Это был... Тяжёлый год

Лифт-пожиратель и Санфиш-паук (Школа, 5 этаж) Главный лифт школы, видавший еще, кажется, динозавров, окончательно сошел с ума. Это началось с легкого сбоя: кнопка «Стоп» начала западать с противным щелчком, похожим на хруст ломающейся ветки. Затем щелчки участились, превратившись в пулеметную очередь. А потом кнопка и вовсе отвалилась, улетев в неизвестном направлении позже её нашли в банке с заспиртованной лягушкой у Гектора, который решил, что это какой-то новый орган. Лифт превратился в бешеного зверя. Он носился между этажами с ревом раненого бизона, игнорируя все вызовы. Его двери открывались и закрывались с такой яростью, будто пытались откусить кусок реальности. Внутри, застряв в этой металлической ловушке на стыке третьего и четвертого этажей, сидел Кавински. Он был абсолютно спокоен. Перед ним стояла початая бутылка спирта (перелитая в бутылку из-под «Боржоми» для конспирации) и пластиковый стаканчик. — Так, граждане пассажиры! — объявил он в пустоту, обращаясь к своему отражению в зеркале, которое пошло мелкими трещинами от вибрации. — Добро пожаловать на борт «Летучего Голландца»! Капитан Кавински приветствует вас. Стоимость билета — одна интересная история или литр горючего. Курс — на дно стакана! В это время на втором этаже развернулась спасательная операция. Санфиш, замдиректора и по совместительству учитель физкультуры, решил взять дело в свои руки. Логика его была проста и прямолинейна, как удар кувалдой: «Если лифт не едет — надо ехать к лифту». — Я слишком стар для этого дерьма... — бормотал он себе под нос, закатывая рукава рубашки и обнажая бицепсы размером с голову второклассника. Он подошел к дверям шахты и с силой рванул их на себя. Скрип металла был слышен на всех пяти этажах. — Санфиш! Вы что творите?! — закричала Дана-консьерж, но было поздно. Санфиш, словно заправский скалолаз или безумный ниндзя из старых фильмов, полез в шахту. Его мощные руки скользили по промасленным канатам лифтовой лебедки. Он уже преодолел расстояние между вторым и третьим этажом, когда его нога в тяжелом ботинке застряла в какой-то технической нише, предназначенной для датчиков. — Я застрял! — проревел он вниз так громко, что с потолка посыпалась побелка. — Но я не сдаюсь! Я продолжаю тренировку! Кто-нибудь, киньте мне гантелю! И пошевеливайтесь, салаги! Внизу собралась толпа учеников, наблюдавшая за этим представлением как за бесплатным цирком. — Санфиш, вы как? — крикнул снизу Радан. — Вишу... то есть вишу! И мотивирую вас! Отжимания! Пятьдесят раз! Или я лично приду на физру и устрою вам кросс по пересеченной... шахте!

***

Битва за шаверму (Город) На углу двух оживленных улиц стояли две шавермочные: «У Ашота» красная вывеска и «Шаверма по-питерски» синяя вывеска. Для 10-го класса это были не просто точки общепита, а два враждующих королевства, чьи флаги развевались на ветру вместе с запахами жареного мяса и чеснока. Война началась с мелочи: Кавински заявил, что соус в синей палатке «водянистый» и «не пробивает вкус». Воланд, вечный спутник в безумии и лучший друг по части разрушения моральных устоев, тут же принял вызов. — Да как ты смеешь порочить честь синей шавермы?! — взревел он так, что голуби разлетелись с карниза соседнего дома. — К оружию! Лагеря сформировались мгновенно. «Красные» (Варнер, Воланд, Лефтарион) и «Синие»(Лололошка, Джонни, Туалин) . Лидером «Синих» неожиданно стал Лололошка. Он просто хотел спокойно поесть шаверму с курицей и картошкой фри. Но рядом с ним стояла Джонна Дейви Харрис. — Если мы проиграем эту войну за соус, ты меня на свидание сводишь? — шепнула она ему на ухо так тихо, что услышал только он. Лолошка замер на секунду. В его голове пронесся вихрь мыслей. — Война? Свидание? Джонна?. — Он посмотрел в её глаза и увидел там вызов. — Если мы победим... — начал он так же тихо. — Я свожу тебя не просто на свидание. Я свожу тебя в ресторан. Настоящий. Бой был эпическим и абсурдным одновременно. В ход пошли не только слова (самые грязные приемы словесной эквилибристики), но и подручные средства. — Твоя шаверма такая же плоская, как твои шутки про физику! — кричал Варнер. — А твоя такая же острая, как твой интеллект после бутылки пива! — парировал Лололошка. Кавински из лагеря «Красных» попытался применить химическое оружие — он плеснул спиртом из фляжки в сторону «Синих», надеясь поджечь их палатку и заодно согреться. Спирт просто испарился с тихим пуф, оставив Кавински с пустой фляжкой и грустным лицом. В итоге победила дружба и тотальное переедание. Весь класс сидел на бордюре вдоль улицы, обхватив животы и тяжело дыша. — Я больше никогда... — простонал Варнер. — ...не буду есть? — закончил за него Воланд с набитым ртом. — ...не буду драться за еду, — простонал Варнер. — До завтра.

