Глава 18. Святочный бал

Святочный бал

Подготовка к Святочному балу заняла у Хогвартса несколько суток. Все эти дни замок будто жил отдельной жизнью. Домовые эльфы носились по коридорам с гирляндами, украшениями и угощениями. Помогали студентам и учителям с нарядами, новоприбывшим гостям расположиться в своих комнатах, разгоняли призраков. Профессор Флитвик колдовал над сотнями маленьких зачарованных снежинок. Они появлялись под потолком и сливаись в тонкое кружево зимы. Помона Спраут притащила в Большой зал какие-то редкие зимние растения, которые цвели серебристо-голубыми цветами прямо посреди снега. Преподаватели выглядели непривычно оживлёнными. Сегодня к вечеру Хогвартс преобразился настолько, что его было трудно узнать. Длинные столы убрали, освободив место для танцев. По стенам горели сизыми и голубоватыми огнями сотни свечей. Серебряные и золотые украшения переливались в их свете. На бал прибыли не только ученики. Приехали некоторые родители студентов и участников Турнира. Старые друзья преподавателей. Несколько почётных гостей Министерства. Среди гостей мелькали знакомые лица, которых Роксана раньше видела лишь на фотографиях или страницах газет. Когда часы пробили восемь, оркестр заиграл первый вальс. Традиционно бал открывали чемпионы Турнира и их партнёры. Под музыку десятки пар медленно закружились по залу. Именно в этот момент Роксана наконец направлялась вниз. Задержалась она совершенно нелепым образом. Почти у самой лестницы её перехватил один из замковых призраков и несколько минут жаловался на то, что в учительской опять невыносимо жарко. — Я совершенно не понимаю, зачем они так топят камин, — возмущённо вещал призрак. — Абсолютно невозможно находиться рядом. — Вам? — уточнила Роксана. — Именно мне. — Но вы призрак. — И что? — Вам не может быть жарко. Призрак обиженно поджал прозрачные губы. — Это вопрос принципа. После чего уплыл сквозь стену. Роксана только покачала головой, понимая, что на деле камин в учительской совершенно не работал. А стоило его лишь разжечь, как он начинал страшно дымить. Когда она вошла в Большой зал, музыка уже звучала вовсю. Первое, что бросилось ей в глаза, была Елена. Та уже кружилась в танце с Драко Малфоем. Роксана невольно остановилась. Они смотрелись удивительно гармонично. На Драко был идеально сидящий тёмный парадный костюм с серебристыми элементами. Светлые волосы аккуратно уложены назад. Красивый мальчик. Очень красивый. Елена выглядела ещё ярче. Серебристая мантия мягко переливалась при каждом движении. Под ней виднелось светлое платье, лёгкое и воздушное. Волосы были собраны в сложную причёску, открывая шею. На ногах блестели изящные туфельки. Она смеялась, легко и беззаботно. И именно это почему-то зацепило Роксану сильнее всего. Когда-то она сама была такой, носила длинные волосы, любила танцевать. Легко знакомилась с людьми. Разница заключалась лишь в одном - Елена была гораздо увереннее в себе, чем когда-то была она сама. И, возможно, гораздо счастливее. Роксана невольно улыбнулась. Они всё-таки выдержали... И давление Слизерина, и Люциуса Малфоя. И все бесконечные разговоры о том, что им не место рядом друг с другом. Они всё равно продолжали держаться вместе. Мимо них в танце проплыли Гермиона и Виктор Крам. Роксана невольно моргнула дважды. Гермиона сегодня была совершенно не похожа сама на себя — настоящая красавица. Впрочем, её партнёр был ей под стать. Следом, то и дело наступая на ноги своей восточной партнёрше, по залу прокружила пара Гарри и Парвати. Судя по количеству пота на лбу Поттера, он страшно волновался. Интуитивно Роксана тут же отыскала взглядом Рона. Тот кружил по залу с видом крайне кислого пельменя и насупленно зыркал на пару Крама и Гермионы так, словно мысленно проклинал кого-то из них. А может, и обоих сразу. Проходящий мимо официант нёс поднос с шампанским. Роксана