Они вернулись.. Убейте меня...

1 сентября. 08:00 утра. Школа-интернат №993. Кабинет директора Арнири напоминал не административный центр, а бункер перед конц света. Или, что более вероятно, кабинет психотерапевта, который сам уже нуждается в помощи. Арнири сидела за столом, вцепившись в бокал с коктейлем «Отпуск 2.0» ром, кокос, валерьянка и щепотка надежды, так, будто это был единственный спасательный круг в океане безумия. Перед ней лежала книга «Как стать отшельником и не сойти с ума: пособие для начинающих». Книга была открыта на главе «Глава 12: Как перестать отвечать на звонки и начать жить в пещере». В кабинет тихо, как призрак отпуска, вошел Междумирец. Он был всё в той же гавайской рубашке, но теперь на ней были нарисованы черепа, а в руках он держал термос и подушку. — Дорогая, — мягко сказал он, ставя термос на стол. — Я заварил тебе ромашковый чай. С двойной валерьянкой. И принес подушку. Для... кхм... эмоциональной амортизации. Арнири подняла на него глаза. В этих глазах плескалась вся скорбь мира, помноженная на десять лет работы в этой школе. — Они вернутся... — прошептала она, и её голос дрогнул. — Я чувствую это. Как чувствуют цунами за минуту до удара. Как чувствуют, что в столовой опять пересолили борщ. Это неизбежно. Это карма. — У нас еще целых сорок минут тишины, — улыбнулся Междумирец, садясь на край стола и гладя её по плечу. — Мы успеем допить ром, составить завещание и придумать план эвакуации на Марс. Я уже скачал карту кратеров. В этот момент за окном раздался звук. Не просто звук. Это был звук, от которого дрожат стекла, а птицы падают замертво, предварительно написав предсмертную записку «Простите, я не выдержал». Это был рев мотора, смешанный с воем волчьей стаи, звуками дабстепа и криком баньши. Арнири побледнела так, что стала одного цвета со стеной кабинета. — Что это?.. — прошептала она, роняя бокал. Коктейль «Отпуск 2.0» растекся по документам о пожарной безопасности. Междумирец выглянул в окно. Его лицо вытянулось так, что стало напоминать портрет работы Пикассо. — Это... это не может быть правдой... Кажется, они превзошли сами себя. К воротам школы медленно, с торжественностью похоронной процессии,если бы покойник был очень шумным, пьяным и ехал на танке, приближалась колонна. Во главе ехал Варнер. Но он не шел пешком. Он восседал верхом на огромном механическом пауке. Паук был собран из старых запчастей от компьютеров Ровоама Кэлхуна который сейчас наверняка рыдал где-то в серверной, деталей от турников Санфиша и проводов, украденных из кабинета информатики. Из «брюха» паука торчала выхлопная труба от старого мотоцикла. — Варнер! Слезь с этой хреновины! — закричала Арнири в окно так громко, что Междумирец вздрогнул. — Она нарушает все нормы СанПиН и законы физики! — Это не хреновина! — крикнул в ответ Варнер через мегафон, поправляя корону из фольги на голове. — Это Боевой Конь Арахноид Модель 2.0! Мы его месяц собирали! Он питается святой водой из-под крана и чипсами с крабом! И он проходит по нормам СанПиН... наверное! За пауком ехала платформа. На платформе стоял огромный трон из школьных парт, скрепленных скотчем, изолентой и святой верой в успех. На троне сидел Лололошка, одетый в мантию из бархатных штор учительской. — Народ! — заорал он в мегафон так, что у Арнири заложило ухо. — Я вернулся! И я принес вам новый закон! Отныне каждый четверг — выходной! В честь моего величия и для восстановления моей божественной ауры! А физкультура отменяется навсегда! По бокам от трона стояли Джонни в костюме королевы и короной из