***

Похищение манекена (Соседний город) Поездка в соседний город на ярмарку ремесел должна была быть культурной. По крайней мере, так думала Арнири перед отъездом. Но у Радана и Шерон были другие планы. В витрине магазина «Рыцарь и Ко», торгующего доспехами для реконструкторов, стоял он — идеал мужской красоты. Стальные доспехи сияли полировкой, гордая осанка не требовала слов, а мужественный подбородок был высечен из стали. — Смотри, — шепнула Шерон Радане так тихо, что это было похоже на шелест ветра в рыцарских романах. — Он такой... надежный. Он никогда не опоздает на свидание из-за того, что проспал или играл в приставку. — И молчаливый, — добавил Радан с глубоким вздохом человека, уставшего от шума школы-интерната №993. — Идеальный парень. Операция «Железный дровосек» была спланирована с военной точностью и полным отсутствием логики. Войд выступил в роли грубой силы, он просто подошел к витрине и дернул манекен на себя; стекло жалобно звякнуло. Калеби, используя свои познания в инженерии и гаечный ключ из рюкзака сестры Кейт, которая думала, что та идет чинить велосипед, быстро раскрутила болты на ногах манекена от постамента. — Тихо! — шикнул Радан, когда манекен с грохотом рухнул ему на руки. Он был тяжелым как черт. Манекен поселился в общежитии под именем «Сэр Манекенус Первый». Его усадили на стул в комнате Радана и Шерон. Он помогал с уроками в основном молчаливым одобрением и служил вешалкой для полотенец после душа. Гектор чуть не поседел окончательно, когда увидел рыцаря в полных доспехах, сидящего прямо за партой во время своей лекции по биологии.

***

Ресторан «Голодный Бегемот» (Ресторан) Класс решил отметить конец четверти в самом дорогом ресторане города под названием «Голодный Бегемот». Хейл и Кейт пришли вместе их роман расцвел на почве общей любви к звездам, держась за руки и обсуждая созвездия так увлеченно, будто планировали купить одно из них на двоих. Остальные пришли голодными и готовыми к разрушению всего святого для гурманов. Войд заказал всё меню мясного раздела сразу. Официант посмотрел на него как на инопланетянина и переспросил трижды. — Вы уверены? — Войд лишь кивнул своей огромной головой. Зефирион пытался доказать теорему Пифагора официанту, чтобы получить скидку на десерт — Катет а — это цена блюда до скидки... Тори забралась на стул посреди зала и исполнила арию из какой-то оперы никто не знал, откуда она её знает, используя вместо микрофона бокал для дорогого красного вина. Кульминацией стал момент, когда отец Джейса и Джодаха случайно оказавшийся владельцем сети ресторанов вошел в зал через служебный вход проведать кухню своего нового заведения. Он увидел свой ресторан, пьяного Кавински спирт он перелил во фляжку из-под элитного чая, танцующую Брайну которая перепутала ресторан со сценой, Сан-Франца который пытался настроить рояль с помощью гаечного ключа Райи-Прайм и гору стейков перед Войдом. Он лишь вздохнул, достал платиновую кредитку из внутреннего кармана пиджака и шепнул менеджеру. — Пусть приходят. Весело у них. — Счет был оплачен без вопросов.