без раздумий взяла бокал, сделала маленький глоток и направилась глубже в зал. Сириуса она заметила почти сразу. Не заметить его было невозможно. Вокруг него уже собралась небольшая группа людей. Кто-то расспрашивал о суде. Кто-то интересовался самочувствием. Кто-то просто хотел пожать руку человеку, имя которого последний год не сходило с первых полос газет. Сириус улыбался, всем отвечал, шутил. Но стоило ему увидеть Роксану, как всё остальное перестало существовать. Она заметила это сразу, ведь он буквально оборвал разговор на середине фразы, извинился перед собеседниками и направился к ней. Улыбка на ее лице появилась раньше, чем он успел подойти. А потом он просто остановился и замер. Потому что до этого видел её в свитерах... в пальто, джинсах. За чашкой кофе, с сигаретой в руках. А сейчас перед ним стояла женщина, от которой было невозможно отвести взгляд. Платье мягкого сапфирового оттенка струилось до самого пола. Тонкая полупрозрачная вышивка поверх ткани напоминала зимние узоры на стекле. Лёгкий блеск шёлка менялся при каждом движении. Тонкие бретели открывали плечи. Вместо мантии она накинула на плечи лёгкую полупрозрачную шаль. Каре было уложено мягкими волнами. В ушах поблёскивали маленькие бриллиантовые серьги. Такое же тонкое колье лежало на ключицах, а крошечный камень ловил свет свечей и исчезал где-то в ложбинке между ними. От неё пахло сиренью и совсем немного шампанским. Сириус несколько секунд просто смотрел, совершенно забыв, что собирался сказать. Потом тихо выдохнул: — Мерлин... Роксана тут же смутилась. — Что? — Ты выглядишь невероятно. Она почувствовала, как предательски теплеют щёки. — Ты тоже. Он как всегда был неприлично красив. И этот мужчина смотрел на неё так, будто вокруг никого больше не существовало. И всё же где-то глубоко внутри неё оставалась та самая тревожная мысль после последнего разговора с Авророй. Но, возможно, Аврора была права. Возможно, один вечер ничего не решает, и некоторым историям действительно нужно больше времени. Музыка сменилась уже несколько раз. Они успели станцевать не один танец. Бал постепенно отходил от официальной части, но становился всё более и более живым. Кто-то танцевал. Кто-то собирался небольшими компаниями возле столов с напитками. Старшекурсники смеялись чуть громче обычного, пользуясь тем, что сегодня даже преподаватели смотрели на многое сквозь пальцы. По залу скользили официанты с серебряными подносами. Снежинки под потолком отражались в бокалах и ледяных статуях. Где-то Флитвик оживлённо спорил с каким-то пожилым волшебником о чарах левитации. МакГонагалл беседовала с родителями одного из чемпионов. Даже Спраут выглядела празднично. Роксана и Сириус подошли к столу перекусить. Периодически к нему подходили знакомые, здоровались с ним, иногда хотели перекинуться парой слов и потому Блэку периодически приходилось оставлять Роксану. Но он всегда быстро возвращался. Каждые десять мнут - она заметила - он отыскивал взглядом Гарри. Словно выключался, а потом вновь включался в разговор с ней. К ним подошла Елена. Одна. Драко остался чуть в стороне возле хрустальной колонны. Он явно видел Роксану и Сириуса, но подходить не стал. Елена остановилась перед Блэком и улыбнулась. — Наконец-то я увидела вас вживую, мистер Блэк. Сириус повернулся и буквально застыл. На секунду. Потом ещё на секунду. Потому что перед ним стояла почти Роксана, только с длинными волосами и серыми глазами. Черты чуть моложе. Елена нахмурилась, посмотрела вопросительно на тётку, мол, чего это он застыл. Роксана как раз запихивала в себя тарталетку и пожала плечами. Елена улыбнулась Сириусу, и от этого он даже раскрыл рот. Улыбка, мимика, даже голос. Сириус перевёл взгляд на Роксану. Потом обратно на Елену. Снова на Роксану. Будто пытался убедиться, что ему не показалось. Елена не выдержала: — Что? — Ничего, — честно