин. Только сейчас Снейп заметил у него в руке небольшой бумажный пакет. Сириус вдруг соскочил со стола и подошёл к Роксане. Она, кажется, решила, что он просто хочет что-то сказать ближе, потому продолжала сидеть совершенно спокойно, лишь слегка озадаченная. И вдруг Блэк сделал нечто абсолютно идиотское. Подошёл к её столу, положил пакет, взялся руками за край столешницы и вдруг опустился ниже — почти на корточки, так, что теперь смотрел на неё снизу вверх. И взгляд у него при этом был совершенно невозможный. Слишком довольный. Слишком тёплый. Будто у огромного пса, которого наконец-то пустили домой. По лицу Авроры медленно расползлось то самое выражение человека, который уже что-то знает и теперь с огромным удовольствием наблюдает, как до остальных это только начинает доходить. Роксана явно растерялась и покраснела. Северус за стеллажом нахмурился. Что за чёрт?.. Сириус тем временем начал доставать содержимое пакета. Сначала — пластиковый стакан кофе со льдом. Потом — аккуратно упакованные сэндвичи. Роксана сперва просто моргнула. А потом вдруг уставилась на них так, будто не поверила собственным глазам. — Это же… Её любимая сеть кофеен. И те самые сэндвичи. Снейп видел, как у неё на секунду совершенно искренне изменилось лицо. Настоящее удивление. А потом она склонила голову набок и улыбнулась Синистре. — Интересно даже, Сириус… — медленно произнесла она. — Откуда ты мог знать, что мне это нравится? Аврора уже едва не лопалась от улыбки. — Аврора, — прищурилась Роксана. — Я ничего не говорила! — мгновенно соврала та. Роксана покачала головой. Блек заулыбался смущенно. — Специально для тебя раздобыл, — совершенно довольным голосом ответил он. И продолжил сидеть перед ней на корточках и смотреть своими невозможными серыми глазами. Снейп чуть не закатил свои черные. Ему даже показалось, что его сейчас стошнит. Мерлин, Блэк... — Ну… спасибо, Сириус. А он продолжал сидеть на корточках и смотреть абсолютно преданно. Повисла неловкая пауза. Роксана прочистила горло, заправила локон за ухо и осторожно спросила: — Ты чего?.. Она перевела взгляд на Аврору. Потом снова на Блэка. Потом опять на Аврору. Синистра уже сидела с лицом человека, наблюдающего величайшую романтическую сцену столетия. — Пойдём вечером погуляем? — вдруг сказал Сириус. И вот тут Роксана зависла окончательно. Настолько сильно, что даже Северус за стеллажом это заметил. Она смотрела на Блэка так, будто ей показалось. Будто мозг просто неправильно услышал фразу. Свидание? Нет, Роксана, какое свидание? Погулять - это не свидание. Или свидание? Сириус заметил её ступор. На деле он всё утро мысленно репетировал эту фразу и сейчас ощущал себя полным идиотом. Он уже сто лет никого никуда не звал. Нужна была срочная смена обстановки. И слава Мерлину, именно в этот момент мимо открытой двери учительской прошла профессор... — МакГонагалл! — резко выпалил он с какой-то почти подозрительно фальшивой бодростью. — Я сейчас… давно её не видел. И мгновенно вылетел из учительской. Через пару секунд из коридора уже донеслось радостное: — Профессор! Мерлин, как же я рад вас видеть! А затем — голос МакГонагалл. Удивлённый и почти растроганный. Роксана медленно повернулась к Авроре. С абсолютно растерянным лицом. — Что это сейчас было?.. Аврора прижала ладонь ко рту. — Боже мой… Как же это романтично. — В смысле романтично?! — почти шёпотом выдала Роксана. — Зачем он это всё делает? Аврора уставилась на неё так, будто перед ней сидел человек без мозга. — В смысле зачем? Он тебя на свидание позвал. Привет. — Зачем?! - искренне удивилась Уайт. — Роксана… ты дура? — Чего?! — Потому что ты ему нравишься! Роксана нервно усмехнулась. Даже головой мотнула. — Да не могу я ему нравиться. И сказала это вдруг очень серьёзно. Без смеха. — Почему это? — не поняла Аврора. Роксана отвела взгляд. — Ну… я же магл. Это прозвучало тихо и неожиданно неприятно. Будто это была не шутка, а что-то давно внутри сидящее. — У меня... Елена... Аврора аж нахмурилась: — И что? — Ну… То... — Затем, что ты привлекательная женщина, которая вытащила его из Азкабана! — Аврора… — Что «Аврора»? Он мужчина. Ты ему нравишься. Всё. Роксана только ошарашенно улыбнулась. Словно