фольги, Лолошка в костюме амазонки из картона и фольги и Вививилки в роли придворного мага с посохом из швабры, на конце которой горела лампочка от фонарика. Следом за платформой шла армия. Во главе которой шли Кавински что ехал на плечах Радана который был одет в костюм гигантского таракана, сделанный из черных мусорных пакетов. — Свободу Святому Углю! — орал Кавински, размахивая бутылкой с мутной жидкостью предположительно, спиртом. — Уголь не горит — уголь правит! — Я не таракан! Я — символ восстания против тирании физкультуры! — басил Радан из-под пакета, пытаясь идти в ногу. А замыкала шествие кавалерия. Войд и Калеби ехали на... ковре-самолёте. Ковер был привязан к крыше старенького микроавтобуса «Газель», который тащил его по земле на самом деле он просто волочился по асфальту, поднимая тучи пыли и проклятий от прохожих. — Физика — сука! Но мы её обманули! Мы использовали силу веры и скотч! — кричал Войд. Колонна остановилась у входа в школу. Механический паук Варнера издал последний рев похожий на звук сливного бачка, выплюнул сноп искр и одну старую флешку с порнографией которую тут же подобрал Радан. Лололошка на троне поднял руку, требуя тишины. Все замолчали. Даже паук перестал скрипеть. — Школа-интернат №993! — провозгласил Лолошка голосом Левитана, объявляющего о конце света. — Мы вернулись! Но теперь мы не просто 11-й класс! Мы — ЛЕГИОН БЕЗУМИЯ! И мы пришли не учиться... мы пришли править! В этот момент двери школы распахнулись от мощного пинка Варнера паук был слишком велик для дверного проема. На пороге стояла Арнири. Это была уже не та железная леди. Это была женщина на грани. На самой-самой грани. — ВАРНЕР! ЛОЛОЛОШКА! ВЫ ЧТО ТВОРИТЕ?! ЭТО ЧТО ЗА МЕХАНИЧЕСКИЙ ПАУК?! ОН ЖЕ НЕ ПРОЙДЕТ В ДВЕРЬ! ОН ЗАНИМАЕТ ДВА ПАРКИНГОВОЧНЫХ МЕСТА! Лололошка спрыгнул с трона который тут же развалился на составные парты и подошел к ней походкой короля мира. — Арнири... Директор... — протянул он с улыбкой Чеширского кота после передозировки веселящим газом. — Не кипятись. Мы же не варвары. Паук останется здесь, у входа. Он будет нашим тотемом и охранником столовой от Санфиша. Из-за спины Лололошки вышла Блэки в строгом черном костюме деловой ведьмы и с планшетом. — Согласно протоколу №666 «О возвращении хаоса», утвержденному Верховным Советом Культа Угля под председательством Верховного Жреца Варнера Первого Бессмертного, мы требуем немедленного доступа к учебным аудиториям для проведения ритуала «Сожжение расписания» и «Коронация Лололошки». Арнири схватилась за голову двумя руками так сильно, что её прическа начала напоминать взрыв на макаронной фабрике. — Вы... вы... вы же теперь одиннадцатый класс! Вы должны быть взрослее! Вы должны думать о будущем! О ЕГЭ! Варнер почесал затылок гаечным ключом. — Ну... мы и повзрослели. Паук стал больше. Таракан Радан теперь огнеупорный мы его спиртом облили. А Лололошка научился считать до десяти... иногда... когда ему это выгодно. В этот момент из-за ковра-самолета послышался голос Санфиша. — Так, банда! А ну быстро все в спортзал! Кто опоздает на разминку — будет драить паука зубной щеткой Сан-Франца! Арнири посмотрела на мужа Междумирца, который стоял рядом и невозмутимо наливал ей ромашковый чай в новый бокал. — Я хочу обратно на Мальдивы... Я хочу лежать на пляже и слушать шум прибоя... а не рёв этого механического исчадия... Междумирец обнял её за плечи. — Не переживай, милая. Зато представь заголовки: «11-й класс устроил апокалипсис еще до первого урока». Мы станем легендой. Нас покажут по Рен-ТВ. Арнири посмотрела на Легион