ответил Сириус. — Нет, серьёзно. — Роксана. — Да? — Почему ты не предупредила меня? — О чём? — Что у тебя есть двойник. Елена тихо рассмеялась. Роксана посмотрела на нее с гордостью и сказала: — Нам это часто говорят. Что мы похожи. Познакомься. Елена. Моя племянница. Сириус пожал руку Елене, кивнул, но глаз не отводил. Всё еще был в легком шоке. — Роксана говорила, что у нее есть племянница, но не говорила, что вы настолько похожи. Елена вновь тихо рассмеялась. Они еще немного поболтали, а через несколько минут Драко наконец жестом подозвал её обратно. Елена посмотрела на Сириуса, одобрительно кивнула тёте, попрощалась и упорхнула через зал. Сириус ещё несколько секунд смотрел ей вслед, сперва с улыбкой, но когда Елена подошла к Драко, взяла парня за руку и они обнялись, Сириус замер и слабо нахмурился. — Это отпрыск Малфоя? - спросил он у Роксаны. Роксана проследила за его взглядом. — Да. Драко Малфой. — А почему это он к твоей Елена так жмется? Роксана задумчиво оценила хмурое состояние Сириуса. Выдохнула и сделала глоток шампанского. — Потому что они встречаются. Сириус моргнул. — Что? — Они встречаются. Он посмотрел на неё так, словно она сообщила, что Хогвартс переезжает во Францию. — Ты серьёзно? — Абсолютно. — Малфой и твоя племянница? — Да. — Малфой? — Да, Сириус. Всё ещё Малфой. — Подожди. А она вообще на каком факультете? — Слизерин. — Что? — Слизерин. — Как?! Роксана улыбнулась и покачала головой. Вдруг включили медляк. Она прислушалась к музыке, немного устало вдохнула и спросила: — Что? Всё так плохо? Сириус посмотрел на неё задумчиво, и понял, что она не хотела развивать эту тему. В ответ ей он коротко мотнул головой, словно отгоняя лишние мысли, и тоже улыбнулся. — Извини. Кажется, я слишком бурно отреагировал. Он вывел её в центр зала. Музыка уже давно сменилась, и десятки пар плавно двигались по паркету в общем ритме. Они тоже присоединились к танцу. Сириус было открыл рот, собираясь объяснить своё удивление, но Роксана лишь слегка покачала головой. — Не надо. Разумеется, она прекрасно понимала причину его шока. Поэтому не видела смысла что-либо объяснять. Некоторое время они просто танцевали. Рядом кружились другие пары, над залом плыл мягкий свет, а музыка заглушала всё лишнее. Они двигались под очередную мелодию, которая уже успела сменить предыдущую. Сириус что-то рассказывал. Кажется, какую-то историю про Хогвартс, про МакГонагалл, которая когда-то едва не сняла с них сотню очков. Роксана слушала, улыбалась в нужных местах, иногда даже смеялась. Рядом с ним было как всегда легко. Музыка текла вокруг них. За окнами медленно падал снег. Всё было именно таким, каким и должно было быть. И всё же что-то едва уловимо не складывалось. Роксана никак не могла понять что именно. Сириус продолжал говорить. Она подняла взгляд поверх его плеча, машинально скользнув глазами по залу и почти сразу снова посмотрела на него. Где-то у дальней стены стоял Северус Снейп. Без своей мантии он выглядел непривычно. Всё такой же мрачный, худой, с идеально прямой осанкой. Чёрный парадный сюртук сидел на нём безукоризненно. Свет свечей скользил по тёмной ткани, подчёркивая резкие линии фигуры, тонкую талию и широкие плечи. Он не танцевал. Просто стоял немного в стороне от остальных и наблюдал за залом с тем же отстранённым выражением лица, словно всё происходящее его совершенно не касалось. Через несколько секунд он развернулся и направился к выходу. Следом за ним вышел и Каркаров. — ...