***

Дом с привидениями (Дом) Слухи о доме №13 ходили давно по району Интерната 993. Говорили там живет призрак старухи-расистки та самая бабка Варнера, которая по ночам выходит охотиться на темноволосых подростков с половником наперевес. На «экскурсию» пошли. Лолошка и Эграсса. Держались за руки так крепко, будто боялись потерять друг друга в темноте старого подъезда; Эграсса постоянно шикала на Лолошку каждый раз, когда он пытался пнуть пустую банку или дернуть за паутину Ричард и Клео. Шептались о том, как бы подключить дом к общей сети через старый распределительный щиток — Мы могли бы майнить крипту на его мистической энергии! Представляешь доход? Альфред. Натянул тетиву лука до предела и целился в каждую тень — Я чувствую присутствие зла... Оно пахнет пылью... Призраком оказался Санфиш. После позорного поражения в битве с лифтом он так напился виски дома у себя в квартире где гантели стояли как тотемы, что перепутал подъезды в темноте и уснул в кладовке чужого дома №13 прямо под лестницей, завернувшись в старую штору для тепла от сквозняков. Проснулся он от того, что его тычут чем-то острым прямо в бок через ткань шторы. — А ну не трожь привидение! — заорал он басом так громко, что штукатурка посыпалась со стен кладовки. Альфред от испуга выпустил стрелу из лука прямо в потолок над головой Санфиша. Началась паника. Призраком оказался не призрак, а очень злой, очень пьяный физрук с огромным молотком для отбивания мяса который он всегда носил с собой.

***

Культ Святого Угля: Перезагрузка (Школа) Культ возродился с новой силой после того, как Варнер нашел новый кусок угля идеальной формы в камине спортзала оставшийся после того самого пожара. Теперь это была не просто секта маргиналов во главе с Кавински, а полноценная организация с иерархией и бюрократией. Варнер был Верховным Жрецом Варнером Первым Бессмертным. Блэки стала Верховной Жрицей Блэки Математической, их тайный роман расцвел именно здесь: она восхищалась его способностью создавать хаос из ничего. Они решили строить храм прямо в подвале школы под спортзалом. Эмрис пытался вести протоколы собраний Пункт 1: Уголь свят. Пункт 2: Подорожник святее угля только если размолот правильно. Агний учитель алгебры, спустившись в подвал за мелом для доски, увидел их творение: алтарь из перевернутых парт-«лодочек», статую Зевса без молнии в качестве идола поклонения силе тока/удара молнии/просто силы, и графики функций параболы (y = ax^2 + bx + c), нарисованные углем прямо на стенах подвала. Он поставил всему культу «неуд» за плохое оформление чертежей и отсутствие логики в расчетах площади храма — Вы нарушили три теоремы о равенстве треугольников при построении фундамента!

***

Невзаимная любовь: Лолошка и Тори (Городской парк) Тори решила взять быка за рога или Лололошку за сердце — тут уж как повезет. Она пригласила его на прогулку в парк под предлогом «посмотреть на уточек», хотя уточек там отродясь не водилось со времен ледникового периода. Лолошка согласился мгновенно, думая исключительно о том, что после прогулки они пойдут есть шаверму или пельмени он всегда думал о еде. — Смотри, какой закат! Он такой же прекрасный и необъятный, как мои чувства к тебе! — Она драматично указала рукой на небо над парком. — Ага... Красиво. — Он даже не поднял головы от телефона. — А вон там ларек с хот-догами работает? Хочу успеть до закрытия. — Ты не слышишь меня? Я говорю о вечном! — Я слышу хот-дог. Это я понимаю. Тори потом рыдала на плече у Эграссы — Он бесчувственный чурбан! Как можно спутать закат с хот-догом?! А Лололошка искренне не понимал причину её слез — Я же предложил ей купить хот-дог! Это же забота о голодном человеке!