Безумия, который уже начал разбирать трон на дрова для костра ритуал «Сожжение расписания» требовал топлива, и тихо заплакала снова. Но это были уже слезы человека, который понял: это её судьба. И её крест. И её личный маленький ад под названием «Школа №993». И тут началось то, чего Арнири боялась больше всего. То самое «дерьмо», которое стало последней каплей... которая прорвала плотину её психики. Из-за угла школы выбежал Лоренс. Он был одет в белую простыню с прорезями для глаз. — ДЬЯВОЛЫ ИСПОЛНИЛИ ПРОРОЧЕСТВО! ОНИ ПРИВЕЛИ МЕХАНИЧЕСКОГО ГОЛЕМА! Я ИЗГОНЮ ВАС ВСЕХ ОДНИМ КРЕСТНЫМ ЗНАМЕНИЕМ! Он подбежал к пауку Варнера и начал брызгать на него водой из пластиковой бутылки, святая вода из-под крана. Паук отреагировал мгновенно. Его механические глаза-лампочки загорелись красным светом. Из динамиков старых колонок от компьютера раздался механический голос. <УГРОЗА ОБНАРУЖЕНА. АКТИВАЦИЯ РЕЖИМА САМОЗАЩИТЫ "ПОДАВЛЕНИЕ СВЯТОЙ ВОДОЙ"> Паук поднял одну из своих восьми лап и... брызнул водой из спрятанного опрыскивателя прямо в лицо Лоренсу. Лоренс застыл на месте. Его простыня намокла и прилипла к телу. — ВОТ ОНО! ВОТ КРЕЩЕНИЕ МАШИНЫ! ОНА ПРИНЯЛА СВЯТОЙ ДУХ! — завопил он благим матом и убежал обратно за угол. Арнири смотрела на это широко раскрытыми глазами. Её нижняя губа задрожала. — Нет... нет-нет-нет... Но это было только начало. В этот момент механический паук издал звук слива воды из бачка унитаза во всей школе одновременно. Затем он начал медленно разворачиваться к входу в школу... прямо на стеклянные двери вестибюля. — ВАРНЕР! СТОЙ! ТЫ ЖЕ СКАЗАЛ, ЧТО ОН НЕ ПРОЙДЕТ В ДВЕРЬ! ТЫ ОБЕЩАЛ! — закричала Арнири так громко, что у Кавински заложило уши. Варнер пожал плечами. — Ну я немного наврал для драматического эффекта... Паук уперся передними лапами в стекло дверей. Стекло затрещало. Арнири закрыла лицо руками. — О боже... Стекло разбилось вдребезги с оглушительным звоном. Осколки посыпались внутрь вестибюля. Это было последней каплей. Плотина рухнула. Арнири медленно сползла по стене кабинета на пол. Она сидела, обхватив колени руками, и раскачивалась взад-вперед. — Я хочу умереть... Я просто хочу умереть... Или вернуться на Мальдивы... Или чтобы этот паук меня переехал... Всё равно... Междумирец присел рядом с ней на корточки. — Милая? Ты как? Арнири посмотрела на него безумным взглядом. — Я? Я ХОРОШО! ПРОСТО ЗАМЕЧАТЕЛЬНО! СМОТРИ! Она резко встала, подбежала к стене кабинета и со всей силы ударилась об неё головой. БАМ Междумирец даже не вздрогнул. Он просто протянул ей подушку. — Вот. Так будет тише. И мягче для твоей гениальной головы. Арнири взяла подушку и снова ударилась об стену, но уже через неё. Тук Она повернулась к окну и увидела следующую картину: Лолошка уже сидел верхом на голове поверженного паука который застрял в дверях и короновал себя короной из осколков стекла. Арнири снова ударилась головой о стену через подушку. Тук-тук. В кабинет заглянул обеспокоенный Гектор. — Арнири? У нас тут биологически опасная ситуация... Паук застрял в дверях... А Лололошка требует выдать ему скелет для опытов... Арнири молча взяла подушку двумя руками и начала методично биться головой о стену в такт словам Гектора. Тук Тук Тук Междумирец вздохнул и погладил Гектора по плечу. — Не обращай внимания. У неё постканикулярный синдром в острой форме. Дай ей минутку побиться головой о стену... или до конца учебного года... что наступит раньше. За окном Легион Безумия уже заходил в школу через разбитое стекло, оставляя за собой след из мусора, искр и разрушенных надежд директора Арнири.