и тогда МакГонагалл сказала, что если ещё раз увидит нас на этих мётлах... Роксана моргнула. Сириус всё ещё что-то рассказывал. Она вдруг поняла, что пропустила часть истории. — Что? — переспросила она машинально. — Я говорю, МакГонагалл тогда сняла с нас пятьдесят очков. Роксана коротко улыбнулась. — Справедливо. Хотя понятия не имела, о чём именно сейчас шла речь. Что-то неприятно царапнуло внутри. Настолько слабо, что она не смогла бы объяснить это даже самой себе. Может, шампанское ударило в голову. А может, просто стало душно. — Ты чего? — спросил Сириус, заметив её выражение лица. Роксана нервно улыбнулась и отмахнулась. — Ничего. Кажется, мне пора на воздух. Проветриться. Сириус заулыбался и признался, что и сам не прочь выйти на улицу и подышать. И пока они шли к балкону, Роксана почти сразу поймала себя на совершенно дурацком желании ещё раз посмотреть в сторону двери, за которой только что исчез профессор зельеварения. Бал давно перестал быть официальным мероприятием и превратился в самую настоящую вечиринку. Где-то потерялись строгие правила этикета. Оркестр уже не ограничивался вальсами. Музыка становилась всё быстрее. Смех — громче. Даже преподаватели постепенно забывали о необходимости выглядеть солидно. Роксана уже давно сбилась со счёта, сколько бокалов шампанского успела выпить. В какой-то момент её втянули в общий танец Аврора, несколько молодых девиц из Шармбатона и кто-то из бывших выпускников Хогвартса, приехавших на бал в качестве гостей. Потом появился Сириус. Потом исчез. Потом снова появился. К полуночи уже никто особенно не следил за происходящим. Сириус смеялся так заразительно, что окружающие начинали смеяться вместе с ним, даже если не понимали шутки. Роксана поймала себя на том, что ей жарко. Очень жарко. Она стянула шаль с плеч и перекинула через руку. Музыка гремела. Под потолком всё так же кружились зачарованные снежинки. Кто-то танцевал прямо на краю площадки. Кто-то уже сидел на столах. Флитвик, кажется, пытался объяснить кому-то преимущества чар левитации, размахивая бокалом. МакГонагалл делала вид, что ничего этого не видит. Роксана рассмеялась. Потом вдруг поняла, что совершенно пьяна. Мир слегка покачнулся. Не неприятно, а наоборот, будто всё происходило в мягком золотистом тумане. Она оглянулась. Сириуса рядом не оказалось. Кажется, ещё минуту назад он был здесь, или пять минут назад. Или десять. Она честно попыталась вспомнить. Безуспешно. Небыло и Елены с Драко. — Ну и ладно, — пробормотала она самой себе. Спать хотелось гораздо сильнее, чем танцевать. Сняв туфли, она подхватила их двумя пальцами и направилась к выходу. Никто её не остановил. Музыка гремела во всю. Голоса. Жизнь. Роксана прошла мимо расплаканой Гермионы, которая громко и сердито ругалась на Рона. А потом вышла и свернула в коридор, и почти сразу почувствовала тишину - после шума бала она казалась странной. Роксана ушла от зала уже достаточно далеко. Где-то эхом донёсся странный глухой звук. Потом ещё один. Она остановилась. Нахмурилась. Показалось? Замок слегка поплыл перед глазами. Уайт смачно икнула и продолжила путь босиком по холодному камню. Роксана, как собственно и все в Хогвартсе, не знала, что буквально несколько минут назад, в школу пробрались незваные гости. Через камин в учительской. Из него вышел первый человек. Следом второй. Третий. Их было много. Пламя вспыхивало снова и снова. Тёмные фигуры бесшумно заполняли помещение. Почти все были напитаны силой и решимостью, но некоторые выглядели измученными, ведь ещё носили следы недавнего заключения. Но почти все держали палочки так, словно наконец вернулись домой. Последним появился он. Высокий, бледный, с красными глазами. В помещении мгновенно воцарилась тишина. — Гарри Поттер принадлежит мне, — спокойно произнёс Волан-де-Морт. Никто не посмел ответить. — Никто не трогает мальчишку. Он медленно перевёл взгляд на собравшихся. На его тонких губах появилась неприятная улыбка. — А если кто-нибудь найдёт Северуса Снейпа... Не убивать, а привести ко мне этого предателя. Несколько Пожирателей обменялись взглядами. Они поняли, что тёмный Лорд был недоволен. Очень недоволен. — Вперёд. И тёмная процессия двинулась по коридорам Хогвартса. Наверху продолжала играть