***

Санфиш и бутылка виски (Квартира Санфиша) После позорного поражения в битве с лифтом Санфиш заперся дома у себя в квартире один на один со своим горем и алкоголем. Его квартира напоминала храм Бахуса после землетрясения: гантели стояли как тотемы древнего культа силы; гири валялись по углам; а единственным источником света была открытая дверца холодильника да экран телевизора без звука. Бутылка двенадцатилетнего шотландского виски стала его единственным собеседником и исповедником. — Ты меня понимаешь? Никто не понимает! Ни Арнири со своими нотами... Ни эти дети... А ты... ты просто молчишь и слушаешь! — Он чокался стаканом о горлышко бутылки. Бутылка серьёзно молчит. — Вот! Вот видишь! Даже ты умнее этих малолетних дебилов! Ты не заставляешь меня лезть в шахты лифтов или бегать за ними по школе! Он чокался с бутылкой каждый раз, когда делал глоток янтарной жидкости. К концу вечера бутылка была пуста наполовину или наполна третью часть стакана Санфиша, а сам Санфиш пришел к гениальному выводу: спортзал нужно перенести прямо к нему домой во двор частного сектора школы-интерната №993.

***

Кавински и бутылка спирта (Подъезд) Кавински нашел на чердаке своего подъезда сокровище — бутылку чистого медицинского спирта времен СССР времен дефицита всего сущего. Этикетка выцвела до состояния бледного призрака прошлого режима питания страны советов), но жидкость внутри была кристально чистой как слеза младенца или совесть младенца). — Это не просто спирт... Это жидкая мудрость! Это философский камень! Эликсир правды! Он решил продать эту ценность Гектору под видом универсального консерванта для лягушек, который якобы сохраняет их свежими вечно. Гектор посмотрел на бутылку через очки-половинки. — Кавински... Если я волью это лягушке... Она не станет экспонатом музея естественной истории... Она станет космонавтом... Она улетит на Марс от такой концентрации спирта... Убирайся из моего кабинета со своей алхимией... Кавински обиделся до глубины души. — Ученый меня не понял! — и выпил всё сам ради науки ради того чтобы доказать Гектору его неправоту. Наука победила здравый смысл через 15 минут.

***

Невзаимная любовь: Хейл влюблен в Кейт / Эрнеста прилипает к нему (Школьный коридор) Хейл был безнадежно влюблен в Кейт. Он видел в ней ангела во плоти, музу своих проповедей о свете во тьме школьной рутины. Эрнеста же считала Хейла ходячим источником вдохновения для своего искусства. Она решила создать перформанс под названием Падение праведника. Её план был прост до гениальности: прилипнуть к нему намертво физически. В буквальном смысле. Она сварила клейстер из муки высшего сорта и воды по древнему рецепту Мочалки которую она подглядела через замочную скважину медпункта, добавив туда пару капель валерьянки для аромата. Когда Хейл шел по коридору к Кейт которая ждала его у окна класса литературы, чтобы обсудить созвездие Кассиопеи, из-за угла выскочила Эрнеста. — Хейл! Мой демон-искуситель! Мой падший ангел! Мой холст! — крикнула она театрально и бросилась ему на шею. Хейл попытался увернуться. — Прости меня Господи! — но было поздно. Клейстер сработал идеально. Эрнеста висела у него то ли на спине то ли на груди как огромный живой рюкзак из плоти ткани вдохновения. — Ты портишь мою творческую ауру своим крестом из карандашей! — Отцепись от меня исчадие ада! Я должен идти к Кейт! Он пытался идти дальше к окну но походка была странной, вперевалку, как пингвин-мутант несущий яйцо размером с самого пингвина. Кейт увидела эту картину: Хейл идет к ней странной походкой а на нем висит визжащая Эрнеста которая пытается рисовать углем из кармана Хейла усы ему же самому. Она лишь пожала плечами. — Ну... это же Хейл. У него всегда так. И ушла пить чай с Калеби обсуждать квантовую физику любви.