сама не понимала, что чувствует. — Ты же пойдёшь? — тут же спросила Синистра. — Я не могу. Аврора даже моргнула. — Почему?! — Потому что… я не хочу. — Врёшь. — Не вру. — Врёшь! Роксана фыркнула: — Я с клиентами не встречаюсь. Аврора расхохоталась: — Он уже не твой клиент! — Был. — Какая разница?! Ради такого мужика можно и нарушить профессиональные принципы! — Какого, такого?! Теперь Аврора уже смотрела на неё с искренним возмущением. — Это же Сириус Блэк! Красивый, богатый, чистокровный… Свободный! Причем, во всех смыслах этого слова. Поженитесь, нарожаете красивых полукровок — вообще прекрасно будет. — АВРОРА! Синистра рассмеялась в голос. Роксана только уставилась на неё так, будто происходящее перестало иметь хоть какой-то смысл. И дело было даже не в том, что её впервые за долгое время позвал на свидание мужчина. И не в том, что этим мужчиной оказался именно Сириус Блэк. Просто Роксана слишком привыкла жить иначе. Всё у неё всегда было либо полезным, либо временным. Работа. Короткие связи без особых ожиданий. Люди обычно хотели от неё чего-то понятного: помощи, поддержки, решения проблем, секса, в конце концов. И это было проще. Потому что там не нужно было гадать, что человек на самом деле чувствует к тебе. А Сириус сейчас вёл себя совершенно не так. Он притащил ей любимый кофе через пол-Британии не потому, что был должен. Смотрел на неё так, будто действительно рад её видеть. Сел перед ней на корточки прямо посреди учительской, совершенно не думая о том, как это выглядит со стороны. И всё это было настолько искренне, настолько по-дурацки открыто, что Роксана попросту растерялась. И чего греха таить - растаяла. Потому что хуже всего для человека, привыкшего держать себя в руках, — это когда рядом появляется кто-то, рядом с кем эти руки вдруг хочется опустить. И где-то глубоко внутри её особенно пугало ещё кое-что. То, насколько легко она сама понимает таких людей. Тех, кто годами живёт настороже, прячет настоящие чувства за усталостью, сарказмом или работой, а потом внезапно оказывается абсолютно беззащитным перед чужим теплом. Северус стоял за стеллажом неподвижно, сжимая в пальцах какую-то банку с чернилами, и впервые за долгое время ощущал не привычное раздражение, а что-то гораздо менее определённое и потому неприятное. Он наблюдал, как Блэк — слишком шумный и уверенный в том, что ему везде рады, — с лёгкостью занимает собой всё пространство комнаты, и почему-то особенно остро замечал, как меняется рядом с ним сама атмосфера. Роксана улыбалась иначе. Не громче, не теплее — просто свободнее. А Блэк смотрел на неё так, будто уже имел право сидеть у её ног с этим нелепым кофе и дурацкими сэндвичами, будто всё это было естественно и само собой разумеется. И именно это почему-то раздражало сильнее всего. Снейп слишком хорошо помнил бессонные ночи Уайт в учительской, её усталое лицо после Министерства, запах сигарет с примесью сирени, кипы документов. Блэк этого не видел. Не видел, как она возвращалась после очередного визита к Амбридж с таким лицом, будто готова кого-нибудь убить. Не видел, как она сидела в пустой учительской далеко за полночь, переписывая бумаги для суда. И всё же именно Блэк сейчас сидел перед ней на корточках, смотрел своими собачьими глазами и вёл себя так, будто знает её достаточно хорошо, чтобы приносить любимый кофе. На секунду Северусу стало почти душно от внезапного и очень глупого ощущения, что Блэк в очередной раз получил что-то слишком легко. Как получал почти всё в своей жизни. И мысль эта была настолько неприятной, что Снейп почти сразу разозлился уже на самого себя. Потому что за ней стояло нечто ещё более отвратительное — понимание, что сам он почему-то всё это время тоже наблюдал за Роксаной гораздо внимательнее, чем должен был. А еще, он понял, что ему нужно срочно свалить из этого слишком светлого... отвратительно-светлого помещения, пока не вернулся Блэк. Он резко поставил банку с чернилами обратно на полку и быстрым шагом направился к выходу. — Профессор Снейп? — кажется, окликнула его Аврора. Роксана резко посмотрела на него. Он ведь был здесь всё это время, подумала она. Северус даже не обернулся, но именно у выхода столкнулся с Блэком. Тот как раз разворачивался обратно после короткого разговора с МакГонагалл и едва не врезался в него. Они замерли одновременно. Роксана сперва улыбнулась Сириусу, когда он вернулся, и вообще не поняла, что произошло. Просто увидела, как Северус остановился в дверях, а Сириус — напротив него. И всё. Воздух вдруг стал другим. Снейп стоял неподвижно, высокий, весь в чёрном, бледный в лице и с тяжёлым взглядом из-под длинных волос. Как тень, случайно принявшая человеческий облик. Сириус тоже больше не улыбался. Совсем. И что-то в его лице вдруг стало старше. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Аврора первой нервно кашлянула: — Эм... Всё в порядке? Никто ей не ответил. Снейп медленно перевёл взгляд с лица Блэка куда-то ему за плечо, будто уже собирался пройти мимо. — Блэк, — произнёс он наконец. И почему-то от этого одного слова по коже пробежал холод. Сириус чуть дёрнул уголком рта. — Надо же. А я уж подумал, ты дар речи потерял. Снейп посмотрел на него снова. Убийственно. Улыбка с лица Роксана сползла. Пока это всё ещё выглядело как обычная взаимная неприязнь. Очень неприятная, но не более. — Знаешь, — лениво протянул Сириус, — а я ведь почти скучал по твоей кислой физиономии. — Какая трагедия, — спокойно ответил Снейп. Сириус коротко усмехнулся. — Всё такой же дружелюбный? Аврора неловко моргнула. Роксана уже внимательнее посмотрела на обоих. Потом на Аврору а та на неё. Синистра кивнула Роксане, мол, что происходит. Роксана пожала плечами. — Я бы предпочёл твоё отсутствие, - прямо ответил Снейп. И вот теперь что-то изменилось уже в лице самого Сириуса. Потому что Северус говорил с ним не как с врагом из школы. И даже не как с оправданным преступником. А как с человеком, которого давно и окончательно презирает. Роксана вдруг поймала себя на том, что ей уже некомфортно, будто она случайно вошла в комнату, куда вообще не должна была заходить. Сириус медленно сунул руки в карманы пальто. — Да брось, — усмехнулся Блэк уже жёстче. — Неужели ты до сих пор так переживаешь, что оказался неправ насчёт меня? Снейп слегка прищурился. — У тебя, как всегда, слишком раздутое самомнение. Аврора уже перестала улыбаться. А Роксана вдруг заметила одну странную вещь: они оба почти не двигаются. Будто действительно замерли внутри какого-то старого, общего прошлого, в которое никто посторонний не может войти. Сириус медленно выдохнул через нос. Его это задело. Но потом он вдруг усмехнулся. Совсем невесело. — Ну да, — тихо произнёс он. — Ты ведь у нас всегда был образцом здравого смысла. Особенно когда дело касалось людей, которых ты ненавидишь. Снейп не ответил. Только взгляд стал ещё тяжелее. Хотя знаешь… — продолжил Сириус уже заметно жёстче. — Должен признать, ты меня всё-таки удивил. Аврора старалась прислушаться. Они говорили тихо. Настолько тихо, что часть слов нельзя было разобрать за общим шумом в коридоре. — Чем? — холодно спросил Снейп. — Тем, что ты вообще умудрился стать преподавателем. Повисла тишина. Роксана резко перевела взгляд на Блэка. Вот это уже было некрасиво. Не катастрофично и даже звучало логично. Но слишком лично. И сказано именно так, чтобы ударить. Аврора тихо выдохнула: — Мистер Блэк… Профессор... Но Блэк уже не остановился. — Нет, серьёзно, — продолжил он с нехорошим смешком. — Твои слизеринцы... Мерлин, неужели вот так выглядит многолетняя педагогическая работа Снейпа? А впрочем... Каков декан, такой и факультет. Северус смотрел на него абсолютно неподвижно. — Закончил? Сириус открыл рот почти мгновенно, будто собирался ответить ещё чем-то резким, но Снейп шагнул к нему ближе, склонился и очень тихо сказал: — Ты, как всегда, ошибочно принимаешь собственную жестокость за остроумие, Блэк, — произнёс он тихо. Потом Снейп перевёл взгляд на Роксану. На Аврору. Только на секунду. И именно это почему-то стало самым неприятным моментом для него за весь разговор. Разумеется последнюю фразу они не могли услышать. Но остальное... — Прошу прощения за эту сцену. И вышел из учительской, буквально сдвинув Сириуса плечом. А Роксана вдруг поняла: эти двое ненавидят друг друга настолько давно, что сами уже не могут до конца отделить, где там прошлое, а где настоящее.