музыка. Внизу начиналось нечто совсем другое. А Роксана всё ещё брела по пустому коридору, слегка пошатываясь и напевая себе под нос мелодию последнего танца, даже не подозревая, что замок уже перестал быть безопасным местом. Она уже почти дошла до лестницы. Её слегка шатало. Не настолько, чтобы потерять равновесие, а ровно настолько, чтобы мир казался чуть мягче и добрее, чем обычно. Из Большого зала всё ещё доносились музыка и смех. Казалось, праздник продолжался где-то совсем рядом. В другом мире. Потом раздался крик. Роксана остановилась и несколько секунд стояла неподвижно, прислушиваясь. Крик повторился, и на этот раз ближе. Она нахмурилась. Впереди, за поворотом, мелькнула вспышка заклинания. Потом ещё одна. Послышались чьи-то быстрые шаги. Резкие голоса. Мужской смех. Затем короткий женский вскрик, и страшный звук, с которым что-то тяжёлое падает на каменный пол. Кто-то отчаянно выкрикнул женское имя. Роксана сама не поняла, почему пошла быстрее. Наверное, она была слишком пьяна, чтобы вовремя испугаться. Она ускорила шаг, почти побежала, а потом резко свернула и сразу прозвучало заклинание. Сразу. Яркая вспышка ударила ей навстречу. Роксана даже не успела понять, что видит. Только ощутила, как что-то пронзает её насквозь, и сразу ослепительная боль. На одно короткое мгновение весь мир словно замер. Музыка из Большого зала исчезла. Исчезли звуки, собственное дыхание. Она лишь удивлённо моргнула, ноги перестали её держать и Роксана начала падать. Только тогда мир на мгновение вернулся. Стены, чьи-то тёмные фигуры, мужчина с искажённым от горя лицом. Женщина, лежащая у его ног, а где-то позади нее страшный и холодный голос произнес яростно - "авада кедавра". Заклинание ударило по мужчине прежде, чем он смог вновь поднять палочку. Он замертво упал рядом с телом своей женщины. А потом каменный пол ударил Роксану навстречу. И всё исчезло. Коридор постепенно затихал. Пожиратели уже двинулись дальше. Всё шло именно так, как было задумано. Том задержался лишь на мгновение. Его взгляд скользнул по лежащей у стены женщине. Та самая магла. Адвокат. Женщина, чьё имя последние месяцы слишком часто мелькало в газетах. Она была жива. Роксана едва слышно застонала и на секунду приоткрыла глаза. Взгляд её был мутным и совершенно бессмысленным. Она смотрела прямо на него, но явно не узнавала. Потом веки снова опустились. Том брезгливо поморщился - лишняя проблема. Он слегка толкнул её носком сапога, словно проверяя, насколько серьёзно она ранена. Никакой реакции. Тогда он поднял палочку, и именно в этот момент внутри что-то неприятно дёрнулось. Совсем слабо. Где-то под рёбрами. Будто короткий мышечный спазм. Том нахмурился. Боль была настолько незначительной, что её можно было проигнорировать. За свою жизнь он переживал вещи куда хуже. Он снова направил палочку на Роксану, и боль повторилась. На этот раз сильнее. Не острая и не жгучая. Странная. Словно что-то внутри сжималось против его воли. Том медленно опустил палочку и ощущение сразу ослабло. Он замер. Затем вновь поднял её. Боль вернулась мгновенно, и теперь уже настолько отчётливо, что её невозможно было не заметить. Реддл резко выпрямился. Впервые за весь вечер его лицо дрогнуло. Он прекрасно понимал, откуда исходит ощущение. Из той самой точки на его солнечном сплетении, куда несколькими минутами ранее ударило заклинание обезумевшего от горя мужчины. Заклинание, которое сперва прошло сквозь Роксану, а затем попало в него. Том посмотрел на Роксану. Потом снова поднял палочку, и в ту же секунду боль вспыхнула с новой силой, будто сама магия предупреждала его, и это уже начинало нервировать. Но он не собирался отступать из-за внезапного приступа слабости. У этого было объяснение. Обязано было быть. Последствия ритуала. Изъян нового тела. Ошибка в магии, вернувшей его к жизни. Что угодно. Потому что сама