***

Учительский чат: Арнири и Междумирец В то время как школа горела метафорически, а иногда буквально, эта пара отдыхала на пляже Мальдив. Это был их первый отпуск за 10 лет работы директором школы-интерната №993. Арнири лежала под огромным соломенным зонтом цвета неба который защищал её от палящего солнца. Рядом стоял коктейль «Отпуск директора» ром + валерьянка + зонтик. На ней был закрытый купальник цвета морской волны а лицо закрывали огромные темные очки. Рядом лежал Междумирец. Он был одет только в цветастые шорты до колен. Его мускулистая спина учителя технологии была покрыта странными татуировками схем двигателей внутреннего сгорания которые блестели от кокосового масла. Чат: Учителя гремлинов. Арнири: Я вне зоны доступа сети Школа. У меня есть ром Отпуск и валерьянка Спокойствие. Я не хочу возвращаться. Междумирец: Дорогая, не волнуйся. Я тут построил из песка модель школы. Сейчас буду учить крабов технологии сборки табуреток. Арнири: Я тебя люблю. И я тебя ненавижу. Не хочу возвращаться, может мне в тюрьму на Мальдивах сесть?

***

Великий Исход из Эрмитажа (Город) Финал поездки группы старшеклассников Питера был фееричным настолько, что попал во все городские новости под заголовком Туристы устроили дебош. Лололошка и Джонна наконец-то поцеловались у разведенного Дворцового моста под крики пьяного Варнера. — Целуйтесь уже! Мы тут мерзнем ради вашего счастья! Но апогеем стал визит группы школьников интерната №993 которых привезли туда насильно в Государственный Эрмитаж. Лефтарион решил что статуи греческих богов — это великаны которых нужно разбудить музыкой жизни. Он достал воображаемую флейту которую носил всегда с собой для вдохновения но забыл ноты дома. — Просыпайтесь! — кричал он. — Играем гимн пробуждения! Брайна начала танцевать импровизированный стриптиз у статуи атлета эпохи Возрождения. — У него такие же кубики пресса как у Брэндона после качалки! А Ронас попытался поднять статую атланта у входа — Просто проверить вес. — Статуя весила около пяти тонн. Ронас покраснел как помидор но сдвинул её лишь на миллиметр. Их выгнали с позором под звуки воображаемой полиции моды. Охрана музея смотрела на них как на инопланетян. Джонна смеялась так сильно над попыткой Ронаса поднять камень что чуть не упала спиной вниз прямо в Неву. Лололошка крепко держал её за руку. — Ну что... Это было самое безумное свидание? Она посмотрела ему в глаза. — Лучшее свидание в моей жизни! И они пошли дальше по набережной оставляя позади музей культуры который чудом выжил после их визита.

***

Конец 10-го класса Звонок прозвенел в последний раз перед летними каникулами. В коридорах школы-интерната №993 стояла непривычная тишина. Шум стих. Безумие ушло спать до сентября. Лолошка и Джонна уходили вместе рука об руку, смеясь над тем как Лоренс пытался изгнать дух плохой оценки из кабинета Агния святой водой из-под крана. Варнер и Блэки шли чуть позади, Варнер обнимал её за плечи одной рукой вторая была занята чипсами а она поправляла ему воротник рубашки впервые за 10 лет он был относительно чистым. Войд нес на руках уснувшую Калеби которая даже во сне бормотала химические формулы периодической таблицы Менделеева задом наперед. Хейл и Кейт шли впереди всех они шли медленно держась за руки уткнувшись носами друг другу в плечи так сильно что рисковали столкнуться лбами при повороте. В кабинете директора Арнири сидела за столом который был завален заявлениями об увольнении от учителей испанского или как минимум разрешение на распитие спиртного в школе, счетами за ремонт лифта. — Причина поломки: человек весом 120 кг. Протоколами полиции. — Нарушение общественного порядка: попытка кражи манекена. Заявками от других школ города. — Заберите этих детей хоть куда-нибудь. Рядом сидел Междумирец. — Ну что... — тихо сказал он. — Мы справились? Арнири подняла на него красные от недосыпа глаза. — Они ушли... Они реально ушли на каникулы... Она закрыла лицо руками и разрыдалась. Не от горя а от невероятного облегчения. — Тише... — Междумирец обнял её крепче. — У нас есть целое лето... Целых три месяца тишины... В этот момент в окно кабинета постучали камешком. Это был голубь-почтальон с привязанной запиской от Варнера. — Директор, Мы вернемся 1 сентября! Готовьте валерьянку! С любовью, 10-й класс, в будущем 11-й! Арнири застонала. — Боги... Демоны... Кто-нибудь... Спасите меня... Но было уже поздно. Каникулы начались. А значит впереди был 11-й класс.