мысль о том, что причиной могла оказаться лежащая у его ног магла, была настолько абсурдной и отвратительной, что Том даже не рассматривал её всерьёз. Он заставил себя сосредоточиться. Удерживать палочку оказалось неожиданно трудно, будто воздух вокруг внезапно стал вязким. Том медленно вдохнул и попытался произнести заклинание. И в тот же миг мир качнулся, настолько резко, что он едва удержался на ногах. Перед глазами поплыло. Коридор вдруг стал сужаться. Лица Пожирателей потеряли чёткость - они заметили, что Тёмный Лорд отстал и вернулись. Звуки начали проваливаться куда-то под воду. Он открыл рот, собираясь приказать продолжать наступление. Но вместо слов вырвался лишь хриплый вдох. В груди что-то оборвалось. На мгновение ему показалось, что у него был приступ. Том замер. Одна секунда, вторая, третья... Сердце ударило снова. К горлу подкатила тошнота. Его качнуло. Он ненавидел это чувство. Ненавидел всей своей сущностью. Беспомощность, слабость, потеря контроля. На секунду ему показалось, что он сейчас рухнет прямо здесь, посреди коридора. На глазах у подданных. Что его ноги просто перестанут держать. Это невозможно. Такого нельзя было дпустить. Он победил смерть. Он не может сейчас умереть. Не здесь. Мысли Реддла начали путаться. В голове вспыхивали обрывки воспоминаний о его первом падении. О новом теле. Что если что-то пошло не так? Что если его собственная магия начала разрушать его изнутри? Том попытался сделать шаг. И понял, что больше не видит конца коридора. Всё расплывалось, словно сознание медленно ускользало от него. — Милорд? Голос прозвучал откуда-то издалека. Один из Пожирателей уже стоял рядом. Том не видел его лица. Только тёмный силуэт. Силуэт что-то говорил. Кажется, спрашивал приказов. В голове Том ещё кричал. Продолжать! Идти дальше! Вперёд. Хогвартс почти у них в руках, но губы не слушались. Он вдруг понял, что не может произнести ни одной длинной фразы. Каждое слово требовало усилия. как будто он тонул. Пожиратель сделал ещё шаг вперёд и впервые по-настоящему испугался. Потому что увидел своего Лорда таким, каким не видел никогда. Бледным и потерянным. Едва стоящим на ногах. Том медленно поднял голову. Сосредоточился на одной-единственной мысли. Убраться отсюда. Что толку в победе, когда ты вот-вот умрешь. — Отступаем... Голос прозвучал едва слышно. Пожиратель замер, решив, что ослышался. — Милорд? Том закрыл глаза на секунду, борясь с новой волной тошноты. — Уходим... Теперь это был уже почти шёпот. Но возражать никто не посмел. Через несколько секунд по коридорам Хогвартса понеслись команды к отступлению. А сам Том Реддл всё ещё стоял на месте, пытаясь понять только одно, почему впервые за долгие годы ему было так страшно. Он даже отступить не смог самостоятельно - ему помог верный слуга. Призраки увидели всё первыми. Сэр Николас почти Безголовый вылетел из бокового коридора прямо в Большой зал с таким лицом, какого у него не видели даже во время войны. — Директор! — его голос эхом прокатился под сводами. — На третьем этаже! Там люди! Там... Он не договорил. Следом в зал влетели остальные призраки и заголосили в один голос. Музыка оборвалась. На несколько секунд никто ничего не понял. Потом раздались вопросы. Потом, крики и паника, когда в словах призраков каждый четко расслышал слова "пожератели" и "трупы". — Старосты факультетов, в сопровождении учителей немедленно уводят учеников, — голос директора не был громким, но мгновенно перекрыл шум. — Остальные преподаватели — со мной. Паника уже начала распространяться по залу, словно пожар. Родители искали детей. Ученики пытались понять, что происходит. Кто-то плакал, а кто-то уже бежал к выходу. Макгонагалл и Флитвик моментально принялись организовывать студентов. Сириус был пьян и дремал на диванчике у дверей. Однако когда включилась паника, он оказался на ногах мгновенно и даже раньше, чем осознал это сам. Что-то внутри него нехорошо сжалось. Он огляделся. Роксаны рядом не было. Несколькими минутами раньше, Северус Снейп быстрым шагом покидал один из пустых коридоров. Разговор с Каркаровым закончился отвратительно. Тот был напуган. Метки жгли, его и Каркарова, адским пламенем. Игорь сбежал прежде, чем раздались крики. Снейп ускорил шаг. Возле учительской он неожиданно столкнулся с Грюмом. Тот стоял возле двери, взмыленый, красный, но подозрительно спокойный, словно происходящее его почти не касалось. Для доли секунды Снейп замедлился. Крики уже разносились по замку. Люди бежали в противоположную сторону. Аластор Грюм же почему-то находился именно здесь. Возле учительской. Их взгляды встретились. Всего на миг. Потом Грюм нахмурился и прорычал: — Чего застыл, Снейп? Вперёд! Северус ничего не ответил. Но неприятная мысль уже успела зацепиться где-то на краю сознания. Он развернулся и почти побежал дальше. Через секунду за спиной послышались тяжёлые шаги. Грюм тоже двинулся следом. Снейп вылетел в коридор и резко остановился, будто налетел на невидимую стену. На полу лежали трое. Мужчина, женщина, чуть дальше, и Роксана прямо возле его ног. Вокруг были следы недавнего боя. Обугленные камни. Следы заклинаний. Кровь. Мужчина и Женщина явно были мертвы. Снейп скривился. Опустил голову и взглянул на Уайт - она неподвижно лежала на боку. Платье цвета сапфира казалось почти чёрным в свете факелов. Снейп сделал шаг вперёд. Присел. Не касаясь её, он внимательно осмотрел. Грюм позади тоже замер на мгновение а потом начал медленно отступать назад. Очень тихо и незаметно. Через несколько секунд он исчез за поворотом. Северус этого даже не заметил. Он протянул руку к шее Роксаны, собираясь проверить пульс. И именно тогда услышал новые шаги. Бегущие шаги, очень быстрые. Он резко встал. Из-за поворота вылетел Сириус Блэк. Взъерошенный, пьяный, белый как мел. Он увидел тела. Потом увидел Роксану. Потом Снейпа рядом с ней, и всё. На этом разум закончился. В голове вспыхнула одна мысль - Предатель. Я же знал. Дамблдор, идиот. Я же говорил. Сириус даже не понял, что уже движется вперёд. — Ты... Снейп нахмурился. — Блэк, не сейчас... Удар прилетел раньше, чем он договорил, и совершенно неожиданно. Кулак впечатался ему прямо в лицо. Голова дёрнулась в сторону, но Северус устоял на ногах, всего секунду, потому что в другую Сириус уже вцепился в его сюртук обеими руками. — Ублюдок! И буквально повалил его на пол. Они рухнули вместе. Сириус бил вслепую. — Я знал! — Блэк! — Я знал, что ты предашь! Снейп попытался сбросить его. Но тот словно обезумел. К этому моменту подоспели остальные. Макгонагалл. Флитвик. Дамблдор. Позади директора с оханием ввалился и Хагрид. Несколько авроров, которые были просто приглашенными родителями. — Немедленно прекратите! Макгонагалл первой попыталась оттащить Сириуса. Безрезультатно. — Блэк! Флитвик выругался себе под нос. — Хватит! Только после этого в ход пошла магия - Блэка заморозили. Хагрид поднял его, прижал крепко, и только после заклинание сняли. Снейпа потянул к себе Дамблдор и строго оценил взглядом. Потом посмотрел на Сириуса. Оба тяжело дышали. Коридор погрузился в ошеломлённую тишину. — Роксана! — сорвался голос Сириуса. Он дёрнулся вперёд. — Роксана! Его взгляд метнулся к Снейпу. — Этот ублюдок её убил! — Идиот, - прошипел сквозь зуб Снейп, вытирая кровь с губы. Дамблдор уже опустился к Роксане. Он быстро коснулся её шеи. Проверил дыхание. Потом поднял голову. — Нет. Голос директора прозвучал спокойно. — Она жива. Сириус замер. — Что?.. — Без сознания. Срочно, в больничное крыло. Макгонагалл, ушедшая чуть дальше по коридору, прошла мимо тел мужчины и женщины. — Господи... это же родители Прэсскота. Потом она резко остановилась. Ее взгляд упёрся в даль коридора. Минерва побледнела. — Альбус... Здесь ещё тела.